47. На четвертый день Свет изобрел выходной. Но пришла тьма, и появились переработки.

      Жира-жира-жира, всем нужно больше жира…       — Колбаса для Валентино.       — И для Паулины.       — Для паладина.       — И для шамана.       — И Лиорины.       Что я делаю? Я занимаюсь распределением колбасы. Бараньей. Точнее познаю всю суть такой вещи, как «наряд на кухню». Спасибо Дартаола, огромное, за новый жизненный опыт.       В защиту нашего штатного паладина, я и сама в целом не против. Более того, очень даже за то, чтобы отвлечься от истребления демонов в пользу чего-то более мирного. Сложные битвы с опасным врагом — дело утомительное. Во всех смыслах. И в плане сил, и в плане оказанного внимания. Меня можно поздравить — дальнейшие попытки держаться «под радарами» заранее с треском провалятся, после ТАКОГО от меня не отстанут. По разным причинам.       Бой с Архимондом оказался слишком громким, и я резко стала всем нужна. Тем же ночным эльфам, которым очень не хочется терять своё дерево. Да и прочее начальство, как минимум, для разъяснений. Как максимум, для повторения опыта. А у меня есть целая пачка причин подобным не заниматься. Причины медицинские — боевая алхимия, даже после помощи от местных сильных жрецов — это очень неполезно для здоровья. Причины социальные — сам факт того, что я чуть не начала убивать разумных за косой взгляд заставляет задуматься.        Так что возможность взять перерыв, который тебе прямо предлагают — это даже хорошо. Сегодня у меня вы-ход-ной. Который я потрачу на рефлексию вдали от цивилизации. Спасибо, Дартаола. И Аластир, я так понимаю, немалая часть заслуги моего нынешнего положения на нем. Друид обратился к знакомым жрицам чтобы меня оставили в тылу, заняв несложной, но однозначно полезной деятельностью.       Ощущаю себя просто прекрасно. Всё таки жрицы у Нордассила уровнем повыше, чем наша паладин, и поработали над организмом лучше. Гораздо лучше, разница просто огромная. Да и еда тут магически насыщенная, магический источник под боком, как-никак. Санаторий в чистом виде. Я думаю, что заслужила. Причем внешне всё сделано предельно благопристойно, не подкопаешься.       Как оно так получилось? Ну, после жриц меня сдали целительнице, тоже ночной эльфийке, и она запретила мне повторять то, что я сделала. Причем категорически. Неполезно для здоровья, видите ли. Правда в данном случае инициативу поддержали и Венидан, с которой мы помирились, и Дартаола.       Мне прописали минимум нагрузок, свежий воздух и здоровое питание. В идеале — две недели, но это будет уже после того, как мы здесь закончим. После того, как Архимонд отправится туда, откуда вылез. Я всё это обдумала, уточнила, смогу ли я работать с чертежами. Ответ «да» полностью устраивает. Так что, когда мы закончим тут, за победу у меня будет небольшой отпуск под присмотром целителей. Я собираюсь узнать побольше об их деятельности, об их богине и их силе, о подавлении бездны. Параллельно восстанавливая организм от не самого лучшего с ним обращения. Это разумно, и я собираюсь так поступить. О теле нужно заботиться.       Ну а сегодня меня определили сюда. В госпиталь при храме, куда отправляют проклятых и прочих, кого не удалось исцелить на месте, так как магия демонов слишком сильна. Этим разумным нужен уход, а так как храм явно не рассчитан на такое количество гостей, то и рабочие руки. И вот я здесь.       Разумеется, шлема меня лишили, чтобы не светить, мою посадку видели, в том числе и приметный шлем. Перчатки тоже хотели, но я к ним слишком привязана ритуалами, так что они на мне, просто прикрыты длинными рукавами очень свободной одежды. Легкой фиолетовостью кожи я вполне могу сойти за свою, разве что глаза имеют неправильный для ночного эльфа цвет. Конечно, костюмчик пришлось сменить на нейтрально зеленое платье, поверх которого и надета прикрывающие руки одежда. Зато теперь меня точно никто не узнает. Ибо почти не видел в таком облике.       — Колбаса, колбаса, колбаса. Забирайте.       Для меня это стало возможностью подумать и оценить вчерашний вечер и своё поведение. А именно сама стычка с Архимондом и то, что произошло позже.       