Часть 12

На утро следующего дня Юля так и не сумела отойти от случившегося с ней кошмара. Дверь сарая с грохотом распахнулась. В проёме стоял её новый хозяин — пухлый, сальные волосы липли к его потному лбу, а на губах играла самодовольная улыбка. Рядом с ним возвышался надсмотрщик — здоровенный детина с каменным лицом и хлыстом в руках. — Поднимайся, — рявкнул он, не терпя промедления. Юля не двигалась. Она всё ещё пыталась осознать, что с ней произошло. Её убили. Она умерла. И в то же время — нет. — Глухая, что ли? — надсмотрщик шагнул вперёд, схватил её за цепь и дёрнул, заставляя подняться на ноги. Хозяин довольно хмыкнул, осматривая её. — Хороший товар, очень хороший. Ей надо объяснить, что почём. Юлю выволокли из сарая. Яркий свет ударил по глазам, и она зажмурилась. В голове всё шумело. Но одно она понимала точно: свободы ей не видать. И даже смерть на этот раз не сможет её спасти. Юлю тянули за собой, а цепи на её запястьях звенели с каждым шагом. Она пыталась запомнить дорогу, но перед глазами всё плыло — слишком долго она провела в темноте сначала трюма потом сарая. По обе стороны от неё простирались поля, где трудились рабы. Их согбенные фигуры мелькали между рядами каких-то вьющихся растений, похожих на виноград, а над ними прохаживались надсмотрщики с плетьми. Несколько человек подняли головы, услышав звон цепей, но тут же поспешно отвели взгляды. Дальше возвышались здания и шатры, украшенные резными узорами и яркими тканями. Здесь не пахло потом и землёй, как на полях, воздух был пропитан ароматами благовоний и дорогих масел. — Добро пожаловать в гарем, — раздался насмешливый голос хозяина. Юля замерла у входа в просторный шатёр, из которого доносились женские голоса и тихий смех. Внутри её ждали. Юля вошла и застыла на пороге, её грязная, потрёпанная роба резко контрастировала с роскошью, представленной в этом месте. В воздухе витали сладкие ароматы — смесь цветов, благовоний и дорогих специй. Посередине шатра журчал небольшой фонтан, вода в нём переливалась под светильниками, создавая узоры на полу. Вокруг него сидели женщины — одни лениво беседовали, другие смеялись или кормили друг друга фруктами. Их одежды были сделаны из тонких, почти прозрачных тканей, подчёркивающих фигуры, а на шеях и запястьях сверкали золотые украшения. Они были разными: смуглые красавицы с густыми кудрями, утончённые светлокожие девушки с длинными волосами, загадочные азиатки с миндалевидными глазами. Все они выглядели ухоженными и довольными, но в их взглядах, брошенных на Юлю, скользила смесь любопытства и легкого презрения. — Новенькая, — протянула одна из них, отложив виноградину. — Какая замухрышка. Большинству она была безразлична, а кто-то просто посмотрел на неё с сочувствием. Надсмотрщик схватил Юлю за шею и вытянул из гарема. - Хочешь так жить? Тебе придётся постараться, ооочень сильно постараться, - на его жирных губах блеснула улыбка. - Я буду делать всё что вы скажете, - покорно заявила Юля. Хозяин посмотрел на надсмотрщика. На тот лишь отрицательно покачал головой. - Какая-то она не такая, - пространно проговорил он. - Какая это не такая? – Не понимал хозяин. - Немытая что ли? Так мы её ща живо отмоем. - Зато посмотри какие волосы, - он взял двумя пальчиками локон её белокурых волос. - Ты где-нибудь такие видел. Но надсмотрщик не хотел говорить при пленнице. Он слегонца приобнял хозяина и отвёл в сторону, чтобы она не слышала. Но Юля всё отлично понимала. - Её взгляд, - сказал надсмотрщик шёпотом. - А что не так с её взглядом? - удивился хозяин. - Это взгляд не рабыни, присмотритесь это взгляд хищной пантеры, готовой набросятся на вас из темноты джунглей. Вы уверены, что можете доверить ей свою жизнь. Оба покосились на Юлю. Но у неё не было сил что-то говорить, девушка просто стояла, пошатываясь на своих тонких ножках. - И что ты предлагаешь? - шёпотом спросил хозяин. - Нужно её сломать, как ломают вещи, чтобы не было в ней больше этого взгляда, чтобы не было этого гонора, чтобы