Часть 7.

Почему, когда все вроде становится на свои места, где-то глубоко остается чувство, что это лишь затишье перед бурей ? Почему покой иногда страшнее конфликта — будто за ним обязательно придет что-то, что снова заставит вспомнить то, чего не хочется ? Или, может, именно так выглядит взросление — когда ты учишься не бояться следующей волны ? 

꧁⎝ 𓆩༺✧༻𓆪 ⎠꧂

Утро в школе мягко начиналось, словно через взгляд Помни коридоры вдруг обрели другое дыхание. Шум шагов больше не резал слух, а тихо скользил по старой плитке, будто стараясь не потревожить порядок. Запахи терпкой древесины шкафчиков, теплого пластика парт — стали почти уютными, обволакивающими пространство невидимой заботой. Даже слухи ребят звучали иначе: не остро, а едва слышно, как будто все старались не разрушить то, что только что обрело жизнь. В актовом зале этот эффект усиливался. Стулья, сцена, даже декораций — все казалось обретшим покой. Ученики не спешили, не торопились занять свои места и не искали взгляда других. В глазах Помни школа превратилась в место, где каждый может просто быть, где тишина не пугает, а согревает, где даже случайный смех не ломает гармонию, а лишь добавляет мягких штрихов к общей картине. После той ночевки прошло несколько недель. Зал звучал иначе — светлее, увереннее. Репетиции стали не обязанностью, а чем-то вроде рутины, где каждый точно знал свою роль. Джекс больше ничего не портил, Рагата чувствовала себя увереннее на сцене, а Помни перестала чувствовать себя лишней. Кейн впервые за долгое время не повышал на них голос. Он просто сидел, наблюдал и иногда только коротко кивал, когда сцена складывалась так, как нужно.  Джекс и Помни сидели рядом с друг другом. Между ними больше не было вражды. Раньше между ними постоянно висела легкая напряженность — взгляды, полные скрытой неприязни, грубые слова. Но теперь все это исчезло. Они могли спокойно обмениваться взглядами, иногда улыбаясь без причины, и в этих улыбках уже не было прошлого сопротивления. Жесты стали мягче: Помни могла ненавязчиво наклониться, чтобы заглянуть в листки Джекса с его репликами, и он не дергался, а лишь слегка улыбнулся. Даже тишина между ними была спокойной, наполненной легким ощущением доверия, словно сама школа признала: эти двоя больше не враги, а просто люди, которым комфортно вместе. Кейн откинулся на спинку кресла в первом ряду и пролистал сценарий. — "Начинаем с третьего акта." - сказал он. - "Сцена в саду. Принц, принцесса…и служанка. Джекс, Рагата, Помни — вы знаете что делать. Остальные наблюдают." Джекс встал первым. На нем был репетиционный костюм: белая рубашка, на груди — имитация королевского герба, рукава небрежно закатаны. Он выглядел расслабленно, но собранно — у него всегда было это умение: стоять так, будто весь зал уже принадлежит ему. Рагата появилась следом. Платье — легкое, в мягких тонах. В её походке — королевская выучка, но без жеманства. Она не играла принцессу — она была ею. Помни стояла сбоку. Её роль — скромная служанка, исполняющая мелкие поручения и которая все видит, но не всегда может вмешаться. Кейн поднял руку. — "Начали." Сцена ожила. — "Ваша Светлость." - начал Джекс тихо. - "Корона — не игрушка. Союзы строятся не на капризах»" Рагата шагнула ближе, почти касаясь его руки. — "А если союз строится на сердце, а не на расчете ? Любовь укрепляет престол ничуть не хуже договора." Джекс отступил, немного прищурившись. — "Я знаю это, но сердце не подписывает указов." Она мягко, игриво улыбнулась. — "Вы слишком холодны, мой принц. Даже весна рядом с вами дрожит." Джекс едва заметно скривил губы. — "Слова приятны, но не меняют закона." Помни шла по сцене с подносом. Она должна была лишь поставить его и уйти, но остановилась, взгляд её задержался на принца и принцессе.  — "Если позволите, ваше Высочество…" - тихо сказала она. - "Порой любовь греет не дворцы, а тех, кто остается в тени." Джекс замер и медленно повернулся к ней. — "И ты думаешь, тень видит солнце ?" — "Порою тень — все, что остается от солнца, когда его забирают." - уверенно ответила Помни. Рагата лишь наблюдала, слегка удивленная, но с уважением. Служанка, Помни, больше не боялась импровизировать, чтобы сцена стала живее. Слова больше не были простым, скучным текстом — они дышали. Джекс сделал шаг ближе к служанке.  — "Если ты знаешь путь к солнцу — скажи мне." Помни улыбнулась, не по роли, в искренне.  — "Иногда достаточно перестать отворачиваться." Зал тихо аплодировал. Кейн отложил блокнот. — "Ты нарушила текст…но правильно сделала." Рагата коротко кивнула. — "Ты отлично сыграла. Я даже не сразу поняла, что ты импровизировала…" Джекс, проходя мимо Помни, подмигнул и тихо сказал.  — "В меня пошла." Кейн закрыл сценарий, устало потер глаза и коротко произнес. — "На сегодня хватит. Хорошая работа, ребята." Звук его хлопка отозвался по залу мягким эхом. Помни выдохнула — будто только сейчас заметила, как сильно сжала руки. Рагата присела на край сцены, аккуратно поправляя подол платья, а Джекс, все с той же легкой самоуверенностью, кинул текст на стул. — "Признай." - сказал он, поворачиваясь к ней. - "Это была лучшая репетиция за все время." — "Ммм…возможно." - ответила Рагата, но уголки губ едва заметно дрогнули. - "Просто никто не мешал." — "Эй !" - вмешался Риббит, поднимаясь с пола. - "Я вообще-то вдохновлял своим присутствием." — "Разве ?" - усмехнулся Джекс. - "Я думал, ты просто спал с открытыми глазами, пока мы репетировали сцену." Риббит театрально приложил руку к сердцу. — "Божечки, это была медитация !" Кейн хмыкнул, собирая бумаги. — "Вот видите." - сказал он. - "Впервые за пару месяцев я слышу не крики, а шутки. Похоже, что-то действительно меняется." И в этот момент все как будто почувствовали: да, действительно — стало легче. Без тяжести в груди, без напряженного молчания, без оглядки на то, кто что подумает. Просто день, когда все получилось. Они вышли из зала почти одновременно — шумно, со смехом. Коридор был пуст, только тусклый свет из окон тянулся вдоль стен. Джекс и Риббит спорили о том, кто из них "тащил сцену". Рагата шла рядом, улыбаясь, но не прерывала. Помни шла чуть позади, кутаясь в свой длинный кардиган, и в какой-то момент вдруг подумала. Все это начинает напоминать то, чего ей всегда не хватало — хорошей компаний друзей. У дверей школы Риббит поднял руку. — "Ну, за успех !" - сказал он и первым дал пять Джексу. Тот, в ответ, с лёгкой ухмылкой — хлопнул ладонью. Рагата не удержалась и присоединилась. Помни засмеялась и протянула руку последней, а Джекс, хлопнув её ладонь, сказал с привычной ноткой иронии: — "Вот видишь ? Даже ты перестала хмуриться. Прогресс." — "Может, это просто ты перестал раздражать." - ответила она, но улыбка все-таки осталась. — "Ммм, сомневаюсь." - сказал Джекс. - "Я — стабильно раздражающее совершенство." Они стояли так несколько минут: на лестнице перед школой, под легким ветром, в котором уже чувствовался запах холодного воздуха и листвы. Рагата