Приятно снова познакомиться

      После дозы успокоений от Солнышко, Феникс собирался провести остаток дня, помогая в уходе за раненными, но песчаная всё же уговорила его вместо этого лечь пораньше спать после столь тяжелого дня. В процессе уговоров драконица применила такие сильные приёмы как "щенячьи глазки" и "нежный голосок", так что у сопротивления Феникса не было ни единого шанса. К тому же, сон действительно помог не только справиться с усталостью, но и отогнать дурные мысли.       Впрочем, задержаться в академии мечник не смог. На утро местный целитель настоятельно порекомендовал доставить Пала и Бежу в городской лазарет. Песчаных удалось подлатать, стабилизировав их состояние, однако для дальнейшего лечения требовались ресурсы, которых в академии после случая со взрывом осталось не так много. Последовав совету, Феникс собрал вещи, попрощался с Солнышко и остальными друзьями, после чего в сопровождении нескольких драконов, которые использовали носилки, поспешил в Гнездо скорпионов. В этом крупном городе как раз находится подходящий лазарет.       По прибытию в некогда оплот Вольных когтей, парень встретил главу организации, которая теперь возглавляла целое королевство. Тёрн прибыла сюда не только в связи с королевскими вопросами, но и из-за беспокойства за одного из своих лучших помощников, который тоже заявился в Гнездо скорпионов очень кстати. Королева уже получила доклад о событиях в Аэргрейне, но вот слухи о гибели Хамелеона до неё пока не успели дойти. Встретив Феникса на главной площади, она устроила мечнику допрос с пристрастием. Тёрн вообще очень трудно отказать. Вот парню и пришлось выложить всю историю от начала до конца. Королева вполне ожидаемо принялась отчитывать его за излишнюю беспечность.       — Вот скажи мне, я когда-нибудь доживу до того момента, когда ты научишься просить помощи у друзей? Или так и будешь вечно бросаться в пламя, заставляя меня переживать? — возмущалась Тёрн, на что имела полное право. — В этот раз всё обошлось лишь ранениями одних из моих лучших бойцов в Вольных когтях, а ведь всё могло обернуться намного хуже! Дракомантия — это не игрушка, Феникс.       — Я понимаю, Ваше Величество. Я облажался, — Феникс опустил голову, словно сын, провинившийся перед матерью. — Я подставил под удар Пала и Бежу, не предупредил ни Вас, ни Солнышко и ринулся сразу в бой на кураже. Я готов понести любое наказание, как только моих помощников поставят на лапы.       Парень понимал, что его рискованная выходка просто так не пройдёт. Конечно, промедли он после боя с прихвостнями Пурпур и самой небесной, то Хамелеон мог бы скрыться и продолжить создавать ещё более опасные заклинания. Но идя драться лоб в лоб, к тому же взяв с собой двух песчаных, Феникс пошёл на серьёзный риск. Тёрн ругалась вполне справедливо, поэтому мечник уже приготовился к понижению или даже запрету на участие в битвах, но глядя на полное раскаянья лицо парня, королева всё же смягчилась.       — И что мне с тобой делать... — глубоко вздохнула драконица, обдумывая своё решение. С одной стороны, Феникс помог сохранить важного союзника в Небесном королевстве, при этом навсегда решив вопрос с Пурпур. Более того, убийство дракона со способностями к дракомантии, также обеспечит меньше проблем в будущем. С другой стороны, победа далась с трудом, и подобные результаты "на тоненького" повторялись уж слишком часто. Феникс продолжал рисковать собой, что заставляло Тёрн беспокоиться, ведь он не просто её хороший друг и помощник, но и почти родня. После полминуты молчания королева наконец сказала: — Бежу и Пала оставь здесь. Я уже распорядилась, чтоб им оказали приоритетное лечение. А ты берёшь отпуск. И когда хорошенько подумаешь над своим поведением, возвращайся к своим обязанностям. Есть возражения?       — Вы слишком добры ко мне, — улыбнулся Феникс, выслушав королевский приказ. — Я изменюсь. Обещаю.       