Сама стычка… в целом прошла даже лучше, чем могло бы показаться. Моей защиты хватило настолько, насколько нужно, а подлянка Архимонда стоила Дартаоле руки, которую та вернула обратно всего минуту спустя. Было близко, очень близко, но мне снова повезло. Маны было мало, так что меня скрутили вообще без проблем. Всё обернулось удачно, даже слишком. В таких условиях нетрудно стать параноиком.       В случае с Дартаолой… меня напугала легкость произошедшего. Это не было похоже на голос Бездны, который советует всякое и начинает резонировать в моменты сильных эмоций. Которые, я подозреваю, сам и провоцирует. Или дело в возрасте, я пока и сама не знаю. А еще в том, что я никогда не убивала себе подобных, эльфов. Троллей — доводилось. Человеческих культистов тоже. Нежить — сколько угодно, дайте мне огнемет. Но именно себе подобных, эльфов — ни разу.       — Эй, — меня щелкнули по носу, — не спать.       Мотнула головой, поднимая глаза на повариху и виновато улыбнулась.       — Да, простите.       Повар, ночная эльфийка самого брутального вида кивнула, видимо, сделав какие-то свои выводы.       — Они справятся, не волнуйся. И вернутся к тебе, я уверена, — а затем гораздо строже добавила, — А теперь принеси со склада еще. Бегом. Живо, очередь не ждет!       Тоже кивнула.       — Сейчас.       Справедливо. Думать можно, но не в ущерб деятельности, прямо сейчас я на работе. Так что побежала в сторону склада, точнее складских палаток. По случаю боевых действий еду раздают без каких-либо задержек и оплаты, особенно раненым и проклятым. Хотя все еще по нормам. Ну а я принеси-подай, уйди и не мешай. Простенько, но опять же, хорошо работает на маскировку. И для возможности подумать. Так что я, опять же, не в претензии, так даже лучше.       Весь этот инцидент с проклятием меня испугал. Факт. Испугал потому, что это не был голос в голове. Это была я. Я вела себя явно неадекватно, но это была именно я, и не получается найти грань между «я» и «навязанное». В тот момент второе казалось первым. И вот это отсутствие разницы действительно пробирает до жути. И то, с какой легкостью я, ранее не убивавшая себе подобных, была готова лишить жизни, причем двоих сразу.       Со склада пролевитировала большой мешок, который повар приняла в руки без видимых усилий, хотя в нем килограмм сорок, я это по нагрузке ощутила. Вот уж действительно, мощная. Начальница на массе, при этом умудряясь сохранять вполне симпатичное лицо лет тридцати, будь она человеком.       — Хорошо, становись дальше.       — Поняла.       Мысли не отпускают. Именно так и выглядит подчинение? Мне казалось, что это будет ощущаться иначе. Что я буду видеть четкую грань между мной-зрителем и тем, кто управляет телом. Но грани не было. И вот это страшно, когда ты не понимаешь разницы. Не получается провести черту и понять, действительно ли это была чужая воля, или меня лишь слегка подтолкнули поступить вот так? А я с готовностью подчинилась этому желанию. Насколько это было моё решение, казнить Дартаолу выстрелом в спину? А остальных?       Я убеждаю себя в том, что воспитанная. Что я бы никогда так не поступила. Но я поступила. И теперь мне жить с этим знанием. В поисках той самой разницы. Я ведь не убивала, эльфов, своих. А теперь почти сделала это. Так легко…       — Давилиния, отнеси поднос. Пролевитируешь, тебе несложно.       — Конечно, сейчас.       Вообще, что-то я начинаю зацикливаться. Мне не стоит так загоняться. Они все живы. И в порядке. Я не сделала ничего непоправимого. А жалеть себя сейчас — лишь подыгрывать демонам. Это не значит, что я должна забыть, или принять. Но все они правы — мы победили в этом бою. Все живы и в порядке. Или будут. Сомнения никому не помогут.       Чтобы отвлечься, решила пока сосредоточиться на работе. Раненых полно, точнее, проклятых. Осада продолжается. Идет четвертый день сражения и, насколько удается узнать у тех, кто оказывается здесь, демоны помаленьку звереют. Да, даже больше, чем обычно у них принято. Я видела красное небо и солдаты подтвердили — начались обстрелы инферналами. Вроде бы диверсанты пытались достать чернокнижников, но неудачно, демоны извлекли уроки из наших прошлых попыток.       