Скрытая угроза

      Вскоре после того, как Тёрн отстояла свой титул королевы песчаных драконов, Шестипалый готовился к допросу Оникс. Потерявшая и без того сомнительные права драконица обвинялась в сотрудничестве с Когтями Власти, поэтому генерал хотел заставить её дать показания, чтобы навсегда закрыть этот вопрос. К процессу допроса Шестипалый решил пригласить Феникса и Искра. Прямо сейчас они оба шагали в сторону спуска в темницу.       — Спасибо за то, что вмешался, — начал Искр, обращаясь к молчаливому парню. Феникс просто кивнул, так ничего и не ответив. — Ты ещё злишься?       — Нет. Или по крайней мере на самого себя я злюсь не меньше. Давай просто разберёмся уже со всем этим и забудем.       Действительно, было бы неправильным возлагать всю вину на Искра. Оникс уже далеко не маленький ребёнок и в состоянии самостоятельно принимать решения. Не будет же отец всю жизнь приказывать ей. Тем более, как Феникс поймёт позже, отношения у них между собой очень натянутые. Не имело также никакого значения, поступила бы песчаная в академию или нет. Ничего не мешало ей работать с Когтями Власти в обоих случаях, так что предъявлять претензии Солнышко или Цунами не имело никакого смысла. Скорей даже наоборот, в академии Оникс была под присмотром до последнего момента.       Допрос проходил в не предназначенном для этого месте. Поскольку свободных ресурсов на обустройство специальной камеры пока не было, оставалось 2 варианта: использовать старую пыточную, которую построили ещё при Огонь, либо воспользоваться кабинетом смотрителя. Находиться в пыточной дольше одной минуты не желал даже Шестипалый. Уж слишком ярко всплывали неприятные воспоминания, поэтому было решено выбрать второй вариант. Кабинет смотрителя выглядел далеко не так устрашающе, однако сам факт наличия ужасной альтернативы оказывал достаточное давление на допрашиваемых.       Когда Феникс и Искр вошли в комнату, где уже находились Шестипалый с Оникс, генерал начал задавать вопросы. В основном это были стандартные процедурные темы по типу "когда она впервые вышла на контакт с Когтями Власти", "кто был её куратором", "где проходили встречи" и т.д. Феникс поймал себя на мысли, что ему совершенно безразлична судьба драконицы. Он не желал ей смерти или что-то вроде того, но и никакой симпатии не испытывал. Оникс отвечала сухо, но не пыталась ничего скрыть. Ей уже было нечего терять.       Искр наоборот выглядел очень обеспокоенным. Его очень расстраивал тот факт, что его дочь связалась с террористами, попыталась убить Тёрн и в итоге разрушила все шансы на нормальную жизнь. А ведь при желании могла бы жить не хуже той же Пламень. Когда вопросы Шестипалого иссякли, Искр не выдержал и сказал:       — Оникс, почему? Ради чего ты связалась с ними?       — О, глядите ка, папочка вспомнил, что у него есть дочь, — песчаная посмотрела на дракона с отвращением. — Вместо того, чтобы, как ты, пресмыкаться перед группкой наёмников, захвативших власть, я стремилась своими лапами добиться вершины. Не имеет значения, с кем мне придётся для этого работать. Всяко лучше, чем тешить себя обществом так называемых друзей.       — Ах да, ты же у нас волк-одиночка, — Феникс вспомнил, как в академии Оникс предпочитала сторониться остальных учеников как во время интерактивных уроков, так и во время свободных часов. — Но при этом не побрезговала "дружить" с теми, кто был готов взрывать гражданских.       — Это называется взаимовыгодное сотрудничество, — равнодушно ответила песчаная. — Их методы меня не волнуют. Они хотели снести с трона Тёрн, а я хотела обрести власть. Наши цели совпали. В этом и прелесть подобных сделок.       — Просто хочу уточнить. Ты считаешь, что если бы стала королевой, Когти Власти оставили бы тебя в покое? — Феникс даже не поверил, что Оникс могла быть столь наивной.       — Разумеется.       Послышался смешок Шестипалого. Феникс просто прикрыл лицо ладонью, а Искр снова попробовал наладить контакт с драконицей:       — Оникс, они же отмороженные бандиты, которые готовы убивать мирных жителей! Ты могла бы хотя бы обсудить всё со мной. Я же люблю тебя.       — Мою мать ты тоже любил. И где она теперь? — рявкнула в ответ песчаная. Искр тут же помрачнел и больше не проронил ни слова.       — Слушайте, я не знаю, что у вас за семейная история, да и честно говоря мне плевать. Но я всё же хотел бы кое что тебе показать, Оникс, — парень повернулся к Шестипалому, — Мы можем навестить главаря Когтей Власти? У меня есть идея.