Парень хотел добавить что-то ещё, но вдруг к Тёрн подлетел один из солдат и сообщил, что её немедленно хочет видеть один из разведчиков с неотложным докладом. Песчаный назвал какой-то код, который Фениксу не был известен, но он явно предполагал чрезвычайный приоритет, поэтому королева согласилась принять гостя, так и не успев отпустить мечника. И не зря: этим разведчиком оказался тот самый дракон из академии, который относительно недавно сообщил самому Фениксу о взрыве в классе истории и проделках Хладны. Новости обещали быть неутешительными.       — Ваше Величество, господин Феникс, — песчаный быстро откланялся обоим представителям власти и принялся кратко излагать суть произошедшего. — Сегодня утром недалеко от академии Яшмовой горы было зафиксировано локальное землетрясение. Вскоре после него, простите за мою прямоту, к главному входу академии пожаловал... — дракон на секунду замялся, словно подбирая слова, — ночной дракон по имени Мракокрад.       Услышав прозвучавшее имя Тёрн посчитала, что это какой-то розыгрыш и пристально разглядывала докладчика, в надежде заметить следы алкогольного опьянения и соответствующе наказать его. Однако песчаный выглядел вполне прилично и в здравом уме. Он сразу разгадал мысли королевы, поэтому поспешил заверить её в достоверности озвученной информации:       — Знаю, как это звучит, однако я несколько раз проверил и убедился, что его внешность в точности совпадает с той, что описывалась в свитках. Не говоря уже о том, что Мракокрад не стесняется использовать дракомантию. Хочу также добавить, что никаких действий, которые можно было бы расценить как "враждебные", он не предпринял. Вместо этого, субъект пытается активно продвигать идею о том, что он не опасен и не стремится навредить кому либо. На данный момент жители академии, включая принцессу Солнышко и принцессу Цунами, склонны верить этому заявлению. При этом морская принцесса продемонстрировала аномальную доверчивость, что, как может подтвердить господин Феникс, ей совсем не свойственно.       Повисла гробовая тишина. Пока Тёрн медленно проходила все стадии от отрицания к принятию, Феникс готов был проклинать судьбу за всё, что она любезно преподнесла им за последнее время. Что, сильно заскучали? Тогда вот, получайте возвращение Пурпур, активизацию террористов в Песчаном королевстве, ещё и Хамелеона с дракомантией в придачу. А если и этого оказалось мало, то на десерт будьте добры встретить возвращение легендарного дракоманта, которого в своё время считали чуть ли не главной угрозой Пиррии. Почему бы, собственно, и нет.       Наконец королева снова обратила внимание на Феникса. Все её планы были успешно отправлены коту под хвост, ведь помимо уже существующих проблем добавился ещё и Мракокрад, который неизвестным образом пробудился именно сейчас и находился с её дочерью в одной локации. Оставить это просто так она не может, но и отправлять армию или навещать академию самой контрпродуктивно. Если это действительно тот самый Мракокрад, то никакая армия против него не выстоит, а сама Тёрн из-за переживания за дочь может спровоцировать могущественного дракоманта на враждебность.       Отправлять Феникса самого тоже не вариант. Он грубо говоря, только что, справился с Хамелеоном, который тоже намного опасней любого дракона в Пиррии, но даже рядом не стоит с Мракокрадом. Однако драконица прекрасно понимала, что может даже не пытаться запретить мечнику сломя голову нестись в академию. Когда дело касается безопасности Солнышко, она может хоть отдельный королевский указ издать — Феникс всё проигнорирует и побежит спасать свою принцессу. В принципе, Тёрн и не была против, хотя теперь ей придётся переживать сразу за двоих.       — Дайте угадаю, отпуск отменяется? — парень расплылся в уставшей улыбке. Если жизнь преподносит столь экзотические сюрпризы, то он обязан найти достойный ответ.

