Глава 6

      Нью-Йорк предстал перед ними полем битвы — уцелевшие районы соседствовали с руинами и строительными площадками. Воздух, пропитанный запахом бетонной пыли, металла и машинного масла. Вдалеке вспыхивали искры сварочных аппаратов, словно падающие звёзды среди тьмы.        Сакура, паря в чакровой ладони Наруто, крепче сжала чакро-палец за который держалась, потрясённо разглядывая открывшуюся картину. Ветер трепал её розовые волосы, хлестал по щекам.        — Что произошло? — спросила она, указывая на обширные разрушения. В её голосе слышалось сдержанное потрясение. Зелёные глаза расширились, отражая золотистое сияние чакры.        — Неделю назад была война, — коротко ответил Наруто. В его голосе прозвучала усталость человека, видевшего слишком много. — Машины против людей и мутантов. Завтра на совете всё подробно расскажем.        Он направил их полёт ближе к Манхэттену, где особенно отчётливо виднелись огромные пустоты среди высоток — места, где раньше стояли знаменитые небоскрёбы Эмпайр Стейт и Крайслер. Свет луны падал на полуразрушенный город, придавая ему призрачные, нереальные очертания.        Вдалеке, на окраине, прожекторы освещали колоссальные груды строительного мусора, над которыми работали люди и техника. Оранжевые искры сварки вспыхивали в темноте крошечными сигнальными огоньками. Гул машин доносился даже сюда, на высоту их полёта.        Анна летела рядом, с лёгкостью рассекая ночной воздух. Её волосы с характерной белой прядью развевались, словно флаг. Иногда бросала любопытные взгляды на Сакуру.        Когда они пролетали над относительно уцелевшим районом, снизу донеслись возгласы. Люди указывали вверх, телефоны вспыхивали, как светлячки в летнюю ночь. Стоящий на перекрёстке полицейский снял фуражку, глядя в небо. Женщина подняла на руки маленького ребёнка, показывая ему золотое сияние над городом.        — Смотрите! Это Наруто! — прокатилось по улицам эхом от стен зданий.        — Наруто! Наруто! — скандировала толпа, и звук их голосов, сливающихся воедино, поднимался вверх волной.        — Целитель в Золотом Пламени! — крикнул кто-то из толпы, и этот возглас подхватили десятки, сотни голосов. Кто-то опустился на колени прямо на асфальт. Наруто поморщился, заметив это. «Никогда не привыкну, — подумал он. — Такое поклонение... неправильно.»        Сакура удивлённо взглянула на друга — в её глазах читалось непонимание, смешанное с новым открытием:        — Тебя здесь знают, — это был не вопрос, а констатация.        Щёки Наруто слегка порозовели — даже сквозь золотистое сияние чакры это было заметно.        — Так получилось, — он смущённо почесал затылок, жестом, знакомым Сакуре с детства. — Слушай, нам нужно приземлиться и поговорить.        Он указал на крышу, и они плавно опустились на неё. Золотистая аура медленно растаяла, возвращая Узумаки обычный вид — тело на мгновение охватила дрожь, когда ночной холод проник сквозь одежду без защиты чакры.        Анна мягко приземлилась рядом. Едва заметным движением пальцев включила переводчик.        С высоты открывался резкий контраст между светящейся уцелевшей частью города и тёмными руинами, перемежающимися прожекторами строек. Далёкий гул сирен сливался с шумом строительных работ — город жил, дышал, пытался исцелить раны.        — Так где Саске-кун? — спросила Сакура, переходя сразу к делу. Её голос звучал твёрдо, но Наруто, знавший девушку с детства, уловил тонкую ноту тревоги. — Мы ведь за ним летим?        