Глава 7. День 5

Солнце било в окно, выхватывая из беспорядка телефон на тумбочке. Лулу, всё ещё закутанная в одеяло, уставилась в потолок. Воспоминания о вчерашней хаотичной фотосессии и поцелуях на крыше щемили что-то там у неё под рёбрами. Пятый день странного 'марафона', а её попытки вывести Вейгара из себя работали хуже, чем тайм-аут у йога. Нужно было что-то делать. Усиливать напор. Нужно что-то такое, что гарантированно выведет из себя. Её взгляд упал на платье, выглядывающее из приоткрытых дверей шкафа. Платье… Идея ударила её, как молния. Чистая, простая и злобно гениальная.  Что может быть хуже для мужчины…? Лулу резко села. "Шоппинг".    Мужская классическая пытка. Это будет медленное, изощрённое убийство его терпения. Идеально. Шанс 90% что он сорвётся. Шанс 10% что она хотя бы развлечётся. Лулу потянулась за телефоном и, не дав себе времени сомневаться, написала: → Господин Артефакт 10:12 Доброе утро, солнышко! 🌞 Эм… слушай. Сегодня воскресенье. И я… страдала всю эту неделю. Потому что мечтала о… ШОППИНГЕ. 👗✨ Хочу обновить гардероб. Не составишь мне компанию? А потом, поужинаем где-нибудь. Мы. Вместе. (Ты ведь свободен?) Через пять секунд сообщение помечается как «прочитано». Лулу моргнула. Он что, сидел с телефоном и ждал от нее сообщений? Эта мысль её почему-то развеселила. Она прижала телефон к груди. Она ждала отказа. Или саркастичного комментария. Но ответ пришёл через несколько минут, сухой и безэмоциональный. Господин Артефакт 10:20 Хорошо. Во сколько? Лулу порывисто села ровнее. Серьёзно? Он даже не попытался сопротивляться? Это было... слишком легко. Почти подозрительно. Но азарт уже закипал в крови. Она торопливо ответила: → Господин Артефакт 10:21 В три! Я уже морально приготовилась тратить деньги и быть чудовищно прекрасной. Господин Артефакт 10:22 Ожидаемо. Я заеду за тобой. До встречи. Лулу упала обратно на подушки и представила, как он пишет это, сидя за своим чистым столом, с каменным лицом, или всё же... злой и нахмуренный. Она захихикала, катаясь по подушке. Он попался. Её план сработал ещё до начала. Она уже предвкушала его страдальческое выражение лица у третьей витрины. Сегодня она его сломает. Однозначно. *** Лулу почти впрыгнула в его машину, плюхаясь на пассажирское сиденье. — Ну привет, красавчик… — выдохнула она самым сладким, почти кошачьим тоном. И прежде чем он успел сказать хоть слово, потянулась и мягко, уверенно чмокнула его в уголок губ. — Тебе так идёт этот строгий стиль, — добавила она, пристёгивая ремень. — Так и хочется… растрепать. Вейгар моргнул. Один раз. Уголок его рта едва заметно дёрнулся, а уши, частично прикрытые прядями волос, слегка, почти незаметно, покраснели. — Спасибо, — коротко ответил он ровным голосом и тронул машину с места. — Прекрасно. Начало дня, а ты уже угрожаешь моей причёске. Тон был саркастичный, но не холодный, в нём было что-то вроде удивлённой капитуляции. Как будто он и сам не понимал, почему позволяет ей это… но и не собирался останавливать. Лулу лукаво прищурилась: — А почему ты так быстро согласился, кстати? Неужели… любишь шопиться? Это было почти обвинение. Почти поддразнивание. Он медленно повернул голову к дороге, так медленно, что это выглядело как попытка скрыть реакцию. — Просто умею выдерживать катастрофы. Однако его руки на руле, лежавшие там с непринуждённой точностью, теперь сжимали кожаную оплётку чуть крепче, чем того требовала ситуация на пустой воскресной улице.  