***

      Стервятник наслаждался видом стены из смеси песчаника и известняка в своей камере. Больше здесь заняться было нечем, пока в коридоре за дверью не послышался звук шагов. Дракон подошёл к стальным прутьям и прислонился к ним в попытке увидеть гостя. Любопытному песчаному не терпелось узнать, кто же навестит его на этот раз: снова Шестипалый, может даже сама королева, или всё таки палач? Однако как только дверь в его секцию темницы отворилась, в зазвучавших ещё громче шагах он заметил что-то странное, словно гость передвигался на двух лапах, а не на четырёх. Когда верная догадка настигла его разум, Феникс уже заградил собой свет, став перед прутьями.       — Неужели так называемая королева наконец решила спустить свою двуногую собачку? — засмеялся Стервятник, разглядывая гостя. — Я всё ждал, когда же ты заявишься за нами в Гнездо скорпионов, но тебя всё не было и не было. Забавно, ведь тебя даже не стали посвящать в детали наших деяний.       Главарь Когтей Власти надеялся вывести парня из себя или хотя бы увидеть намёки на злость в его глазах, но Феникс выглядел чересчур спокойно и с трудом сдерживался, чтобы не зевнуть.       — Можешь ехидничать, сколько хочешь. Сейчас ты не более, чем очередной пленник за стальными прутьями, — произнёс мечник, с презрением поглядывая на песчаного.       — Это как посмотреть. С моей точки зрения за прутьями ТЫ.       — Я не философствовать с тобой пришёл, — отрезал Феникс, дав понять, что здесь он задаёт тон разговора. — Одна мысль не даёт мне покоя, вот я и решил спросить тебя напрямую, прежде чем тебя казнят. Вы использовали Оникс для того, чтобы в случае успеха она заняла трон. А дальше что? Получили бы пару титулов и богато жили бы в каком-нибудь Гнезде скорпионов? Зачем всё это?       Стервятник залился смехом так, что чуть не упал на бок. Сперва он не собирался отвечать, но вопрос Феникса оказался столь оскорбительным, что песчаный посчитал униженным дело всей его жизни.       — Ты что, совсем идиот? — продолжал посмеиваться дракон в перерывах между словами. Восстановив дыхание он бросил насмешливый взгляд на парня. — Плевать мне на эту Оникс. Она должна была занять трон только для того, чтобы исполнять мою волю, при чём даже не догадываясь об этом. Представь, народ считает, что ими правит законная королева, в то время как сама королева — всего лишь пешка в моих лапах. Мне нужна полная власть, а не жизнь в достатке в старости. Всё, или ничего!       — К счастью, в твоём случае всё таки "ничего", — ухмыльнулся парень, довольствуясь успешной провокацией. Он вдруг повернулся в ту сторону, откуда пришёл, и до стервятника только сейчас дошло, что он не слышал звука захлопывания двери. — Ты всё слышала?       В дверном проёме стояли Оникс в компании Искра и Шестипалого. Драконица оскалилась и опустила голову. Её раздражал не столько тот факт, что Стервятник её просто использовал, а то, что Феникс оказался прав. Оникс считала, что формула "используй других" будет всегда работать только в её пользу. Теперь же оказалось, что быть самой умной и обводить всех вокруг пальца — тактика в никуда.       — Что ж, моя роль на этом окончена, — оповестил всех песчаных Феникс, на последок обратившись к Стервятнику: — С удовольствием понаблюдаю за тем, как тебя казнят.