Наруто глубоко вздохнул, нервно теребя край куртки. Под его ногами хрустнула мелкая каменная крошка.        — Да, но прежде чем мы его найдём... — он сделал паузу, подбирая слова. Взгляд его скользнул к горизонту, потом вернулся к девушке. — Сакура-чан, нам с Саске пришлось приспосабливаться к этому миру. За эти несколько месяцев многое изменилось.        — Изменилось? — Сакура напряглась. Её плечи едва заметно выпрямились, подбородок чуть приподнялся в боевая стойке куноичи, готовящейся принять удар. — Что именно?        — Ну, во-первых, — Наруто кивнул в сторону Роуг. В этом жесте смешались гордость и неловкость. — Я встретил Анну. Мы вместе.        Сакура быстро взглянула на стоящую поодаль девушку. В свете городских огней лицо Анны казалось вырезанным из слоновой кости — бледное, с чётким профилем. На лице Сакуры мелькнула тень удивления, брови слегка приподнялись, губы приоткрылись, но уже через мгновение она совладала с эмоциями, и выражение сменилось понимающей улыбкой.        — Поздравляю, — искренне сказала она, на мгновение сжав в кулаки, затем расслабились. — Я рада за тебя, Наруто.        «Она уже понимает, к чему я веду,» — осознал Узумаки, замечая, как дрогнули уголки её губ.        Он немного расслабился, но самое трудное было впереди.        — А Саске-кун? — продолжила Сакура, её голос едва заметно дрогнул, как струна, натянутая до предела. — Тоже...?        Лёгкий порыв ветра растрепал её волосы, бросив розовые пряди на лицо. Она механическим движением убрала их, заправив за ухо — жест настолько знакомый, что у Наруто защемило сердце.        Их взгляды встретились — синяя глубина и изумрудная зелень. В её глазах плескался немой вопрос, на который она, возможно, уже знала ответ.        — Да, — наконец выдавил он, решившись. Слова царапали горло, словно осколки стекла. — Саске встречается с девушкой по имени Алисия Манфреди. Они вместе уже какое-то время.        Он видел, как что-то дрогнуло в её глазах — будто крохотная трещина пробежала по изумрудной поверхности. Зрачки на секунду расширились, затем сузились. Но лицо осталось почти неизменным, лишь губы на мгновение сжались в тонкую линию, а кончики пальцев побелели от напряжения.        — Понимаю, — произнесла она ровным голосом. Голосом медика, объявляющего диагноз.        Наруто сразу понял, что творится в душе у Сакуры. Он знал её слишком хорошо — каждое микродвижение, каждый взгляд, каждый вздох. Сейчас её внешнее спокойствие не могло обмануть его. Он видел, побелевшие кончики пальцев, едва заметно дрожащие уголки губ, изменившийся ритм дыхания. За маской самообладания скрывалась буря эмоций.        — Сакура-чан, — мягко начал он, делая шаг к ней. Непроизвольно поднял руку, словно желая утешить.        — Всё в порядке, — она отступила на тот же шаг, выставив ладонь. Её пальцы слегка подрагивали, но голос оставался твёрдым. — Правда. Я рада за него.        Мимо пролетела ночная птица, её крылья на мгновение заслонили лунный свет, бросив тень на лицо Сакуры — словно тёмная вуаль скорби, на секунду приоткрывшая истинные чувства.        — Нам нужно найти его, верно? — добавила она почти нормальным голосом. В её тоне появилась деловитость — спасительная маска профессионализма.        — Да… — кивнул Наруто. Плечи его поникли.                

