Встреча у грани

С глухим хлопком кресло катапульты вонзилось в заросли. Тела деревьев, будто исполинские копья, пронзали небо, но Эмма каким-то чудом избежала их. Парашют расползался клочьями, срезанный пернатыми тенями в небе, но, не теряя ни секунды, Эмма дернула резервный рычаг. Резкий рывок — и ещё один купол развернулся над ней, уводя вниз, сквозь листву, к земле. Сильный удар, воздух вылетел из лёгких, земля качнулась под ногами. Но Эмма уже была на ногах. Она схватилась за живот, защищая его ладонями, как будто могла заслонить от всего мира. — Всё хорошо... — прошептала она, прислушиваясь к бешеному биению собственного сердца. — Мы приземлились. Мы живы. Мы с тобой, малыш. И вдруг... Рык. Низкий, гортанный, будто из самой глубины эволюции. Земля завибрировала, и кусты разошлись, как занавес. Из-за деревьев вышел Теризинозавр — массивный, пернатый, похожий на оживший кошмар. Его изогнутые когти длиной с руку сверкнули во мраке подлеска. Голова качнулась вбок. Он что-то почувствовал. Чужое. Незнакомое. Нарушитель. Эмма застыла. Она знала, что он травоядный. Но это ничего не значило. У этих созданий был один рефлекс: убей, пока не стало поздно. Она медленно, очень медленно, опустилась на корточки, прислушиваясь к треску в груди — это билось её сердце. «Они плохо видят. Главное — не шуметь…» — прокрутила в памяти голос дяди Алана, как заклинание. Динозавр повернул голову. Он принюхивался. Ноздри раздулись, когти сцарапали кору с ближайшего дерева. Эмма поползла. Осторожно. Пластаясь по земле, уворачиваясь от корней, от мха. Земля под ней холодила кожу. Каждый вдох был битвой. Она увидела воду. Озерцо, покрытое туманом и ряской, как зеркало в старом доме. Она затаила дыхание… И — нырнула. Холод ударил, как пощёчина. Вода сомкнулась над ней, обволакивая, пряча. В глубине было темно, но безопасно. Она слышала, как над ней ломаются ветки, как дышит чудовище — будто гора шевелится. Тень приблизилась к глади воды. Крупная лапа с когтями скользнула по поверхности. Рык. Глухой и недовольный. Но спустя миг… он ушёл. Эмма медленно поднялась к поверхности и вынырнула, тяжело дыша. Вода стекала с лица, с ресниц, волосы прилипли к щекам. Она добралась до берега, выбралась на сушу, упала на траву и, дрожа, положила руку на живот. — А ты у меня тот ещё боец… — выдохнула она, глядя в небо, где уже не было ни Птеродактилей, ни дыма. Только солнце пробивалось сквозь листву, заливая лес странным золотым светом. Она знала — надо идти дальше. Она знала — каждый её шаг отныне был не только за неё. Лес стал тише. Воздух густой, тёплый, наполненный запахом папоротников и древней жизни. Эмма шла вперёд, замирая от каждого шороха. И вдруг… Треск. Тяжёлые шаги. Громкое, медленное дыхание, будто весь воздух вытягивали из джунглей. Эмма обернулась. Сердце застыло. Рекси. Королева. Та, кого не спутаешь ни с кем. Тираннозавр-Рекс — величественная, исполинская, олицетворение первобытной мощи. Эмма не двинулась. "Не двигайся, и он не тронет." Слова дяди Алана прозвучали внутри громче всех мыслей. Она выпрямилась. Дыхание — короткое. Она вытянула руку, как будто могла этим жестом унять ураган. — Всё хорошо… — прошептала она. — Я тебя помню… ты спасла нас тогда… в Парке. Рекси остановилась. Повернула голову. Её янтарные глаза встретились с глазами Эммы. И вдруг — чудо. Гигантская морда наклонилась. Рекси… прикоснулась к лицу Эммы. Аккуратно. Мягко. Как мать, проверяющая, в порядке ли её дитя. А потом — величественный разворот. И она ушла. Просто… ушла. Эмма ещё долго стояла на месте, не веря в произошедшее. Мир вокруг замер. А она прошептала в пустоту, словно кому-то очень родному: — Спасибо. Словно этот доисторический хищник, некогда наводивший ужас, почувствовал: она несёт в себе новую жизнь. Жизнь, ради которой готова была пройти через когти и смерть. И теперь — только вперёд. К детям. К Оуэну. К миру, где будет безопасно. Для неё. И для её ребёнка. Сумерки