46. Это моя легенда.

      Бум-бум-бум-бум-бум-бум-бум…       Шаги фэлриверов заставили всех содрогнуться, постоянно оглядываясь в сторону идущих на нас огромных роботов. И не только шаги, но и сами их колоссальные фигуры. Они идут стеной, возвышаясь над деревьями, ломая их взмахами огромных рук даже не замедляясь. Механическая мобильная стена, выше них разве что сам Нордассил. И каждый гигант светится изумрудной топкой на груди, из которой вылетают зеленые огненные шары. Идут в ногу, отбивая всё нарастающий по мере приближения ритм. Пугающий ритм. Пыль скрывает их ноги и кажется, что это огромная стена, отвал, которая всё наползает и наползает на тебя.       Чем останавливать ВОТ ЭТО, я не знаю. Правда, не знаю. Обломки инферналов для них просто камешки под ногами. Стволы деревьев с треском разлетаются в щепки или загораются от огненных шаров. Огромные роботы приближаются, всё ближе, и ближе, и ближе. Психологический эффект просто нереальный, пробирает всех, даже ночных эльфов с их тысячами лет опыта. Даже они такое не видели.       Закончив рассматривать приближающихся роботов через оптику, повернулась к Венидан. Я не вижу её лица, бело-зеленый шлем, как и у меня, скрывает его. Но волнение не скрыть, никому из нас. Пусть вопрос и не задан, все равно ответила.       — Они будут здесь через несколько минут. Около десяти, я думаю. Движутся не слишком быстро, методично затаптывая всё на своем пути. И всё еще слишком быстро для обычных разумных. Длинные ноги, слишком.       — А потом? — уточнила разбойница, пусть и явно знала ответ.       Я нервно рассмеялась. Этот грохот, эти гиганты… нервируют. Пугают, да, и нервируют. Это чувство… неотвратимости. Безысходности. Не удивлюсь, если в этом и есть план. Если они хотели заставить нас бояться — у них получилось. Приходится прикладывать усилия, чтобы не сваливать. Особенно сейчас, когда я сарваер, а значит офицер, полковник. И не имею права показывать слабость. Так что ответила максимально спокойно, насколько смогла. И тихо, чтобы не подслушивали.       — А потом нас затопчут. Если никто не придумает, как их остановить.       Я действительно не знаю, что делать. Могу плюнуть на всё и угробить одного такого. Если наплюю на последствия, двух. После этого я, правда, буду тряпочкой, неспособной сильно шевелиться и далеко бегать, но ладно. Два полновесных залпа, если подготовлюсь и упьюсь концентратом — три, может быть. А их там шесть десятков по самым скромным подсчетам. И от поступи этих ОБЧР земля трясется. Отступление — тоже не выход, они просто пойдут за нами.       А роботы продолжают надвигаться, поднимая пыль и ломая всё на своем пути, возвышаясь над лесом. Идут в ногу, отчего земля мерно вздрагивает. И чем ближе, тем сложнее сохранять спокойствие. Но я должна, это мой долг, как командира! Наконец, командование приняло решение за меня.       — Всем отступать! — крикнула Джайна, — отходим в лагерь Орды, на вторую линию! Оставляйте всё, что не сможете унести в руках!       Разумные начали покидать позиции с видимым облегчением, я же не спешу. Здесь, в лагере остались вещи, без которых я никуда не уйду. С ними тоже не уйду. В палатке находится моё летающее креслице на реактивной тяге. Чистое извращение магической науки, грубое, но свою задачу оно выполнит.       Я назвала его «Креслом Джеймса Бонда». Потому, что в него встроено некоторое оружие. Грубо, неорганично. Например, кристаллы для стихийного щита просто вклеены в дырку, что я проковыряла. Под ногами прорезана дыра, из которой торчат носы ракет воздух-воздух. А за спинкой — бак с водородом. По бокам и сверху торчат руки, управляемые простейшим големом. Они нужны, чтобы направлять рули высоты и поворота.       По хорошему стоило бы добавить брони, сделать кресло аэродинамичнее, чтобы получился полноценный планер, но не было времени и материалов, я сокращала, как могла. Стул пришлось выкупить у одного из офицеров. Он не хотел расставаться с удобством, но я обещала превратить его в оружие, и мужчине было интересно, что получится. Вот и увидит.       — Похоже, пора…       А мысли снова скатились на ночные молитвы Тиранды массового поражения. Это было… действительно впечатляюще. И речь не о дожде из падающих звезд, это можно списать на очень мощное заклинание, бьющее по площади. Снежные бури такого масштаба Джайна делать умеет, чего я там не видела. Важно не это, а присутствие другой воли.       Чужой воли, чей автор смотрел, оценивал и понимал. И это понимание было почти материальным. Негатив, направленный на атакующих. Понимание и поддержка обороняющихся. Согласие относительно действий самой жрицы? Наверное. А еще легкое осуждение в мой адрес. И я просто не знаю, как на это реагировать. И эта воля была доминирующей, спорить с ней в момент внимания просто не получилось. Словно все твои аргументы не имеют значения, их уже слышали и вообще не интересно, ведь истина — иная. И спорить с ней бессмысленно. Да даже бездновая шизофрения решила заткнуться и не отсвечивать.       И это очень занятно. Можно ли таким образом решить мои проблемы с магией? Я не знаю.       Шут знает, как на это реагировать, когда закончится, нужно будет потрясти жриц Элуны, может подскажут что-нибудь умное. Хочу увидеть их лица, когда высший эльф придет с вопросом: можем ли мы поговорить о богине нашей, Элуне? Но вообще вопрос серьезный. Я довольно активно заигрываю с темными силами. В таких условиях не бывает излишней перестраховки.       От толчка в плечо обратила внимание на разбойницу. Точнее на щиток её шлема, смотрящий на меня.       — Дави? У нас есть план? — отвлекла меня Венидан от сложных мыслей, — потому что если нет, пора уходить. Мы остались одни.       Пожала плечами. И верно, из окопов все ушли, только мы остались. Ну еще древа и несколько горных великанов, живых скал ночных эльфов, но они и не собираются отступать. Они останутся, чтобы задержать атакующих. Возможно, у обороняющихся есть план, всё же гора Хиджал — гора и есть. Сейчас мы у подножия. На склонах огромным роботам будет сложнее, склоны довольно крутые. Собственно дорога от лагеря людей до орочьего — единственный относительно пологий путь. Вероятно, где-то там их и остановят. Я же… Сегодня я снова играю по своим правилам.       — Да, у меня есть план, Вени. Лезвие ножа, как обычно.       И да, прежде чем отступать, по скверноботам отстрелялись пушки, баллисты, всё, что было. Помогло слабо. У них нет магических щитов, так что роботы вздрагивали от попаданий. Иногда из пробоин начинала сочиться скверна. Но на этом всё, они весьма прочные, живучие. Они всё ближе, грохочущие и неумолимые.       Их оружие — страх. Страх неотвратимого конца. Согласна. Только это им не поможет. Архимонду было предсказано поражение. Здесь, на горе Хиджал. И первый удар по нему нанесу я. Такой, что он его никогда не забудет. В конечном итоге, если я буду известна и среди демонов тоже, это должен быть огромный бонус к Легенде. Ведь на весь мультиверс существует ровно один Пылающий Легион.        