Гигант в деле

Тишину нарушал лишь треск костей и деревьев под лапами чудовища. Гиганотозавр вышел из леса, как кошмар из глубин прошлого. Его дыхание казалось дымом, горячим и пропитанным кровью. У всех внутри похолодело. И в тот самый момент, когда сердца наполнились страхом, Кайла резко обернулась, её голос — как удар хлыста: — Надо уходить! — Она указала на старую техническую лестницу у бетонной стены. — Скорее! Бежим! Первой к лестнице метнулась Кайла, её движения были точны, как у кошки. За ней последовала Клэр, оберегая свой округлившийся живот с трогательной решимостью. Снизу ей передали Мию — крохотная девочка дрожала, но цеплялась за нее, как за якорь в бушующем море. Следом подняли Джеймса и Дэниэла. Всё происходило стремительно — как будто время сжалось до одного пульсирующего мгновения. Мейзи уже готовилась взобраться, когда вдруг скрежет металла разнёсся по окрестностям. Массивная пасть Гиганотозавра сомкнулась на лестнице. Мейзи вскрикнула, её крик разорвал воздух: — А-А-АА! — Нет! — взвизгнула Эмма, бросаясь вперёд, но Оуэн обвил её руками, удерживая. Его голос был хриплым от напряжения. — Стой нельзя так. Доверься мне! Наверху Кайла протянула руку. — Мейзи, хватайся! Быстро! — Клэр тоже тянулась к девочке, сердце её стучало громче ревущего динозавра. Мейзи, изо всех сил, цепляется за руки женщин. На последних силах её вытягивают. Как только она исчезает за парапетом, лестница с ужасным скрежетом ломается и падает вниз. Эмма вжалась в Оуэна, слёзы текли по её щекам — слёзы ужаса и облегчения. Следом карабкались Лекс и Тим, потом Алан, Оуэн и Элли. Эмма, оглянувшись назад, видит, как чудовище снова приближается. Его морда замедленно приближается к ней, дыхание словно ветер пламени. Она оказалась между Аланом и Оуэном, и казалось — ещё миг, и пасть сомкнётся. Но тут раздался голос — спокойный, саркастический, как всегда: — Эй, ящер! У тебя между зубами застряла статистика! Ян Малькольм. Он стоял внизу с горящей палкой, как древний жрец перед чудовищем. Не моргая, он метнул пылающую деревяшку прямо в пасть гиганта. Тот взвыл, отшатнулся, и в этот момент Ян, с каким-то грациозным безумием, взобрался наверх. — Надеюсь, вы записали это на видео, — буркнул он, поднимаясь. — Ян, не сейчас — отрезала Лекс тяня его за собой. Дверь, к которой они добрались, открылась с резким щелчком. Кайле удалось взломать замок. Все ввалились внутрь — задыхаясь, дрожа, обнимаясь. Но их передышка длилась недолго. Перила под тяжестью Гиганотозавра треснули. Элли и Оуэн закричали, соскальзывая вниз. Эмма сорвалась было за Оуэном, но Алан схватил её за руку. — Держись! Они справятся! Они справились. Оуэн, ссадив локоть, выбрался и потянул Элли. Алан спустился и поднял Элли, как в старые времена, когда спасал её из когтей велоцирапторов. Эмма, вся в ссадинах, подбежала к Оуэну, он прижал её к себе, поцеловал в лоб и прошептал: — Всё позади… Но она подняла голову и побледнела. — ОУЭН!!! Гиганотозавр пробил бетон, словно картон. Его силуэт заслонил собой свет, он хлынул в коридор, как тень самой смерти. Все вскочили. Лекс закричала, Мейзи бросилась к Джеймсу. Но в этот момент, шланг, болтающийся с потолка, обвил лодыжку Эммы. Она упала. Воздух вышибло из груди. Её тащило назад — к пасти монстра. — МАМА! — закричала Миа, Оуэн и бросился за женой. Он навалился на шланг, тянул изо всех сил, но Эмму уже почти втянуло. Алан, бледный как полотно, вытащил пистолет и, прицелившись, выстрелил — пуля попала динозавру в челюсть, но не остановила. Оуэн достал нож и стал срезать шланг. И вдруг... — МАМ! Это был Джеймс. Его руки дрожали, но в глазах — сталь. Он схватил с пола электрошокер и метнул его матери. Эмма поймала прибор на лету, не раздумывая, ударила динозавра в глаз. Вспышка. Визг. Рёв. Электричество ожгло монстра. Он отшатнулся, отпустив шланг. Эмма упала на пол, тяжело дыша, пока Оуэн обнимал её, дрожа всем телом. Мейзи подбежала, и Эмма прижала её к себе, не отпуская. — Ты в порядке, мама? — шепнула Мейзи сквозь слёзы. — Теперь — да, — прошептала Эмма, зарываясь в её волосы. Сзади Ян шепнул: — Может, теперь кто-нибудь выключит этого безумного ящера? Они медленно встали. Все были живы. Все были вместе. Но всё только начиналось. Свет в помещении был тусклым, мерцал от повреждённой электросети, но после недавнего ужаса он казался почти домашним. Стены были облупившиеся, запах — смесь пыли, мазута и старого металла, но здесь, на какое-то время, было