Перед бурей

— Я останусь, — спокойно сказала Элли, подойдя к Алану. — Хочу проследить за трицератопсом. Она всё ещё слишком вялая, а я хочу удостовериться, что это не прогрессирующее отравление. Небо над деревьями потемнело, будто кто-то резко задёрнул занавес. Прогремел первый раскат грома, долгий и низкий, сотрясающий воздух. — Элли... — начал Алан с тревогой, но она лишь подняла руку. — Со мной останется один из смотрителей, я буду в порядке. И в ту же секунду небо разрезала яркая молния. Эмма и Тим, стоявшие рядом, вскрикнули и, не сговариваясь, бросились друг к другу, крепко обнявшись. Лекс, чуть поодаль, тоже испуганно пискнула и, не глядя, прижалась к ближайшему взрослому — оказавшемуся Алану. Он машинально обнял девочку одной рукой. — Всё будет хорошо, правда, — с мягкой улыбкой сказала Элли, кладя руку на плечо Эммы. — Возвращайтесь в центр. Эмма подняла голову, губы её дрожали. — А можно… я останусь? Помогу тебе… пожалуйста? Но голос Алана прозвучал жёстко, почти отрезающе: — Нет. Он не любил говорить резко, особенно с Эммой, но сейчас не было иного выхода. Он наклонился, взял девочку за руку и повёл к джипу. — Поехали. Эмма шла молча, не сопротивляясь, но украдкой ещё раз оглянулась на Элли. Та ободряюще махнула рукой. Через несколько минут машины снова тронулись в путь. Свет внутри тусклый, дождь уже начинал барабанить по стёклам. В первой ехали Женнаро, Эмма и Тим. Женнаро, сжав челюсти, смотрел вперёд, словно надеялся разогнать бурю своим взглядом. Эмма притихла, прижимаясь к Тиму. Во второй машине, сидя между Яном и Лекс, Алан выглядел задумчивым. — У вас есть дети? — вдруг спросил он у Мальколма, пытаясь отвлечься от мысли о Элли, оставшейся в одиночестве. Ян усмехнулся. — О, да. Трое. Два мальчика, одна девочка. Келли. Ей деcять. Настоящая головная боль — в хорошем смысле. — А… вы женаты? — Был, — с ухмылкой сказал Малкольм. — Раза три. Сейчас — свободный человек. По крайней мере, на бумаге. Но зато опытный. Алан на секунду улыбнулся, затем снова стал серьёзен. — А вы? — в тон сменил тему Ян. — Если вы так равнодушны к детям, как же получилось, что Эмма живёт с вами? Алана как будто ударило. Он отвёл взгляд, стиснул руки. — Это… не совсем так. Я… Он замолчал, глядя, как капли скатываются по стеклу. — Джереми отец Эммы, был моим братом. Старшим. Мы с ним были не особо близки — он работал в правительстве, всё командировки, встречи, совсем другой мир. Но мы всегда любили друг друга. И Лесли, его жена…мама Эммы Голос Алана задрожал, но он продолжил. — Она была… почти как старшая сестра мне. Самая добрая женщина, которую я знал. После их гибели у Эммы не осталось никого. Только я. Он на секунду перевёл дух. — Они умерли при взрыве лаборотории. И знаешь, я мог бы испугаться. Сказать: "Я не готов к этому", "У меня раскопки", "Это не моя жизнь"... Но я не мог. Не после того, как увидел, как она на меня посмотрела. Он замолчал. Ян не пошутил, не усмехнулся. Просто кивнул. — Понимаю. Это много значит. Она сильная. Очень. Алан вновь взглянул в окно. Молния вырвала из темноты силуэты деревьев. — Да, — тихо сказал он. — Она — моя семья. И я за неё горло перегрызу, если понадобится. Машина продолжала ехать сквозь сгущающуюся бурю, и впервые за день Алан Грант почувствовал, как в груди у него нарастает не только тревога… но и гордость. Как вдруг машина вздрогнула. —Ну и до чего я дотронулся?— с раздражением спросил Алан. —Не до чего мы.......остановились?