А Лулу довольно улыбнулась. Ей нравилось, что она все-таки способна выбивать его из равновесия, пусть даже и на долю секунды. Они отправились в торговый центр. А дальше был ад. Цветной, громкий, блистающий ад. Лулу заходила во все магазины подряд, хватала одежду, сбрасывала обратно, исчезала в примерочных, появлялась, закатывала глаза: — ФУ. Это всё не то. — Нет, это тоже не то. — Это вообще что за тряпка?! Она мерила платья, куртки, юбки, шляпы. Крутилась перед зеркалами. Сбрасывала очередное платье на пол с драматическим стоном: — У меня ничего не получается! Я урод! Мир рушится! Я выбираю серые тряпки! ПОМОГИ МНЕ! Вейгар, стоящий рядом, выглядел как ангел возмездия, отправленный в чистилище. — Ты драматизируешь, — заметил он, опираясь на вешалку. — Я? НИЧУТЬ! — заявила она и утащила его в следующий магазин. Бутик за бутиком. Лулу превратила процесс в театр абсурда. — Фу, пахнет консервацией! — заявляла она, скидывая очередную блузку. — Этот цвет напоминает мне больничную кашу! — а это было про идеальное лавандовое платье. Она таскала Вейгара за собой, заставляла держать сумочку, нарочно медлила, примеряя вещи. И вот, в одном из магазинов, случился её главный ход. Выбрав стопку вещей, Лулу исчезла в очередной примерочной уже в который раз за этот день, оставив Вейгара стоять поблизости как угрюмого телохранителя. Через минуту она высунулась из-за занавески, взглядом ищущим его. — Эй, Артефакт! — позвала она громким шёпотом. — Иди сюда. — Я подожду здесь, — спокойно сказал он, но она уже схватила его за запястье. — Сюда, — прошипела она и втянула его внутрь, в примерочную, успев дёрнуть занавеску обратно. — Но, это нарушение… — Мне нужен независимый взгляд! — объявила она. В тесном пространстве, заваленном одеждой, пахло её духами и новой тканью. Лулу повернулась к нему, босиком, демонстрируя не платье, а себя, в одном лишь чёрном кружевном бюстгальтере и джинсах. Выглядела так, будто не замечала собственной бесцеремонности. Она ждала шока, неловкости, отпора. Но Вейгар не отступил. Его взгляд скользнул по её коже, по кружеву, и в его глазах вспыхнуло не смущение, а нечто иное. Он увидел в этом не неловкость, а вызов. И он его принимал. — И каков вердикт? — спросил он, его голос приобрел лёгкую, почти неосязаемую хрипотцу. — Ещё думаю, — ответила Лулу. Она шагнула ближе, так, что между ними не осталось воздуха. Её пальцы коснулись его рубашки у груди, затем медленно поднялись к воротнику. — Ты должен почувствовать, как это сидит, — сказала она, тоном будто обсуждала длину рукава, а не демонстрировала свою полуобнажённую фигуру перед ним. — Мне нужно твое… взглядовое одобрение. — «Взглядовое» не слово, такого прилагательного нет. — машинально отозвался Вейгар, но в голосе дрогнула хрипотца, которую он явно не ожидал. Лулу подтянула джинсы, взъерошила волосы. — Всё, выдохни, мистер Самоконтроль. Это был… тест. Маленький. Он молча смотрел на неё пару секунд, слишком долго для него прежде чем покинуть кабинку. Чуть позже, уже в другом магазине, она примеряла строгое чёрное платье. Выйдя к нему, она покрутилась перед зеркалом. — Слишком скучно, — заключила она, глядя на его отражение. — Как на похороны. Вейгар стоял, засунув руки в карманы, с привычной маской безразличия. И тогда её снова дёрнуло нарушить эту безупречную картинку. Она схватила его за запястье и с силой втянула за тяжёлую шторку обратно в примерочную. Снова. — Проверим, станет ли повеселее, — прошептала она, прижимаясь к нему спиной, и почувствовала, как напряглось его тело. Вейгар собирался было что-то сказать, какой-нибудь холодный, отрезвляющий комментарий. Но она резко обернулась и, встав на цыпочки, поймала его губы своими. Это был не нежный поцелуй, а наглая, быстрая кража. Поцелуй-провокация. Проверка на прочность. И случилось неожиданное. Вместо того чтобы оттолкнуть, он ей ответил. Его руки сами нашли её талию, и только после того, как пальцы на ней сомкнулись, Вейгар осознал, что сделал. И делать вид, что это случайность, уже не получалось. Он ответил ей, гораздо глубже, чем намеревался, казалось ощущая вкус самого её смеха и тёплого дыхания. Запретность момента била током. Он не позволял себе такого. Никогда. И именно поэтому внутри всё вспыхнуло