Часть 4

- Кровь… прохрипела она, её взгляд метался по комнате, словно она искала какое-то спасение в этом ужасном моменте. - Кровь нужна… её глаза наполнились слезами. Александр, почувствовав её страх, нахмурился и присел рядом, стараясь успокоить её. - Какая кровь? Спросил он, пытаясь понять её панику. - Я не гуляла… Ты первый, её голос стал слабее, но тревога не отпускала. Она быстро подскочила, словно удирая от невыносимой реальности. Александр снова взглянул на неё, в его глазах отражалась только забота. Он понял, что паника не уйдёт так просто. Спокойно, но решительно встал с кровати. - Тише, успокойся, я верю тебе. Слышишь? Он говорил эти слова так, как только мог любящий муж. Но Анастасия не могла успокоиться, её взгляд метался по комнате, и внезапно её испуг стал ещё более глубоким. - Брат не поверит… Это позор, её голос звучал словно издалека, всё тело сжималось в панике. Александр, не теряя самообладания, быстро вышел из комнаты и вскоре вернулся с ножом. Сделав небольшой порез на своём собственном пальце, он вновь подошёл к ней и аккуратно оставил кровавый след на простыне. Он верил в неё, но этот след был нужен, чтобы избежать ненужных вопросов. - Саша… она ахнула, увидев, что он так не боится рискнуть ради неё. - Иди сюда, тихо сказал он, обняв её и нежно поцеловав в макушку. - Всё будет хорошо, Настя. Ты не виновата. Её тревога начала понемногу уходить, заменяясь благодарностью, и она замолчала, лишь прислушиваясь к его словам. Он продолжил: - " Пустое вы сердечным ты, Она, обмолвясь, заменила, И все счастливые мечты В душе влюбленной возбудила. Пред ней задумчиво стою, Свести очей с нее нет силы; И говорю ей: как вы милы! И мыслю: как тебя люблю." - Это красиво, с улыбкой сказала Анастасия, ощущая тепло его слов. - Нужно будет записать, сказал он, подходя ближе, чтобы обнять её. - Одевайся, нам нужно идти. Через несколько минут, одетая в утреннее платье, Анастасия взглянула на Александра с блеском в глазах, готовая к их следующему шагу. В это время в комнату вошли слуги, забирая простыню, чтобы показать её всему двору, как того требовали обычаи. Анастасия уже не обращала внимания на этот процесс. Всё, что ей хотелось, это убежать с ним, вдвоём, далеко от всех забот. - Саша, тихо сказала она, подходя ближе, - А давай сбежим? - Сбежим? Пушкин удивился, но его глаза загорелись. - Да, давай сбежим в её голосе была уверенность, как в том, кто больше не может оставаться в этих стенах - Жуковский говорил, сегодня вечер стихов, сказала она, с лёгким смехом перебирая свои волосы. - Давай сбежим, сказал Александр, и в его голосе звучала игра, стремление к свободе, как и в её собственном. Он протянул ей руку, и они, не став ждать вечерних приёмов, исчезли в ночи, унося с собой всю свою любовь и решимость быть вместе, где бы ни находились. Прошло три месяца. В тишине рабочего кабинета, где на столе громоздились стопки рукописей, а чернильница нетерпеливо ждала каждого росчерка пера, слышался лишь скрип пера по бумаге. Александр Сергеевич, склонившись над очередным произведением, с усердием выводил строку за строкой, полностью погрузившись в творчество. Внезапно дверь распахнулась, и в комнату стремительно вбежала Анастасия. Щёки её пылали румянцем, глаза сияли от волнения, а в движениях чувствовалась едва сдерживаемая радость. - Саша! Воскликнула она, но, заметив его погружённость в работу, тут же остановилась. - Ой… ты работаешь… Извини… Пушкин поднял руку, прося немного подождать. Ещё несколько мгновений он сосредоточенно дописывал строку, затем аккуратно отложил перо и повернулся к жене, с нежностью заглянув в её сияющие глаза. - Что случилось, душа моя? Анастасия на миг задержала дыхание, будто не зная, как сказать, но затем, не в силах больше сдерживать волнение, выдохнула: - Я беременна. Глаза Александра сначала расширились от удивления, а затем наполнились светом, теплом, бесконечной радостью. Он быстро поднялся со стула и, не отводя от неё взгляда, шагнул вперёд. - Настя… моя Настя… Он заключил