***

      Вечером того же дня Тёрн решила закатить небольшой пир "для своих". Она очень не любила подобные мероприятия ещё со времён лидерства в Вольных когтях, когда еда и так была в дефиците, и приходилось экономить, чтобы никто не голодал. Однако те времена остались позади. Дела в Песчаном королевстве потихоньку налаживались, а послевоенный кризис отступал медленно, но уверенно, так что в качестве благодарности за проделанную работу, королева пригласила на совместный ужин всех своих помощников, родственников и тех, кто добился особых достижений в развитии государства.       Феникс явился в зал для приёмов вместе с Солнышко, с которой провёл последние несколько часов. Там они встретили и Пламень с Искром, и Шестипалого с несколькими проявившими себя в ликвидации Когтей Власти драконами, и Вихря с Холодом, и несколько других госслужащих, и... Оникс? Почему-то парень совсем не удивился увидеть здесь предательницу. Он не сомневался, что Искр уговорит Тёрн смягчить наказание и попробует направить дочь в нужную сторону. Как Феникс узнает позже, после случая в темнице Искр и Оникс всё таки смогли нормально поговорить и даже попробовали наладить отношения. Или по крайней мере сделали вид. В любом случае теперь мечник будет более бдительным, да и сама Тёрн знает, что делает, поэтому беспокоиться не стоило.       Пир был намного скромней, чем пару дней назад в Винтерхолде, однако Феникс и Солнышко полностью поддерживали свою королеву в сдержанных масштабах подобных мероприятий. Разве что Пламень время от времени корчила недовольную мину, но выяснив сторону Феникса в вопросе роскоши, решила сделать вид, что придерживается того же мнения.       Зал для приёмов наполнился смехом и в какой-то степени семейной атмосферой. Драконы общались друг с другом, выражая искренние эмоции. Здесь каждый мог говорить то, что думает. По крайней мере в рамках приличия (о чём Пламень сожалела). Оникс весь вечер старалась оставаться отстранённой, но в её глазах с каждой минутой всё больше проглядывалась зависть к остальным. Возможно, увидев, как открыто могут вести себя друг с другом настоящие друзья, песчаная захотела разделить эти чувства.       — Может быть для неё ещё не всё потеряно, — шепнул Феникс Солнышко, кивая в сторону Искра и его дочери.       — Уверена, что даже такие, как Оникс, смогут открыть для себя другой мир, если их немного подтолкнуть, — улыбнулась Солнышко, передав парню кружку пива.       Мечник пожалел, что Пал и Бежа по-прежнему восстанавливались в Гнезде скорпионов, не имея возможность разделить с ним и Солнышко этот чудесный вечер. По последним сообщениям, оба песчаных активно идут на поправку и уже грозятся вырваться из лазарета, чтобы снова стать в строй. Как бы то ни было, Феникс ещё успеет выполнить с ними не одну миссию, а пока можно отпраздновать сегодняшнюю победу и насладиться компанией Солнышко и их друзей.