*** 

              Сакура ощутила, как мир вокруг странно замедлился. Звуки города, шум ветра, голос Наруто — всё доносилось словно сквозь толщу воды. Только собственное сердцебиение грохотало в ушах с болезненной ясностью.        Саске встречается с девушкой по имени Алисия Манфреди. Они вместе уже несколько недель.        Каждое слово отпечаталось в сознании, словно выжженное раскалённым железом. Она почувствовала, как что-то внутри сжалось и оборвалось — то самое чувство, которое испытываешь в момент падения, когда земля уходит из-под ног.        Алисия Манфреди. Алисия. Несколько недель.        Саске... её Саске-кун... с другой женщиной? Образы замелькали в голове с калейдоскопической скоростью. Воспоминания, надежды, мечты — и реальность, разбивающая их одно за другим.        Она почувствовала, как на неё накатывает волна эмоций — шок, недоверие, боль, гнев. Но вместе с этим пришло и другое чувство, холодное и отрезвляющее — профессиональная дисциплина шиноби. Годы тренировок, миссии на грани жизни и смерти научили её держать эмоции под контролем.        Сакура ощутила, как автоматически выровнялось дыхание, как расправились плечи, как напряглись и тут же расслабились мышцы. Лицевые мышцы получили чёткую команду — оставаться нейтральными. Она не позволит себе сломаться. Не здесь. Не сейчас. Не перед ними.        — Понимаю, — произнесла она, удивляясь, насколько спокойно прозвучал голос.        Внешне — обычная Сакура. Внутри — бушующий ураган.        Странное ощущение двойственности охватило её. Часть сознания отстранённо анализировала ситуацию, словно медик, наблюдающий за пациентом. Тахикардия. Повышенное потоотделение. Спазм в горле. Симптомы острого эмоционального стресса.        Вторая часть кричала от боли.        Для меня прошло мгновение, для него — месяцы.        Она помнила последний день перед финальной битвой с Кагуей. Помнила, как смотрела на Саске, думая, что возможно, они наконец смогут быть вместе после войны. Помнила надежду. А затем — пустота. И пробуждение в новом мире, где всё перевернулось с ног на голову.        Сакура заставила себя сосредоточиться на внешнем мире. Наруто что-то говорил, его лицо выражало беспокойство. Девушка рядом с ним — Анна, её зовут Анна — смотрела на неё с сочувствием. Город шумел внизу, равнодушный к её внутренней агонии.        — Всё в порядке, — слова вырвались автоматически, защитный механизм сработал на рефлексах. — Правда. Это... это хорошо. Я рада за него.        Ложь. Какая же очевидная ложь. Но сейчас она нуждалась в этой лжи, как в щите. Позже, когда останется одна, она сможет позволить себе упасть. Но не сейчас.        Взгляд зацепился за огни города. Бесконечные, мерцающие, чужие. Этот мир — не её мир. Эта реальность — не та, к которой она готовилась. Ей захотелось сбежать, найти тихое место, забиться в угол и наконец разрыдаться. Но даже этой возможности у неё не было.        Соберись, Харуно. Ты куноичи Конохи. Ты пережила войну. Ты справишься и с этим.        — Нам нужно найти его, верно? — она услышала свой голос, механический, словно принадлежащий кому-то другому.        Сакура почувствовала горький привкус во рту. Сфокусироваться на задаче. Отложить эмоции. Действовать как профессионал. Старые, знакомые инструкции, вбитые годами тренировок.        Но боль не уходила. Она затаилась где-то глубоко, готовая вырваться наружу в момент слабости. Алисия Манфреди. Кто она? Красивая? Умная? Сильная? Что в ней нашёл Саске? Что она смогла дать ему за эти недели, чего не смогла дать Сакура за все годы?        Почему именно сейчас? Почему, когда я наконец вернулась?        Сакура ощутила, как дрожат пальцы, и сжала руки в кулаки. Сейчас не время. Она должна быть сильной. Для себя. Для команды.        — Да… — голос Наруто прорвался сквозь пелену мыслей.        Она заставила себя сосредоточиться на его словах, хотя каждый нерв в теле кричал от боли. Что бы ни случилось, она выдержит. Она всегда выдерживала.        Просто ещё один удар.        Холодный ветер пронизывал насквозь, но Сакура едва замечала его. Внутри неё было достаточно огня, чтобы согреть и заморозить одновременно. Огня, который мог сжечь всё дотла, если ему дать волю.        Позже, обещала она себе. Когда никто не увидит.        А пока она просто кивала, слушала и делала вид, что её сердце не разбивается на тысячу осколков.                