А еще видела химер. Ящерица примерно того же размера, что и транспорт назгулов из «Властелина Колец», только фиолетовая и имеет две головы с горящими красными глазами. Тварь выглядит крайне опасной: острый подбородок, длинные клыки, выпирающие наружу слева и справа от морды. Рога у голов разные — у правой похожи на бараньи, а у левой как у козла. Шкура очень красивая, сочетание фиолетовой чешуи и сине-голубой шерсти, на крыльях фиолетовая шкура на костях и голубая натянутая перепонка. Во рту одной головы искрится электричество, изо рта второй капает кислота, оставляющая в земле дыры.       В итоге получается тварь жуткая, но занимательная. И именно благодаря им выигрываются сражения, а оборона держится. Кислотная голова ломает големов и плавит технику. Электрическая смертельно шокирует пехоту, как демоническую, так и мертвую. Или оглушает так, чтобы их могли добить другие защитники.       Об этом я узнала, таская тарелки с едой солдатам в роли официанта. И ни один не узнал в мелкой мне «крушительницу Архидемона», как меня заочно прозвали по слухам. И да, слухи поползли, а без внятного подтверждения выходит, что я в соло чуть ли не половину армии демонов перебила. Узнала из разговоров. Слушать полубезумные слухи, стоя буквально в метре, это даже забавно. Шутки ради ляпнула, что когда вырасту, хочу быть прямо как она, эта «крушительница». Похвалили, а я всеми силами пыталась не смеяться.       Чувствую себя Кларком Кентом с его очками. Хотя у меня маскировка получше будет. У него были очки, а у меня полностью скрывающий лицо шлем, да и в целом одежда закрытая. Снимаешь костюм — и вот ты уже другой эльф, причем на вид даже не факт, что высший.       Мысли об этом помогают принять тот факт, что я все еще не убивала себе подобных. А это — всего лишь влияние демона. Которые, вообще-то, и искажают твои мысли, извращают. Суть Скверны — изменение. Превращение одного в другое. Нужно быть готовым и лучше оценивать опасность противника, в следующий раз. Да, так и поступлю.       Остановившись у столика, отметила, что вот эти двое наверняка себе подобных однозначно резали. За одним столиком сидели два шкафа: орк, чья лысина прикрыта волчьей шкурой, и человеческий воин, без доспехов, но в штанах и рубахе. Эти, как минимум орк, наверняка участвовали в боях против других орков.        Валира Сангвинар, где бы она ни была, тоже наверняка воровала и убивала, и для нее мои размышления были бы глупостью. А для меня нет. Продукт более цивилизованной эпохи, пусть постепенно и привыкаю к такому дерьму. Тех же мурлоков уже уничтожаю без жалости. Да и трупы в самой разной кондиции видела, и после того случая с Громмашем немного привыкла. Видимо, слишком задумалась, так что моё присутствие заметили.       Орк хмыкнул и принялся разгружать поднос сам. Здоровенный, однако.       — Демоны и их дьявольская магия… — пробормотал солдат, сидящий рядом.       Орк, выглядящий почти синим, рассмеялся, но с ощутимым трудом, смех быстро перешел в кашель. Судя по волчьей шкуре на черепе, это шаман.       — Магия демонов та еще хитрая дрянь. Но летающие звери хороши, справляются. Нам бы таких во вторую войну… Мы бы всех победили.       Поднос освободился, но я не стала далеко уходить, чтобы послушать.       — Мы бы всё равно вас победили. Дело не в драконах, — заметил солдат.       Шаман кивнул.       — В чернокнижниках, да. Они как раз использовали силы демонов, лгали, чтобы получить больше власти. Наивные глупцы, демоны поимели всех. Хотя таких машин, как сейчас, у нас не было. А эти ящеры машины просто поплавили, вообще без шансов. Вот я и говорю — неплохо помогли бы, лучше, чем красные драконы.       Они продолжили спорить, а я ушла. Это не первый такой разговор и даже не пятый. Виверны и горные великаны впечатлили всех. Как и их вклад в борьбе с фэлриверами. Сколь бы спорными ни были сами ночные эльфийки, сражаются они не в одиночку. Древа, фулборги, совухи, дриады, животные из леса и иные порождения магии природы помогают им. В сумме получается довольно разнообразная, и потому универсальная сила.       Едва я вернулась с подносом, у поварихи было готово новое задание.       — Давилиния, принеси со склада бочку со знаком цветка рьяши, — попросила повар.       Кивнула, цветок я знаю. Не лекарственный, но довольно симпатично выглядит.       — Момент.       