***

      Открыв глаза рано утром, Феникса встретила улыбающаяся мордашка песчаной принцессы. Её золотистые чешуйки поблескивали в солнечном свете, проходившем через окно, а изумрудные глаза смотрели на парня влюблённым взглядом. Ради таких моментов стоило жить. Феникс придвинулся к Солнышко и поцеловал её в лоб, обнимая руками так, словно та собиралась покинуть их уютное гнёздышко.       — Неужели ты готов пожертвовать утренней тренировкой? — хитро спросила песчаная, прижимаясь к мечнику ещё ближе.       — Ради тебя я готов пожертвовать всем, чем угодно, — прошептал Феникс, целуя нежное ушко драконицы.       — Не надо ничем жертвовать, — рассмеялась песчаная. — Давай я лучше составлю тебе компанию.       — Ну раз ты настаиваешь, — мечник сделал вид, что делает Солнышко одолжение. На самом же деле он любил тренировки, давно ставшие обязательным ритуалом в его жизни. Участие в этом ритуале песчаной делало его в разы более увлекательным.       Быстро одевшись и набросив на себя обязательное обмундирование, Феникс и Солнышко вышли на улицу в надежде насладиться ещё одним выходным вместе. Однако этим мечтам не суждено было сбыться, ведь уже на собственном пороге они заметили одного из слуг королевы, мчащего к ним по воздуху чуть ли не со скоростью звука.       — Принцесса Солнышко, господин Феникс! — дракон завис в воздухе в нескольких метрах над землей. Снижаться он не спешил, а значит дело срочное. — Королева просит немедленно явиться в её кабинет!       — Холера. Ну что опять? — задал риторический вопрос парень, взяв курс на Крепость вместе с Солнышко. Похоже, выходной придётся отложить. Снова.