её в крепкие объятия, прижимая к себе так нежно, словно боялся, что это чудо, плод их любви, растворится в воздухе. - Чем боли я с тобой живу, тем боли я тебя люблю… прошептал он, легко касаясь губами её виска. Анастасия улыбнулась, прильнув к нему всем сердцем. В этот момент мир за пределами кабинета перестал существовать. Ни интриги двора, ни хлопоты повседневной жизни не могли коснуться их счастья. Было только одно, любовь, что теперь обрела продолжение в новой жизни, что зарождалась под её сердцем. - Я так счастлива, Саша… - И я, душа моя… Он снова посмотрел на неё, вглядываясь в каждую черту любимого лица, в эти глаза, полные любви и радости. - Ты подарила мне не только вдохновение, но и целый мир. И в этот миг Александр Сергеевич, известный всей России своей страстью к слову, не смог найти ничего, что могло бы передать всё, что он чувствовал. Кроме одного, поцелуя, трепетного, нежного, полного любви и благодарности. День клонился к вечеру, и в уютном доме Александра Сергеевича начинало собираться избранное общество. В камине потрескивал огонь, освещая мягким светом тяжёлые портьеры и резную мебель, а в воздухе витал аромат восковых свечей и терпкого вина. Анастасия, стоя перед зеркалом, поправляла лёгкую ленту на платье, когда в комнату вошёл её муж. - Сегодня у нас будет вечер? Спросила она, мельком взглянув на него. - Да, душа моя. Но если ты утомлена, я всё отменю, ответил Александр, подходя ближе и обнимая её за плечи. - Нет, всё хорошо. Просто… постарайся много не играть, с лёгкой улыбкой сказала она, заглядывая в его глаза. - Постараюсь, душа моя, пообещал он, но в голосе слышалась та самая игривая нотка, что говорила о его любви к обществу и веселью. Анастасия лишь покачала головой и направилась к выходу, но он задержал её лёгким движением руки. - Посиди со мной. С тобой строки словно вылетают сами собой. Она улыбнулась и опустилась в кресло рядом, наблюдая, как он вновь берёт в руки перо. К вечеру в доме зазвучали голоса. Гости прибывали, слуги принимали шинели и шали, в гостиной уже велись оживлённые беседы. - Саша! Раздался вдруг радостный возглас. Пушкин, повернув голову, замер на мгновение, а затем широко улыбнулся. - Какие люди! Иван Пущин! Друзья горячо обнялись, от души хлопая друг друга по плечу. - Здравствуй, друг мой! С искренней радостью произнёс Пущин. - Как же давно мы не виделись! Подхватил Пушкин. - Костя говорил мне, что у тебя в жизни появились некие любовные дела… - На счёт этого… Александр улыбнулся и, протянув руку, поманил к себе жену. - Душа моя, подойди ко мне. Анастасия с лёгкостью скользнула к супругу, её платье мягко колыхалось при каждом движении. - Познакомьтесь, Иван Иванович, это моя жена, Настя. - Анастасия Павловна, с лёгким поклоном произнёс Пущин. - Не нужно так официально, с приветливой улыбкой ответила она. - Константин Карлович уже рассказывал мне о вас, а я, в свою очередь, наслышана о вас как о человеке чести. - Лесть недостойна вас, сударыня, с улыбкой ответил Иван Иванович. - Но, надеюсь, правда, кокетливо заметила Анастасия. - В этом не смею сомневаться. К тому же, я слышал, что именно вы поспособствовали моему освобождению. Я вам безмерно благодарен. - Не стоит благодарности, мягко ответила она, покосившись на мужа. В этот момент к компании приблизился ещё один гость, чьё появление вызвало неподдельную радость у молодой женщины. - Анастасия Павловна, раздался знакомый голос. - Василий Андреевич! Она с улыбкой подбежала к учителю и порывисто обняла его, не обращая внимания на условности. - Я тоже скучал по вам, тепло ответил Жуковский, с лёгкой улыбкой наблюдая за подопечной. - Я так рада видеть вас здесь! - А я рад видеть вас, всё прекраснее с каждым днём, с лёгкой укоризной заметил он. - Ох, да полноте! Вы ведь знаете, что я вас считаю вторым отцом, с лукавинкой в голосе произнесла она. - Знаю, кивнул он с теплотой. Анастасия внезапно наклонилась к нему и тихо прошептала: - Я хочу поделиться с вами секретом. Только никому. - Я весь во внимании, с