*** 

              Полночный Манхэттен расстилался перед ними бескрайним морем огней — еще не восстановленный полностью, с темными провалами разрушенных кварталов среди сверкающих высоток. Сакура вглядывалась в панораму города, пытаясь осмыслить его масштабы. Несмотря на опустошение, это был самый грандиозный город, который она когда-либо видела.        — Я... пожалуй, останусь здесь, — произнесла она, отступая от края крыши. — Хочу немного осмотреться.        Её голос прозвучал почти естественно, но Наруто слишком хорошо знал эту интонацию. Точно такую же он слышал в день, когда Саске ушел из деревни, и Сакура, сдерживая слезы, пыталась улыбаться. Фальшивая улыбка, за которой скрывалась буря эмоций.        Они обменялись взглядами — долгим, понимающим. Наруто кивнул:        — Я схожу за ним и вернусь. Это недолго.        Он бросил короткий взгляд на Анну, которая стояла чуть поодаль, давая им пространство для разговора.        — Анна-чан, побудь с Сакурой? Я быстро.        Роуг кивнула, подходя ближе:        — Конечно.        Наруто подошел к краю здания и, не раздумывая, шагнул вниз. Чакра сосредоточилась в ступнях, позволяя ему прилипнуть к стеклянной поверхности небоскреба. Он начал спускаться вертикально вниз, словно идя по горизонтальной поверхности, на глазах у изумленных прохожих внизу.        На крыше Сакура обхватила себя руками, словно защищаясь от ветра. Или от реальности.                

*** 

              Алисия потянулась к прикроватной тумбочке, где в лакированной шкатулке хранились сигары — не дешёвые кубинские, а редкие доминиканские, которые её отец заказывал напрямую из Санто-Доминго. Отрезала кончик золотым гильотинным ножом и закурила, позволяя дыму медленно растечься по комнате. Саске лежал рядом, глядя в потолок невидящим взглядом. Его дыхание уже выровнялось, но разум, казалось, был где-то далеко.        Алисия перекатилась на бок, подперев голову рукой, и пристально изучала профиль Саске в полумраке. Городские огни отбрасывали на его лицо причудливые тени, подчёркивая острые линии скул и подбородка.        — Знаешь, — протянула она, выпуская тонкую струйку дыма. — Я всё смотрю эти вирусные видео твоего друга. Наруто.        Это привлекло внимание Саске. Его глаза едва заметно сузились, хотя он по-прежнему смотрел в потолок.        — Хм?        — Это невероятно, — продолжила Алисия, делая новую затяжку. — Тысячи его копий по всему городу во время атаки Стражей. Сейчас в сети около сотни разных роликов с его клонами, спасающими людей.        Она выдержала паузу, наблюдая за реакцией Саске. Уголок его рта дёрнулся — микроскопическое движение, которое заметил бы только тот, кто знал, что искать.        — Помнишь, как в прошлый раз, когда тот Страж атаковал нас здесь? — Алисия выпустила кольцо дыма к потолку. — Ты отправил своих клонов на разведку. С тех пор не могу перестать думать об этом.        Саске повернул к ней голову. Взгляд его потяжелел, став более сосредоточенным.        — И что с того? — спросил он, не отворачиваясь.        — А они... — Алисия коснулась его обнажённого плеча кончиками пальцев. — Они просто исполняют приказы, или у них есть собственное сознание?        Саске слегка приподнял бровь, заинтересованный ходом её мыслей.        — Полная копия, — ответил он после короткой паузы. — С дубликатом сознания.        Алисия улыбнулась и затянулась сигарой. Огонёк на конце вспыхнул ярче, бросив красноватый отблеск на её лицо. Она выдохнула дым и наклонилась ближе к Саске, так что её волосы упали на его грудь.        — Я тут подумала, — её голос стал ниже, приобретая бархатистые интонации. — Может, устроим тройничок как нибудь? — Она провела пальцем по его груди, спускаясь к животу. — Ты, я и твой клон. Уверена, это будет... интенсивно.        Саске снова взглянул на неё, и на этот раз Алисия увидела то, что искала — лёгкая улыбка тронула его губы. Не открытая усмешка, а едва заметное движение, микроскопический изгиб, который на лице Учихи значил больше, чем широкая ухмылка у другого человека.        — Подумаю, — сказал он, снова отводя взгляд к потолку.        