ползли по земле, как туман. Воздух в лесу стал тяжелее, напитанный влагой и тревогой. Каждое дерево, каждый куст казались шепчущими. Где-то вдали ухнул ночной хищник, и тишина ответила ему эхом. Эмма брела вперёд, едва поднимая ноги. Лес был густым, но уже не пугающим. Страхи выгорели, осталась только цель. Ветви скребли её одежду, мох прилипал к волосам, но она шла. Дышала глубоко, иногда прижимая руку к животу. — Мы почти пришли, малыш, — прошептала она. — Осталось чуть-чуть. И вдруг… Из-за склона показались ворота. Невысокие, металлические, с мигающим красным огоньком над планшетом управления. За ними начиналась территория Биосина — лаборатория, укрытие, люди, безопасность. Эмма всхлипнула от облегчения и пошла быстрее. Подошла к панели, дрожащими пальцами ввела код, увидела на экране: «Подтверждено. Спуск лестницы». И вдруг — звук. Едва различимый, будто что-то скользнуло по листве. Но Эмма узнала его. Узнала мгновенно. Рык. Низкий. Вязкий. Липкий. — Нет... — прошептала она, оборачиваясь. Из тени выползла фигура — изящная, быстрая, с коварной улыбкой в пасти. Дилофозавр. За ним — второй. И, возможно, третий, в зарослях. Их почти не было видно, но они чувствовались кожей. Один из них приблизился. Медленно. Змеевидной походкой. Его гребни начали раскрываться, как страшный цветок. Эмма отступила на шаг, прижавшись к стене. — Пожалуйста… — выдохнула она. — Не сейчас... Дино подполз ближе. Рык стал громче. Гребни задрожали. Рот раскрылся. Слепящий плевок — ядовитая смерть — был всего в секунде от её лица. Эмма закричала, машинально обхватив живот руками, закрывая малыша, не себя. И тут — рука. Мощная, знакомая, надёжная — Оуэн. Он с рывком схватил динозавра за шею, зажав его в локтевом захвате. — Не смей! — рявкнул он зверю в пасть. Тот зашипел, забился, но уже в следующую секунду Кайла выбежала из-за деревьев и со всей силы ударила тварь электрошокером. Жёлтые искры вспыхнули, и тело динозавра задёргалось в конвульсиях. — Назад! — крикнула Кайла. — За Эмму! Тим закрыл собой Клэр, прижимая её к стене, и с яростью кинул камень в другого дилофозавра, что вынырнул из листвы. — Пошли вон! — закричал он. — Убирайтесь! Оуэн отшвырнул первого к другому, поднял обломок железной панели и с грохотом ударил по земле. — Проваливайте, пока целы! — его голос звучал, как выстрел. Оба дилофозавра, сбитые с толку, развернулись и исчезли в кустах, выпустив последний ядовитый хрип. В лесу снова наступила тишина, нарушаемая только шумным дыханием. Эмма поднялась с земли, всё ещё дрожа. — Оуэн... — прошептала она. — Ты... ты здесь... Он не дал ей договорить. Он просто обнял её. Сильно. Без слов. Уткнулся лицом в её шею, будто боялся, что она исчезнет, как мираж. — Ты цела… — прошептал он, отстраняясь, чтобы взглянуть на неё. Он провёл рукой по её щеке, откинул прядь за ухо и глубоко, жадно поцеловал её. Эмма почти потеряла равновесие от этого поцелуя. В нем была буря: страх, любовь, боль, облегчение. Она ответила ему с такой же силой. Когда они оторвались друг от друга, Оуэн опустил взгляд — на её живот. Осторожно, с трепетом, приложил руку. — Он?.. — спросил он. Эмма кивнула. — В порядке. Мы оба. — Прости, — прошептала она, — я должна была сказать… раньше… Но он снова наклонился и прикоснулся к её губам. — Всё потом. Главное — ты здесь. Подоспели Тим и Клэр. — Эмма! — воскликнул Тим, обнимая её. — Ты жива! Господи, мы думали… — А я здесь, — улыбнулась она сквозь слёзы. Клэр присоединилась к объятиям. — Вот мы и догнали друг друга, — прошептала она, едва сдерживая рыдания. Эмма отстранилась и посмотрела на подругу — на её округлившийся живот. Потом на свой. Пока почти незаметный, но уже живой. Уже родной. Она рассмеялась сквозь слёзы. — Похоже, наши малыши скоро познакомятся. Клэр улыбнулась. — И они будут знать, что их мамы — настоящие героини. Ночь опускалась медленно. Но теперь она не пугала. Потому что среди теней снова был свет. Свет родства. Свет семьи.