***

      В кабинете у Тёрн толпилось около десятка драконов. Феникс заметил взглядом Искра, Шестипалого, несколько офицеров разведки и, как ни странно, Вихря с Холодом. Судя по выражению морд учеников академии, они тоже только-только прибыли сюда и ещё ничего не знают о причине вызова. Но парня беспокоил больше взгляд королевы, который становился всё более растерянным и даже испуганным во время тихого разговора с генералом. Такой он её никогда не видел, поэтому уже готовил себя к очень и очень плохим новостям. Заметив, что все в сборе, Тёрн попросила всех подойти поближе.       — Народ, скажу прямо, всё плохо, — обратилась драконица к парам Феникса и Солнышко, а также Вихря и Холода. Её привычный наполненный уверенностью голос было не узнать. — Только что мне пришли доклады наивысшего приоритета. Племя ледяных драконов было поражено неизвестной болезнью. Все до единого, одновременно. При чём это касается не только тех, кто живёт в Ледяном королевстве, но и ледяных из Мечты, Когтей мира и других мигрантов.       В комнате повисла тишина. Феникс до последнего надеялся, что это просто кошмар, и он до сих пор не проснулся. Не могли ведь все ледяные одновременно заболеть. Или же...       — Но... Я ведь в порядке, — выкрикнул пребывающий примерно в той же растерянности Холод. — Это... Это какая-то ошибка!       — К сожалению, нет, — отрезала Тёрн тем же мрачным тоном. — И твоё нормальное состояние только подтвердило нашу теорию.       — Мракокрад, — произнёс Вихрь, опередив королеву. Он повернулся к Холоду и указал на его ухо. — Ты носишь серьгу, защищающую от его дракомантии. Он мог направить заклинание на всё племя сразу, вот только... Насколько же он силён, если может сделать такое...       Снова молчание. Гости всё ещё осознавали масштабы происходящего, от чего их взгляд, подобно Тёрн, наполнялся ужасом и отчаянием. Феникс хотел что-то спросить, но слова застряли в горле. Мракокрад, тот, с кем он несколько дней назад беседовал в академии, тот, кто создавал себе репутацию безобидного патриота собственного племени, наконец показал свою истинную натуру. И парень ничего не смог бы поделать, даже если бы раскусил его план.       — Мы должны им помочь! — наконец выкрикнул очевидную вещь Холод. — Луна и Карапакс наверняка успели сделать больше таких серёжек. Нужно просто их доставить всем ледяным!       — Верно, и это уже делается, — ответила Тёрн, несколько успокаивая присутствующих. — По нашим данным, Цунами привлекла небесных драконов из ближайших к академии поселений, чтобы те помогли доставить серьги в Мечту. Оттуда поставки разойдутся по всей Пиррии, но почти вся первая партия конечно же отправится в Ледяное королевство. Я также уже приказала собрать отряд медиков и немедленно отправить их на север. Судя по докладу, болезнь не поддаётся лечению, а облегчить симптомы не получается, но это лучше, чем сидеть сложа крылья. Болезнь быстро прогрессирует, так что операции по доставке ледяным драконам защитных серёжек присуждается наивысший приоритет королевства. Все присутствующие получают безграничное расширение полномочий в рамках этой миссии.       — К сожалению, это не все плохие новости, — подключился к разговору Шестипалый. В отличии от Тёрн он выглядел более спокойным и решительным. Хотя в случае этого дракона, чем серьёзней он себя ведёт, тем сложнее возникшая проблема. — Одновременно с проклятием ледяных пришли и вести из Радужного королевства, — Солнышко и Феникс замерли, услышав упоминание дома Ореолы. — Заявившийся туда Мракокрад провозгласил себя новым королём ночных драконов и предложил всем желающим проследовать за ним в их старое королевство. Точных деталей я пока не знаю, однако нам известно, что его предложение приняли как минимум 70% ночных. Наши прогнозы были значительно хуже, однако похоже, что королева Ореола всё же сумела завоевать доверие значительной части племени ночных. Тем не менее, цифры всё ещё устрашающие, особенно учитывая то, что в их главе стоит сам Мракокрад. По нашим оценкам, он планирует сперва истребить всех ледяных драконов, после чего... Скажем так, на горизонте уже маячит новая война.       Феникс сложил ладони домиком и прислонил их к переносице, прикрыв глаза. Всё, чего они достигли за последние полтора года, вскоре может рухнуть, при чём с ещё более страшными последствиями.       — Ореола в порядке? — вдруг спросила Солнышко дрожащим голосом.       Шестипалый кивнул: — Никто не пострадал. Мракокрад не предпринимал попыток кому либо навредить. Хотя по слухам между ним и Потрошителем чуть не завязалась драка, но королеве Ореоле удалось всё мирно уладить.       — Я немедленно отправляюсь в Мечту, — твёрдо произнёс Феникс, вкладывая всю свою волю в каждое слово.       — Я тоже! — сказала Солнышко, но тут же встретила возражение парня.       — Нет! От нас двоих там не будет толку. Вообще я не уверен, что даже я смогу чем-то помочь, — Феникс оскалился, сдерживая напряжение от услышанных новостей. — Ты лучше лети к Ореоле. А вы, — он указал на Вихря и Холода, — торопитесь в академию и помогите Луне и Карапаксу. Хотя я думаю, что они уже всех подключили к делу.       Солнышко хотела возразить, но тут же послышался голос Тёрн: — Это наиболее приемлемый вариант. Есть ещё кое-что. Всем вам запрещается взаимодействовать с Мракокрадом. Особенно это касается тебя, Феникс.       Парень уставился в пол, пытаясь собраться с мыслями. Мог ли он что-то противопоставить могущественному дракоманту, который способен одним заклинанием уничтожить целое племя, хоть и не мгновенно? Хотя королева была права, ведь сейчас были другие приоритеты. Глетчер и её народу нужна была помощь. Понимая, что каждая секунда на счету, он кивнул в ответ Тёрн:       — Хорошо.       — Отлично, — провозгласила королева. — Тогда за дело!

