Когда звенит тишина

Ночь сгустилась окончательно. Небо тяжело нависало над островом, изредка освещаемое вспышками молний, в свете которых деревья казались живыми и зловеще шевелились. Машины стояли недвижимо, окутанные влажным паром и тревожной тишиной. В первой машине Дональд Женнаро задремал, откинувшись назад и слегка похрапывая. Его галстук был расстёгнут, волосы взлохмачены. На переднем сиденье стояли две пластиковые кружки, наполненные водой — остатки запасов, оставленные на случай, если дети захотят пить. Но сейчас никто не думал о воде. Тим вдруг приподнялся и толкнул локтем Эмму. — Ты… слышишь это? Эмма оторвалась от размышлений и прислушалась. Сначала — ничего. Лишь шорох дождя и треск далёкого грома. Но потом… Дум. Он был глухим, вибрационным. Как будто сам воздух подёрнулся. Дум. Кружки на панели задрожали. Вода внутри заплясала кругами. Дум. Дум. Тим и Эмма одновременно уставились на дрожащие кружки. — Что это… — прошептала она. — Это не может быть электричество, — прошептал Тим, словно в ответ на возможную отговорку. — Что? — пробормотал Женнаро, открывая глаза. Он сонно потёр лицо и зевнул. — Что вы делаете? — Слушаем, — сказал Тим, не отрывая взгляда от лобового стекла. — Это шаги. — Глупости. Это, должно быть, проблемы с питанием. Всё дрожит — может, трансформатор. Или подземный генератор… что-то вроде того, — пробормотал Женнаро, явно стараясь убедить не столько их, сколько себя. Тем временем Эмма тихо надела каску. Бинокль сполз на глаза, и она, пододвинувшись к стеклу, начала вглядываться в тёмный вольер. Барьер был всё ещё там — металлическая сетка, колючая проволока, ограждение. Но… — Тим. Где… коза? — прошептала она. Тим навострил взгляд. На платформе, где прежде стояла живая, нервно блеющая коза, теперь пусто. Ни тела, ни крови, ни признаков борьбы. Просто… пустота. — А… где коза? — переспросил Тим уже вслух. И тут что-то с громким хлюп! ударилось о капот машины. Эмма вскрикнула. Тим судорожно отпрянул. Даже Женнаро подпрыгнул на месте. На капоте лежала… нога. Задняя, покрытая грязью и кровью, с клочками шерсти и всё ещё подрагивающими сухожилиями. — О, мама… — выдохнул Тим, зажимая рот рукой. И прежде чем кто-то успел произнести хоть слово, нечто огромное, темное и страшное поднялось из-за барьера. Голова. Огромная, треугольная, с влажной чешуйчатой кожей, блестящей под дождём. Зубы сверкнули в молнии. Челюсти замкнулись со звуком, который мог бы перекрыть удар молота по наковальне. Коза исчезла за один присест. Не крикнула. Не пискнула. Только Тираннозавр. Во всей своей древней, торжествующей, хищной славе. Эмма убрала бинокль и сняла каску, будто надеясь, что это всё — иллюзия, искажённое стекло исказило реальность. Но зрелище осталось прежним. И только хуже. Гораздо хуже. Она и Тим не отрывали глаз от монстра, дрожа и прижимаясь друг к другу так крепко, будто могли растаять в одной точке. — Нам конец, — прошептал Тим. — Не говори так… — Эмма судорожно сглотнула, чувствуя, как бешено стучит сердце. Женнаро сидел, будто окаменев. Затем его глаза расширились, губы затряслись. — Нет-нет-нет… — забормотал он и… внезапно выскочил из машины, захлопнув за собой дверь с глухим хлопком. — Женнаро?! — закричала Эмма, толкая дверь, но она была заперта. Женнаро бросился куда-то в темноту — слепо, без направления. Он исчез в черноте, скрывшись за ближайшими кустами. — Вернись! Дональд! — Эмма закричала, ударив по стеклу ладонью. — Вы не можете нас бросить! — Тшш! — Тим схватил её за плечо и зажал рот рукой. — Она нас услышит! Она. И вправду. Рекс повернула голову. Ее глаза — два янтарных прожектора — скользнули по лобовому стеклу машины. Она вдохнул. Глубоко. Медленно. И двинулась вперёд, ее тяжёлые шаги снова сотрясли землю. Во второй машине Алан завёлся первым. — Что это было? — прошептала Лекс, сжав его за рукав. — Сиди. Не двигайся, — приказал Грант. Ян приподнялся, посмотрел вперёд. На капоте первой машины что-то лежало. Неясное, красное, мясное. — О, чёрт… Тим, заметив движение, начал размахивать руками, маша в окно. Он пытался предупредить. Они были в опасности. Все. — Что он делает? — спросил Ян. — Предупреждает нас, — тихо сказал Алан, вглядываясь в силуэт над вольером. Рекс рыкнула. Низкий, гулкий, вибрирующий до костей звук, будто сама земля застонала от боли. И тогда Лекс, в панике, включила фонарик. Луч света ударил прямо в глаза тираннозавру. Алан обернулся: — Нет! Ян быстро протянул руку, зажав Лекс рот, а Алан попытался вырвать фонарик из её рук. Слишком поздно. Рекс шагнула вперёд. Сетка барьера, натянутая между двумя башнями, вздрогнула, затрещала… и лопнула. Со скрежетом, с искрами. Барьер пал. Она вышла. Во всей своей мощи. Громада древнего прошлого, хищник, вершина пищевой цепи. Живой ужас. Он медленно пошёл в сторону машины, из которой выходил свет фонаря. Потом остановился. Повернулся. И посмотрел прямо на машину с Эммой и Тимом. Дверь на их стороне оказалась полуоткрытой. Тим в панике дотянулся и захлопнул её, щёлкнув замок. Тираннозавр замерла. Вдохнула. И пошла к ним.