невозможным, смущающим азартом. Его руки упёрлись в стенку позади неё, зажав её между собой и прохладным зеркалом. Его ответ был уже не сдержанным, а яростным, почти грубым. В этом тесном пространстве, откуда слышались шаги консультантов и шелест вешалок снаружи, их поцелуй приобрёл заряжающую, возбуждающую безнравственность. Осознание, что их могут в любой момент обнаружить, не пугало, а лишь подстёгивало. Раздался лёгкий стук. И, следом, вежливый голос: — Мисс? Я принесла размер поменьше, хотите попробовать? Они резко разорвали поцелуй, оба прерывисто дыша. В его глазах, обычно таких ясных и ярких, бушевала настоящая буря. Он смотрел на неё с таким смешанным чувством ярости и вожделения, что у неё буквально перехватило дыхание. — Нет... — сумела вымолвить Лулу, глядя в его глаза. — Размер... идеальный. — Ты… — прошептал он на выдохе, когда она отстранилась на миллиметр, — абсолютно безумна. — И тебе это нравится?— пропела Лулу, хихикая. Вейгар закрыл глаза, глубоко вдохнул. — Это не… рационально. — Да ты что? — она сделала вид, что удивлена. — Так твой рациональный мозг любит это или нет? Он открыл глаза. И в его взгляде был чистый, яркий, смущённый азарт. — Я… не высказывал возражений. И они целовались ещё минуту, только потому, что Лулу решила притвориться, будто это тоже часть ее «плана раздражения». Но в какой-то момент почувствовала, что это перестаёт быть игрой. И резко отстранилась. — Я буду мерить дальше, уходи, котенок, ты отвлекаешь! Вейгар медленно отступил, поправил пиджак, его лицо с нечеловеческим усилием вновь становилось непроницаемым. Но он не мог скрыть учащённого дыхания и того тлеющего огня в глубине взгляда. Она задела в нем что-то первобытное, то, что не подчинялось его контролю. И это раздражало и заводило его одновременно. И всё же одно платье Лулу зацепило. Красное. С золотым орнаментом по краю. Идеально сидящее. Она надела его, посмотрела в зеркало, и на долю секунды даже не взяла драматическую паузу. Просто улыбнулась себе. Она замерла на секунду, глядя на своё отражение, и всё её притворное недовольство исчезло. Она хотела это платье. Но поймав взгляд Вейгара, внимательный, слишком внимательный, она быстро сменила тон: — Нуууу… золотой цвет выглядит дешево… и вообще оно слишком пафосное… и цвет слишком красный, и… — Лулу, — сказал он тихо. Она замолчала. Он посмотрел на неё так, будто видел формулу, которая наконец-то сошлась. — Возьми его. — Нет, оно слишком дорогое. — тут же отрезала Лулу и удалилась в примерочную, спеша сорвать его с себя, как будто ткань ее обжигала. Когда она вышла, Вейгар стоял у кассы. В одной руке его был телефон, в другой, аккуратный фирменный пакет. Лулу невольно задержала взгляд на нём, но лишь на секунду: в голове быстро сложилась абсолютно логичная, с ее точки зрения, картинка. Наверное, это был один из галстуков, что висели на стенде рядом. Ну, конечно, что ещё мог купить мистер Контроль за те пару минут, пока она переодевалась? С таким видом, будто разгадала очередную загадку, Лулу кивнула на шёлковый галстук, висящий на стойке. — Понравился? — поинтересовалась она, указывая на галстук. — Или у тебя их, как у членов королевской семьи, по разному цвету на каждый день недели? — У меня есть стилист, — ответил Вейгар, не глядя на неё. — Он решает эти вопросы раз в сезон, чтобы не тратить мое время. Он произнёс это так же буднично, как если бы сказал «у меня есть стоматолог». Лулу от неожиданности даже присвистнула. — Вот оно что! Всё ясно. Его спокойствие в этом вопросе было самым раздражающим. Перед самым уходом из торгового центра она всё же купила кое-что, пару ярких носков с принтом в виде чипсов. Дешёвых и глупых. Она потрясла пакетиком перед его носом. — Моя единственная добыча за сегодня! — объявила она. Он взглянул на пакет, и в его глазах мелькнуло что-то похожее на усталую