***

      Если бы в Пиррии проводились соревнования по скорости, то Феникс занял бы первое место с большим отрывом. Всего за 3 часа он смог добраться до Мечты, куда должна была прилететь группа небесных с серьгами антимагии Мракокрада. И судя по суете в городе, парень прибыл как раз вовремя. Пробегая по улицам в сторону больницы, куда по идее должны были доставить зачарованные украшения, Феникс заметил летящего в ту же сторону радужного.       — Мангр! — громко крикнул парень, чтобы дракон смог отличить своё имя от городского шума. Это сработало, и радужный почти мгновенно оказался на земле.       — Феникс! Как хорошо, что ты здесь, — Мангр выглядел обеспокоенным, и встреча с двуногим другом его явно обрадовала. — Ты же в курсе происходящего?       — Поэтому я здесь, — кивнул мечник. — Хочу взять одну сумку серёжек и сразу побегу в Винтерхолд.       — Отлично. Как я понял, нам сейчас оставят нужное количество для тех ледяных, что здесь живут, и двинутся дальше в Ледяное королевство. Будет несколько групп, которые отправятся в разные стороны королевства, чтобы доставить серьги во все поселения. Я слышал, что ледяные из Мечты тоже помогут, как только станут на лапы. Да и почти все местные вызвались помочь.       — Рад слышать, — эта новость и правда впечатлила Феникса. Если драконы из разных племён готовы помогать ледяным, забыв все старые обиды, то может Пиррия всё таки имеет шансы на светлое будущее, к которому так стремится Солнышко. Хотя не стоит забывать, что в Мечте как раз живут лояльные к другим племенам драконы. Не факт, что желание помочь ледяным разделяют в других королевствах. И тем не менее, многие понимают, что под прицелом Мракокрада может оказаться любое племя и любой дракон. — Я бы поболтал, но надо спешить, сам понимаешь.       — Ты прав. Уверен, что на королевскую семью это проклятье могло обрушиться с двойной силой, — сказал радужный и взмахнул крыльями.       Феникс на секунду завис. Он совсем не подумал о том, что дракомант мог действительно приготовить для Глетчер и её дочерей усиленную версию заклинания. Всё зависело от того, как давно Мракокрад готовил это проклятье и насколько он всё таки селён. Если целью было уничтожение всех ледяных, то он мог бы найти и более быстрый способ, однако при этом выбрал именно болезнь. Значит либо он слишком поверил в себя и за время после своего освобождения смог закончить только это заклинание, либо ночной специально оставил шанс на спасение северного племени.       — Феникс!       Из раздумий парня вывел звонкий голос молодой радужной, которая спешила к нему на всех парах. Она до сих пор прихрамывала, а грудина была перемотана тканью. В остальном драконица выглядела намного лучше, чем около недели назад, когда друзья доставили её в город после стычки с Хамелеоном.       — Кинкажу! — мечник опустился на одно колено и не мог нарадоваться улыбающейся радужной. — Рад, что ты идёшь на поправку!       — Я тоже, — счастливо улыбнулась молодая драконица. — Правда летать тётя Муха пока запретила. Кстати, ты знаешь, что здесь происходит? Почему все куда-то спешат?       — Прости, долго рассказывать. Я тоже спешу, поэтому не могу задерживаться. Ты лучше поправляйся и, как только полностью восстановишься, возвращайся к друзьям в академию. Если что-нибудь понадобиться, проси Муху или Орхидею. Все расходы пусть запишут на меня или на Ореолу. Поняла?       — Ага. Спасибо большое! — Кинкажу не переставала улыбаться, хоть выглядела при этом взволнованной. Когда Феникс уже согнул колени, чтобы оттолкнуться от земли и удалится, она снова его окликнула. — Постой! — парень повернул голову в сторону радужной. — Не знаю, что случилось, но ты же всё исправишь?       Феникс открыл рот, но ничего не смог выговорить. Он не знал, что ответить. Всё, что он умеет, так это драться. С противниками вроде Провидца, Пурпур или даже Хамелеона это худо-бедно работало. Но что делать сейчас, когда врагом стал сильнейший дракомант за последние как минимум сотни лет? Что делать, когда меч и кулаки становятся бессильными против проклятия, поразившего целое племя? Сам он ничего не в силах сделать, и именно поэтому Тёрн была как всегда права, когда ругала его за самодеятельность. Ведь у него есть друзья, способные зачаровывать украшения, доставлять их по всему королевству и помогать друг другу. Стоит положиться на них и не отставать самому. Единство может стать той силой, которая проведёт Пиррию через любые преграды. Феникс улыбнулся и подмигнул радужной:       — Мы всё исправим!