***

      Побив все мыслимые и немыслимые скоростные рекорды, Феникс снова стоял у главного входа в сеть пещер Яшмовой горы. То ли матёрые жители академии так быстро успели сообщить Солнышко о его прибытии, то ли сама песчаная настолько хорошо знала парня, в любом случае драконица тут же появилась на пороге, встречая гостя. При виде принцессы Фениксу сразу стало легче на душе, ведь Солнышко как всегда прекрасно выглядела, а значит её безопасности ничего не угрожало. К собственному удивлению мечник обнаружил, что почти не переживал за любимую драконицу. За последний год их обоюдное доверие повысилось настолько, что Феникс был уверен в способности песчаной наладить общение даже с таким потенциально опасным драконом как Мракокрад. Пока парень подпитывал собственную уверенность силой, Солнышко могла гордиться более мирными способностями. Страшно представить, на что способен их дуэт.       — Я как раз начинала скучать по тебе, — улыбнулась драконица, словно ничего необычного не происходило.       — Лично я соскучился по тебе уже через минуту после того, как покинул академию, — парировал Феникс, обнимая маленькую фигуру песчаной. В конце концов они по-прежнему были вместе, так что любые угрозы Пиррии становились не такой уж и страшной проблемой. — Твоя мама собиралась отправить меня в отпуск, но одна птичка нашептала нам кое-что... тревожное.       — А, ты про Мракокрада? — ушки принцессы приподнялись, будто упомянутый ночной был не сильным дракомантом, которого боялось собственное племя, а актёром странствующего театра.       — Нет, про то, что ты зубы сегодня не почистила, — ухмыльнулся Феникс, прикрыв глаза. — Конечно про Мракокрада, про кого же ещё.       — Ты говоришь прямо как Кречет, — хихикнула Солнышко, вспоминая постоянные сарказмы небесной. — Я и сама поверить не могла, пока не увидела, но да, это действительно он! Древний дракомант проснулся и прилетел в нашу академию, представляешь?! Это же просто потрясающе!       В первые месяцы знакомства с Солнышко, услышав, с каким весельем и восторгом она комментирует возвращение столь опасного дракона, Феникс наверняка подумал бы, что песчаная вышла из ума или перебрала с алкоголем. Но он уже давно привык к тому, как эта драконица смотрит на мир и окружающих её существ. Поэтому вместо попытки объяснить ей, насколько серьёзными могут быть последствия, если Мракокрад захочет навредить академии, мечник ограничился лишь искренней улыбкой. Раз никто пока не пострадал, то может и причины для беспокойства нет?       — Он столько всего интересного рассказал об истории драконов, — продолжала восхищаться ночным Солнышко. — О, точно, он очень хотел с тобой пообщаться!       — И как много ты ему про меня рассказала? — поинтересовался Феникс, приподняв бровь.       — В том то и дело, что я ничего и рассказать не успела. Он говорил так, будто хорошо тебя знает, — пока принцесса оправдывалась, изнутри пещеры показалась чья-то тень. Затем из-за угла повернул достаточно крупный ночной дракон и неспешно направился в сторону входа, где и разговаривали Феникс и Солнышко. Заметив сородича, песчаная указала на него: — Смотри, вот и он! Пойдём, я вас познакомлю!       Феникс напрягся. Рука инстинктивно скользнула в сторону ножен, но касаться их парень пока не спешил. Если Мракокрад действительно не такой уж и плохой, то портить отношения с первого знакомства ни к чему. Совсем напротив, если удастся наладить с ним хорошие отношения, то возможно он сможет помогать по необходимости. Однако об этом говорить пока слишком рано.       По мере того, как Феникс и Солнышко шагали навстречу ночному, силуэт Мракокрада до последнего прикрывала тень от стен пещеры. Как только он вышел наружу, и солнечный свет упал на его чешую, Феникс резко остановился. Песчаная сделала ещё пару шагов, прежде чем заметила поведение мечника и вопросительно уставилась на него. Мракокрад не был чисто ночным драконом. Серебряные чешуйки, то и дело проскакивающие между чёрными, выдавали в нём гибрида ночного и ледяного. Но парня поразило совсем не это.       