Алисия улыбнулась, делая очередную затяжку. Она знала этот тон. За внешним безразличием скрывался интерес. Саске уже согласился, просто, как всегда, не желал показывать своего энтузиазма.                Она откинулась на подушки, позволяя дыму лениво подниматься к потолку, и уже собиралась развить тему, когда Саске резко поднял голову и напрягся. Всё тело его мгновенно собралось, как у хищника, почуявшего угрозу.        — Что? — Алисия приподнялась на локте, придерживая простыню.        Саске хмыкнул, садясь на кровати. Обнажённые плечи напряглись, словно в ожидании удара.        — Проблема на мою голову, — процедил он.        — Какая проблема? — Алисия нахмурилась, следя за его движениями.        Саске молча встал с постели, даже не потрудившись прикрыться. Он подошел к панорамному окну и уставился в ночную тьму. Спустя несколько секунд его взгляд переместился вниз.                Алисия, заинтригованная, обернула простыню вокруг тела и тоже подошла к окну. Глаза расширились от удивления, когда она увидела спускающегося по стеклу человека.        — Это... Наруто? — она моргнула. — И почему он...        Наруто, заметив их, наклонился. Он завис прямо напротив окна, стоя на вертикальной поверхности, как на полу. Его губы двигались — он явно что-то говорил, но через звуконепроницаемое стекло слов было не разобрать. Заметив это, Наруто театрально закатил глаза и указал на свой телефон, а затем на Саске.        Алисия подавила смешок:        — Пусть заходит через парадную дверь. Я предупрежу ресепшн.        Она отошла от окна, плотнее закутываясь в простыню, и взяла телефон со столика. Быстро набрала номер, продолжая наблюдать за Саске и парящим за окном Наруто.        — К вам сейчас подойдет Наруто Узумаки. Пропустите его... Да, тот самый, — она слегка улыбнулась реакции на другом конце линии. — Спасибо.        Она положила трубку и повернулась к Саске:        — Вижу, твой друг любит эффектные появления, — протянула Алисия с лёгкой ухмылкой, наблюдая за Наруто. — Может, объяснишь, в чем дело?        Намеренная бесцеремонность вопроса была рассчитана на то, чтобы вызвать его раздражение. Она прекрасно знала, что Саске не ответит, но наблюдать за микровыражениями на его лице, когда он сдерживал эмоции, было своеобразным удовольствием.        Саске не ответил. Вместо этого он указал пальцем вниз, давая Наруто понять, что нужно спуститься к главному входу. Наруто кивнул и отпрыгнул от стекла, исчезая из виду.        Саске, повернувшись, шагнул к одежде, чтобы надеть её.        — Нет, — просто сказал он.        Алисия облокотилась о стену, наблюдая, как он одевается — скупые, точные движения, ни одного лишнего. Даже в этом проявлялся его характер.                

*** 

              Наруто вошел в просторный холл башни, где ряды кристальных люстр отражались в мраморном полу. Он направился к стойке ресепшена, невольно ощущая на себе взгляды людей в вечерних нарядах.        Молодая женщина за стойкой подняла голову и замерла, приоткрыв рот. В её глазах отразилось узнавание, смешанное с благоговением.        — Господи, это действительно вы, — выдохнула она, привставая со своего места. — Наруто Узумаки!        Наруто неловко улыбнулся, потирая затылок привычным жестом:        — Э-э, да, это я. Меня должны ждать...        — Конечно-конечно, — быстро закивала девушка, не сводя с него глаз. — Мисс Манфреди предупредила. Просто... Я не думала, что увижу вас лично. Вы спасли мою младшую сестру во время нападения Стражей на Квинс. Она была в торговом центре, когда стены обрушились, и один из ваших... клонов, кажется... вытащил её из-под завала.        — А, — Наруто смутился ещё больше, чувствуя, как кровь приливает к щекам. — Рад, что смог помочь.        — Она часто рисует вас в золотом свечении. Говорит, что вы пахнете солнцем, — девушка внезапно осеклась. — Простите, я, наверное, задерживаю вас. Вам на шестидесятый этаж, последний пентхаус. Лифт направо.        Она указала в сторону отдельно стоящих дверей из полированной стали.        — Спасибо, — Наруто кивнул и направился к лифту, чувствуя облегчение, когда двери закрылись за ним, отсекая восторженный взгляд девушки.        Он глубоко вздохнул. Такое внимание по-прежнему смущало его. В отличие от подросткового Наруто, который кричал на каждом углу, что станет Хокаге, взрослый Узумаки чувствовал себя неуютно в лучах славы.        Лифт двигался плавно, из динамиков лилась спокойная джазовая мелодия. Цифры на дисплее сменялись быстро: 31, 32, 33... Мысли Наруто вернулись к Сакуре, оставшейся на крыше. К её глазам, в которых явно читалась боль, несмотря на все попытки скрыть это.        Наконец двери лифта бесшумно разъехались, открывая просторный холл пентхауса. Саске уже ждал его, прислонившись к стене, сложив руки на груди. Его лицо было непроницаемым, но Наруто по опыту знал, что это не признак спокойствия, а наоборот — сигнал крайнего внутреннего напряжения.        — Чего хотел? — произнёс Саске, отталкиваясь от стены.        Наруто вышел из лифта, позволяя дверям закрыться за спиной:        — Почему ты не пришёл на общий ужин? — спросил он без предисловий. — Все собрались.        — Мне это неинтересно, — холодно прервал его Саске, но в глазах мелькнуло что-то, что противоречило этим словам.        — Не ври мне, — Наруто сделал шаг вперёд. — Нам нужно поговорить, давай место найдем?        Вместо ответа Саске активировал Шаринган. Три запятые в глазах слились в калейдоскоп, и мир вокруг них изменился.                Мир вокруг них исказился, краски поблекли, звуки исчезли. Они оказались в пространстве гендзюцу — сумеречной пустоте, где реальность подчинялась воле создателя иллюзии. Здесь время текло иначе, и один разговор мог длиться как мгновение, так и вечность.        Наруто осмотрелся, привыкая к искаженной реальности. Багрово-черное небо, бескрайняя равнина — минималистичное пространство без лишних деталей.        — Хорошо, — он скрестил руки на груди. — То, что нужно.        Саске стоял неподвижно, его глаза пылали алым светом Шарингана. Несколько секунд он молчал, и только ветер, порожденный его подсознанием, трепал полы одежды.        — Да угадаю, — холодно ответил он. — Будешь читать нотации?        — Угадал, — Наруто сделал шаг вперед. — Я хочу спросить, почему ты избегаешь родителей и брата? И всех, кто вернулся.        Саске отвернулся. В мире иллюзии его чувства проявлялись в окружении — густые тени сгустились у его ног, словно закипающая темнота.        — Это не твое дело, — отрезал он.        — Еще как моё дело! — Наруто повысил голос. — Ты помнишь, что говорил мне в Долине Завершения? Что я не понимаю, каково это — потерять семью. Что я не знаю настоящей боли. Помнишь?        Саске молчал. Его профиль, повернутый к призрачному лунному свету гендзюцу, казался вырезанным из камня.        — А в Стране Железа? — продолжил Наруто. — Когда ты сказал Какаши, что хотел бы снова увидеть родителей? Что тогда было — ложь?        — Хватит.        — Нет, не хватит! — Наруто шагнул ближе. — Мои родители тоже вернулись, Саске. Я впервые в жизни могу просто поговорить с папой. Услышать, как мама смеется.                — Что ты хочешь услышать? — Саске резко обернулся, его голос стал опасно тихим. — Что я боюсь? Что мне страшно посмотреть им в глаза? Этого ты добиваешься?        Наруто не отступил:        — Я хочу понять, почему ты прячешься здесь, вместо того чтобы быть с ними.        Ландшафт вокруг них дрогнул, по земле пробежала трещина — эмоции Саске просачивались в ткань иллюзии.        — И что они увидят? — в его голосе прорезалась горечь. — Мальчишку, тренирующийся до изнеможения, чтобы услышать похвалу отца? Или шиноби, предавшего деревню? Убийцу старшего брата? — он сделал паузу, его пальцы сжались в кулаки. — Или того, кто продал душу дьяволу и сам стал наполовину демоном?        Последние слова он почти выплюнул, глядя на побледневшего Наруто.        — Они не ждут никого из этих людей, — тихо ответил Наруто. — Они просто хотят видеть своего сына. Таким, какой он есть.        — Ты не можешь этого знать, — Саске отвернулся, и гнев в его голосе сменился чем-то похожим на усталость.        