Да, пора сделать это. Я поднялась, направляясь к палаткам. Быстро, левитируя над окопами, чтобы не беспокоиться о пересеченной местности. Разбойница увязалась следом, без труда перепрыгивая препятствия, показывая всю доступную ловкость. Сейчас мы остались одни, остальные спешно бегут. У выхода из лагеря сгрудились разумные, они толпятся, стремясь уйти побыстрее. И только мы идем не к выходу, а вглубь лагеря.       Я не вижу лица разбойницы, но догадываюсь, о чем она думает. Почему мы не идем к выходу. Что я задумала. Увы, но в этот раз для Венидан в моем плане места нет. Буквально нет.       — Вени. Уходи. Немедленно.       Меня схватили за плечи и развернули. Её щиток шлема почти прижался к моему, пытаясь рассмотреть глаза.       — Объяснись. Живо, — потребовала разбойница.       Я дернулась, вырываясь. После второго рывка Венидан отпустила одну руку, но продолжила смотреть и держать второй. Вздохнула, это должно было случиться.       — Пошли, по дороге расскажу. Они совсем близко, тебе нужно успеть уйти.       План, как обычно, суицидальный. Собралась с мыслями, прежде чем рассказывать. Ты меня за это осудишь, но ладно, переживу. Тем более, что мы уже возле моей палатки. Времени на другой план не осталось.       — Я собираюсь отвлечь Архимонда, Вени, чтобы он сам разбросал свои любимые игрушки. Вот этим.       Мы вбежали в палатку, около которой припаркован мой «журавль». Средство для быстрой эвакуации, план «Б» так сказать. Внутри палатки, в магическом круге находится кресло, мой план «А». Буквально кресло с пришитыми и укрепленными магией ремнями безопасности. Они очень плотные, если пристегнуться, выпасть можно только вырвав с корнем. Я их подгоняла под себя, чтобы пережить все возможные перегрузки. А на задней стенке, за спинкой к креслу прикреплен ракетный водородный двигатель.       Два бака, расположенных за спиной пилота, чтобы выхлоп от запускаемых снизу ракет не нагревал бак. В качестве защиты бака — укрепленный магией тяжелый сундук, в который баки спрятаны. Творение пьяного мекбоя, транспорт для… Как там называются бойзы, которые прикрепляют себя к ракете. И на этом я полечу бить Архимонда. Этот шизотех пугает даже меня, своего создателя. Спасает только наложенное на данный девайс «создание местности» — я уверена, что смогу уверенно, почти интуитивно этим управлять.       Венидан посмотрела на кресло, после чего повернула шлем ко мне. Я не вижу её глаз, но сомнения ощущаю физически. Сомнения в моем умственном развитии, да. Похоже в этот раз я смогла удивить и её. Хи-хи.       — Ты… не шутишь, — запнувшись, проговорила она, — это безумие. Даже большее безумие, чем обычно, Дави. Это просто безумие, мелкая. У меня даже пошутить не получается, настолько это выглядит как бред.       Я кивнула, игнорируя мелко дрожащую землю.       — Безумие. Причина, по которой никто не знает, что именно я сделала.       Венидан выругалась на талассийском. Красиво и мягко, словно подтираешься бархатной тряпочкой. Правда повод вообще не соответствует. Они уже близко, если разбойница не поспешит, не успеет уйти. Разбойница содрала с головы шлем, чтобы я видела всю глубину её недовольства. Шок, удивление и раздражение.       — Дави, я уверена, что кто-то должен это сказать. Это очень, очень тупое решение. На этом — она указала на кресло, — всё что тебя ждет, это смерть! Я тебя серьёзно спрашиваю: сдохнуть хочешь?       Вздохнула. Я просто знала, что так будет. Насколько было бы проще, если бы они не знали. Но идем по пути добра. Раз она со мной, то имеет право знать. И получить ответы, даже не совсем честные.       — Я хочу выжить, Вени. Именно для этого и нужно это кресло. Я бы не смогла сбежать от огромного архидемона по поверхности. Но в воздухе… Шансы будут. Пойми, пожалуйста. А двигатель нужен, чтобы сбежать от горгулий. Многие демоны умеют летать, единственный вариант сделать всё как надо — ударить и бежать. Хит-энд-ран.       Разбойница помотала головой.       — Это идиотизм, мелкая. Я могу шутить, но это вообще другое. Ты. Там. Умрешь!       Я только глаза закатила.       — Я тебя переживу. Ты веришь мне?       Разбойница замолчала. Очевидно, мы ходим по очень тонкому льду. Я собираюсь ей солгать. Не хочу, но собираюсь. И ради этого сняла шлем, встретившись глазами с Венидан.       — Я видела. Я выживу и вернусь к тебе. Ты мне веришь?       Мне больно делать то, что я делаю. Но я уверена в успехе. В том, что это будет момент моего триумфа. Разбойница вздохнула.       — Верю. Я все еще считаю, что это идиотизм, но тебе я верю. Ты всегда возвращалась. Побитая, ушатанная, но возвращалась. Поклянись, что вернешься.       Я ответила сразу же.       — Я вернусь. Даю слово.       Немного подумав, решила дожать.       — И вообще, как ты себе представляла ранение Архимонда, о котором я уже говорила? Это чертов архидемон, Вени. Тридцать метров роста, и это он сейчас такой, может вырасти и больше. Я попаду, но что дальше? Мы обе знаем, что. Он будет в бешенстве и попытается стереть меня в пыль! С этим креслом, с ракетой — я смогу сбежать, просто на ускорении. Без него — мои метровые ноги против его двадцатиметровых! Я всё продумала.       Это заставило Венидан задуматься. Ну да, скорость движения при такой разнице в росте — проблема актуальная. Разбойница снова посмотрела на кресло.       — Я могла бы…       Полететь вместо меня. Нет.       — Не могла, — я её перебила, — это не Пепелац, нет систем обороны. «Создание» настроило управление, ремни, всё что тут есть под меня. Учиться или переделывать некогда, они здесь. У самых окопов. Я буду управлять рулями напрямую, магией. Вени, нет времени! Уходи. Живее! Пожалуйста…       Грохот стал совсем оглушительным. Крики и треск отступающих разумных и не очень солдат наполнили лагерь. Похоже, уйти успели не все и начала нарастать паника. Разбойница колебалась еще несколько секунд, затем с силой усадила меня в кресло и начала пристегивать. И в этот момент… я ей благодарна. Если бы Вени уперлась, я бы плюнула на кресло и ушла с ней. В конечном итоге, результат этой битвы предрешен. Хиджал — выстроит. Как и Орда с Тераморцами.       У меня нет причин жертвовать собой или друзьями. Я бы не стала этого делать. Но раз Вени готова помочь… Я задохнулась, когда разбойница с силой меня обняла.       — Не умри там, иначе я найду некроманта и верну твою душу. Отправлюсь в Нордскол, если потребуется, учиться и воскрешать. А потом буду долго и обстроятельно напоминать о твоей ошибке. Я верю в тебя, мелкая. Не умри там. Я не прощу этого.       Я улыбнулась, стукнув её в плечо, пока разбойница проверяла крепления. Я тоже не прощу себе подобную нелепую смерть. И то, что могу потерять вас всех. Ради защиты разумных. Ради Терамора, я выживу. Обязательно выживу.        Эльфийка вздохнула, срезая дверь палатки, чтобы я смогла нормально вылететь.       — Я выживу. Ты тоже не умирай там. Бери мой «журавль», он вполне может перепрыгнуть через стену. И постарайся его не сломать на этот раз, ладно?       Она кивнула.       — Обещаю. Мне пора.       Венидан ушла. Я же в последний раз проверила ремни, было бы очень нежелательно выпасть из кресла в полете. Руки на подлокотниках, поверх руки по команде возникли сосульки. Надо же мне чем-то в полете стрелять, пусть и строго вперед. Повинуясь команде, инъектор начал вводить в кровь алхимию. Мне потребуется вся моя реакция. Буду вводить постепенно, чтобы разгон шел плавнее. Может получится нивелировать последствия.       — Ну, поехали!       И вдавила газ, уже ни о чем не заботясь. Палатка резко дернулась и осталась позади, уносимая тягой двигателя, бумаги разлетелись, но были проигнорированы, как и то, что часть из них загорелась от выхлопа. Давление вжало в кресло, заставляя вспомнить, как правильно напрягать мышцы при перегрузках, и что нельзя забывать управлять. Сейчас я не над океаном, нужно набрать высоту, чтобы ни во что не врезаться. Так что вперед и вверх!       — Процесс пошел! Я лечу по твою задницу, Архимонд… Так, уклонение!       Почти сразу пришлось заложить вираж, чтобы уклониться от фэлриверов, вставших стеной уже перед самым лагерем. Первый ряд уже достиг окопов и могучими кулаками крушил обороняющие базу эльфийские древа. Те пытаются сопротивляться, бьют ветками, обвивают врага корнями, но скверна обжигает их, ранит. Опадают листья, ломаются ветви, щепки разлетаются во все стороны. Мощные удары роботов крушат их стволы.       С роботами скверны в бой вступили и горные великаны, выигрывая время для отступающих. Каменные гиганты вполне наносят урон фэлриверам, их каменные кулаки сминают металл, а дубины из бревен гнут роботам конечности. Ответный урон от огненных шаров проходит по ним плохо. Но скверноботам есть чем ответить. Их кулаки имеют систему, схожую с моим силовым молотом. Кулаки создают ударную волну, размалывающую каменных гигантов в щебень. Дубины дают время для одного-двух ударов, но далее и сами горные великаны, и фэлриверы оказываются в равных условиях. Вот только вторых — больше. Немного помогают каменные глыбы, метаемые древами, но здесь роботов спасли второй и третий ряд самих роботов. Даже самый большой булыжник их не опрокидывает, стоящие позади их поддерживают. Эта битва уже не моя проблема, смотреть тут не на что.        Сам же лагерь опустел уже окончательно. Моя палатка полыхает, а среди отступающих отметила мой убегающий вдаль шагатель, на котором сидит Вени. И смотрит в мою сторону, как и Дартаола, на втором шагателе. Приятно знать, что они верят в меня. Я не проиграю.       — Что мы говорим богу смерти? Не сегодня.       Я себя успокаиваю, факт. Это страшно, и я всё равно туда лезу. Да, возможно, если я там умру, сучность меня вернет, или отправит еще куда. Смерть, это уже не конец, это известно точно. У нас контракт, который я помаленьку выполняю. Кое-что забрать из Каражана, еще кое что — в другом месте. Да он меня вернуть может в том же виде, я всё доделаю за месяц. Но это будет значить конец всего. Вени, мама и папа, остальные останутся здесь, а я буду там. Я бы не хотела всё потерять. А значит — обязана выжить. Ради их всех. Еще не время уходить.       Кресло поднялось выше, я стабилизировала полет и свесилась, осматривая пейзаж под ногами. Фэлриверы просто проложили через лес огромную просеку, оставляя за собой лишь разрушения и открывая путь для армии демонов и нежити, идущей за ними. И добивающей тех, кто выжил, надо полагать. Более того, лес справа и слева от их строя горит зеленым проклятым пламенем, как бы предупреждая не лезть. Я и не полезу.       Перемолото всё просто в пыль, дерево, куски инферналов, плоть, всё смято и смолото, оставляя через лес длинный проход, буквально черный от извергающейся скверны.       Конечно, идущим за ним демонам и нежити приходится пробираться по обломкам, перелезать через куски деревьев и следы в земле, но важно не это. А почти тридцатиметровый Архимонд, неспешно шествующий за роботами и явно наслаждающийся паникой среди обороняющихся. Демон мгновенно заметил меня в летающем кресле и нахмурился, всматриваясь. Видимо не впечатлился.       — Наглая мошка. Убить её, — произнес гигант и отвернулся.       Комментировать я не стала, хоть и не смогла сдержать улыбки. Думаешь, это так легко, да? Ну, сейчас посмотрим. Полный вперед! И немного читкодов для ясности. По телу растеклось тепло от попадающей в кровь через инъекции в плечи алхимии. Мир стал четким и ясным, любые следы усталости пропали. Я готова к бою. Перчатка на правой руке задрожала, отбивая на иллюзорной клавиатуре текст:       OUIQDMW       COXEFGU       С шипением кресло, получив разрешающие команды, ускорилось, оставляя позади огненный шлейф от работающего двигателя. На управление птицами забила, сейчас главное самой не убиться, управлять этим стулом тот еще ад, он же вообще не аэродинамичный! А ведь мне этим еще и целиться надо!       Влево! Горгульи попытались встать на пути кресла, затормозить его. Ниже, правее, огонь! С рук, прижатых к подлокотнику кресла, сорвались два ледяных копья, сшибая горгулью, оказавшуюся на пути. Вот так, а теперь вправо! И еще копий. Чем больше вас сдохнет, тем меньше будет мне мешать! Выстрел! Хе-хе-хе. В сторону! Переворот! НЕ попала!       Магией эти летающие зверушки швыряться тоже умеют. Ракета моего кресла стремительно пронеслась над строем, над демонами, заставляя тех смотреть вверх. Отлично, всё идет просто замечательно! Около базы нежити я развернулась, взяв на прицел Архимонда. Анализ потребует немного времени, буду просто лететь параллельно. От горгулий оторвалась, время есть.       Нужно подгадать правильный момент, ведь сейчас Архимонд не обращает на меня внимания, более увлеченный тем, как огромные роботы, прошедшие через древа и горных великанов, затаптывают базу и тех немногих, кто таки не успел отступить. В этот раз Джайна не осталась на базе, чтобы высказать демону своё «фи». Просто потому что базу уже разносят, а Архимонд до нее еще не дошел. Нечего ей там делать.       Перчатка со щелчком замерла, горя энергией. Печати пришли в движение, занимая оптимальное положение. Механизм разложился, готовый к выстрелу. Что же, более ждать нельзя. Но нужно слегка расчистить небо от новых целей.       — Пуск!       Между раздвинутых ног, обдав магический щит от огня волной жара, стартовали ракеты, уничтожая тварей. Не только горгулий, но и поднявшихся в небо на кожистых крыльях краснокожих демонов с клинками. Есть попадание! Еще ракеты! Одна, вторая, четвертая, шестая. Не так много, но достаточно, чтобы расчистить мне путь. Всё идет по плану.       NCSGDAG       Крепление правой руки к креслу отсоединилось, кроме самого верхнего и я, заложив вираж, направила её вниз, на архидемона. И начала накачивать энергию. Залп полной мощности. Всё ради одного удара. Ощутила слабость от резкого и сильного оттока маны в формирующуюся в ладони яркую сферу. Гад живучий, это самая сильная накачка за всё время, что я использую перчатку. Но тебя это не спасет. У меня маны много, хватит на всех.       Кажется, даже Архимонд ощутил силу формирующейся магической сферы, потому что он обернулся и поднял глаза, безошибочно найдя мой маленький кораблик. Посмотрел, слегка сощурившись, как на что-то маленькое и незначительное.       — У тебя есть потенциал, мошка. Ты здесь, чтобы преклонить колени передо мной?       Я знаю, Архимонд, что у меня есть потенциал. Прицеливание завершено, зарядка завершена. Уязвимость определена — скверна, бездна. Эффект — максимально проникающий. Ярко белая сфера, маленькое солнце стало наоборот черным, втягивающей в себя свет черной дырочкой. Вправо! Чертовы горгульи. Ладно, дальше ждать нельзя, я практически над Архимондом. Мы встретились глазами, вот только на моем лице играет счастливая улыбка победителя. — И пусть я знаю, что ты реплика, плевать! Юмо Универсале!       