Глава 8: Подвал

Восточная Польша. 9 мая 1941 года Дождь начинался с мелкой пыли на броне, а потом перешёл в тяжёлую стену воды. Ратт сидел в командирском люке «Цербера» — своего танка Churchill Mk.III — и смотрел на серую линию леса впереди. За ней — разрушенный хутор, указанный Рубцовым в последнем сообщении. — Мы точно по координатам? — спросил он. — С точностью до пол-километра, сэр, — ответил механик. — Там никого не должно быть. Радио молчит третий день. Ратт кивнул. Через полчаса они нашли сожжённую деревню. Обугленные балки, трупы коров, выжженные поля. Ни одной души. Но в доме, чья крыша провалилась внутрь, торчал антеннный кабель, спущенный под землю. — Остановись. Он спрыгнул с танка, открыл люк, ведущий в подвал. Запах спертый. Влажный. Запах металла, крови и гари. Он спустился вниз с револьвером в руке. И нашёл его. Сержант Рубцов лежал у стены, полунакрытый плащом. Бледный, с перебинтованным боком, винтовка рядом, рука на спусковом крючке. — Стой… — прохрипел он, с трудом открывая глаза. — Спокойно, это я. «White Badger». Иван моргнул. — Живой… значит, добрался… — Ты предупреждал меня, — Ратт присел рядом. — Теперь моя очередь. Он аккуратно разрезал грязную повязку и вколол шприц с морфием, достав из медицинской сумки. Иван закрыл глаза, но не отключился. — Она… она послала сигнал. Ты знаешь, да? — Я знаю. Я иду за ней. Рубцов вдруг схватил его за руку. — У Вольфа… он не просто связной. У него — карты наступления. Он знает, где ударят. Если не убьёшь его — всё будет зря. — Где он? — Ратт наклонился ближе. — Он в старом монастыре под Ле-Маном. Там штаб связи. Его охраняют… не солдаты. Абвер. Псы без флага. Иди ночью. Только ночью. Ратт кивнул. Он вытащил Ивана наружу и уложил в танк, рядом с водителем. Тот лишь молча смотрел на сержанта, прижав к его груди флягу с тёплой водой. — Ты спас её. Теперь мы спасём тебя, — тихо сказал Ратт. Танк завёлся. И двинулся на юго-запад — к монастырю, к Вольфу, и — возможно — к Матильде.