снисходительность. — Мои поздравления. К вечеру Лулу чувствовала себя измотанной, но счастливой. Она была уверена, что сегодня отлично потрепала ему нервы: таскала по магазинам, разыграла спектакль с примерочными, довела почти до потери контроля. Позже, за ужином, когда она уже почти забыла о том платье, Вейгар молча отодвинул от себя десерт и поставил на стол тот самый свой пакет, на который она подумала что в нем галстук. — Это тебе. — Ой. — Лулу подалась к нему вперед. — Подарочек? Принимаю, конечно. — Скорее компенсация за моральный ущерб, полученный в ходе сегодняшней... разведывательной операции, — ответил он с лёгкой ухмылкой. Она открыла пакет. Там лежало то самое красное платье с золотой вышивкой. На самом деле она ощутила, как ее сердце упало куда-то в живот. В обычной жизни Лулу никогда не приняла бы столь дорогой и личный подарок от мужчины, которого знала всего несколько дней. Это было слишком интимно, слишком серьезно. Но сейчас…она же играла роль. Наглую, эпатажную, считающую, что ей всё должны. Поэтому она сделала вид, что это ерунда. — О, наконец-то!, Спасибо, котёнок, — сказала она почти небрежно глядя на него поверх пакета, стараясь не выдать дрожь в руках. — А то я уже думала, ты до конца вечера не догадаешься… Уголок его губ чуть дрогнул. — Не благодари. Это лишь статистически оптимальный выбор. Ты выглядела в нём… наиболее гармонично. — Значит… тебе понравилось? — улыбнулась Лулу. Он посмотрел на неё так, будто это было очевидно. — Да. И ей было очень тяжело спрятать смущение. Они доели десерт, разговаривая о каких-то нейтральных вещах. После чего Вейгар отложил вилку, выпрямился, и на секунду на его лице возникло то самое выражение, которое Лулу уже начинала узнавать, будто «он что-то просчитывает». Он посмотрел на неё через стол. Лулу почувствовала, как внутри всё застыло. Ну всё. Вот сейчас он скажет: “На сегодня хватит. И вообще, давай… расставим границы.” Вейгар чуть наклонил голову. — Завтра я занят почти весь день. Вот оно. Он устал, наконец-то устал, его предел был здесь. Наконец-то! Он хочет дистанции. Сбегает. Но почему это вдруг как укололо ее? — Однако, — продолжил Вейгар, поправив манжет, — обеденный перерыв у меня будет. Если ты не против простой пищи в моем присутствии, можем пообедать вместе. Ты. Я. Бутерброд, салат, или все что ты там обычно считаешь ланчем. Я могу заехать за тобой. Лулу открыла рот, потом закрыла. Почувствовала, как ее заранее приготовленная шутливая фраза «Что, уже бежишь?» застряла в горле. Вместо этого из нее вырвалось лишь: — Двенадцать тридцать? — Идеально, — кивнул он.  Лулу чуть подалась вперёд, дыхание вышло рывком. — Ты… хочешь меня увидеть? — Конечно, — произнёс он тихо. — Твои… импульсивные вмешательства обладают определённой… статистической пользой. Лулу снова открыла рот, чтобы возмутиться или пошутить, или чтобы хотя бы изобразить лёгкость, но ничего не вышло. И именно в этот момент он сделал нечто вообще нехарактерное для себя. Уложив карту в чехол, Вейгар протянул руку, будто собирался просто отодвинуть тарелку. Но вместо этого его пальцы едва-едва, будто случайно, коснулись внутренней стороны её запястья. Теплое прикосновение. Всего секунду. Даже половину секунды. Но достаточно, чтобы у неё в груди как полыхнуло. Когда они вышли из ресторана, снаружи уже стемнело. Ветер шуршал в деревьях у входа. Вейгар открыл для нее пассажирскую дверь машины, жест почти автоматический, почти деловой, но каким-то образом всё равно показавшейся ей нежным. Когда она уселась, он обошёл автомобиль, сел за руль, пристегнулся, и прежде чем завести двигатель, снова повернулся к ней. — Ты была… неожиданной сегодня. — Это хорошо или плохо? — спросила Лулу почти с вызовом. Он сделал паузу. — Только… неизбежно. Она прикусила губу, от того, как это прозвучало. Будто он выдал ей что-то куда более