В этот раз сфера сорвалась с перчатки так быстро, что меня тряхнуло и снесло в сторону вместе с креслом, отчего я отвлеклась, пытаясь стабилизировать этот не слишком хорошо управляемый болид. Сфера унеслась вниз и сзади, но я точно знаю, как понять, что я попала.       — ТВАААРЬ! — этот бешеный вопль стал музыкой для моих ушей.       Я определенно попала.       Заложив бочку, смогла увидеть упавшего на колено Архимонда, на теле которого осталась длинная и косая, горящая скверной рана, проходящая от правого плеча до паха. Прямо через весь торс, не знаю, насколько глубокая, но очень заметная рана. Приблизить.       Хорошо вошло. Достаточно глубокая, что хорошо, ему потребуется время на восстановление функциональности. И то, что ты стоишь на колене, очень даже замечательно. Ведь это видели все. И я, и ты сам, и твои подчиненные, и соглядатаи тех же ночных эльфов. Здорово, правда?        Эредар, удерживаясь на земле левой рукой, ибо правая выглядит не очень рабочей, посмотрел в небо, прямиком на меня, перекошенным от ярости лицом. И да, цель явно выполнена, металлический пояс, прикрывавший всё самое важное, оказался сорван, вместо нужной части тела дыра, а на одной из ног осталась глубокая рана. Я их могу так хорошо рассмотреть благодаря ярко-салатовой крови, полной скверны. У самого паха снаряд вошел достаточно глубоко, чтобы разорвать ту самую область в пыль. Почти уверена, что нормально ходить ему тоже будет очень трудно… некоторое время, пока не сможет регенерировать.       Жаль, любоваться некогда, в небе всё больше горгулий. Я быстрее, маневреннее, но их гораздо больше и они умеют стрелять. Вниз! Вправо! Вниз, бочка! Вверх! Влево! Форсааааааж! Пока, крылатые неудачницы! Я доминирую в этом небе! Я — скорость!       — Что ты сделала? ЧТО ты сделала, ничтожество??? — проревел демон.       А я знаю, что. Атаковала скверной, которая может ранить демонов. Вашей собственной стихией. Это дико иронично, что старшие демоны почти непрошибаемы для обычного урона, как и значительной части магического. Сопротивляемость на весьма хорошем уровне. Но при этом они весьма уязвимы к родному элементу. Ну еще Свету, но он вообще универсальный против всего темного. Это крайне необычно, как правило подобные существа имеют иммунитет к своей стихии. Элементали, как пример — огненного элементаля бесполезно бить огнем, он даже сильнее станет.       На шлеме развернулась голограмма эредара, чтобы я могла получше рассмотреть ущерб.       — Как я и думала.       Ему и правда не только оторвало болт, но и частично перебило ноги. Не думаю, что этот эффект долговременный и полноценный, демон, уже не отрывая от меня взгляда поднялся, и даже стоит почти ровно. Мда, эффект есть, но явно недостаточный. И всё же рана не спешит регенерировать, а это уже хороший знак. Что понял и сам раненый.       — Я уничтожу тебя, — он явно в бешенстве.       Я только улыбнулась. Учитывая, что у меня в крови и в какой концентрации булькает, испугаться в полной мере я не способна. Знакомство Венидан с гоблинами даром не прошло, вот уж кто понимает в боевой алхимии. Разбойница и раньше умела варить стимы, теперь она это еще лучше делает. На будущее, нужно озаботиться этим вопросом. В инъекторы стоит вкладывать лучшее, для себя работаю.       Бочка! Обойдемся без лучей скверны, демон.       — Не сомневаюсь, ты попытаешься, — это мы еще посмотрим.       Небо покраснело, и с небес обрушился огненный дождь. Плотный но неприцельный, он обрушился на мгновенно вспыхнувший лес, на движущихся вокруг демонов и нежить. Вспыхивает на моем магическом щите, отчего приходится бешено маневрировать. Зеленые вспышки взрывов загораются там и здесь. Он просто лупит по площади, наплевав на всех. И слабые эту атаку явно не переживают.       А у меня тут чертов буллет хэлл! Горгульи снизу, их магические лезвия, с небес падает чертов огненный дождь! Но я смеюсь. Это черт подери работает! Архимонд палит по своим! Нужно его еще разозлить. Второй залп! Нужно сделать второй залп! Форсаааааж! Водород еще остался.       В конечном итоге, что такое оторванные шары для демона? Отрастит новые. Они всегда возвращаются, пока не пожрана или рассеяна душа…       Именно. Хи-хи-хи. Повезло, что у Архимонда нет крыльев. Будь это Кил’Джеден, так легко мы бы от него не отделались. Собственно, он уже и так помаленьку восстанавливается. Недостаточно урона, нужно еще.       — Наглая мошка…       Алчущий силы гордец, которого так легко обвести вокруг пальца…       О, спасибо за помощь. Мне же совсем не обязательно делать полный залп! Нужно всего лишь убедить демона, что я заряжаю его и могу нанести еще много урона несколькими попаданиями! И он не сможет достать меня в небе. А еще это значит, снова пойти в атаку. Защита держится, водород в баке есть, можем повторить, хи-хи-хи!       На пару секунд заложив вираж, посмотрела на базу людей. На горы щебня, которые всего минут десять назад были базой. Сейчас там лишь многочисленные фигуры фэлриверов, возвышающихся над деревьями и обращенными в руины горящими зданиями и палатками. База уничтожена, за считанные минуты. Если ничего не сделать… Я сделаю это.       Разворот. Форсаж!       — Я это сделаю.       Ускорение снова вжало в кресло, а дистанция начала стремительно сокращаться. Начинаем накачку. В этот раз Архимонд обратил внимание сразу же, едва энергия начала концентрироваться. Развел руками, и из-за его спины в мою сторону ударили потоки скверны, освещая небо. И заставляя уклоняться. Влево-вниз-вниз-вверх-вправо-вниз-бочку… Я не пилот, в глазах темнеет, но разум всё еще со мной. Я так просто от тебя не отстану, урод. Стоишь, своей огромной тушей, смотришь. Опасаешься? Правильно.       Рана оставленная первым попаданием, что интересно, еще не зажила. Травма серьезная, уже затягивается, медленно, но быстрее, чем мне бы того хотелось. Это значит, что урона прикончить его мне просто не хватило бы, если не найти слабую точку и не залиться концентратом по самые брови. Просто забрасывать эту колоссальную тушу уроном — не вариант, регенерирует. А значит, нужно бить в слабую точку. В уже раненую часть тела. Плечевой сустав правой руки. Наведение.       NCSGDAG       Скверна-бездна. Залп.       — И пусть я знаю, что ты реплика, плевать! Юмо Универсале!       Момент выстрела я снова пропустила, выстрел совпал с резким уклонением на форсаже, в глазах в очередной раз потемнело. Повезло, что ничего не оторвалось в процессе. Но Архимонд в ярости рычал, а я улыбалась, когда сфера прошила его поврежденную оболочку, и взорвалась в плече, отрывая руку. И теперь его взгляд сфокусировался на одной конкретной точке. На мне. Мгновением спустя архидемон сорвался вперед, давя всё подряд. Обернувшись, заметила, что он ощутимо хромает, двигаясь довольно медленно. Ну, для тридцатиметровой туши. Всё еще слишком быстро для любой наземной цели. Но и я не на земле, засранец!       — УНИЧТОЖУ… НИЧТОЖНОЕ НАСЕКОМОЕ! ТЫ ПОСМЕЛА РАНИТЬ МЕНЯ, ЖАЛКАЯ СМЕРТНАЯ ШАВКА!       