наступило наконец-то чёткое понимание своего места в этом мире. - Действую, - хозяин повелительно положил свою жирную ладошку, унизанную золотыми перстнями с зелеными камнями, на плечо надсмотрщику. Он ещё раз бросил высокомерный взгляд на замухрышку Юлю и отправился в свой гарем. - Девочки папа дома, - громко проговорил он. - Ой любимый! Я так скучала. - Я есть не могла без тебя! - Не покидай меня так надолго, - звучали льстивые слова наложниц. А тем временем надсмотрщик схватил Юлю за цепь и изо всех сил потянул за собой, Так, что она чуть не упала. - Нооо, пошла! - презрительно проворчал он. Юля два поспевала за увальнем. «Кажется я догадываюсь чего ты хочешь, - подумала она. - Хочешь опробовать меня раньше хозяина». По её телу пробежала дрожь от омерзения. «Не думала, что во мне осталось хоть капля брезгливости». Юлю провели обратно в сарай где надсмотрщик и приказал двум рабам: - Снимите с неё колодки. А сам встал перед ней, сложив руки на груди, и медленно окинул её взглядом. В его глазах плясало что-то хищное, злобное. — Ну что, птичка, — усмехнулся он, наклоняясь ближе. — Теперь ты в моих руках. Он не торопился ударить её сразу. Ему нравилось растягивать такие моменты, видеть страх в глазах жертвы. Он обошёл её кругом, словно оценивая товар, затем резко схватил за волосы и дёрнул назад. — Здесь ты никто. Запомни это. Или мне придётся каждый раз напомнить. Юля не проронила ни звука. Она просто молчала и смотрела в пол. - В глаза смотри, когда я с тобой разговариваю, - он дёрнул её за цепь, приблизив к себе максимально. Глядя ей прямо в глаза, он чувствовал абсолютную власть над ней. - Ты так и будешь молчать или что-нибудь скажешь? Твой рот вообще открывается? - Он грубо сжал её скулы изо всех сил, и девушка поддалась. - Да господин, - прошептала она, в её глазах было абсолютная покорность. Надсмотрщик усмехнулся, глядя на Юлю сверху вниз. — Вот так-то лучше, — довольно кивнул он. — Вот видишь, когда ведёшь себя правильно, никто тебя не трогает. Он провёл пальцем по её щеке, словно проверяя, правда ли она так покорна, или это всего лишь притворство. — Ты быстро учишься, малышка. Это хорошо. — Он наклонился к самому уху девушки и прошептал: — Надеюсь, ты не разочаруешь своего нового хозяина. Он выпрямился и жестом приказал двум рабам в углу: - Эй вы двое, - презрительно фыркнул он, - у вас давно не было девки. Берите пока я добрый. Мужчины с ужасом переглянулись, словно не верили словам надсмотрщика. - Я сказал быыыстро, пока я не передумал, - злобно прошипел здоровяк. Двое таких же грязных и вонючих рабов как она, буквально набросились на Юлю. Один судорожно принялся снимать одежду с себя. Другой буквально сорвал с неё робу. «Нет, нет, пожалуйста, не надо», мысленно умоляла девушка, оставшись абсолютно голой перед своим мучителем, но вслух она не решалась проявить ни нотки протеста. Один из рабов что-то почувствовал и посмотрел на надсмотрщика. - Прямо здесь? - переспросил он. - Быыыстро! - заревел надсмотрщик, он выхватил свою плеть их изо всех сил ударил ею по спине одного из доходяг. - Ммм, - приглушённо завыл тот, но стерпел. Они повалили Юлю на стог сена. Один припал губами к её груди. Вторую уже торопился вставить свой быстро набухающий член в её щёлку. Девушка пыталась не думать о том, что сейчас происходит. Сложнее всего было не заплакать. «Почему я должна всё это переживать. Неужели я так сильно нагрешила в своей жизни, что должна это терпеть и после смерти. Спасибо папочка, отличный урок ты мне преподал. Запомню его на всё своё бесконечное существование в этом чёртовом чистилище». Внезапно надсмотрщик раскрутил плеть изо всех сил ударил ею одного из рабов. - Ааа! - заорал тот и на его спине остался кровавый след. - Пошли от неё вон, утырки, пока я вас не поубивал, - испуганные рабы бросили прочь от обнажённой и Юли, лежащей на стоге сена. А сам надсмотрщик стал, похотливо плямкая губами, расстёгивать на себе китель. - Сейчас папочка покажет, как надо. Он