Наруто ждал, не прерывая тишину. Он знал, что давить дальше — значит потерять этот редкий момент откровенности.        — Я не тот человек, которого они помнят, — наконец произнес Саске.                — Никто из нас не остался прежним, — Наруто подошел ближе, но не пытался коснуться друга. — Ты думаешь, мои родители ожидали увидеть меня таким? С этими шрамами? С этими... — он поднял руку, глядя на свою ладонь, словно видя там что-то невидимое другим. — С этими силами, этим прошлым?        Он тихо усмехнулся:        — Я хочу кушать еду которая приготовила мама, или похвастаться перед отцом своими техниками.        Саске бросил на него острый взгляд:        — Ты что сравниваешь свой путь с моим?        — Нет, — покачал головой Наруто. — Но наши родители любят нас не за то, кем мы стали. А просто потому, что мы их дети.        Неожиданно по бескрайней равнине гендзюцу пронесся порыв ветра, принося с собой шепот — отголоски реального мира, проникающие в иллюзию. Шум города, далекие голоса.                — Есть кое-что еще, — сказал Наруто после паузы. — Сегодня за ужином Конохамару обнаружил видео на YouTube, который на большом телевизоре в зале. То, как мы держали те два здания. — Он внимательно следил за реакцией Саске. — Твое демоническое превращение... воскрешение людей. Все это снято на камеры. Весь мир видел.        Саске напрягся, его глаза сузились:        — И что с того?        — Они тоже увидят, — просто сказал Наруто. — Итачи, твои родители... они узнают. Рано или поздно.        — Это меняет что-то? — Саске скрестил руки на груди, его голос снова стал холодным.        — Разве не лучше, если они услышат об этом от тебя? — Наруто не отводил взгляда. — О контракте с Мефисто. О том, что произошло.        В мире гендзюцу вокруг Саске вспыхнуло пурпурное пламя — на долю секунды, но достаточно, чтобы Наруто увидел его внутреннее смятение.        — Ты требуешь слишком многого, — процедил Саске.        — Я ничего не требую, — Наруто покачал головой. — Я просто говорю, что есть варианты. Ты можешь продолжать прятаться. Или можешь встретиться с ними. На твоих условиях. Когда будешь готов.        Саске долго молчал. Багровые небеса гендзюцу сгустились над ними.                — Сакура тоже наверху? — спросил Саске, меняя тему.        Наруто не стал настаивать на продолжении предыдущего разговора:        — Да. На крыше.        — Что ты ей сказал? Про... — он кивнул в сторону пентхауса, подразумевая Алисию.        — Правду.        Саске едва заметно дёрнул плечом:        — Ясно.        Его безразличие казалось настолько подчёркнутым, что было очевидно — это маска.        — Она подавлена, — тихо добавил Наруто. — Хотя и пытается скрыть это.        — А чего она ожидала? — холодно спросил Саске. — Её чувства — её бремя.        Он отвернулся, глядя в чёрную пустоту гендзюцу:        — Она никогда не видела меня настоящего. Влюбилась в красивое лицо и образ крутого одноклассника. В идею, которую сама создала. — Голос Саске стал жёстче. — А потом цеплялась за эту идею, даже когда я пытался её убить. Разве это не больное сознание?        Наруто нахмурился:        — Ты несправедлив к ней.        — Я реалист, — отрезал Саске. — У неё не было причин любить меня. У меня не было причин отвечать на эти чувства. — Он сделал паузу. — Сейчас — тем более.                Тени в пространстве гендзюцу сгустились, словно отражая его эмоциональное состояние.        — Просто… поговори с ней. Искренне. Она заслуживает этого.        Саске смотрел на него долгим, изучающим взглядом. Что-то в его лице изменилось — не смягчилось, но словно трещина пробежала по каменной маске.        — Я поднимусь на крышу, — наконец сказал он. — Но ничего не обещаю.        — Этого достаточно, — Наруто позволил себе слабую улыбку. — Для начала.        Мир гендзюцу вокруг них начал таять, растворяться, возвращая их в реальность.        — Иногда я жалею, что не убил тебя, когда была возможность, — произнес Саске, но в его голосе не было настоящей угрозы.        — Я тоже рад тебя видеть. — усмехнулся Наруто, когда иллюзия окончательно рассеялась.