По какой-то причине мозг подавал чёткие сигналы, что Феникс видит этого дракона не впервые. Но этого просто не могло быть, ведь Мракокрад жил задолго до попадания парня в Пиррию. Логично было бы предположить, что дракон мог прийти к нему во сне с помощью дракомантии, если бы не тот факт, что Феникс полностью невосприимчив к этой магии. По крайней мере к заклинаниям, которые направлены непосредственно на него. Если с помощью дракомантии создать камень, который, например, будет гореть, то взяв его в руку Феникс получит такой же ожог, как и от обычного огня. Но здесь явно был не тот случай. Ночной заметил ступор двуногого и со странной ухмылкой сказал:       — Хах, это и правда ты, Феникс, — дракон выглядел довольным. Можно было бы даже назвать его счастливым, если бы была объяснимая причина подобного поведения. Вряд ли он так обрадовался просто от встречи с тем, кто умеет разговаривать на драконьем языке, хотя по факту не принадлежит к этому виду.       — Не думаю, что мы знакомы, — опасливо произнёс Феникс. Обознаться Мракокрад определённо не мог. По Пиррии разгуливает не слишком уж много таких Фениксов. От всего этого конфуза и смеси странных чувств мечник чувствовал себя неуверенно и уязвимо, словно он знает намного меньше, чем его собеседник.       На эту фразу ночной отреагировал заметным разочарованием: — Понятно, — глубоко вздохнул Мракокрад, повесив нос. — Значит, и ты не смог избежать побочного эффекта в виде потери памяти. Очень и очень жаль. Ну, раз так, то давай попробуем по-другому, — дракон принял приветливый вид, словно их общение только собиралось начаться. — Я Мракокрад. Тот самый дракомант, про которого очень много всего страшного написано в ваших свитках. Уверяю, большая часть из этого полная чушь.       — Как я могу тебе верить? — всё с тем же скептицизмом спросил Феникс. Уверенности не прибавилось, поэтому он решил действовать максимально осторожно, не пытаясь разозлить ночного в процессе.       — Хмм, — промычал Мракокрад, после чего оглянулся по сторонам и подобрал небольшой камень с земли. — Попробуем вот так, — он закрыл глаза, концентрируясь на заклинании, после чего протянул камень Фениксу. — Вот, возьми. Держи его в руке и задай мне вопрос. Если я совру, то камень попробует подпрыгнуть.       Феникс осторожно взял камень в руку. По виду он ничем не отличался от себе подобных, поэтому мечник сперва решил убедиться в том, что заклинание действительно работает, и дракон не пытается его надуть.       — Ты песчаный дракон? — спросил Феникс, ожидая, что Мракокрад догадается о проверке и нарочно соврёт.       — Да, — четко ответил дракон. В тот же миг камень попытался вырваться из руки парня. — Видишь? А теперь спроси то, что хотел.       — Ты сказал, что большая часть написанного про тебя в свитках является неправдой. Правильно?       — Да, — ответ снова последовал без колебаний.       На этот раз камень продолжал спокойно лежать в руке, подтверждая слова Мракокрада.       — Вот! Я же говорила, — обрадовалась до сих пор молчавшая Солнышко.       На секунду Феникс задумался. Если никаких скрытых заклинаний ночной не накладывал, и всё действительно работает так, как он описал, то сейчас у парня была возможность проверить главную причину его беспокойства. Он быстро и решительно произнёс слова так, чтобы у дракона не было времени наложить новое заклинание или уйти от вопроса:       — Мы с тобой уже встречались?       Не успел Мракокрад ответить, как камень тут же разломался на мелкие кусочки. Ожидав что-то подобное, Феникс с недовольным выражением лица уставился на ночного, требуя немедленных объяснений.       — Спокойно, я тут не при чём, — дракон сделал невинное лицо. — Если подобное заклинание по тем или иным причинам не может сработать, оно разрушается. А не сработало оно по той причине, что камень не знает истину. То есть, чтобы я не ответил, камень не смог бы определить ложь. Знаю, знаю, звучит не очень убедительно и непонятно. Но поверь, на то есть свои причины. Однажды я тебе всё расскажу, а пока... — Мракокрад повернул голову в сторону песчаной, пристально разглядывая смущенную драконицу. — Значит ты выбрал её. Как интересно...       — Эй! — тут Феникс уже не стерпел. Его очень напрягало дурацкое поведение Мракокрада, словно они оба друг с другом давно знакомы. — Если тронешь её, клянусь, я исправлю ошибки твоих предков и размажу тебя по этой скале, каким бы крутым дракомантом ты не был.       — Воу, воу, полегче, рыцарь, — ночной сделал примирительный жест лапами, улыбаясь и всем своим видом демонстрируя, что не имел плохих намерений. — Я просто представлял твою пару более... жесткой.       Перед глазами Феникса промелькнул образ Кречет, но он тут же избавился от наваждения. Новый поток возмущения выпалить он однако не успел.       — Солнышко, если ты не возражаешь, могу ли я украсть твоего кавалера ненадолго? — мило поинтересовался Мракокрад, обращаясь к принцессе.       — Да, конечно! — закивала песчаная. — Уверена, вы подружитесь, когда Феникс поймёт, что ты не опасен. Не сердись на него, он просто очень переживает за меня и наших друзей. Но вообще он очень добрый, и умный, и смелый, и...       — Да, да, поверь, я знаю, — Мракокрад перебил драконицу и пригласил Феникса прогуляться по академии. — Уверен, у тебя много вопросов. Только пока не переходи границу. Ты понял, о чём я.       Феникс ничего не понял. Тем не менее, приглашение он всё таки принял, ведь так он мог лучше узнать дракоманта, а Солнышко наконец вернётся к своим делам. И чем дальше эти дела будут от Мракокрада, тем лучше.

***

      Академия сегодня пустовала. Несмотря на то, что Мракокрад каким-то образом заставил жителей Яшмовой горы поверить в свою безобидность, учеников на всякий случай всё равно решили отправить на экскурсию в ближайший древний город небесных в сопровождении Глина, Цунами и Ласта. По этой причине Феникс и ночной дракон расхаживали по коридорам, не рискуя привлечь постороннее внимание. По крайней мере, так они думали.       Понимая, что Мракокрад вполне может врать не краснея, Феникс всё равно решил задать ему несколько вопросов. В первую очередь его интересовала причина, по которой дракон после пробуждения направился сразу в академию, а не в любое другое место. Ответ оказался вполне логичным. Если бы Мракокрад решил посетить любой город в любом королевстве, то большинство драконов разбежалось бы прочь, а самые смелые попытались бы его задержать. И дабы не поднимать переполох по всей Пиррии, дракомант выбрал оптимальное место для первой остановки — Академию Яшмовой горы.       Как бы Фениксу не нравилось, что этот дракон ошивается в непосредственной близости от Солнышко и остальных Драконят судьбы, логика ночного имела смысл. Куда интересней оказалась следующая цель дракона. После того, как местные признают, что настоящий Мракокрад далеко не такой страшный, как его описывают в историях, он хочет попытаться помириться с соплеменниками. Эта идея вызвала двойственные чувства у парня. С одной стороны, если дракомант действительно не имеет злых намерений и хочет заняться племенем ночных драконов, это может разгрузить Ореолу, позволив ей сосредоточиться на правлении радужными. С другой стороны, чёрт его знает, что можно ожидать от подобного лидера. Не попробуют ли ночные, обретя в своих рядах самого могущественного дракоманта на континенте, взять реванш и начать новую войну? Феникс решил, что правильным будет держать руку на пульсе и на текущем этапе наблюдать за действиями Мракокрада.       Хотя сам ночной вопросов почти не задавал, он всё же пытался прощупать мировоззрение парня, взгляд на политику и отношения между драконьими племенами. Феникс не стал утаивать их с Солнышко цели, поэтому прямо рассказал о желании сблизить племена, чтобы свести шансы на начало новой войны к минимуму. На удивление, дракон ответил на это достаточно сдержанно, выразив уважение такому смелому шагу, но заявил, что считает подобную стратегию провальной. Он рассказал, что с момента его запечатывания под землёй почти ничего не измелилось, и последняя война тому подтверждение. Ночной намекнул, что видит решение проблемы иначе, однако не стал развивать эту мысль, оценивая неготовность Феникса принять его точку зрения.       