А я, пытаясь не вырубиться от перегрузок, развернула машину в сторону фэлриверов. Рука не слушается, не уверена, что смогу повторить залп. Управлять мне это не мешает, «контактная пара» это две перчатки.        С неба льется огненный дождь, единственной рукой Архимонд бросается шарами скверны размером с дом. Уже вторая такая сфера просто расплавила фэлривера, отчего тот, разбрасывая во все стороны скверну и металлические обломки, рухнул на землю, разливая во все стороны горящую зеленую жижу. Один есть. Осталось всего-то, несколько десятков.       Вокруг творится кромешный абзац, с небес падает огненный дождь, а сферы… Архимонд просто смел фэлриверов, оказавшихся у него на пути, взмахом руки. Искореженные машины рухнули на землю. Еще минус.       Мне больно, но смех сдержать не удалось. Получается. Мы обвели его вокруг пальца. Точно, голос. Есть идеи о том, как бы не умереть теперь? Я не смогу сделать третий выстрел, рука не шевелится. А если палить левой, я лишусь управления. Но Архимонд этого не знает. Право! Вниз. Штопор!       — И не надейся! Смотрите на меня, все. Смертельный номеррр! Гонки с бешеным быком! В качестве быка — архидемон! Возможно, у меня небольшой передоз! ПОФИИИИГ!       Вместо страха я ощущаю ненормальную весёлость. От выстрелов можно увернуться, небо трехмерное. Скорость реакции разогнана магией и алхимией. Я неостановима! Я король этого вечера!       Очередной шар скверны разбил еще двух фэлриверов и демон остановился, среди пылающего зеленым пепелища.       — Вот как. Ты думаешь, что сможешь сбежать. Тогда беги…       Что происходит? Что ты там такое удумал нехорошее? Демон уже никуда не идет, наоборот он присел на корточки и рисует? Что-то ритуальное? Дерьмо! Ускориться!       Выжала полный газ, выжимая остатки топлива в кресле, после чего двигатель просто отсоединился, чтобы не мешать. Дальше долевитирую как есть.       — А ты достаточно отважная, чтобы противостоять мне, эльфийка. Если бы все твои селяне были такими же, уничтожать твой проклятый народ было бы гораздо веселее! Что же! Omnis Immundus Spiritus! Omnis Potestas! Omnis Incursio Infernalis Adversarii! Omnis Legio! AUDINOS!       Громыхнула молния. И с земли ударили иглы. Множество ярко-зеленых и красных игл. Картечный снаряд! Ах ты ж хитрый черт! А почему раньше так не делал! Увернуться! Увернуться! Но их было слишком много. Снаряды, как это говорят о стрелах «закрыли собой небо». Я уже приготовилась ощущать попадание, подняла остатки магического щита. Без маны мана-щит мало что сможет сделать.       Кресло вздрогнуло от попадания десятков снарядов. И… я все еще лечу, боли нет. Кхем. А где? Повернув голову, заметала множество торчавших игл, в том числе пробивших спинку кресла навылет, но застрявщих. Похоже не пробил. Страх сменился приступом веселья.       Эм, и всё? Я даже обернулась, только чтобы встретиться взглядом со стоящим посреди разгромленного лагеря ухмыляющимся одноруким демоном. И что ты сделал? Не понимаю. Ну то есть ты же видишь, что я жива, но всё равно ухмыляешься. Почему? Непонятно. Ну да ладно, без двигателя я к тебе всё равно не полезу. Домой, а там разберемся.       Одно могу сказать определенно — время я выиграла. Часть скверноботов надо чинить. Демону — восстановить руку. Пехоту он пожег сам. Так что ближайшее время атаку можно не ждать. Горгульи остались позади, ускорение сделало своё дело. Кто молодец? Конечно же я! Мана почти на нуле, но в остальном… хорошо получилось. Я полностью довольна результатом.       И вид на закат совершенно шикарный. Что же, два дня мы выдержали. Осталось еще четыре. Неплохой результат.       Разумеется, прежде чем садиться, сделала круг почета над орочьим лагерем. Он расположен выше на склоне, чем Тераморский. Как я и думала, нормально пройти фэлриверы тут смогут в куда меньших количествах. А если еще и устроить обвал, или сделать склон более сыпучим или скользким… может получиться неплохо. Только надо подумать, как. Даже жаль, что большая часть из них не видела случившегося за деревьями. Но думаю те, кто видел, расскажет остальным. А пока я, скромный герой дня, могу опуститься и отдохнуть. Оно того стоило. Определенно стоило.       Внизу, на орочьей базе кипит работа. Линии обороны уже переделывают под новые условия. Конечно, проблема с кучей скверноботов еще остается, но кроме них есть и другие войска. Да и ботов потрепал очень злой демон-евнух. Архимонд не идиот, между продолжением атаки и восстановлением он выберет второе. Спешить некуда, его рана — лишь препятствие.       Я довольна результатом. Ну, почти. Осталось выяснить, что таки сделал этот демон. Я не верю, что всё может быть так просто.

***

             Вдалеке, внизу, там, где раньше была база людей и их соратников, остались лишь черные отравленные руины, среди которых возвышаются громады скверноботов и стоит, глядя вдаль, Архимонд Осквернитель. Чудовище, что уже ступало на земли ночных эльфов. Обреченный на поражение, что было предсказано киражами. И этой малолетней пророчицей. Давилинией.       Аластир, друид ночных эльфов, вздохнул про себя. Этот ребенок… Нет, правда. Он за свою долгую жизнь видел много, очень много детей. Но такого сочетания голой силы, потенциала и искреннего желания творить новые, потрясающие вещи… И при этом полное отсутствие тормозов, это впервые. Она полностью лишена страха и сомнений, готова совершать поступки, на которые не решится ни один разумный взрослый. А она решается, выживает и побеждает. Чудо, поистине чудо. Или же — пророческий дар, от которого сама эльфийка яростно открещивается.       Судя по реакции её подруг, они тоже ничего не знали. И не представляли, что вытворит их младшая соратница. Паладин беспрерывно молилась всё сражение. Разбойница… да тоже, в общем-то, хотя и явно неумело. Просто нет слов.       Безрассудство, как это сложно. Слишком самоуверенна она. Хотя, этого не отнять, ущерб был нанесен колоссальный. Давилиния, при всём своем безрассудстве — побеждает. Вероятно потому они и держатся за этого ребенка, позволяя эльфийке творить столь безрассудные вещи. Потому что она побеждает. Каждый раз побеждает. Даже в таких вот безумных ситуациях.       Он мог бы вмешаться в ситуацию, но не стал. Во-первых, это не его проблема. В её окружении есть взрослые, потакающие её прихотям. А еще… потому, что она побеждает. Друид хмыкнул про себя. Он сам, ради защиты Мирового древа, готов был позволить ей рисковать собой. Разменять одного эльфийского ребенка на Мировое древо это цинично, но правильно по всем возможным параметрам.       Так что Аластир лишь усмехнулся, он и сам ничуть не лучше прочих. Требовать иного отношения от остальных было бы весьма лицемерно. Ради защиты земель от демонов, ради защиты Ашенваля… он должен поступить так. Позволить ей и дальше делать то, что она делает. Ради защиты их мира.       А сейчас, когда она вновь вернулась с победой, поздравить.       — Снижается!       Друид обратил внимание на реакцию паладина, которая подняла глаза в небо, услышав слова Венидан. Обе эльфийки искренне беспокоилась за младшую. Вглядевшись в лицо Дартаолы, Аластир поморщился про себя. Её возраст… для него все три эльфийки — лишь дети. Но Дартаола выглядит старше него. С точки зрения развития она и есть старше. Другие ночные эльфы могли бы высокомерно отметить, что такова цена их предательства. Но он, Аластир, не считал предателями тех, кто даже не жил в эпоху заката империи.       