Любовь не знает границ

      Крепость Огонь встречала самую необычную тройку гостей за всё время своего существования. Феникс, Тёрн и Беда стояли на перекрёстке, не имея ни малейшего понятия, в какую сторону им нужно идти. Пожилой командир гарнизона хоть и пропустил незваных гостей, но никаких подсказок по ориентации внутри здания не дал. Не из-за своего упрямства, а потому, что солдатам запрещается просто так разгуливать по крепости. В данном случае в таких строгих правилах было и преимущество: шанс встретить в коридорах противников сводился к минимуму, ведь свободно перемещаться по ним могут разве что особы из королевского рода и высокопоставленные солдаты, большая часть из которых валялась во внутреннем дворе без признаков жизни, либо прямо сейчас воевала вместе с Огонь где-то на севере.       — И куда нам повернуть? — Феникс и Беда косились на предводительницу Вольных когтей. Всё таки она песчаный дракон и явно лучше знает ответ, чем небесная или двуногий.       — Откуда мне знать. Я здесь ни разу не была, — пожала плечами Тёрн, будто её ответ и так был очевиден.       — Что, даже до войны? — Феникс удивился, что обычно хорошо осведомлённая о всех событиях в Пиррии Тёрн не знала хотя бы примерную схему ходов в крепости столицы её родного королевства.       — Феникс, ты забыл, что война уже 20 лет идёт? — несколько возмутилась мать Солнышко. — Я не такая старая, как ты думаешь. Думаю, даже на пару лет младше тебя.       Отвисшая нижняя челюсть парня говорила сама за себя. Он как-то и не задумывался о том, что драконы взрослеют намного раньше людей, хотя живут при этом в разы дольше. Например Солнышко ребёнком уже никак не назвать. Она скорее вступила в пору юности. Полностью взрослыми драконы считаются к 10 годам, так что Тёрн вполне можно назвать довольно молодой, но взрослой драконицей. Просто исходя из занимаемой ей должности, мудрости и опытности Феникс выстроил у себя в голове не совсем реалистичный образ песчаной. В пользу этого образа играл ещё и факт того, что лучшая подруга Феникса была дочерью Тёрн. Теперь же парень задумчиво и пожалуй чересчур пристально разглядывал Тёрн.       — Ну чего ты так на меня смотришь? — то ли смутилась, то ли обрадовалась песчаная. — Опять флиртовать будешь?       — Лучше уже после того, как мы выберемся отсюда вместе с Солнышко... Хотя нет, тогда уже не смогу. Кроме шуток, что делать то будем?       — Может стоит разделиться? — предложила Беда, напоминая о своём присутствии.       — Вот это уже хорошая идея, — выразила свою оценку Тёрн. — Вряд ли здесь сейчас много драконов, так что опасность нам не грозит.       Феникс снова задумался. Шансы достичь цели действительно увеличивались, если троица разделится. Время тоже ограничено: даже если Солнышко в порядке, то не нужно забывать о раненных членах Вольных когтей, которых как можно скорей нужно доставить в более подходящее для лечения место. Вот только встретить Пурпур совсем не хотелось. То есть, может и хотелось, чтобы прикончить её. Жаль, что Беда такой поступок не оценит, а предавать её после того, как она только что воевала на их стороне, Феникс не хотел. Вздохнув, он произнёс:       — Хорошо. Сделаем так: если я или госпожа Тёрн наткнёмся на Пурпур, мы её не тронем, а сразу сообщим тебе, Беда. В свою очередь мы просим тебя помочь Солнышко, если её встретишь именно ты. Договорились?       Беда кивнула, а вот песчаная игриво толкнула мечника в бок: — Только перестань уже называть меня "госпожой".       — Тысяча извинений, миледи, — покривлялся Феникс, на что Тёрн ответила смешком. Вспомнив о том, что Беда и сама может найти Пурпур, он обратился к небесной: — Беда, если у тебя всё получится, что дальше будешь делать?       — Я ещё не думала об этом, — призналась дочь Кречет. — Как думаешь, меня не прогонят, если я прилечу в Люминарию?       — Пусть только попробуют, — насмешливо фыркнул парень. — Глин заткнёт всех недовольных, будь в этом уверена. Да и королева же там теперь наша Ореола, так что всё будет в порядке. Думаю, мы с Солнышко тоже подтянемся скоро.       — Буду надеяться, — смущённо ответила небесная. — Спасибо тебе.       — Взаимно. Ты отлично сражалась и очень помогла нам.       — Всё верно, — Тёрн тоже встряла в разговор. — Вольные когти не забывают тех, кто приходит нам на помощь. Гнездо скорпионов всегда сможет послужить тебе убежищем в случае необходимости. И ещё, слушайте оба. Кое что я всё таки об этом месте слышала. Говорят, что в этих коридорах есть какой-то механизм, который может мгновенно полностью перекрыть проход. Про принцип его работы знают только члены королевской семьи, так что будьте осторожны и не вляпайтесь в неприятности.       Обменявшись любезностями в последний раз, троица выбрала себе по коридору и направилась в глубины крепости. На самом деле комнат на том этаже, где находился Феникс, насчитывалось не так много. Он старался заглядывать в каждую из них в надежде обнаружить песчаную драконицу, но большинство дверей оставались закрытыми. Феникс прислушивался, а иногда и звал Солнышко по имени, боясь пропустить её в одной из запертых комнат.       Обстановка в коридорах крепости полностью соответствовала имиджу Огонь. Удивительно, что она вообще находила время на ремонтные работы, учитывая, что это место она навещала не так часто, проводя большую часть времени в военных походах. Интерьер встречал посетителей намного более суровыми деталями, чем во дворце небесных или ледяных. Вместо кучи драгоценностей, развешанных там, где надо и не надо, стены коридоров украшали чучела голов драконов разных племён, некоторых животных, иногда людей. Порой встречались крупные картины королевы Оазис, её предков и дальних родственников. Более свежие картины изображали саму Огонь, при чём обязательно протыкающую копьём какого-нибудь дракона или возглавляющую войско песчаных. Вполне ожидаемо Феникс не встретил ни одного изображения двух других дочерей Оазис. Некоторые пустые места на стенах с прямоугольником более светлого оттенка ясно давали понять, что нынешняя правительница избавилась о всех упоминаниях Ожог или Пламени в крепости.       Блуждания в конце концов привели Феникса в тупик. В буквальном смысле. Коридор оканчивался очередной статуей Огонь в доспехах и парой глиняных горшков с юккой по углам. Лишь одна неприметная дверь виднелась с правой стороны. Уже не надеясь найти хоть что-то полезное, Феникс всё же решился толкнуть дверь — та оказалась незапертой. Войдя внутрь, Феникс перестал дышать от удивления. Нет, он встретил не Солнышко и даже не Пурпур. Перед его глазами на полу сидел... человек. Зрелая девушка с тёмными волосами рисовала картину, изображавшую морской берег. Услышав звук открывшейся двери, она обернулась и удивилась не меньше парня.       — Ты ещё кто? — спросил Феникс. Прочитав на лице незнакомки шок и полное непонимание его слов он треснул себя по лицу, забыв переключиться на человеческий язык. Исправив ошибку, мечник повторил вопрос: — Кто ты и что здесь делаешь?       — Р-роза... Ты сейчас что... говорил на драконьем языке? — пролепетала девушка, ожидав увидеть в дверном проёме кого угодно, только не человека.       — Ага, — сухо ответил парень. У него не было ни времени, ни желания заводить разговор с незнакомой женщиной, но всё же пришлось, ведь она могла знать местонахождение Солнышко. — Ты не ответила на второй вопрос, но да ладно. Ты не видела тут песчаную драконицу? Такую маленькую, со светлой чешуёй и красив... то есть, просто зелёными глазами.       — Может и видела. А зачем тебе? И вообще кто ты такой?       — Слушай, она может быть в опасности. Я не могу тут с тобой стоять и болтать, — раздраженно фыркнул парень.       — Придётся, иначе я тебе ничего не скажу. Я тут давно живу. Лет двадцать или около того. Меня держит в качестве питомца местный принц Уголёк, — Роза решила вывалить на предполагаемого сородича информацию, которая того явно не интересовала. Всё таки он чуть ли не единственный человек, которого она встретила за всё это время.       — Его зовут Искр, — выплюнул мечник. Он задумывался над тем, чтобы приставить меч к горлу этой женщины и выведать всю информацию, но что-то подсказывало ему, что человек, проживший пару десятков лет в крепости Огонь, вряд ли испугается угрозы.       — Правда? — удивилась Роза, но всё же согласилась с этим заявлением. — А ты откуда знаешь? И вообще кто ты такой? Тоже чей-то питомец?       — Очень смешно, — скривился Феникс, хотя девушка говорила вполне серьёзно. — У меня правда нет времени рассказывать тебе о себе. Ты будешь помогать или нет? Моя подруга в беде!       — Та драконица твоя подруга? — лицо Розы вновь выразило изумление, что являлось вполне естественной реакцией на подобное утверждение. — Вот это поворот. Хотя она и вправду такая милая... Встречала я здесь как-то ещё одного человека, которая знает драконий язык...       — Что-что? — на этом моменте Феникс насторожился. Если Роза не врала, то тот человек, о котором она говорит, может как-то раскрыть правду о его происхождении и пробудить воспоминания о жизни до Пиррии.       — Да-да. Правда разговаривала она не так хорошо, как ты. Люди же не могут издавать многие звуки, как драконы.       — Вот такие? — Феникс выдал пару фраз на драконьем языке, вызвав новую волну шока у собеседницы.       — Как?! Как ты это делаешь?! — та вскочила с места и подбежала к парню, безуспешно пытаясь разглядеть какой-то магический речевой аппарат.       — Так же, как и на твоём языке. Что здесь делал тот человек, о котором ты упоминала?       — Ты не поверишь, но ровно тоже самое, что и ты, — улыбнулась Роза. — Это была девушка, которая хотела спасти из темницы какого-то небесного дракона. И вот с аналогичной задачей ко мне приходишь ты.       — У неё получилось? — с нетерпением допрашивал девушку парень.       — Как ни странно, получилось. Но я не знаю, куда они пошли потом.       Вместо кратного отчёта с описанием только нужных деталей Роза старалась избавиться от длительного дефицита разговоров с живым человеком, поэтому весело рассказывала Фениксу то, что нужно и не нужно. С другой стороны, Солнышко действительно с ней успела познакомиться, и по заверениям женщины, должна находится где-то в левой части крепости — туда, куда отправилась Тёрн. Выудив наконец нужную информацию, Феникс помчал к выходу.       — Если хочешь, можешь сбежать отсюда. С местной стражей наш отряд разобрался, так что выход свободен. Если наткнёшься на них, скажи вот так, — Феникс постарался медленно выговорить на драконьем языке фразу "я от Тёрн".       — Так твой отряд тоже из драконов состоит? — Роза снова пялилась на парня, как баран на новые ворота. — Так хорошо я точно выговорить не смогу. Да и сбегать я не собираюсь. Хоть мы друг друга плохо понимаем, Уголёк, то есть, Искр, вполне хорошо обо мне заботится.       — Как хочешь, — кивнул на прощание Феникс и рванул в сторону, где примерно должен быть поворот в ту часть, куда пошла Тёрн.       — Удачи найти твою подружку! — крикнула вслед Роза и вернулась к рисованию, пытаясь выговорить фразу, которую ей сказал Феникс.

***

      "Хоть бы Тёрн уже нашла её. Мы и так много времени потратили, — Феникс мчал по коридорам песчаной крепости со всех ног. Рана слегка замедляла бег, но в условиях узких проходов и поворотов, двигаться на предельной скорости не вышло бы при всём желании. — Может стоило взять в крепость ещё кого-то из Вольных когтей? Хотя вряд ли это сильно ускорило бы процесс, плюс надо следить за раненными и сохранять видимость большого и грозного отряда. Кто знает, вдруг тем робким солдатам из гарнизона придёт в голову гениальная мысль выслужиться перед их королевой и всё таки напасть на последователей Тёрн. Нет уж, тут нельзя терять бдительность."       Спустившись по лестнице на этаж ниже и пробежав ещё не один коридор, Феникс наконец услышал какой-то подозрительный шум и голоса впереди. Прибавив в скорости ещё немного, он вскоре встретил за очередным поворотом довольно крупного песчаного дракона, который лапал стену, будто пытаясь найти способ открыть какой-то тайный проход. Благодаря картинам, развешанным то тут, то там внутри крепости, мечник узнал принца Искра, правда сперва так и не понял, чем он занимается. Как только парень приблизился, принц тут же заметил его. Взгляд дракона переполнялся паникой, словно ребёнок, сделавший какую-то пакость, которую вот-вот раскроют родители.       — Подожди! — на бегу крикнул Феникс, но испугавшийся ещё больше Искр рванул было в противоположную сторону, затем резко остановился и, отодвинув один из кирпичей на уровне пола, пошарил лапой внутри стены.       Феникс уже почти догнал странного песчаного, как прямо перед его носом с потолка упал полутораметровый каменный блок, перегородивший путь вперёд. Парень достаточно быстро взял себя в руки и быстро понял, что сдвинуть преграду не представляется возможным. Это и была та самая система блокировки коридоров, о которой предупреждала Тёрн. Разобраться в принципе её работы мечник не успел: за спиной он услышал приглушённые голоса:       — Феникс, это ты? — знакомый нежный и немного испуганный голос песчаной драконицы доносился откуда-то из-за стены. Обернувшийся Феникс быстро сообразил, что это никакая не стена, а точно такой же каменный блок, перекрывавший вход в какую-то комнату.       — Солнышко! — парень сперва обрадовался, ведь его подруга была как минимум жива, что само по себе являлось достижением, учитывая место, где они сейчас находятся. Однако его секундная радость быстро уступила растерянности и страху, когда он увидел, что прямо у пола, где каменная преграда касалась пола, просачивался чёрный дымок. — Что там у тебя творится?       — Я тоже здесь, если тебе интересно, — голос Тёрн мечник тоже узнал сразу. — Но на этом хорошие новости заканчиваются. Этот идиот Искр с перепугу случайно запер нас в этой библиотеке. Ещё и свитки ненароком поджёг. Вот же кретин!       — Мам, не ругайся! Он же не хотел... — Солнышко даже в условиях грозившей им с Тёрн смерти, продолжала оправдывать принца.       — Там есть другой выход? — Феникс начал сильно потеть. Не от жары, а от волнения. Он только что нашёл Солнышко, и снова она висела на волоске от смерти.       — Нет, — ответила Тёрн. Её голос теперь послышался приглушённым, словно песчаная отошла от преграды, дабы лишний раз осмотреть помещение. — Я понятия не имею, как поднять эту штуку.       — Сейчас, — Феникс вспомнил, что во время побега, Искр активировал механизм, отодвинув кирпич в самом низу стены. — Я попробую разобраться.       Паника заметно нарастала, и мечник упал на четвереньки в поисках нужного рычага. Отодвинутый кирпич он заметил почти сразу, но помрачнел ещё сильнее, когда заглянул в отверстие. Никакого рычага здесь не было. Вместо него Феникс увидел множество канатов и цепей разной толщины. В голове пронеслась теория, что данные приспособления должны каким-то образом удерживать блокирующий блок. Проблема в том, что нижние канаты были перерезаны. Скорее всего именно таким образом и активируется эта система безопасности, и восстановить её за короткий промежуток времени, да ещё и самостоятельно, точно не удастся.       — Зараза. Твою мать! — Феникс пнул здоровой ногой стену. — Ничего не выйдет: тут всё поломано.       — Плохо, — констатировала Тёрн, сохраняя относительное спокойствие. — Не вздумай паниковать!       — Может попробовать поднять эту штуку вместе? — отчаянно предложила Солнышко, не надеясь, что её идея как-то поможет.       Феникс оценивающе уставился на каменный параллелепипед перед ним. У них не было ни единого шанса поднять эту громадину. Но Тёрн права — сдаваться нельзя. Не для этого он прошёл весь этот путь. Присев на корточки, парень попробовал протиснуть пальцы под блок. Именно на этом моменте до него дошла вся безвыходность ситуации. Камень плотно прилегал к полу. Лишь в некоторых местах из-за неровностей расстояние между ними достигало пары миллиметров, но и в них втиснуть пальцы никак не получалось.       — Без шансов, — обречённо произнёс Феникс.       "Вот так всё и закончится? Драконица, которую я полюбил с первой встречи, погибнет от огня? — на парня накатила волна отчаяния. Он был превосходным воином, способным сразить любого противника, но ни его сила, ни любые зелья не могли помочь с таким на первый взгляд простым препятствием. — Может всё таки стоило прикончить Аддакса сразу? — Феникс помотал головой и дал себе мощную пощёчину так, что аж в глазах на миг потемнело. — Хватит уже ныть, Феникс! Соберись и используй имеющееся время с пользой! Бороться до самого конца, до последнего вздоха!"       Выйдя наконец из ступора, парень принялся метаться по коридору в надежде найти хоть что-нибудь, любую подсказку, которая позволит родиться нужной идее.       — Я справлюсь! Мы выберемся! Я не оставлю тебя здесь, Солнышко! Ты меня слышишь? — как заведённый повторял себе Феникс скорее для того, чтобы успокоить себя, а не драконицу.       — Феникс... — Солнышко кашлянула. Дым продолжал сочиться через щели между преградой и полом. — Я всё равно считаю, что мы сделали всё правильно.       — Обсудим это, когда выйдем на улицу, — отрезал мечник. Он догадался, к чему ведёт Солнышко. Никакие прощальные слова он слушать не собирался. Он снова попробовал поковыряться в сломанном механизме, потянув за цепи и канаты. Без результатов. Ещё раз принялся пробовать поднять огромный кусок камня. Без результатов. Тёрн в это время продолжала искать варианты спасения, попутно сбрасывая все целые свитки в противоположный угол. Сдерживать огонь они могут ещё долго. А вот едкий дым постепенно наполнял библиотеку, не имея возможности вырваться за её пределы.       — Феникс...       — Нет! Я не позволю тебе умереть Солнышко! Потому что, хоть мы и слишком разные с тобой, я... я всё равно люблю тебя! — Феникс снова ударил камень, будто тот магическим образом может распасться. — Ты самый потрясающий дракон в Пиррии. Самая красивая, самая добрая и самая особенная драконица во всём мире. — парень достал меч и просунул остриё под камнем. Задумка удалась и почувствовавший хоть какую-то надежду Феникс потянул рукоять вверх. На секунду ему даже показалось, что блок на миллиметр поднялся, но клинок предательски затрещал, грозя сломаться от такого напора. Да и сил тоже не хватало — меч выскользнул из-под блока, и его хозяин упал вперёд, ударяясь о тёплый камень. Струйка крови стекала с разбитого лба по его лицу, смешиваясь со слезами.       — Не такие мы и разные, Феникс, — спокойным нежным голосом ответила Солнышко. — У меня нет шипа на хвосте, как у всех песчаных, но я не перестаю от этого быть драконом, — она ещё несколько раз прокашлялась, отгоняя лапой скапливающийся чёрный дым. — Может у тебя нет крыльев и чешуи, но в душе ты самый настоящий, очень хороший дракон, я знаю это. Я тоже люблю тебя, Феникс. Всегда буду тебя любить. До самого последнего мгновения в моей жизни.       Мир парня перевернулся с ног на голову. Он пытался осознать и принять тот факт, что самая дорогая ему драконица не только не отвергла его признание, но и ответила взаимностью. До сегодняшнего дня Феникс много размышлял о его шансах на подобную связь с Солнышко. Он считал, что за такой доброй красавицей рано или поздно выстроится очередь из достойных драконов, из которого она сможет выбрать самого лучшего. Но даже в самых лучших вариантах он не надеялся, что песчаная полюбит его также сильно, как и он её. Феникс не мог вдохнуть от чувства, которое переполняло его с ног до головы. Вся ненависть к Искру и Аддаксу, к Огонь, Пурпур и даже к Ожог вмиг куда-то исчезла. Её место заняло что-то, что грело душу, как домашний очаг и Феникс вцепился в это чувство, боясь отпустить его даже на секунду.       Парень не сразу заметил, как дым под ногами перестал двигаться. Частички пыли зависли в воздухе, а вокруг царила гробовая тишина. Слушая учащённый стук собственного сердца, мечник наконец обратил внимание на то, что время вокруг него будто застыло.       — Наконец и ты почувствовал это, — незнакомый и одновременно такой родной голос послышался за спиной.       Феникс обернулся и обомлел. Перед ним стояла прекрасная драконица с белой чешуёй и такими же белоснежными волосами, как и у него самого. Несмотря на цвет, она совершенно не походила на ледяных драконов, да и к другим племенам отнести её довольно сложно. Золотые глаза разглядывали парня, а на губах играла лёгкая улыбка.       — Ты кто? — Феникс испытывал смешанные чувства. Во-первых, он ещё не отошёл от откровенного разговора с Солнышко и от ситуации, в которую они попали. Во-вторых, перед ним стояла взявшаяся из ниоткуда драконица, которую он совсем не знал, но почему-то доверял ей на подсознательном уровне. Он поводил пальцем по воздуху и спросил: — Это ты сделала?       — Конечно я, кто же ещё, — ехидно улыбнулась незнакомка, продолжая осматривать парня. — Ты вырос, Феникс.       — Вырос? — мечник по-прежнему не понимал, что происходит, и с кем он разговаривает. То, что белая драконица являлась дракомантом, он не сомневался. Но никакой опасности он по прежнему не ощущал.       — Не только физически, — кивнула гостя, не переставая улыбаться. — Я всё думала, повторишь ли ты подвиг отца или поддашься своей природе? И вот ответ сейчас передо мной.       — Отца? Ты его знаешь? — удивился парень. Он не спешил торопить незнакомку, ведь время вокруг явно остановилось, и он мог воспользоваться этим, чтобы придумать способ спасения Солнышко и Тёрн, а может и уговорить дракомантку помочь. — Нельзя ли как-нибудь поконкретней? Я пока ничего не понимаю.       — Я бы объяснила, но у меня нет столько времени. Даже я с трудом смогла наладить с тобой связь через такое расстояние и время. А краткая версия породит скорее больше вопросов, чем ответов. Может быть ты и сам вспомнишь. Или тебе напомнят. Когда-нибудь.       — Допустим, — Феникс решил не настаивать. Всё таки первостепенная проблема сейчас совсем другая, и он решил рискнуть попросить драконицу о помощи. — Ты не могла бы помочь вытащить моих друзей?       Незнакомка глянула в сторону каменного блока слегка прищурившись, словно рассматривает Солнышко и Тёрн сквозь преграду. — Хах, у вас с отцом совсем разные вкусы. Хотя она тоже красивая, не отнять. Что до помощи, увы, я не могу взаимодействовать с материальным миром в... таком состоянии. Но ты и сам можешь справиться.       — Как?! — Феникс поражался спокойствию собеседницы. Может быть она на его месте и справилась бы с задачей одним щелчком пальцев, но сам мечник на такое не способен, а цена поражения слишком велика, чтобы даже думать о ней. — Я уже всё перепробовал!       — Всё, да не всё, — ответила беловолосая драконица так, будто решение лежало под носом у Феникса, и тот отказывался увидеть его. — Для начала возьми что-нибудь вроде маленького сундучка в соседней комнате. Не сейчас! — воскликнула она, когда Феникс уже собрался немедленно воспользоваться советом собеседницы без лишних вопросов. Если действительно был способ спасти песчаных дракониц, то парень готов следовать любым указаниям, чтобы его реализовать. — Я же остановила время, не забывай. Пока просто слушай. Принесёшь его под эту каменюку, а затем просто используешь меч в качестве рычага.       — Постой, но ведь этот блок тяжеленный. Меч слишком тонкий — он просто сломается! Да и я не смогу поднять такую громадину.       — Ты её любишь? — драконица кивнула в сторону, где за преградой должна сейчас стоять Солнышко.       — Конечно! — без промедлений ответил Феникс, не подозревая, как ему это может помочь.       — Значит поднимешь, — снова спокойно ответила незнакомка. — А меч... Достань его, — парень обнажил клинок: блестящая работа настоящего мастера. — Ах, всё также блестит. Мы очень старались при его создании, перед тем, как подарили тебе. Ух, то ещё приключение! Но об этом в другой раз. Этот меч — не просто железяка для рубки неприятелей. Он может отзываться не некоторые твои чувства. И лучше всего он реагирует на... — драконица сделала паузу, надеясь, что Феникс закончит фразу за неё, но тот слишком сильно волновался, чтобы рассуждать также трезво, как она. — Эх... На любовь, конечно же!       — Как это? — Феникс крутил в руках своё оружие, пытаясь разглядеть на нём какие-то признаки наложенных чар. Он любил свой меч, регулярно полировал его и чистил, но никогда не замечал никаких особенных способностей, списывая все успехи на качество материалов и собственные навыки. На самом деле, так оно и было.       — Тебе нужно будет сосредоточиться и думать только об этой Солнышко, и о том, как много она для тебя значит. Сам разберёшься — это несложная часть. Сохраняй концентрацию, и твой меч никогда не сломается. Да и ты сам кое что почувствуешь, — хитро улыбнулась чешуйчатая. — На этом вынуждена попрощаться. Не могу удерживать связь дольше.       — Постой! А зачем ты вообще со мной связывалась?       — Как зачем? — и снова этот взгляд, будто ответ очевиден даже ребёнку. — Что странного в том, что мать хочет помочь сыну? — драконица подмигнула и растворилась в воздухе, возвращая течение времени на круги своя.       Несколько секунд Феникс продолжал стоять в полном ступоре. В чувства его привёл громкий кашель за стеной. Парень решил, что успеет уложить детали этой неожиданной встречи в голове позже, после чего метнулся в соседнюю комнату. Почти сразу справа от двери на полу действительно стоял длинный, но достаточно низкий сундук, сделанный из какого-то металла. Несмотря на приличный вес предмета, Феникс поднял его и отнёс к каменному блоку, расположив его перпендикулярно преграде. Он снова достал меч, который до этого пришлось спрятать в ножны для переноса сундука, протиснул остриё под блок, а основание у самой гарды положил на сундук.       — Приготовьтесь! — скомандовал Феникс и нажал на рукоять. Следуя полученной от беловолосой драконицы инструкции, он старался сконцентрироваться исключительно на мыслях о Солнышко. О том, как сильно он её любит. Это оказалось достаточно просто, ведь парень и так зафиксировал образ песчаной у себя в голове давным-давно. Для дополнительной сосредоточенности он на всякий случай зажмурился, давя на меч так сильно, что всё тело начало жечь от напряжения. Феникс не жалел себя, ведь это был самый важный момент в его жизни, который определял его будущее, как и будущее всей Пиррии.       Когда блок сдвинулся на первый миллиметр, Феникс расплющил глаза. Меч издавал яркое золотое свечение. Парень обрадовался так сильно, что новые волны слёз потекли по щекам, только на этот раз это были слёзы радости. Он усилил напор ещё больше, хотя даже сейчас чувствовал, как каждая косточка в его теле жутко болела под неестественным напором.       — Получается! — воскликнула Солнышко с другой стороны. — Феникс, у тебя получается!!!       — Невозможно... — Тёрн не могла поверить, что огромный блок камня действительно двигается всё выше. Она готова была списать увиденное на галлюцинации от дыма, которым они с дочерью уже успели надышаться, но всё это происходило на самом деле, ломая представления драконицы о законах физики.       Когда преграда сдвинулась на несколько сантиметров, Феникс пошёл на отчаянный манёвр. От поставил ногу на рукоять, не снижая давление, а затем в одно резкое движение просунул ладони под блок, удерживая его собственными руками. Мечник готов поклясться, что его внутренние органы готовы в любой момент разорваться от такой тяжести. Но он по прежнему продолжал следовать указаниям дракомантки, думая лишь о своей возлюбленной. Он хотел кричать о том, как сильно он любит Солнышко на всю крепость. Нет, на всю Пиррию! Но слова застревали в горле из-за недостатка воздуха: лёгкие горели, как и всё остальное тело, которое Феникс использовал для поднятия преграды, разделявшую парня и песчаную драконицу.       — Не знаю, как ты это делаешь, но продолжай в том же духе! — поддерживала мечника всё ещё не верящая своим глазам Тёрн.       — Давай, Феникс, ещё немного! У тебя получится, я верю в тебя! Верю также, как ты поверил в меня! — Солнышко агитировала возлюбленного, несмотря на то, что каждый вдох давался с трудом. Помочь поднимать преграду песчаные даже не стали пробовать: и так понятно, что ни один дракон никогда в жизни не сможет и на миллиметр её сдвинуть.       Тем временем, расстояние между полом и нижней частью блока всё увеличивалось и увеличивалось, пока Феникс не дал команду драконицам пролазить под ним. Солнышко справилась достаточно быстро благодаря своим размерам. Тёрн пришлось проползать, натирая чешуйки, что впрочем не являлось для неё большой проблемой, учитывая её профессию и частые рейдерские миссии. Едкий дым тоже не отставал и щекотал нос Феникса противным запахом. Убедившись, что обе драконицы перебрались на его сторону, он отпустил блок, и тот с грохотом упал на пол, знаменуя успешное завершение самой важной части операции. С чуть меньшим грохотом обессиленный мечник тоже упал на пол.       — Ты как? — только-только отдышавшаяся Солнышко склонилась над Фениксом, будто несколько секунд назад смертельная опасность грозила именно ему, а не ей самой. Парень с трудом дышал, не мог ничего ответить, но во все зубы улыбался песчаной, рыдая, как дитё. Солнышко и сама не сдерживала слёзы, обнимая возлюбленного. — Я так рада!       — Не хочу вам мешать, но нам нужно спешить, — прервала идиллию Тёрн. — Феникс, ты можешь встать? Я помогу тебе идти.       Парень кивнул и через несколько секунд попытался перевернуться на живот, чтобы подняться на ноги. Тёрн и Солнышко тут же принялись помогать спасителю в меру своих возможностей. Не сводя глаз с Феникса, младшая драконица только сейчас заметила деталь, которая очень её удивила. Глаза парня стали ярко-золотыми, почти точно такого же цвета, как чешуя Солнышко, и совсем немного светились. Решив не нагружать друга дополнительными вопросами, которых и так скопилось немало, песчаная лишь продолжала улыбаться.       Все трое шли к выходу из крепости. Фениксу помогала в основном Тёрн, так как всё таки в отличии от Солнышко была достаточно крупной, чтобы мечник мог опираться на её шею при передвижении. Фениксу очень хотелось упасть прямо здесь и поспать пару суток, но следовало потерпеть ещё немного, ведь желание дожидаться Огонь в её собственной крепости так и не появилось. Вспомнив о том, что у он до сих пор носил с собой остатки лечебного зелья, парень полез рукой в сумку и извлёк пузырёк с красноватой жидкостью на дне. Выпив всё до последней капли он почувствовал едва заметное облегчение, но даже этого было достаточно в условиях почти полного изнеможения. Уже около выхода Феникс даже смог самостоятельно шагать.       