С телекинезом таскание тяжестей не является проблемой. Что быстро выяснила моя временная начальница, когда я тащила еду и в руках, и телекинетикой. Теперь вот, таскаю всякое. Откинув полог палатки…       Боль обожгла шею, вдох сбился, тело дернулось от рывка вперед, отчего шею сдавило только сильнее. Руки сами рванули вверх, пытаясь сорвать то, что обожгло и охватило шею, не давая дышать. Что-то круглое, гладкое и прочное обвилось, выдвинувшиеся когти особенного эффекта не принесли.       Еще мгновение спустя я поняла, что оказалась в палатке, в которую меня затянуло. А передо мной, буквально в десятке сантиметров, весьма симпатичное фиолетовое эльфийское лицо со светящимися голубым, как у меня, глазами. Смотрящими словно в душу. Прекрасные пухлые губы прошептали, облизнувшись:       — Подчинись…       Шепот был явно пошлым, и раздался не только из этих прекрасных губ перед лицом, но и в моей голове. Он обещал жизнь без забот, стоит лишь принять волю Госпожи. Она решит все проблемы, направит и укажет. И откроет дверь к удовольствиям, что ранее были мне недоступны, стоит лишь попросить её. Но нужно согласиться, принять её как свою прекрасную и мудрую повелительницу и прошептать:       — Ты сорвала мне отдых, курица.       Я не смогла бы наложить манащит сама, но кристалл купола был встроен в перчатки. Просто на всякий случай. Хлыст не слетел, но купол дал достаточно места, чтобы дышать. А ещё затянул его только плотнее, так что и демонесса не сможет убрать хлыст быстро.              Её лицо выразило удивление, она явно не ждала сопротивления. Но затем — решимость. Она притянула меня еще ближе, и прошептала на ухо:       — Подчинись своей госпоже, смертная, и я подарю тебе всё, что пожелаешь. Всё, что ты только захочешь… Просто скажи «да».       Радист контужен, дальность связи снижена.       И снова понимание — сопротивление лишь сделает хуже всем. В конечном итоге, кто, кроме Госпожи, сможет меня понять? Вообще Венидан. Она всегда мне помогала и понимала. Да и Дартоала. И родители. И леди Джайна неплохой человек. Хватает тех, кто меня, пусть и не всегда, поддерживает. Сладкая ложь, ведущая лишь к выгодам Сайаад. Это душа наша! Она предназначена нам!       Аналитический модуль перчаток засёк искажение сознания.       Зета-Омега-12… Двадцать секунд. До полного упокоения цели.       — Зета-Омега-12… Двадцать секунд. До полного упокоения цели. — Монотонно повторила я, когда энергия бездны уже хлынула в меня, просчиталась, надо отредактировать вентиль. Противник обнаружен.       Любое наваждение отступило на последний план. Темпоральный императив сработал штатно. Целью обозначено присутствие демонессы. Время задано. Идет сведение.       — Да, сейчас ты умрешь, — демонесса улыбнулась, расслабившись, а затем снова удивилась, услышав всю фразу.       Я же потратила этот момент замешательства, чтобы уже развернутые когти попытаться воткнуть в грудь своей соперницы. Та отшатнулась, но не похоже, что пострадала. Глаза скользнули вниз, на манящую грудь, размера так пятого, почти никак не прикрытую. Не пробил. Соблазнительную и вожделенную. И на гибрид корсета с нагрудником, на котором и остались царапины. Досадно. Взгляд скользнул на стринги, расположенные ниже. Изящный, но надёжный аксессуар. Бронетрусы. Еще один представитель воинов бронелифчика. Откуда вы только беретесь? Из гаремников. И химок. Всякий артовод после смерти перерождается в химках.       Первичная оценка броне-оснащения завершена. Бей в нижний лист, не ошибешься.       Уловив движение, пресекла замах длинным изогнутым кинжалом. Не слишком быстро, удалось перехватить его латной перчаткой. Демонесса улыбнулась нежными пухлыми губками еще шире и начала давить, смещая кинжал, явно смоченный чем-то, в сторону моей тушки. Миллиметр за миллиметром, она банально сильнее меня. Попыталась отступить, но хлыст на шее мешает даже выгнуться нормально. Гусеница сбита, движение невозможно.       Афродизиак, паралитик, скверна. Контакт нежелателен.       Патовая ситуация. Она держит меня за шею хлыстом сильнее госпожа, не давая отступить на нормальную дистанцию, я схватила её за нежную ручку культяпку с интересной игрушкой кинжалом. Маны у меня не очень много, я не до конца восстановилась. Давит она сильно, банально сильнее физически, я долго не удержу. А дальше? В нлд, в нлд пали!       