И тех, кто сейчас проливает кровь и совершает безумные поступки, чтобы выиграть время. Он не считал их предателями, а их идеи — неверными. Виновными в чем-то перед ночными эльфами тоже не считал. Впрочем, это только его мнение. Мнение остальных Калдорай может отличаться. А спорить с сородичами Аластир не хотел. Это была одна из причин, по которой он от них ушел. И возвращаться особенно не спешил. Да, конечно, главной причиной все еще остается поиск следов демонов, но не только. Личный интерес тоже вполне себе имелся.       — Идем, встретим нашу победительницу, — отвлекла друида от размышлений лучница, — я собираюсь надрать ей уши за этот финт. Возможно, даже выпороть. Да, наверняка выпороть.       — Который ты сама и допустила, — напомнила паладин, — в потакании её решениям ты на первом месте, Венидан.       Но та не огорчилась.       — Не драматизируй. Если бы это было проблемой, я бы остановила её. Дави — девочка из деревни, к сложностям приученная. И прекрасно умеет рассчитывать риски. Как видишь, не ошиблась и в этот раз.       — Вот именно, — недовольно бросила паладин, — вот именно! Ты знаешь, чего она хочет. И знаешь её амбиции. Для этого нужны совсем иные качества, нежели готовность собрать мощный агрегат и совершить невозможное. Когда мы закончим здесь, я клянусь, я стану обучать её быть леди! Достойным, воспитанным членом общества. Сдержанной и мудрой! Это просто невероятно!       Младшая эльфийка рассмеялась, глядя на то, как кресло снижается рядом с ними.       — Ага, удачи. Первое, что сделает мелкая, когда вернемся, это закопается в мастерской, чтобы построить себе дредноут и удачи её оттуда выцарапывать, — в этот момент кресло коснулось земли, так что младшая обратила внимание и на пилота, — мои поздравления, Дави. Это было круто!       Он не видел лица за непрозрачным щитком шлема, но в голосе явно было удовлетворение.       — Благодарю, у него не было шансов.       Что характерно, все трое эльфов осмотрели сидящую в кресле четвертую. Обивка повреждена, обожжена и носит следы попаданий, правда, похоже, по касательной. Отдельно — утыканная иглами скверны задняя часть кресла, но как минимум шлем они не пробили. Или же магический барьер, который юная волшебница всегда подпитывала в бою.        Сама же пилот, завернутая в балахон черного цвета, выглядит целой. Желто-фиолетовые перчатки и шлем тоже не повреждены, не несут на себе даже царапин. Выглядит неплохо. Только почему от нее ощущение… гнили? Снова из-за использования того оружия? Следует показать её жрецам. И похоже, так решил не только он.       — Думаю, тебя стоит показать целителю, — заметила Дартаола, — я рада, что ты справилась. Но последние разы после выстрела тебе становилось хуже. Стоит провериться.       Давилиния с трудом поднялась, и Венидан поддержала её. Видно, что бой дался ей нелегко, и без поддержки она бы далеко не ушла.       — Я в порядке, — произнесла девушка, после чего посмотрела на правую руку, — ну, почти. Рука онемела, мана на донышке, демон неплохо так просадил мне щит своими иглами.       Аластир посмотрел на указанную руку. Правая перчатка на вид не отличалась от левой. Внешних повреждений нет, значит можно предположить проблемы с использованием сил. Дартаола кивнула.       — Идем, посмотрим. Посадим тебя и я осмотрю, раз всё хорошо. А потом пойдешь отдыхать. Ты справилась, молодец.       Волшебница кивнула, попытавшись сделать шаг, но ноги подкосились.       — Спасибо, Дартаола. Да, отдохнуть будет не лишним.       Аластир увязался за ними. Его беспокоил исходящий от юной эльфийки гнилостный аромат. Что-то не так. Благо эльфийки и сами не собираются оставлять соратницу без присмотра. Её отвели к ближайшей лавочке, куда и приземлили. Но паладин заняться осмотром не успела, потому что приехала пара ночных эльфиек-охотниц, верхом на своих зверях. Младшая указала старшей на Давилинию и сказала:       — Это она, госпожа.       Ну конечно же, охотницы следили за битвой с помощью сторожевых сов. Кто бы сомневался. Старшая кивнула и обратилась к поднявшейся Венидан:       — Мне нужно поговорить с ней. Это важно.       Вени хотела что-то сказать, но Давилиния её перебила.       — Я слушаю. Только быстро.       Ночная эльфийка нахмурилась из-за столь явного неуважения. Но ответила достаточно спокойно.       — То, что ты сделала с демоном, ранила его. Ты можешь повторить эту атаку?       Это вопрос, который интересовал и самого Аластира. То, что она устроила с Архимондом видели многие. База орков расположена выше на склоне горы. Да и сам демон, возвышающийся над деревьями и яростно атакующий одинокую точку в небе, очень даже заметен. Охотницы и сторожевые совы — просто факт. Так что вопрос действительно важный. Да, у волшебницы явно нарушена подвижность одной руки, да и транспортное средство повреждено. Но сама возможность… Если можно ранить, можно и убить. Если можно повторить, замедлив еще сильнее… Это должно быть сделано.       — Могла бы. Но зачем мне это? — скучающе уточнила эльфийка, отчего на нее посмотрели все, — с чего бы мне туда лезть снова?       А Аластир пытался осознать услышанное. Это… совсем не похоже на обычную манеру речи волшебницы. Она вообще почти никогда и никому не хамила. Особенно при первой встрече. Она могла бы сослаться на состояние здоровья, а не провоцировать конфликт. Но не сделала этого. Странно.       — Зачем это… тебе? — переспросила младшая охотница, тоже удивленная такому тону.       Давилиния кивнула. Аластир был почти уверен, что она ухмыляется.       — Ну да, зачем мне делать это для вас? Ночные эльфы лишили нас, высших эльфов, всего. Изгнали, обрекли на страдания и мучительную смерть без доступа к магии. Но мы выжили. И теперь, когда демоны вновь здесь, вам вновь нужна помощь мага. Моя помощь. И ты приходишь ко мне, и требуешь. Не предлагаешь, не просишь, ты делаешь это без уважения. Так зачем мне это делать? Почему бы мне не посмотреть как демон сожжет ваш обожаемый лес, разрушит ваши дома. А затем он лишит вас вечности. А выживших поработит, превратив их в живые батареи для Скверны, как он уже делал это с дренеями?       Аластир нахмурился. С кем делали? О чем она? Дартаола попыталась вмешаться.       — Тебе не следует так говорить. А лучше — показаться целителю. Немедленно. Магия действует на твой разум.       Но юная эльфийка лишь пожала плечами.       — Но я права, Дартаола. Вот эти два фиолетовых, как сообщает мне голос в голове, думают о том, что я должна пожертвовать собой ради них и их дерева. С их точки зрения это «правильно» С чего бы? Кто вы мне вообще?       Аластир нахмурился сильнее. Голос в голове? Голос тьмы? И… он действительно об этом думал, так что друид слегка смутился. Всё же подставлять так ребенка — неправильно. И паладин, похоже, заметила его реакцию, так как заметно нахмурилась.       Охотница, впрочем, не растерялась.       — Если Архимонд победит, он не оставит никого. Ты должна это понимать.       