заговорщической улыбкой ответил Жуковский. - Я беременна. На миг на лице его мелькнуло изумление, но тут же сменилось неподдельной радостью. - Анастасия Павловна, это прекрасная новость! Пушкин в курсе? - Да, с мягким светом в глазах ответила она. - Но я хотела бы сообщить и брату. Как он? - Весь в делах. Сейчас уехал по важным государственным вопросам, но как только вернётся, я вас непременно уведомлю. - Буду признательна. - А сейчас, простите, меня ждут старые друзья. Жуковский с лёгкой улыбкой взял её руку и галантно коснулся тыльной стороны ладони, после чего удалился. - Ревнуешь, Саша? С лукавым блеском в глазах спросил Пущин, наблюдая за Пушкиным, который не сводил взгляда с жены. - К Жуковскому? Нет, усмехнулся Александр. - Он ей как отец, не более. - Что ж, тогда идёмте. Нас ждёт прекрасный вечер, заметил Иван Иванович. Пушкин, приобняв жену за талию, повёл её в гостиную, где уже начинались первые чтения стихов. Огонь в камине играл отблесками на бокалах вина, а в воздухе витало предчувствие чего-то прекрасного, новой главы их жизни, полной любви, поэзии и тихого семейного счастья. Время близилось к полуночи. В гостиной ещё звучали негромкие беседы, потрескивали свечи, наполняя воздух лёгким ароматом воска и пламени. За окнами раскинулась тихая ночь, над крышами домов серебрился молодой месяц. Анастасия, сидя рядом с мужем, невольно подавила зевок. Александр тут же заметил её усталость. - Саш… тихо позвала она. Поэт тут же наклонился к жене, заглядывая в её светлые глаза. - Что-то случилось, душа моя? - Я очень утомилась, призналась она, осторожно касаясь его руки. - Позволишь мне уйти в комнату? Пушкин с улыбкой провёл пальцами по её запястью. - Конечно, иди отдыхать. Тебя проводить? - Нет, всё в порядке. Отдыхай, любимый, с нежностью ответила она, мягко поцеловав его в щёку. Александр проследил за её уходом, а затем вновь обратился к собеседникам. - Саша, что произошло? Поинтересовался Константин Карлович. - Всё хорошо, Костя. Продолжаем наш вечер. Глубокой ночью в доме царила тишина. Анастасия проснулась от беспокойного сна, сердце её тревожно билось. Она села на кровати, прижимая ладони к груди, а затем поднялась и, накинув на плечи лёгкий шёлковый халат, вышла в гостиную. У камина догорал огонь, бросая алые отсветы на мраморный пол. На диване, едва прикрывшись сюртуком, спал Александр, а рядом с ним Пущин и ещё несколько друзей. - Саша… негромко позвала она. Поэт, не сразу разобравшись, где находится, сонно приоткрыл глаза. - Ммм… что случилось, душа моя? Пробормотал он, поднимаясь на локтях. - Мне кошмар приснился… призналась она, подходя ближе. Александр приподнялся, потёр виски и, пошатываясь, встал. - Идём в комнату, расскажешь, предложил он, касаясь ладонью её плеча. Анастасия почувствовала в его голосе лёгкую неустойчивость и нахмурилась. - Ты пьян… Пушкин усмехнулся и, чуть склонив голову, тихо ответил: - Возможно, я немного перебрал. Анастасия молча взяла его за руку и повела в спальню. Как только они вошли, Александр тяжело опустился на кровать, потянув жену за собой. Он заключил её в объятия, проводя пальцами по её локонам. - Что тебе приснилось, любимая? Спросил он, поцеловав её в висок. - Мне снилось, что с братом беда… прошептала она, прижимаясь к его груди. - Не могу отделаться от этой мысли. К тому же, на мои письма не приходят ответы… Александр мягко сжал её ладонь. - Всё хорошо, милая. Это только твои тревожные мысли, не более. Она закрыла глаза, впитывая его тепло. - Спасибо тебе… Ты рядом, и мне ничего не страшно. Пушкин чуть улыбнулся и, проведя рукой по её животу, тихо произнёс: - Засыпай. Наш малыш нуждается в хорошем сне. Анастасия крепче прижалась к нему, слушая его ровное дыхание. За окном догорали звёзды, а вместе с ними рассеивались и её тревоги. Пушкин тихо поднялся с постели, стараясь не потревожить спящую жену. Он легко поцеловал её в лоб и, накинув халат, вышел в гостиную. - Саша, доброе утро, раздался бодрый голос Пущина. - Тише, Ваня, поэт приложил палец к