Глава 10 Расправа в лесу

Они сидели у костра. В темноте, обступающей круг огня, лица дрожали, как отражения на воде. Марта, Джей и Ник. И напротив — Зип, сжавшая плечи. Эбби рядом, стоял молча, как будто прислушивался к чему-то невидимому. — Сколько мы тебя знаем, а? — Марта бросила пустую банку в огонь. — А теперь ты с ним таскаешься. Психом, который даже не разговаривает. — Он нормальный, — тихо сказала Зип. — Ты нормальная? — Ник фыркнул. — Ты выглядишь, как будто тебя вытащили из мусорного бака. Тебя в школе жалеют, понимаешь? Жалеют, как животное. — Ты была одной из нас, — сказал Джей. — А теперь как призрак. Ты воняешь страхом. Он съел тебя. — Хватит, — произнёс Эбби. Медленно, но твёрдо. — Слушай ты, — Джей встал. — Думаешь, крутой? Ты просто ошибка. Тебе бы в психушке гнить, а не среди нас. Эбби встал между ними. — Отойдите от неё. — А ты что сделаешь? — Ник рассмеялся. — Зип, он тебе рот тоже закрывает? Как отец твой? Ты же любишь, когда тебя бьют. Джей ударил. Сильно. Прямо в живот Зип. Она рухнула на землю, закашлялась, зажалась, как сломанная кукла. Эбби не двинулся сразу. Он просто смотрел. Как будто в нём что-то открылось. Тихо. Без звука. Потом — шаг. Он схватил Джея за ухо, резко — и дёрнул. Мясо с хрящом оторвалось, как кожура. Кровь брызнула на куртку Эбби. — А-ААА! — Джей завизжал. Эбби вбил кулак в его живот. Потом — в лицо. И снова. И снова. Пока нос не вогнулся внутрь. Пока щёки не разошлись. Пока зубы не выпали. Он ударял, пока голова не перестала быть головой. Марта кричала. Попыталась убежать. Эбби схватил её за волосы, потащил к костру. Она царапалась, визжала. Он взял горящую ветку и засунул ей в рот. Она закашлялась дымом, задёргалась. Тогда он вбил палку глубже, пока не прорвало небо рта, пока не повалился пепел и пламя. Он ударил её головой о камень. Один раз. Второй. Потом взял камень — и стал колотить. Пока лицо не стало тёплой кашей. Ник замер. Не пытался бежать. Просто сел, глядя, как шатается и дышит Эбби. Эбби подошёл. Сел верхом. — Не надо, — прошептал Ник. — Пожалуйста. Эбби вставил пальцы ему в рот. Раздвинул челюсть, пока она не затрещала. Потом взял нож — маленький, перочинный, — и стал резать щёку. Медленно. С усилием. Сжимая челюсть, чтобы не закрылась. Пока не открылся рот до уха. Он воткнул нож в глаз. Повернул. Потом встал. Они все были мёртвы. Или почти. Мясо, кости, кровь в траве. Костёр потрескивал, как будто одобрял. Эбби смотрел на огонь. Потом — на Марту. На её открытый живот. Он подошёл. Достал внутренности — как повар, как с практикой. Отрезал кусок мышц. От щёк. От живота. Салфеткой вытер нож. Посмотрел на пламя. Положил мясо на плоский камень. Поставил у костра. Жар пошёл. Шипело. Запах был ужасный. Но настоящий. Он сидел рядом. Тихо. Смотрел, как мясо меняет цвет. Когда прожарилось — взял пальцами. Обжёгся. Положил в рот. Жевал медленно. Зип смотрела. Не верила. Не дышала. Но не отворачивалась. Эбби поднял на неё взгляд. Медленный. Весь в крови. Глаза мутные. Без страха. — Хочешь? - спросил он. - Не особо. Но спасибо. - она улыбнулась ему и поцеловала.