нависал над ней всем своим жирным брюхом, мерзко плямкал над самым ухом, и зачем-то пытался её поцеловать. «К чему это притворство, насилуй раз так решил», мысленно ответила ему Юля. За последние дни она так привыкла к подчинению что даже не сразу осознала, что свободна. Наконец на ней не было злосчастных колодок, только толстая цепь. Надсмотрщик взревел от ярости, когда Юля, резко вырвавшись из его хватки, схватила цепь которой была прикована и, воспользовавшись моментом, перекинула её ему на горло. — Ах ты, дрянь! — прохрипел он, пытаясь сбросить её, но Юля вцепилась намертво. Она навалилась на него сверху, её руки дрожали от напряжения, но она не ослабляла хватку. Надсмотрщик бил её локтями, пытался вырваться, но воздух стремительно покидал его лёгкие. Его лицо пошло красными пятнами, глаза налились кровью. Юля дышала тяжело, ощущая, как в её руках заканчивается чужая жизнь. Она думала, что почувствует облегчение. Но всё, что было внутри — это ярость и страх. Мужчины-рабы в ужасе отшатнулись, когда Юля, тяжело дыша, встала над бездыханным телом надсмотрщика. Её руки дрожали, но взгляд оставался твёрдым. Она подошла к одному из рабов — молодой парень с испуганными глазами сжался, не зная, чего ожидать. Юля молча протянула руку, требуя нож. Он, поколебавшись, всё же отдал его. Девушка тут же поднесла лезвие к массивному замку на своей шее. Она пыталась поддеть механизм, но нож скользил, едва не порезав ей пальцы. — Чёрт… — прошипела она, стиснув зубы. Остальные рабы молча наблюдали за ней, некоторые переглядывались, не зная, радоваться или бояться. Никто не знал, что делать дальше. Юля вышла из сарая, сжимая нож в руке. Тяжёлая цепь, прикованная к её шее, волочилась по земле, оставляя след в пыли. Она шла вперёд, не выбирая дороги, только с одной мыслью — бежать. Но вскоре путь ей преградили стражники. Их было трое, вооружённые саблями. Они переглянулись между собой, явно не ожидая, что пленница выйдет так открыто. — Стоять! — рявкнул один из них, вытаскивая клинок из ножен. Юля остановилась, тяжело дыша. В голове бешено метались мысли. Она знала, что шансов у неё мало, но сдаваться не собиралась. — Бросай нож и на колени! — приказал второй стражник. Она не ответила. Лишь сильнее сжала рукоять. — Ты ведь не думаешь, что сможешь… — начал третий, но договорить не успел. Юля бросилась в бой, уворачиваясь от первого удара. Её тело уже было измождённым, но адреналин гнал её вперёд. Первый стражник замахнулся саблей, но она резко шагнула в сторону и вонзила нож ему в живот. Мужчина охнул, согнулся пополам, хватаясь за рану, а Юля, не теряя времени, выдернула лезвие и пнула его, опрокидывая на землю. Второй стражник уже был за ней. Его клинок полоснул её по плечу, оставляя глубокий кровавый след. Юля вскрикнула, но сжала зубы и шагнула вперёд, проскользнув под его рукой. Она резко взмахнула ножом и почувствовала, как лезвие перерезает горло врага. Тот захрипел, хватаясь за горящую боль в шее, и упал, захлёбываясь собственной кровью. Третий, был осторожнее. Он уже знал, что она опасна. Но и у неё не осталось сил. Кровь капала с её ран, ноги дрожали от усталости. Стражник сделал выпад, но Юля выставила перед собой цепь. Его сабля застряла в звеньях, и в этот миг она рванула цепь на себя. Мужчина потерял равновесие, а Юля прыгнула на него, сбивая на землю. Она забросила цепь ему на шею и потянула изо всех сил. Стражник рванулся, его пальцы цеплялись за звенья, пытаясь ослабить удушающий захват. Юля вдавливала колено ему в грудь, сжимая цепь сильнее. Мужчина бил её локтями, пытаясь сбросить, но вскоре его движения замедлились… а затем и вовсе прекратились. Юля рухнула рядом, тяжело дыша. Нужно было выбираться, пока не подняли тревогу. Юля стиснула зубы, чувствуя, как её пальцы скользят по окровавленной коже. Она потянулась к лопаткам, разрывая тонкие ткани спины, и с болезненным треском раскрыла крылья. Они дрожали, покрытые липкой кровью, перламутрово переливаясь в солнечном свете. Девушка