глубокое. Он довёз её до дома. Без попыток скрывать частые взгляды, которые бросал на неё на светофорах. У подъезда Лулу уже тянула руку к дверце, но Вейгар остановил её лёгким жестом, просто ладонь на воздухе. — Завтра в 12:30. — Его голос был спокойным и низким. — Я напишу тебе. И снова, это почти незаметное действие: его ладонь коснулась её запястья, аккуратно, коротко, но так, будто он проверял, действительно ли она реальна. — Спокойной ночи, Лулу. Он отпустил ее. Она вышла, дверь захлопнулась тихо, но звук отозвался эхом по всему её телу. Вейгар дождался, пока она войдёт в подъезд, и только после этого уехал. *** Дверь в квартиру захлопнулась с такой силой, что с подоконника взметнулся встревоженный Пикс. Лулу, не снимая куртку, швырнула на диван сумку, а следом и пакет с тем самым красным платьем, которое теперь казалось ей вовсе не подарком, а трофеем, добытым по ошибке. — Всё! Всё к чёрту! — её голос дрожал от бессильной ярости. Она буквально топала ногой по ковру. — У меня ничего не получается, Поппи! Ни-че-го! Поппи высунулась из кухни с кружкой чая. — Привет, тоже рада тебя видеть. Что случилось? Он наконец сбежал, крича что ты воплощение хаоса? — Хуже! — выдохнула Лулу, срывая с себя куртку. — Я вела себя безобразно! Грубо! Навязчиво! Я таскала его по магазинам часа три, ныла, что мне ничего не нравится... А он... — она закатила глаза к потолку, — он в ответ купил мне платье! Сказал, что я «заслуживаю чего-то, что не вызывает спонтанной мигрени»! Ему это нравится, Поппи! Ему нравится, когда я веду себя как ненормальная! Она плюхнулась на диван. И сердито взмахнула пакетом, внутри которого шелестело дорогое красное великолепие. — Вот! Вот это! Сказал, что «на нем лучше всего читается структура твоего силуэта». КАКОЙ СИЛУЭТ?! У МЕНЯ ЕСТЬ СИЛУЭТ?! — Ну… да? — Поппи моргнула. — ПОППИ! — Лулу швырнула пакет обратно на диван. — Всю эту неделю я влезаю к нему в личное пространство, заставляю фоткаться, таскаю по магазинам, кормлю ужасным салатом, трогаю его волосы… Она вскочила и, жестикулируя, метнулась по комнате кругами, как маленький ураган. — И ему это нравится! ЕМУ! ЭТО! НРАВИТСЯ! Он как будто издевается надо мной!! — Может, нравится не «это», а ты сама?… — осторожно предположила Поппи. Лулу замерла, уставилась на нее, потом застонала: — Нет-нет-нет! Мне нужна статья, а не романтика! Он должен быть раздражён, беситься, сбегать от меня!!! А он только ухмыляется! И дарит платья! А потом… ох нет, потом вообще меня ПОНИЗЯТ на работе! У меня не выйдет статьи! Тристи скажет, что я плохой журналист! Что я… Да, она пошлёт меня навечно писать про «топ-5 способов помириться с парнем через печеньки». Ох, чёрт, Поппи, я проигрываю! Поппи подняла бровь. — Ну… а нельзя ли просто… соврать? — предложила она с предельной практичностью. — Написать статью так, будто он взбесился. Или будто сбежал. Ну, знаешь, как это обычно делают в глянце: меняешь деталей восемь из десяти, и никто даже не моргнёт. Как Тристана поймёт, что это неправда? Лулу покачала головой, сначала медленно, потом всё быстрее. — Нет, нет и ещё раз нет. Тристана не дура. У неё нюх на фальшь, как у ищейки. Она меня сквозь монитор просканирует! Решит, что я не умею работать с материалом… Она потребует доказательств. Деталей. Скриншотов переписок. Анекдотов из серии «а потом он сделал вот так». Будет задавать вопросы. «А как он отреагировал на это?», «А что он сказал, когда ты сделала то?». И если я начну путаться или выдумывать на ходу… Она однажды вычислила фейковое интервью по тому, что автор неправильно указал сорт вина. Она поймёт, что я не только не справилась с заданием, но и попыталась её надуть. Я не переживу, если она решит, что я халтурщица! Лулу сглотнула. — Это будет даже хуже, чем провал. Это будет профессиональный крах. После такого меня просто выкинут с вещами и