безопасно. Эмма сидела на полу, склонившись над поцарапанным коленом Мии, и нежно промывала ранку антисептиком из аптечки, найденной в шкафчике. Девочка, сжав зубы, храбро терпела. — Почти всё, зайка, — прошептала Эмма, улыбнувшись, несмотря на внутреннее напряжение. — Ты у меня героиня. Рядом Клэр, прислонившись к стене, осматривала порезы на лице Джеймса. Он мужественно терпел жжение спирта, только тихо шмыгнул носом. — Мама, — тихо спросил Дэниэл, обнимая её за руку. Он смотрел на округлившийся живот с серьёзностью, несвойственной его возрасту. — А как там сестрёнка? Клэр рассмеялась мягко, впервые за долгое время искренне, легко. — Думаю, она будет такой же смелой, как и её братик. — Она положила руку на живот, ощущая слабое движение. — Ты уже её защищаешь, даже не зная. Дэниэл улыбнулся, гордо положив ладошку рядом. Клэр пригладила его волосы, и в этом миге остановилось время — всего на секунду — в свете любви и надежды. Эмма подняла глаза и посмотрела на своих детей: Джеймс, по-прежнему с гримасой на лице, но уже шутливо дёргал сестру за косичку. Миа, прижавшись к матери, сосредоточенно изучала свою перевязанную царапину. Мейзи — немного в стороне, сгорбившись и не решаясь подойти. — Мам… — Мейзи наконец набралась смелости. — Я… Я хочу извиниться. За всё. За побег. За то, как разговаривала с тобой. Это было глупо… и больно… И я просто… Её голос дрогнул. Джеймс опустил голову. — Я тоже... Я тогда ничего не сказал, даже не услышал тебя, — пробормотал он. — И убежал. Миа вжалась в маму. — Я не слушалась, когда ты сказала ждать… Прости… Эмма опустила бинты и улыбнулась им. В её глазах блестели слёзы, но голос был твёрдым и тёплым: — Послушайте… Все мы совершаем ошибки. И я тоже. Главное — то, что вы рядом. Что мы вместе. И что мы продолжаем любить друг друга, несмотря ни на что. Она обняла всех троих, и Мейзи, не выдержав, бросилась к матери, заключив её в объятия с такой силой, словно боялась отпустить. Некоторое время они просто сидели так, прижавшись, в полном молчании. Потом Эмма, чуть отстранившись, вздохнула, её голос стал мягким, почти шёпотом: — Дети… У нас будет пополнение. Миа округлила глаза. — Правда?! — И захихикала, как только мама кивнула. Маленькая ладошка легла на ещё почти плоский живот. — А он уже слышит? — Скоро услышит, — ответила Эмма с нежной улыбкой. — Я хочу брата, сестры у меня есть а брата нет.— заявил Джеймс с самым серьёзным видом, будто уже начал планировать воспитание. — А я — чтобы он был здоровый, — добавила Мейзи и снова крепко прижалась к маме. — Или она. — Или она, — с усмешкой повторила Эмма. — А папа знает? — поинтересовался Джеймс. Эмма рассмеялась погладив сына по волосам. — Знает, я ему уже сказала. Тем временем, в другой части помещения, Кайла, проверяя планшет, мотнула головой: — Эй, семейство, у нас всё ещё проблема под названием «гигантская тварь и разрушенная база». Надо валить отсюда. Оуэн, присевший рядом с Тимом, разложил на полу потрёпанную карту объекта Биосин. Он подвинул пальцем к сектору на третьем этаже. — Вот здесь... судя по схеме, может быть служебный лифт или аварийный выход. Нам надо туда. — Это на третьем этаже, лаборатории — сказала Лекс стоявшая у стены. — А откуда ты это знаешь? — спросила Элли, прищурившись. Лекс, отошла от стены и сделала шаг к карте с перекрещёнными руками, хмыкнула: — Потому что, пока кое-кто чесал языком, я изучала окружность. — Она выразительно взглянула на Яна. — Эй, я вел поучительные лекции и отвлекал предателей ученных. Рисковал жизнью. Как герой! — начал оправдываться тот. — Ян, — подал голос Алан, спокойно, но твёрдо. — Сфокусируйся. У нас нет времени на балет слов. — Я просто… — Ян поднял руки, как в жесте капитуляции. — …предупреждаю, что если мы снова встретим хвостатого терминатора, я не повторю свой подвиг с огнём. Оуэн встал, зарядил ружьё и протянул другое Тиму. — Ты готов? Тим кивнул, крепко держа оружие, пусть и с нервным вздохом. — Готов настолько, насколько возможно. — Все остальные, держитесь вместе. Не шумите. — Оуэн отодвинул металлический люк у пола, обнажая винтовую лестницу, уводящую вниз, вглубь комплекса. Из темноты повеяло прохладой и влажностью. Один за другим, медленно, с затаённым дыханием, они начали спускаться. Внизу витала тишина. Слишком густая. Каждый шаг звенел, как колокол в ночи. Эмма шла впереди всех, держась за перила, обнимая взглядом темноту впереди. Они вместе. Пока вместе. А значит — они победят.