Волшебница откровенно расхохоталась.       — А кто ему даст? Всё предопределено. Демон потерпит поражение, как и было предсказано. Но ради него ты и твой народ будут обречены на страдания, на которые вы с такой легкостью обрекали других. А я буду смотреть на это. Смотреть и смеяться, глядя на ваши мучения. Как сейчас, когда смотрю на твоё бессилие. Такая старая, и такая бесполезная! Я смотрю и смеюсь над тобой, ничтожество!       Охотница рывком спрыгнула со своего животного и бросилась к волшебнице с очень конкретными намерениями. Паладину пришлось загородить собой младшую, чтобы та не получила по лицу от охотницы. Дартаола рявкнула:       — Успокойся! Она не в себе! Сначала целитель, потом поговорим! Венидан, уведи её, живо!       Аластир не смотрел на ночных эльфиек. Потому что Давилиния, пока все отвлеклись, подняла левую руку, на которой разложился очередной механизм. Массивный округлый кожух больше её руки, заканчивающийся покрытый рунами и странным «многоканальным» узором цилиндр. Силовой молот, он уже видел это оружие в действии. Который начал светиться, накачиваясь энергией. И который она собирается направить в подругу и охотницу.       Друид не думал, он вызвал корни, которые опутали молот и направили его в землю на полпути к паладину, отклоняя от вектора атаки.       — Зандерфит.       Она всё равно выстрелила. Воздух вздрогнул, когда волна энергии высвободилась, уходя в стену. Но лишая паладина руки, что мгновенно обратилась в кровавую взвесь. Та со стоном уставилась на обрубок и закричала. Аластир же не терял времени, призывал новые и новые корни. Опутывая механизм, чтобы не дать устройству зарядиться и сработать. И фиксируя эльфийку. Хорошо, что маны у нее по сути нет, да и физическая подготовка… не то, чтобы хорошая. Сопротивляться она толком не в состоянии.       Слева вспыхнул Свет — Дартаола исцелила себя, вернув себе уничтоженную конечность. Венидан, отвлекшаяся, чтобы дать по лицу охотнице, крикнула:       — Какого хрена ты творишь, Дави? Дартаола, осмотри её! Живо!       Аластир возразил.       — Слишком много свидетелей. Унесите. Сейчас не время и не место.       — Куда? — не поняла разбойница, — у нас тут палаток нету.       Друид кивнул, принимая решение.       — На гору. Если это влияние тьмы, нужно показать её жрицам. Только осторожно, её оружие всё еще развёрнуто. Не подставьтесь под выстрел.       То, что перчатка снимается без воли хозяйки, он не верил. В то, что Давилиния сколько-нибудь в своём уме атаковала бы подругу в спину — тоже. А еще он вспомнил, что означает этот запашок гнили. Скверна. Вероятно, проклятие. Надо полагать, иглы всё же попали, пробив щит лишенной маны волшебницы, которая потратила всю её на атаку. Похоже демон, осознав, что не сможет достать жертву, решил отомстить ей таким вот образом. И он почти достиг успеха.       Пусть Аластир и сам желал использовать эту девочку для победы, помочь он ей был обязан. Потому что мог.

***

      В себя я пришла рывком. Вот меня нет. А вот я здесь. Я… Давилиния, волшебница высших эльфов. Похоже, опять перестаралась с химией. Дышать тяжело, шевелиться тоже.       — Где я?       Над головой незнакомый деревянный потолок. Телу непривычно легко, да и руки холодит. Перчатки… лежат отдельно, на столе. Я ощущаю их присутствие. На голове нет шлема, как и одежды на теле, только легкое одеяло. Я в кровати, раздета. Кем и почему? Усталости нет, я вообще ощущаю себя необычайно хорошо.       — О, ты проснулась? Как ты себя чувствуешь?       Подскочила, услышав незнакомый голос. С ощутимым трудом, даже после исцеления. Маны… много. И всё-таки, где я? Комната как комната, с открытым балконом во всю стену, вдоль внутренней стены с десяток кроватей с тумбочками, все пустые и заправленные. Похоже не на жилую комнату, а на казарму, или госпиталь. Хотя других жителей не наблюдается. В проходе в дверях стоит высокая ночная эльфийка с насыщенно синего цвета волосами, словно их покрасили. И в длинном белом платье до пола с открытыми руками и в коротких перчатках. Разум подсказал: жрица Элуны.       — Я, почему я здесь? Я ранена? Попала под обстрел? Но исцеление помогло бы…       Улыбаясь, ночная эльфийка подошла ближе.       — Не беспокойся об этом, дитя. Всё в порядке. Обычные физические раны действительно исцелить просто. Но проклятие, наложенное демоном… Потребовались усилия, чтобы очистить тебя. Но теперь всё хорошо. Ты в храме Элуны у подножия Тельдрассила, твои друзья принесли тебя сюда. Теперь всё хорошо.       Проклятие… проклятие… Архимонд. Я ранила Архимонда и он что-то сделал. Красные иглы, я помню торчащие красные иглы. А потом я вернулась и… Почти убила Дартаолу.       Я закричала. От осознания того, что сделала. От того, что это было чертовски больно. Потому что я помню. Я помню, как ощутила раздражение, что эти ничтожества перечат мне и что-то требуют. Словно я вещь. А эти ничтожества всё требовали и не затыкались. И я развернула силовой молот, чтобы… Что я наделала!!!        Наверное, сбежала бы в лес, рыдая и не разбирая дороги, потому что не желала никого видеть, потому что я вспомнила. Как мне показалось, что убить её вместе с ублюдкой Света будет хорошей идеей. Она всегда меня раздражала, с самой первой встречи. И потом тоже, своей опекой, своим лицемерием. Я думала, и решила, что казнить её на месте — прекрасное решение для этого ничтожества. И без сомнений развернула молот и спустила разрядник. Если бы не друид…       Перед глазами пронеслась вся моя жизнь здесь. И понимание, что я чуть не натворила. Выть хотелось совершенно нестерпимо. И разрядить силовой молот, чтобы всё закончилось. Но перчаток на руках нет, так что я просто сидела, смотрела вдаль, и было очень больно.       Не знаю, через сколько я пришла в себя. Не знаю. Но в очередной раз собрав мозги в кучу, осознала, что не могу выбраться из рук жрицы, которая подошла, села на пол и обняла. Мы встретились глазами и она… просто смотрела с пониманием. Не улыбалась, но смотрела.       — Я не буду бежать, — выдохнула, и та с готовностью разжала руки, — спасибо.       Да уж, сил у меня без магии считай и нету, я из этой хватки выбраться бы не смогла. Вышла на балкон, ступая босыми ногами по теплому дереву. Меня раздели, на теле какой-то балахон, но это совершенно не смущает, всем сейчас очень сильно не до меня. И куда меня занесло?        База ночных эльфов на вершине горы. Туда, куда я ранее не добралась. Постройки эльфов и множество древ, у которых есть видимые лица и руки-ветви. И магический фон. Это место полно магии, вероятно, колодец Вечности где-то рядом. Но я не искала его, а просто смотрела вдаль, пытаясь успокоиться. Всхлипы удалось подавить не сразу.       Это неправильно. Так неправильно. Бить в спину своим. Я бы и Венидан так, следующей, я уверена. Без всяких там сомнений, в твёрдой памяти. Я бы её убила в спину, потому что она меня раздражала. И не только их, любого. Я. Мне страшно. За то, что я сделала, они же меня... Я не знаю, что будет. Даже мысль о том, что мои подруги уйдут — пугает. Но после того, что я сделала, как может быть иначе?       Обернувшись, увидела всю ту же жрицу, которая с пониманием смотрела, сидя на кровати, которую я занимала. А ведь они мне помогли.       — Простите, я, кажется, немного перенервничала. И виновата. Очень…       Эльфийка кивнула.       — Аластир рассказал, что произошло. Ты атаковала демона, и он ответил тебе. Я очистила тебя, здесь ты в безопасности. Не беспокойся об этом.       А вздрогнула, от мысли о том, что было дальше.       — Я ударила подруг, соратниц, в спину. Я помню это очень четко. Я готова была убить их, потому что они раздражали. Это не нормально.       Жрица кивнула.       — И теперь ты боишься того, как они поступят. Можешь не отвечать. Они не винят тебя.       От этой фразы «не винят тебя», я вздрогнула.       — Я это сделала. Я…       — Подставилась, — кивнула женщина, — это правда. Я не говорю, что ты невиновна. Этот нахальный кот сказал, что ты никого не предупредила и полезла в битву одна. Решила, что достаточно сильна, чтобы сразить демона подобной силы в одиночку. И была наказана за свою самоуверенность. Но за свою ошибку ты уже расплатилась. Никто не пострадал.       Я возразила:       — Дартаола.       — Целитель, и отрастила себе руку сама. Я в этом уверена, когда они тебя принесли, все конечности были на месте. И она же смогла неплохо ослабить проклятие, пока они несли тебя сюда. Они волновались за тебя, все. И не винят тебя за случившееся.       Сказала строго, прямо припечатала. И это помогло успокоиться. Так что уже спокойнее я уточнила:       — Как идет сражение? Какой сейчас день, что там происходит?       Жрица ободрительно улыбнулась.       — Правильный настрой. Сейчас утро четвертого дня осады горы Хиджал. Демоны еще не смогли преодолеть базу Орды, хотя и пытаются. Хочешь поговорить об этом?       Я кивнула, прислушиваясь к ощущениям.       — Да, пожалуйста. И, если можно… я не ела больше суток. Я заплачу.       Жрица отмахнулась.       — Не говори глупостей. Сейчас принесу суп и расскажу о ситуации.       Суп оказался ненавистной мне лично ухой, но организм принял его так, словно это была самая вкусная еда в моей жизни. А пока ела, жрица и правда рассказала о случившемся за последние сутки.       База Орды продолжает отражать удар за ударом. Да, демоны ввели в бой фэлриверов, но и они не справились. По всему выходит, что хотя первая линия обороны была дважды прорвана, успеха слуги Саргераса не добились.       Сначала Малфурион натравил на слуг Плети, разворачивающих базу, древней. Фэлриверы, пытавшиеся вмешаться, только разрушили свои же постройки, но успеха не добились. Древни убили многих слуг, что только замедлило развертывание. И помешало силам демонов ударить в полную силу. Они все равно пытались атаковать, не справились.        Попытка провести роботов на гору окончилась неудачей. Ночные эльфы выпустили химер — двухголовых драконидов, одна голова которых атакует крайне мощной молнией, вторая — магической кислотой. Если первое для металлических роботов не то чтобы угроза, то кислота, попавшая прямо в оскверненную топку, эту самую топку прекрасно плавит. Отчего те глохнут примерно так же, как от моих шариков. Не с первого попадания, с третьего-четвертого, но вырубаются. А еще скверноботы не атакуют воздушные цели.       Конечно, в лагере всё еще есть Архимонд, и химер туда посылать никто не рискнул. Да и от горгулий им нужно прикрытие, которое дают наездинцы на гиппогрифах и виверны троллей. Вот и получилась патовая ситуация.       Как я и предполагала, сразу много фэлриверов отправить демоны не смогли, просто из-за ландшафта. Даже так они успешно добрались до позиций орков, но именно здесь и были остановлены химерами. Собственно так прорыв и произошел. А без поддержки фэлриверов, выжившие маги просто морозили дорогу, накрывая её снежной бурей, превращая путь в испытание живучести. Которое прошли далеко не все. Еще один важный факт — Архимонд не стремится лезть вперед, посылая только подчиненных и не покидая лагерь. Почему-то.       Но факт в том, что без начальника подчиненные, пусть и нанесли урон, пробиться на базу орков не смогли, так как сил Терамора больше, чем было в оригинале. Конечно, рано или поздно Архимонду надоест и он придет. Но пока оборона держится.       Под конец обсуждения пришла Дартаола, отчего я снова очень сильно смутилась, не уверенная, что делать: прятаться или извиняться. В итоге взяла таки себя в руки, под взглядом жрицы, и отправилась сдаваться.       Паладин мои колебания видела и спокойно ждала. Пока я подойду и глядя ей в глаза не произнесу:       — Дартаола, я… прости. Я сделала огромную глупость. И я не хотела тебя убивать, правда. Я очень виновата перед тобой. Перед всеми вами.       Паладин улыбнулась.       — Я знаю. И не обижаюсь.       Стало легче. Так что продолжила:       — Я недооценила Архимонда. И не ожидала, что он применит что-то подобное. Я правда не хотела вас убивать. Тебя.       Паладин кивнула.       — И это я тоже знаю. И когда мы закончим, я лично займусь твоим обучением, юная леди. Потому что это никуда не годится. Ты согласна? После всего, что произошло?       Согласна ли я принять наказание за свою ошибку? Ну да.       — Согласна, Дартаола. Только… у меня там проекты. И родители…       — Мы составим расписание, — легко согласилась паладин, — без стимуляторов. Учиться, учиться и учиться. А в свободное время — проекты. Я понимаю, что они важны. И прикрою перед остальными. Если ты готова признать свои ошибки и меняться. Потому что это…       Ладно, я об этом пожалению. Но… хорошо.       — Ладно. Ты права, конечно. Дартаола, ты не…       В ответ паладин сделала шаг вперед, и опустившись на колено, обняла меня. Точнее сдавила. И тихо произнесла.       — Не волнуйся, пожалуйста. Мы все живы, все обошлось. Всё хорошо, Давилиния. Я не отказываюсь от тебя и нашей группы. Никто из нас.       Просто камень с души упал.       — Я боялась, что ты…       — Я знаю, — кивнула паладин, не отстраняясь, — потому я здесь. Потому пришла лично. Всё хорошо, Давилиния. Мы — команда.       Довольная собой я взбежала наверх, где на стуле у кровати висела одежда, а на столике лежали перчатки и шлем. Проковыляв мимо жрицы, поблагодарила ту, выскакивая за паладином. Утро четвертого дня означает, что нужно продержаться еще от двух до трех суток. А я не очень-то боеспособна. Ладно, подумаю, чем могу помочь. Но это будет потом. Сейчас…       Первым делом нужно извиниться и перед Венидан. Мне страшно думать, что она может сказать «нет». А значит, я обязана спросить лично. Даже просто мысль о том, что я чуть не убила подруг — невыносима. Дартаола права — мне нужно стать гораздо аккуратнее. Я слишком привыкла полагаться на свою силу, от того стала излишне самоуверенной. И забыла о том, что кроме грубой силы, которую можно отследить магическим зрением, существуют различные проклятия и негативные эффекты.       А потом сделала то, что сделала. Я добилась своего, это бесспорно. Архимонд, вся его атака застопорилась. Демон оказался на колене, чего я даже не ожидала, и это круто. Стоило ли оно того? Я уже не уверена. Не уверена, что смогу простить себе подобную ошибку.       Всё, что могу сделать сейчас — извиниться. На словах и на деле, более так не подставляюсь. И надеяться, что этого будет достаточно. А затем мы победим. И настанет «завтра».