***

      Ближе к вечеру того же дня, Феникс приближался к окраинам Винтерхолда. На его плече висела сумка со спасительными серьгами, которые ему вручили небесные в Мечте. Столица, как и все королевство, выглядели опустевшими. Лишь изредка он замечал представителей ледяного племени. В основном это были солдаты, которые смогли собрать последние силы, чтобы помогать нуждающимся сородичам. Феникс очень хотел остановиться и раздать украшения каждому из них, но с этой миссией уже совсем скоро должна прибыть первая группа из мечты. Он сейчас нужен был во дворце, где парень надеялся найти Глетчер и её семью. Однако проноситься мимо просто так мечник не стал. Преодолев городские стены, он набрал в лёгкие воздух и принялся вопить:       — Помощь уже на подлёте! Продержитесь ещё немного! Пиррия вас не бросит! Лекарство уже в пути! Передайте всем!       То и дело из окон домов показывались головы ледяных. Их измученные морды приобретали признаки удивления, сменяющиеся надеждой. Кое-где из построек, напоминавших больницу, выглядывали и песчаные драконы. Феникс догадался, что отряд медиков, посланный Тёрн, прибыл сюда раньше, ведь они летели напрямую, а не делали крюк через Мечту. Пустой, тихий город начал наполняться неуверенным голосами тех, кто ещё боролся с поразившим их проклятьем. Винтерхолд демонстрировал признаки жизни, не собираясь так просто сдаваться.       "Я успел! Ещё есть время! — обрадовался про себя Феникс, приближаясь к заветному ледяному дворцу. — Глетчер, Снежна, держитесь!"       Парень хлопнул дверьми так, что эхо разлетелось по стенам всего замка. Здесь было настолько тихо, что Феникс мог слышать биение собственного сердца. Обычно заполненные слугами и простыми посетителями коридоры пустовали. Королева распустила всех слуг по домам, чтобы те могли побыть со своими семьями, ведь племя готовилось к худшему. Мечник со всех ног мчал к королевским покоям. Топот его сапог по ледяному, но при этом совсем не скользкому полу, наверняка было слышно в каждой комнате дворца.       Вскоре на одном из верхних этажей Феникс наконец заметил нужную двойную дверь. У её порога лежал измотанный телохранитель королевы, вызвавшейся оставаться на своём месте до последнего вздоха. Он медленно поднял голову и прищурился в надежде понять, видит ли он галлюцинацию, или в его сторону мчит близкий друг королевы из южных земель. Заметив движение ледяного дракона, Феникс не смог сдержать радостную улыбку. Если ледяные пока держатся, значит он успел! Ещё немного, и Пиррия справится с очередным вызовом, каких драконы доныне не видели.       — Глетчер у себя?! — выкрикнул на бегу Феникс, сбавляя темп, чтобы не врезаться в массивные двери.       — Да, но... — прохрипел королевский телохранитель, поднимаясь на лапы. — Феникс, стой.       Но парень его не слушал. Одной рукой он потянулся в карман сумки, доставая серьгу, другой со всей силы толкнул дверь и влетел в покои владычицы Ледяного королевства.       — Глетчер, смотри! Это вас всех спасёт! — радостно завопил Феникс, вытягивая перед собой заветную серьгу.       Глетчер лежала на огромной королевской кровати. Её окружили изнеможённые Хрусталь, Снежна и Норка. Последняя прижимала щеку к передней лапе матери и плакала. Старшая и средняя дочери повернули головы в сторону Феникса, и тот замер. Улыбка мгновенно слетела, губы затряслись, а к горлу подступил комок. На щеках Хрусталь и Снежны застыли прозрачные слёзы. Глетчер умерла.