Отдельную часть разговора Мракокрад уделил некой Ясновидице, которая завоевала сердце ночного много лет назад. Пока Феникс слушал собеседника, он едва успел заметить шевеление в коридоре перед ними. К стене пещеры прижался Карапакс. Когда их разделяло всего несколько метров, Феникс собирался поздороваться с морским, но тот приложил палец к губам. Парень сначала не понял причину подобного поведения, однако вскоре заметил, что идущий рядом с ним Мракокрад ни на секунду не прерывал свой рассказ и даже не посмотрел в сторону Карапакса. Либо ночной сильно увлёкся разговором, либо он почти в упор не видел дракончика.       Феникс всё же решил подыграть принцу и продолжил гулять с Мракокрадом, как ни в чём не бывало. При этом его мысли сменили вектор и теперь он хотел как можно скорее поговорить с Карапаксом. Когда они дошли до очередной развилки, а дракон как раз завершил свою историю, мечник пытался придумать причину, чтобы покинуть общество дракоманта на некоторое время.       — Давай подведём итог, — Феникс скрестил руки на груди и посмотрел собеседнику в глаза. — Ты собираешься несколько дней пожить тут и показать всем, какой ты добрый и пушистый, а потом постараешься вернуть доверие ночных... чтобы что?       — Чтобы вернуться в наше настоящее королевство, само собой, — Мракокрад даже не пытался скрывать своих намерений, будучи уверенным в том, что остановить его на данный момент в Пиррии некому.       — Допустим. Но некоторые ночные уже адаптировались к жизни в Дождевом лесу. Надеюсь, ты разрешишь остаться там всем, кто этого пожелает?       — Хм, думаю, да. Хотя я не уверен, что найдётся много таких дураков, — ухмыльнулся дракон, чем вызвал у Феникса раздражение. — Без обид, но наше племя когда-то было гордым и самостоятельным. А сейчас что? Выращивают бананы?       — Это лишь следствие преступной попытки оккупировать Радужное королевство, — с долей возмущения ответил парень, изо всех сил пытаясь скрыть свою нетерпимость к подобным высказываниям. — Выращивать бананы не так уж и плохо.       — Не сомневаюсь, но для моих соплеменников есть и более достойные занятия, — Мракокрад продолжал стоять на своём, очень размыто описывая его дальнейшие цели после возвращения его племени в родную гавань.       Феникс глубоко вздохнул, понимая, что он сейчас не в силах ничего сделать. Не будет же он разбрасываться угрозами из-за желания дракона вернуть величие его племени? Да и воплотить эти угрозы в жизнь так просто тоже не получится. Мечник и вообразить не мог, насколько сильным может быть этот дракомант, и не очень-то хотел проверять. Чувство безысходности выводило парня из себя, но сейчас был как раз тот момент, когда нужно действовать прагматично, не поддаваясь эмоциям.       — Ладно, делай, как знаешь. Не уверен, что всё или хотя бы малая часть сказанного тобой является правдой, но запретить я тебе в любом случае ничего не могу. Но об одном я всё же хочу попросить. Если ты действительно имеешь благие намерения, то не трогай моих друзей.       — У меня ничего подобного на уме и так не было, — добродушно улыбнулся Мракокрад.       — Очень на это надеюсь, — скептически протянул парень, после чего решил сделать перерыв в их общении. — Если ты не возражаешь, я пойду немного отдохну.       — Конечно, конечно. Спасибо за уделённое тобой время. Мне было приятно с тобой снова встре... то есть, познакомиться.       Глядя на дурацкую ухмылку ночного, Феникс подозревал, что эту оговорку он допустил специально, чтобы позлить парня. В любом случае, сейчас он должен был разыскать Карапакса, а затем думать, что делать со свалившимся всем им на голову дракомантом. Пока что Мракокрад действительно не пытался причинить кому либо вред, однако первое впечатление может быть обманчиво. Тем более, ночной очень удобно умолчал о своих не самых хороших отношениях с ледяными драконами...