чеком за последний месяц. Она обхватила голову руками. — Нет, тут нужно или честно провалиться, или… честно довести до конца. А у меня не получается! Поппи фыркнула. — Ладно. Неужели сдаёшься? Она отставила чашку на комод и прислонилась к дверному косяку, размышляя. — Нет! — Лулу резко развернулась. — Мне нужно что-то, что выбесит его. Настоящее. Разрушительное. Что-то, что он действительно НЕНАВИДИТ. Поппи сложила руки на груди. — Значит, проблема в нём. Он не ведётся на твои фокусы. Нужно найти его слабое место. То, что выбьет почву из-под этих его… ухмылок. Хм. А ты пробовала что-то действительно мерзкое и раздражающее? Не шопинг, не все эти детские игры, а что-то, что бьёт прямо по личному? Ну… если говорить, например, про меня, вот я терпеть не могу, когда кто-то неожиданно заявляется ко мне на работу. Прямо в мастерскую. Без предупреждения. Лулу замерла, медленно обернулась. — В офис… — прошептала она. — В его офис… — Ага. Я бы сразу послала. — Поппи. Вообще, это гениально. Она схватила подругу за плечи: — Но я не знаю, где он работает! Он специально это скрывает! Может, он вообще мафиози! Или злодей! Я не удивлюсь, если он миром правит из бункера. Или он масон высокого полёта, посвящённый в тайны мироздания. Может, козлов отпущения из ритуальных жертвоприношений для фондового рынка взращивает! Поппи поперхнулась смехом. — Тогда… нужно выяснить его рабочее место. — Но как?! — Лулу всплеснула руками. — У меня ни фамилии, ни названия компании! — У тебя же есть его домашний адрес,— прагматично заключила Поппи. Новая мысль неожиданно зажглась в глазах Лулу. — Векс! Она однажды нашла для меня телефон того актёра, который мне нравился… Я до сих пор уверена, она либо хакер, либо ведьма. — Здорово, — сухо заметила Поппи. — А как ты до неё дозвонишься? Черт, она ведь, наверное, не берёт трубки. И общается только дымовыми сигналами и через зашифрованные чаты. Лулу достала телефон. Нажала на имя «Векс (не звонить без крайней необходимости!!)». Гудки. Гудки. Гудки. — Она не возьмёт… — простонала Лулу. — Просто подожди. Щёлк. Это была невероятная удача! — …чего? — раздался на том конце голос Векс, уставший, как будто она буквально проснулась в саркофаге. — Векс!! — воскликнула Лулу. — Мне очень-очень-очень нужно… — Скажи сразу: это не связано ни с вечеринками, ни с твоими экспериментами, ни с твоими боевыми раскрасками. Потому что я занята. Я страдаю. —О, мне так жаль, милая! Но это очень важно! Прошу тебя! — Это не связано с социальным взаимодействием? — Ну… косвенно! — Ужас. Говори. — Мне нужен адрес офиса одного человека! — Нет. — Ну, пожалуйста! — Нет. — Я куплю тебе… — Лулу отчаянно озиралась.— Бутылку того самого виски, от которого у тебя в прошлый раз «сгорел процессор»! На несколько секунд в трубке повисло молчание. Лулу уже было подумала что Векс отключилась, когда на другом конце провода прозвучало безэмоциональное: — Ладно, скидывай данные. Лулу тараторила: — Имя у меня есть. Фамилии нет. Но есть домашний адрес! — О господи… — Векс тяжело вздохнула. — Ладно, хватит говорить. Скинь сообщением. Я свяжусь. Через двадцать минут телефон Лулу пискнул. Сообщение от Векс гласило: «нашла. поздравляю. он работает в каком-то странном месте. что-то вроде частного исследовательского комплекса. название ничего не говорит. ничего криминального в открытых базах. выглядит скучно. организуй виски.» И внизу был не текст, а скриншот карты с помеченной точкой и названием компании. Лулу резко вдохнула и с торжеством показала экран Поппи. — Вот! «Астреус Консалтинг». Звучит так, будто они там консультируют инопланетян по вопросу налогообложения. Идеально. — сказала она, с ужасом и восторгом, и хитро улыбнулась. Она уже предвкушала выражение лица Вейгара, когда она завтра ворвётся в это самое «Астреус Консалтинг». Было похоже, что она нашла его ахиллесову пяту.