первой взглянула на часы. — "Мне пора. Репетиции завтра в то же время ?" — "Конечно." - сказал Кейн, выходя последним. - "И не смейте расслабляться." Он махнул рукой и ушел, растворяясь в вечернем свете. Рагата вслед за ним направилась к дому — её фигура постепенно исчезала в переулке, освещенном пару фонарями. Риббит побежал на автобус. Помни осталась стоять с Джексом у ворот. Мир вокруг будто стих: редкие шаги по асфальту, шелест листьев. — "Ну…" - сказал он, сунув руки в карманы. - "Неплохой день. Даже без катастроф." — "Это уже достижение." - усмехнулась она. Он посмотрел на неё чуть дольше, чем следовало, потом вдруг хмыкнул. — "Ладно. Не буду рушить идеальный финал дня. До завтра, Пом." Она кивнула и осталась стоять у ворот, наблюдая, как он уходит вдоль дороги. Все казалось спокойным. Даже слишком. Она вдохнула. Но когда повернула за угол, чтобы пойти в сторону своего дома, — заметила впереди знакомую фигуру. Кот черными ушами и пушистым хвостом с белым кончиком. У него темные, слегка взъерошенные волосы и легкая ухмылка. Одет он в белую рубашку с закатанными рукавами, черный жилет и брюки, дополненные красной бабочкой. На одной руке он носил золотистую перчатку, а на другой…странная, темная абстракция. Он стоял, опершись на перила, и смотрел прямо на неё. Мир будто сжался в одну точку. Сердце дернулось — не от радости, не от страха, а от воспоминания, которое слишком долго пыталась не трогать. — "…Томоки?…" - выдохнула она. Он медленно улыбнулся. — "Давно не виделись, Помни." Она не сразу поверила. Его голос звучал будто из другого времени — того, которое она сама себе запретила вспоминать. Воздух вокруг стал плотнее, как перед грозой, и каждый звук будто замер, уступая место только им двоим. Томоки медленно подошел ближе, не сводя с неё взгляда. Все тот же — расслабленный, уверенный, с той самой полуухмылкой, за которой когда-то скрывалась опасная привычка знать больше, чем говорил. — "Ты…как вообще…?" - голос Помни дрогнул, прежде чем она успела взять себя в руки. - "Как ты меня нашел ?"  — "Не сложно." - ответил он. - "Одна из старых знакомых болтала в сети. Сказала, что ты теперь тут. А потом увидел групповое фото театрального клуба. Ты не сильно изменилась." — "Ты следил ?" - в её голосе не было удивления, только холод. — "Скорее…искал." - он пожал плечами. - "Не ожидал, что найду. Ради этого даже приехал сюда на какое-то время." Помни сделала шаг назад. Томоки хмыкнул, сделал шаг ближе — всего один, но его хватило, чтобы Помни почувствовала, как сердце пропустило удар. Он был немного выше, а его тень падала прямо на неё. — "Знаешь, ты стала…другой." - сказал он, разглядывая её лицо. - "Увереннее. Холоднее. Но все такая же милая." Он протянул руку и легонько коснулся пряди её волос, убрав её за ухо. Это движение было слишком знакомым — когда-то она позволяла ему это делать. Теперь — отдернула руку почти мгновенно, резко, словно обожглась. — "Не трогай меня." Томоки не убрал улыбку. Наоборот — она стала чуть шире. — "Вот теперь — узнаю. Ты всегда так реагировала, когда тебя задевают за живое." — "Ты не изменился." — "Может быть. Но ты — да. И, кажется, тебе даже нравится делать вид, что прошлого не было." — "Прошлое было твоим выбором." - её голос дрогнул, но она выровняла дыхание. - "Не моим." Он чуть прищурился. — "Да ладно. Не будь такой строгой. В конце концов, все это — просто слова. Люди говорят, забывают…" — "Не все можно забыть." — "Правда ?" - он шагнул