Снаружи их ждал очередной сюрприз. Нет, с Вольными когтями ничего плохого не случилось. Скорее наоборот: они смогли подлатать раненных настолько, насколько это было возможно в текущих обстоятельствах, собрали вещи и выстроились, готовясь отправится в путь в любой момент. Пара драконов из-за тяжелых ран лететь не могла. К счастью, солдаты из гарнизона всё же сжалились над соплеменниками и предоставили им местные носилки. Формой они напоминали гамак, чтобы пострадавшего было удобней транспортировать по воздуху, а от четырёх углов тянулись длинные, толстые ремни. Их четыре дракона должны обмотать вокруг себя. Именно столько чешуйчатых необходимо для того, чтобы поднять в воздух пятого дракона. Расстояния как раз хватало, чтобы спасатели не мешали друг другу крыльями в процессе полёта.       Но самый интересный гость стоял почти посередине двора. Аддакс выслушивал ругательства Шестипалого, стоя спиной к крепости, так что никак не мог увидеть выходящих из неё Тёрн, Солнышко и Феникса. Последний, заприметив предателя, тут же рванул к нему, несмотря на возгласы Солнышко. Аддакс не успел среагировать — Феникс навалился на дракона, прижимая его крылья к спине, а к шее приставил клинок.       — Ах ты тварь! Что, думал, что мы все здесь поляжем?! — парень очень хотел ударить песчаного, но сдержался. Дракон по какой-то причине выглядел не столько напуганным, а скорее растерянным и немного грустным. Отвечать при этом не стал, будто ожидая наказание за свой поступок. — Из-за тебя, мразь, Солнышко, Тёрн и многие другие хорошие драконы чуть не погибли! И несмотря на всё это... — Феникс сделал длинную паузу. По какой-то причине он больше не ощущал к нему такой яростной ненависти, как несколько часов назад. Он уже принял решение. Решение, которое приняла бы в такой ситуации Солнышко, — я прощаю тебя.       Грубо оттолкнув Аддакса, парень наблюдал за реакцией дракона. Его удивлению не было предела. Казалось, песчаный уже приготовился к смерти и никак не ожидал такой беспричинной благосклонности к его персоне. Так ничего и не сказав, он взмыл в воздух, покинув внутренний двор крепости. Феникс сперва задумался, а правильно ли он поступил, но увидев счастливую мордочку Солнышко тут же понял, что сделал всё правильно. Та подлетела к нему, и парень присел, чтобы их взгляды были на одном уровне.       — Феникс, ты... отпустил его? — Солнышко решила переспросить, зная, что мечник мог придумать какую-нибудь подставу, чтобы отомстить Аддаксу в будущем, но снова серые глаза парня не выражали ни намёка на злость, а лишь радость видеть песчаную драконицу живой и здоровой.       — Сам себе удивляюсь, — пожал плечами Феникс. — Просто подумал, что ты поступила бы именно так. Вот и я хочу научиться. Возьмёшь меня в ученики?       — Ну перестань так шутить, — махнула лапой смущённая песчаная.       — Я говорю на полном серьёзе. Я восхищаюсь тобой, Солнышко. Хочу научиться смотреть на этот мир также, как ты. А пока... Помнишь, ты мне рассказывала о своей мечте? Хотя день, когда драконы станут добрее друг к другу, ещё очень далёк, я всё равно хочу следовать за тобой и помогать исполнить эту мечту. Мне не нужно верить ни в какое пророчество. Я верю в тебя, Солнышко!       — Феникс... — песчаная с трудом сдерживала слёзы. — Спасибо тебе за всё! Я обещаю оправдать твоё доверие, — о чём-то вспомнив, её взгляд вмиг стал более игривым. — Кстати, не знаю, как ты провернул тот фокус в крепости, но я считаю, такой подвиг заслуживает награды.       — Награды? — удивился Феникс, стараясь разгадать мысль Солнышко. — И что же это за награда? Меч у меня есть, с одеждой тоже плюс-минус порядок. Новый пояс для сумки с зельями не помешал бы конечно, но в принципе...       Договорить Феникс не успел: Солнышко без предупреждения поцеловала его в губы, слегка наклонив голову набок для удобства. Парню потребовалось всего мгновение, чтобы сообразить ответить на поцелуй взаимностью. Их совершенно не смущали взгляды Тёрн, Шестипалого и остальных членов Вольных когтей, с улыбкой наблюдающих за самой странной парой в Пиррии.