губам. - Настя спит. - Ты же с нами уснул, как ты уже оказался в спальне? Александр чуть улыбнулся. - Жена позвала. Пущин усмехнулся. - Костя ещё спит? - Мне кажется, он никогда так не напивался. Друзья рассмеялись. Пущин потянулся, встал с дивана, но неосторожно задел столик, опрокинув его на пол. - Ваня… укоризненно протянул Пушкин. - Всё в порядке, я уже не сплю, раздался за их спинами мягкий голос. Поэт и его друг одновременно обернулись. В дверном проёме стояла Анастасия, поправляя лёгкую батистовую сорочку. - Это мы тебя разбудили, душа моя? - Нет, покачала она головой, - Мне Коля не даёт покоя. Пушкин нахмурился. - Коля? Ты его так никогда не называла. Анастасия мягко улыбнулась, склонив голову набок. - Саша, он же не всегда был императором. Когда-то он был просто Коля. А теперь, Император Николай. Поэт несколько секунд пристально смотрел на жену, словно что-то осмысливая, а затем резко развернулся и направился в свой кабинет. - Саша, что случилось? Удивлённо спросила Анастасия. - Стих пришёл в голову. Нужно срочно записать! Бросил он через плечо и исчез за дверью. Девушка покачала головой, улыбаясь, и перевела взгляд на Пущина. - Иван Иванович, хотите кофе? Пока ваши друзья заняты. - Я не откажусь. Анастасия прошла на кухню и, ловкими движениями, быстро приготовила ароматный напиток. - Благодарю вас, с благодарностью принял чашку Пущин. Некоторое время они молча наслаждались тишиной утра. Затем Анастасия, закусив губу, нерешительно заговорила: - Вы хотите, чтобы мой брат Константин взошёл на трон, верно? Пущин чуть приподнял брови, но ответил спокойно: - Я ничего не имею против вашего брата. Я лишь хотел перемен для нас. Свободы слова. - Ваш друг, Пушкин, теперь печатается без цензуры, заметила она, помешивая ложечкой кофе. - Можно сказать, вы добились своего. - Тут нет моей заслуги, покачал головой Пущин. - И если вы боитесь, что Саша использовал вас как инструмент, не думайте так. Он не из тех. Анастасия усмехнулась. - Я знаю. Он говорит, что я его муза. - Это видно. За эти три месяца он написал столько новых произведений… Девушка задумалась, постукивая ноготками по краю чашки. - Расскажите мне о его молодости, Иван Иванович. Я так мало знаю о нём до ссылки. - Почему же вы у него не спросите? - Не знаю… не решаюсь. Я слышала лишь, что в ссылке у Саши был роман с княгиней Воронцовой… Пущин улыбнулся с лёгким лукавством. - Так вот что вас тревожит. Скажу вам так, Анастасия Павловна: Александр Сергеевич никогда не страдал недостатком женского внимания. У него всегда было много почитательниц. Но теперь… Теперь я вижу, какое место вы занимаете в его жизни. Вчера на вечере он от вас даже на шаг не отходил. Он уже не тот Пушкин, которого я знал прежде. Можете быть спокойны. В этот момент в кухню вошёл Пушкин, раскрасневшийся от возбуждения. - Ну что, что написал? Поинтересовалась Анастасия, глядя на мужа с нежностью. - Потом покажу тебе, душа моя. Оно ещё не закончено. Пока не достойно тебя. - Тогда хотя бы кофе будешь? - Угу, пробормотал он, проходя к ней. Подойдя сзади, Пушкин обнял жену, уткнувшись носом в её волосы. - Что случилось? Спросила Анастасия, касаясь его рук. - Ничего, душа моя. Просто день хороший. Солнечный. - Прям как ты. Как твои почитательницы описывают: "Вы словно лучик солнца". Пушкин отстранился и с прищуром посмотрел на неё. - Ты читала мои письма? Анастасия слегка покраснела. - Я… случайно. Поэт усмехнулся, взял чашку с кофе и сделал глоток. - Что ж… Значит, теперь тебе известны все мои восторги. Девушка лишь улыбнулась и, накрыв его руку своей, тихо ответила: - И все они, взаимны. В комнату вошёл дворовый крепостной Никита, поклонился и протянул запечатанное письмо. - Барин, вашей супруге послание. Анастасия с лёгким удивлением взяла его, развернула и быстро пробежала глазами по строкам. Внезапно её лицо побледнело, руки задрожали. - Настя? Обеспокоенно окликнул Пушкин. - Что случилось? Губы её едва слышно прошептали: - Коля... Слова оборвались, и девушка ослабла, теряя сознание.