II

— Мне нужно будет уйти ненадолго, Аль-Хайтам.       Аль-Хайтам высказал бы Малой властительнице Кусанали, что он думает об этой затее, особенно учитывая, что у них всё ещё не было четырёх из шести мудрецов. — Сколько примерно Вы планируете отсутствовать?       Нахида задумчиво поднесла руку к лицу, а взгляд затуманился, будто она ушла мыслями глубоко в себя. — Думаю… Пару дней?       Секретарь даже не пытается сдерживать неодобрительное выражение лица вместе со скрещенными на груди руками. Впрочем, Малая властительница Кусанали, как обычно, то ли не замечает чужого недовольства, то ли не знает, как интерпретировать. Нахида, всегда далёкая от бумажной волокиты, и представить себе не может, насколько велико раздражение Аль-Хайтама. А он, разумеется, не выскажет ничего своему Архонту.       Перенестись в Порт-Осмос совсем не сложно, а дальше от него можно добраться до чащи Апам, в которой и живёт Прияла. Нахида не была у неё никогда лично, но в акаше было кое-что об уединённо живущей женщине, вырезающей искусные вещи из дерева, и очень примерном местоположении её дома.       Нахида старается поторопиться. Ей не известно, как поживает Прияла, всё ли у неё хорошо. И — самая страшная мысль, всегда невольно закрадывающаяся к ней в голову — а успеет ли она?..       Бесконечный Сабзеруз пусть и был лишь на территории Сумеру, но будто пустил свои ядовитые щупальца гораздо глубже на территории Сумеру, отравляя и высасывая жизнь из самых слабых перед чужой тёмной волей людей.       Чаща Апам достаточно дикая и труднопроходимая, чтобы поиски заняли какое-то время. Но Нахиде везёт. Она кубарем сваливается в кусты, споткнувшись о корягу, обдирается о торчащие ветви, по дороге лопает череду пузырей, и уже из этих кустов с удивительной ясностью видит женщину, неторопливо стирающую свои вещи в озере. Чуть в стороне лениво копошатся крокодилы, сыто грея бока под пятнами света. Буер чуть раздвигает листья, чтобы вживую взглянуть на ту, встречи с кем так неожиданно-истово ждала.       В руках у Приялы длинный шест, которым она ворошит одежду в воде, и изредка подцепляет ту, что пытается уплыть. Она обращается с ним немного неловко, как будто ослабнув после длительной болезни. Но отпор любопытному крокодилу, подобравшемуся неосмотрительно-близко к чужому имуществу, даёт решительный, припечатывая его по носу шестом. Крокодил обиженно разевает пасть и спешит вразвалочку вернуться обратно к мудро держащимся подальше сородичам.       Прияла утирает пот, и принимается отжимать вещи, чтобы потом сложить их в корзину, закинуть на плечи и неторопливо отправиться домой. Она походит на яка, но хрупкого, тонкого, и всё равно покачивающегося под весом взваленной на себя ноши. Её тёмные блестящие волосы издалека кажутся свалявшимися, а смуглая оливкова кожа бледнее обычного, но Малая властительница Кусанали не может быть уверена.       Нахида прижимает руки к груди, чувствуя там какой-то необычный трепет. Ей страшно хочется броситься к этой женщине, хочется снова увидеть её ласковую нежную улыбку и чтобы грубые, но удивительно деликатные руки снова оглаживали её лицо, а тонкие тёмные губы оставляли поцелуи тут и там. Но ей не хватит смелости для подобного поступка. Она остаётся тайком подглядывать из кустов за обычной жизнью той, что невольно приложила столько усилий к защите Сумеру.