Часть 7

Письма от Александра приходили почти ежедневно. В каждом строка за строкой он рассказывал о своих делах, о встречах, о том, как скучает по ней. "Душа моя, в Москве много суеты, но в этой суете я ищу твой образ. Каждую ночь вижу тебя во сне. Не давай этим змеям отравлять твой разум, знай, что ты моя честь, моя любовь, моя судьба." Анастасия перечитывала эти слова, прижимая письмо к груди. Но шли недели, и новости становились тревожными. - Говорят, Пушкин чувствует себя неважно, однажды осторожно заметил близкий друг семьи. Анастасия побледнела. - Что с ним? - Простуда, говорят… Но он продолжает работать, совсем не бережёт себя. Она сжала край письма, которое только что держала в руках. "Настенька, я немного простыл, но не тревожься. Всего лишь легкий недуг, скоро буду дома." Но её сердце подсказывало, всё не так просто. Когда карета с Александром остановилась у их дома, Анастасия выбежала навстречу. - Саша! Он выглядел бледным, осунувшимся. Температура отдавала жаром его коже, но он улыбнулся, увидев её. - Душа моя… Она подхватила его под руку, помогая войти. - Ты ужасно выглядишь, тебе нужен покой. - Глупости, мне просто немного нехорошо… Но стоило ему сделать шаг, как его ноги подкосились. - Александр! Она с трудом удержала его, а затем вскрикнула: - Слуги! Срочно врача! Доктор пришёл вечером. Осмотрел Пушкина, нахмурился. - Высокая температура… Сильный кашель… Вы совсем не щадили себя, сударь. - Что со мной? Спокойно спросил Пушкин. - Воспаление лёгких. Вам необходим постельный режим. Анастасия сжала его руку. - Ты слышал? Никаких поездок. Он улыбнулся. - Я остаюсь дома, душа моя. Ночью его знобило. Анастасия не спала, сидя у его постели, меняла компрессы, держала его за руку. - Всё будет хорошо… шептала она, словно заклинание. Он открыл глаза, устало, но с теплотой посмотрел на неё. - Как же мне повезло с тобой, Настенька… Она провела ладонью по его щеке. - Спи, любимый. Я здесь. И пусть за стенами дома продолжали звучать сплетни и интриги, этот мир их больше не касался. Для них существовал только он, этот тёплый, родной, полный любви мир, где главное было одно: они вместе Ночь окутала город тишиной, а в их комнате царил полумрак, разгоняемый лишь мягким светом свечей. Анастасия сидела у постели мужа, бережно проводя пальцами по его лбу. Температура немного спала, но в глазах Александра всё ещё плескалась усталость. - Ты должна отдохнуть, душа моя, тихо произнёс он, притягивая её ближе. - Как же я могу спать, когда ты болен? Он усмехнулся, слабой, но тёплой улыбкой. - Если ты рядом, я уже здоров. Она знала, что это не так. Его тело всё ещё лихорадило, но в его голосе звучала искренняя нежность. - Настенька… Он провёл пальцами по её щеке, словно запоминал каждую черту. Она закрыла глаза, ощущая тепло его ладони. - Я хочу, чтобы ты легла рядом. Она не возражала. Осторожно прилегла рядом, ощущая, как он слабо обнимает её. Их дыхания смешались, а в его глазах загорелся знакомый огонёк желания. - Ты устал… прошептала она, но он приложил палец к её губам. - Я хочу чувствовать тебя, моя дорогая… Она знала, что ему нужно сейчас, не страсть, не огонь, а нежность, тихая, согревающая, дающая силы. Она осторожно поцеловала его, ласково, без спешки. Его пальцы скользнули по её спине, разжигая в ней тепло. - Ты всегда так сладка, пробормотал он, оставляя лёгкие поцелуи на её губах, щеках, шее. Девушка стала оставлять поцелуи на него шее, спустакая ниже, растегивая рубашку, оголяя груди, вырисовывая невидемые узоры. Александр наблюдал как его возлюбленная спускалась поцелуями ниже. Девушка уже подобралась к его штанам. Она запустила руку в его штаны и достала его начало. Сначала она стала оставлять поцелуи по всей длине, затем провела языком и взяла головку в рот. Мужчина откинул голову назад и прикрыл глаза. - Ах, Настя. Боже.... Пара её движение и он поднимает её выше, целуя её пышные губы. Не разрывая поцелуя, Александр пробрался под её юбки и вошёл. Девушка шумно выдохнула и стала растегивать платье. Каждое его движение сопровождалось её стоном. Миллионы поцелуев, стонов, потерялись где-то в пространстве комнаты. Девушка первая дошла до пика выкрикнув его имя и упала ему на грудь. Анастасия прижалась к нему ближе, чувствуя биение его сердца. Этой ночью их не разрывали сплетни и тревоги. Этой ночью они