ближе, наклонился чуть ниже, так что их взгляды встретились почти на расстоянии дыхания. - "А я думал, ты как раз из тех, кто умеет прощать." Помни молчала. Её взгляд был спокойным, но пальцы снова сжались — теперь сильнее. Он понял. Увидел это и, будто играясь, отступил на шаг. Он не отходил далеко — ровно настолько, чтобы она снова могла дышать, но не почувствовать себя в безопасности. Его глаза скользнули по ней медленно, изучающе, будто он читал книгу, страницы которой знал наизусть. — "Ты же не скучала, да ?" - тихо произнёс он. - "Хотя…по тебе видно, что скучать ты не умеешь. Ты просто стираешь." — "Хватит." — "Что хватит ?" - он чуть склонил голову, притворно удивленно. - "Я же просто спрашиваю. Мы ведь столько всего пережили, а ты даже не спросила, как я." — "Мне все равно." - её голос стал ровнее, холоднее, будто она вытащила изнутри то, что держала на случай именно таких встреч. - "Ты добился своего тогда. Можешь считать, что выиграл." Томоки усмехнулся, тихо, с какой-то едкой жалостью. — "Выиграл ?" - повторил он. - "Ты правда думаешь, что это была всего лишь игра ?" — "А что еще ? Ты делал это ради удовольствия. Ты сделал меня особенной, затем сделал из меня посмешище." Он прищурился, будто собирался что-то сказать, но передумал. Только выдохнул, и воздух между ними стал еще холоднее. — "Ты всегда все воспринимала слишком серьезно, Помни. Вот поэтому у тебя и не получается просто жить." Она шагнула назад, но его голос догнал её. — "Я рад, что ты здесь." - сказал он почти ласково. - "И знаешь почему ? Потому что теперь мы снова сможем поговорить." — "Я не хочу с тобой говорить." — "Хочешь." - он улыбнулся. - "Ты просто забыла, как это — смотреть на того, кто действительно тебя понимает." — "Ты не понимаешь меня, и никогда не понимал."  — "Оу, я понимаю тебя лучше, чем все эти новые друзья. Они видят маску, а я — то, что под ней. Все то, что ты прячешь, притворяясь, будто тебе стало легче." Помни почувствовала, как дыхание сбивается. Её сердце гулко ударилось о ребра. Она знала — ему нравится это. Нравится ломать чужие стены не силой, а словами. — "Уходи." - тихо, дрожащим голосом сказала она. - "И не появляйся здесь больше." Он сделал паузу. Долго смотрел на неё, потом вдруг опустил взгляд, усмехнулся. — "Ты ведь знаешь, что прошлое не исчезает просто потому, что ты решила начать заново." Он протянул руку и легким движением дотронулся до её подбородка, заставляя поднять взгляд. В его глазах не было тепла — только спокойная, хищная уверенность. — "Оно умеет ждать. И я — тоже." Помни оттолкнула его, почти вырвала воздух из легких и отступила. — "Проваливай." Томоки не ответил. Только смотрел секунду, две — и вдруг мягко, почти ласково, сказал. — "Скучал, знаешь ли." Он развернулся и ушел, медленно, не торопясь. Когда он скрылся за углом, Помни вдруг почувствовала, как ноги будто стали ватными. Воздух, еще недавно плотный, теперь казался пустым, обжигающе холодным. Она не могла понять — дрожит ли от холода, или от того, что снова почувствовала это знакомое, мерзкое ощущение: все может повториться. Пальцы машинально нашли телефон в кармане, но она не знала, кому звонить. Джексу ? Рагате? Риббиту ? Нет. Пока нет. Она просто стояла, смотрела в темноту переулка, где исчез Томоки, и пыталась убедить себя, что все под контролем. Что он просто пришел, просто сказал, просто ушел. Но внутри уже шевелился страх — тихий, как тень от старого кошмара. И где-то глубоко она знала: это только начало.