— ответила Лекс спреди оглядываясь с легкой тревогой. ********* — Отлично, — проворчал Ян Малькольм, глядя на темнеющее небо. — По закону подлости, остановились именно здесь. За стёклами, едва различимая в сгущающейся тьме, стояла клетка. Вольер. Тот самый. На металлических опорах всё ещё висела табличка: Tyrannosaurus Rex. И коза. Да, коза была всё ещё там. Спокойно стояла на платформе, словно ничего не происходило. — Ну, с такой выносливостью она ещё переживёт всех нас, — с ухмылкой сказал Ян. Лекс, прищурившись, нахмурилась. — Ну и пусть, — буркнула она. — Животные не должны умирать, чтобы их ели. Ян повернулся к ней с лёгким приподнятием брови: — Ты явно не ела мой бифштекс в отеле. А хотя точно ты же вегетарианка — Вот именно, я не ем эту гадость — гордо сказала Лекс, скрестив руки. — Ну конечно. Ты просто ещё не пробовала правильную отбивную. Лекс лишь закатила глаза. Тем временем из второй машины выскочил Алан. Он, закрыв дверь, пробежал по мокрой земле к первой. Сквозь стекло был виден Женнаро на переднем сиденье и две детские головы, выглядывающие с заднего. — Всё в порядке? — спросил он, опускаясь к окну. — Думаю, да, — пожал плечами Женнаро. — Просто снова остановились. Какая-то ерунда. Алан быстро окинул взглядом салон. — Эмма, Тим? — Здесь, — ответил Тим, кивая. — Мы в норме, дядя, — добавила Эмма. — Хорошо. Я пойду поговорю с Рэем по рации, может, узнаю, что за сбой, — сказал Алан и вернулся к своей машине. Дверь хлопнула. Женнаро откинулся в кресле. Мгновение — тишина. И тут: — Бу! Женнаро чуть не подскочил. Из-под первого сиденья вынырнула Эмма, на голове у неё красовалась ярко-жёлтая строительная каска. Поверх неё был надет большой зелёный бинокль, слегка сползший на лоб. — Ты с ума сошла, — фыркнул Тим, но не выдержал и расхохотался. — Видела, как я тебя напугала? — довольно спросила Эмма. — Дай мне такую же! Эмма снова нырнула под кресло, нащупала вторую каску и протянула другу. — Ловись, динозавропоискователь! Тим нацепил каску, которая оказалась ему велика, и быстро поправил бинокль. Они оба теперь выглядели как пара миниатюрных археологов на раскопках. — Это не игрушки, — раздался строгий голос Женнаро. — Это дорогие вещи, для профессионалов. Положите немедленно на место. — Конечно, — хором сказали Эмма и Тим, не отводя глаз от заднего стекла. Они синхронно наклонились вперёд, словно исследователи в джунглях, выискивая что-то за границей света фар. Бинокли увеличивали темноту, придавая ей загадочности. — Вижу... козу, — пробормотал Тим. — Коза всё ещё на месте, — подтвердила Эмма. — Она явно что-то знает, — добавил Тим с серьёзным выражением. — Коза — наш проводник в мир древнего страха, — таинственно прошептала Эмма. Женнаро закатил глаза и тяжело выдохнул. — Дети, если вы думаете, что это всё весело... — Мы не думаем. Мы уверены, — перебила его Эмма, прищурившись сквозь бинокль. В это же время в другой машине, Лекс заметив Эмму и Тима помахала им в ответ смеясь над их касками и сама надела такую же достав из под кресла сделав палец в верх. Ян лениво повернул голову к Алану. — Наши дети. Им весело — Вижу, хотел бы разделить их энтузиазм, — пробормотал Алан, следя за каплями дождя. Ян хмыкнул. — Много в девочке от вас. Особенно в том, как игнорирует официальные распоряжения. Алан не ответил. Он чувствовал что-то нехорошее. Воздух стал вязким, глухим. И даже молния — частый гость сегодняшнего дня — не разгоняла напряжения. Впереди, за оградой, коза всё ещё стояла. Ничего не происходило. И это, как ни странно, пугало больше всего.