принадлежали только друг другу. Утро в Петербурге не сулило покоя, а в дворцовых покоях Пушкиных царила тревога. Плакал Гриша. Анастасия проснулась от его жалобного крика и поспешила выйти из комнаты, уверенная, что кто-то из служанок будет рядом с малышом. Однако, войдя, она обнаружила, что комнаты, где спал её сын, было пусто. - Где вы ходите?! Почему он один?! Вскричала Анастасия, её голос звенел от тревоги. - Простите, государыня. Мы уже идём, одна из служанок поспешно вышла из комнаты. Анастасия вернулась в свою спальню, её сердце все ещё тревожило беспокойство о малыше. - Настя, что случилось? Встревоженно спросил Александр, заметив её обеспокоенное лицо. - Гриша один в комнате. Глупые курицы! Как можно оставить ребёнка одного?! С раздражением сказала она, сбрасывая халат на кресло. - Не нервничай, они того не стоят, мягко ответил Пушкин, подходя к жене и обнимая её. Анастасия несколько минут молчала, глубоко вздыхая, но потом улыбнулась. - Ты как всегда прав, с лёгкой улыбкой произнесла она и подошла ближе. С её лица ещё не сошла тревога, но она попыталась скрыть это. Вдруг она заметила, что у мужа всё ещё горит лицо от жара. - Снова жар? Спросила она с беспокойством, прикасаясь к его лбу. Пушкин слегка наклонил голову. - Может тебе не стоило приходить ко мне? Гриша нуждается в тебе. Она посмотрела на него с нежностью. - Я бы с ума сошла, если бы оставила тебя одного. Пусть лучше так будет. - Я не хочу, чтобы эта хворь и тебя одолела, сказал Александр с заботой, поглаживая её руку. Анастасия покачала головой. - Доктор даёт мне травы для поддержания здоровья и осматривает меня. Всё в порядке. Ты сейчас силы набирай. Она наклонилась и поцеловала его в лоб. - Мне уже лучше, ты меня вчера вылечила, тихо произнёс Пушкин, его глаза сверкали искренностью. Анастасия залилась румянцем, почувствовав волну тепла в груди от его слов. - Подай воды немного, прошептала она, стараясь скрыть свою смущённость. Он кивнул и встал, подавая ей стакан с чистой, холодной водой. Напротив, Анастасия снова почувствовала, как важна для неё не только забота о ребёнке, но и о её муже, без которого жизнь казалась бы тусклой и пустой. День выдался пасмурным, над Петербургом висели тяжёлые облака, и сырость пробиралась в самые тёплые комнаты. В доме Пушкиных было тихо. Лишь приглушённые шаги служанок да потрескивание дров в камине нарушали эту тишину. Анастасия сидела у кровати мужа, бережно сжимая его ладонь. Александр выглядел ослабевшим, его обычно живые глаза потускнели, а губы побледнели. Лихорадка не отступала. - Тебе не холодно? Тихо спросила она, поправляя плед на его плечах. - Только если ты будешь рядом, слабо улыбнулся он. Его голос был чуть охрипшим, но в нём звучало всё то же тепло. Анастасия осторожно провела пальцами по его горячему лбу, нахмурившись. - Надо бы снова дать тебе отвар, пробормотала она, вставая. Но Пушкин вдруг сжал её руку. - Побудь ещё немного. Она снова села, нежно глядя на него. - Ты выглядишь усталой, душа моя, сказал он, вглядываясь в её лицо. - Всё время заботишься обо мне и Грише. - Разве я могу иначе? С улыбкой ответила она, поглаживая его руку. - Ты слишком хороша для этого мира, он посмотрел на неё с такой любовью, что у неё защемило сердце. Она сжала его ладонь, словно передавая ему часть своей силы. - А ты слишком упрям, чтобы сдаться болезни, мягко поддразнила она. Он усмехнулся, но тут же его лицо исказила короткая судорога боли. - Александр! Встревоженно вскрикнула Анастасия. Он закрыл глаза, дыша тяжело и прерывисто. Она тут же вскочила, подбежала к столу, где стоял кувшин с водой, намочила платок и осторожно приложила ко лбу мужа. - Доктора позвать? Спросила служанка, заглянув в комнату. Анастасия кивнула. - Немедленно! Служанка исчезла, а Анастасия вновь склонилась над мужем, её сердце бешено колотилось. - Всё хорошо… Всё хорошо, шептала она, хотя сама не была уверена в этих словах. Пушкин медленно открыл глаза и посмотрел на неё. - Если это мои последние дни, я хочу, чтобы ты всегда помнила… - Не говори так! Перебила она, её голос дрогнул. - Я всегда любил только тебя, Настенька… тихо произнёс он, и его пальцы ослабли в её ладони. - Александр! В ужасе вскрикнула она. В комнату вбежал доктор, а Анастасия сжала губы, не позволяя себе расплакаться. Она знала одно: она не даст ему уйти.