взмахнула ими раз, другой – и почувствовала, как тело на мгновение потеряло вес, но тут же рухнуло обратно. Горло перехватило – цепь, тяжелая и неудобная, врезалась в шею, удерживая её на земле, как железный ошейник на загнанном звере. — Нет… — простонала она, вцепляясь в замок на шее, пытаясь сорвать его. Но пальцы дрожали, а металл не хотел поддаваться. Крылья трепетали за спиной, словно пытаясь взлететь, но каждая попытка заканчивалась неудачей. Юля запрокинула голову, судорожно дыша. — Отпусти меня… — сорвалось с её потресканных губ. – Пожалуйста… В этот миг резкий свист рассёк воздух. Юля даже не успела вздохнуть, как арбалетный болт впился ей в затылок. Мир вокруг дрогнул, сознание угасло, и она рухнула на землю, так и не сумев взлететь. А затем – холод. Юля резко распахнула глаза и осмотрелась. Темнота. Тесные стены. Запах сырости и пота. Металлический привкус во рту. Она снова была в сарае. Снова в колодках. Никаких следов схватки, никакого болта в голове – только боль и ужасное осознание того, что всё бессмысленно. Юля рвалась изо всех сил, дёргала руками, скребла ногами по деревянному полу, пыталась вывернуться из колодок, но железо не поддавалось. Она билась, как загнанный зверь в клетке, пока её тело не ослабело от бессилия. — Почему… — выдохнула она, хрипло и отчаянно. Голос дрожал, губы пересохли, голова гудела от боли. Она упала на холодную землю, тяжело дыша. Хозяин внимательно осматривал тело надсмотрщика, морщась от беспорядка, который тот оставил после себя. Кровь растеклась по полу, следы от удушья всё ещё были свежи на его шее. Рядом стояли охранники, напряжённые и готовые к приказу. Один из них, самый рослый, скривился и сплюнул на землю. — Прирезать бешенную тварь, — предложил он, потирая рукоять своего меча. Но хозяин лишь покачал головой, рассматривая свои перстни на пальцах. — Я за неё слишком много заплатил, — лениво проговорил он. В его голосе не было ни злости, ни сострадания — только холодный расчёт. Юлю грубо схватили за волосы и с силой ударили в бок. Она вскрикнула, но тут же закашлялась от боли. Кто-то сунул ей мешок на голову, мгновенно лишив её зрения и кислорода. Запах пыли и крови забил ноздри. — Сопротивляйся, если хочешь, только хуже себе сделаешь, — хмыкнул один из стражников. Её руки скрутили за спиной, крепко связав верёвкой. Затем её рывком подняли на ноги и поволокли вперёд, заставляя идти спотыкаясь. Камни и песок впивались в босые ступни, плечи болели от жёстких рук конвоиров. Она не знала, куда её ведут, но предчувствие было жутким. Юля едва держалась на ногах, её шатало от боли и усталости. Через мешок на голове до неё доносились обрывки разговоров стражников. — Она убила троих наших одним ножом, задушила надсмотрщика голыми руками, — с ноткой страха проговорил один. — Да-да, а ещё у неё крылышки, как у насекомого. Походу, может летать, — добавил другой, и в его голосе тоже проскользнуло сомнение. — Вот только не взлетела. Значит, не такая уж и опасная, — хмыкнул третий, но в его словах не было уверенности. Юлю толкнули вперёд, она оступилась и упала на колени. В этот момент кто-то грубо сорвал с неё мешок. Яркий свет резанул по глазам, и первое, что она увидела, — это роскошный шатёр перед ней и несколько вооружённых людей. Её хозяин с довольной ухмылкой пересчитывал монеты, которые ему протянул высокий, широкоплечий мужчина в кожаной броне — тренер гладиаторов. — С вами приятно иметь дело, — сказал хозяин, пряча деньги в мешочек. — Посмотрим, что она из себя представляет, — хмыкнул тренер, склонившись над Юлей. Он схватил её за подбородок, заставляя посмотреть ему в глаза. — Ты хоть драться-то умеешь, бабочка? Юля ничего не ответила, лишь устало смотрела на него. В глубине её глаз плескалось пламя, не потухшее даже после всех мучений. — Разберёмся, если нет — научим, — заключил тренер, кивая своим людям. Двое громил подхватили Юлю под руки и потащили за ним, пока её бывший хозяин пересчитывал свою прибыль, уже не глядя в её сторону.