Усиление локомоторных функций контактной пары. Глаза пробежали по сладкому образу демонессе, обозревая ту уже полностью. Копыта и до колена покрытые мягкой шерстью точёные ножки ходули, мускулистые голые эротично рельефные бедра, выставленные на всеобщее обозрение. Броне стринги и корсет-нагрудник. Или даже топ-нагрудник, не прикрывающий живот, на котором четко видны мышцы пресса так и тянет лизнуть. Наручи, хлыст, длинные ногти на пальцах, покрашенные в синий, и на этом её снаряжение всё. Перерожденец из гаремника, точно тебе говорю.       Мы встретились взглядами, и тут я окончательно поплыла, как же она красива отстранённо спокойный мой и нервно облизывающаяся суккуба. Явно не ожидала, что недоросля на кухне окажет ей сопротивление, тем более такое. Пусть и недолго. Карусель и будет ровно.       Полная оценка бронеоснащения завершена. Приступаю к противодействию.       — Да ты же голая… — внезапно прорвалось сквозь дурман осознание, пусть и монотонным голосом биоробота.       Раскинув руки, я бросилась к ней, чтобы лобызать это произведение искусства прописать заряженный лоу-панч прямо в солнышко, потрескивающими бездной кристаллами. Есть пробитие.       Она отшатнулась, дернулась, но хлыст не выпустила, как и я нож. А значит, можно продолжить. Нежно приобнять за талию, подшаг, пируэт, веди меня в танце страсти. Кристаллы на перчатке стремительно почернели, накачивая оружие бездной, создавая что-то вроде кристаллического кастета. Я ударила еще раз и еще, туда, где у обычного разумного находится солнечное сплетение, затем — левая почка. Демонесса застонала и изогнулась, но хлыст не отпустила. И что-то мне подсказывает, стонет она не от боли. Вот так. Гуслю и каруселим, каруселим!       — Да, так грубо, — томно прошептала она, — тебе такое нравится. Я вижу, тебе нравится. Хм, твои мысли, так занимательны.       Инициирую перераспределение психоэмоционального нагнетания. Корректировка когнитивных фильтров.       Ура, я порадовала госпожу! Но затем дернулась, встретившись глазами с Венидан, точнее с той, кто притворяется Венидан. Я воткнула перчатку ей в бок и выпустила энергию. Демонесса, косящая под Венидан, отобравшая у меня счастье лицезреть её, выгнулась и застонала в наслаждении. Отлично, пациент зафиксирован.       — Верни мне госпожу, предательница! — Крикнула я во всё горло в порыве страсти.       Вспомнились её пируэты на Пепелаце, отчего я замешкалась, но лишь на долю секунды. Еще удар. Больше энергии. Никто не смеет нас разлучать! Но… А десяток каточек?       Инициирую перераспределение психоэмоционального нагнетания. Корректировка когнитивных фильтров.       И отшатнулась от ответной оплеухи, растекшейся по щиту. Но, что главное, она меня отпустила. А я отпустила руку с кинжалом, на которой у демонессы тоже остались ожоги бездны. Бедная госпожа! Неправда, ей такое нравится.       — Грубая нахальная девчонка, не смей играть со мной! — Недовольно начала эта прелесть.       НУ ХВАТИТ!       Контакт с источником искажения сознания расторгнут. Корректировка когнитивных фильтров. Синхронизация с носителем.       Уже не как маг, не как воин. Я просто бросилась на нее в ярости с кулаками. А та, с ухмылкой отбросив кинжал, тоже ринулась вперед. Что же, посмотрим, кто лучше тренировался. И с кем играть не стоит. Мне вот Вени и Дартаола уроки самообороны устраивали. На всякий случай. А ты?       Перераспределение высвободившихся аналитических ресурсов на расчёт и прогнозирование действий противника.       А, ну да… И ещё это!       Я пропустила над собой удар более высокой демонессы и ответила искрящимся фиолетовой энергией кулаком в печень. Демонесса лишь слегка дернулась, и вместо того, чтобы бить, схватила. Одной рукой, потом второй. Двигатель поврежден.       — Поймала! — весело сообщила она и нанесла следующий удар коленом в живот.       Прямиком в щит. И еще. А затем я обхватила демонессу обеими руками. Ведь что такое контактная пара? Это штырь и гнездо. Через которые проходит энергия. В данном случае бездны. Демонесса от такого шока захрипела, выпустила меня и упала на колено. Своооодимся и чемоданом…       А значит, мой ход! Она дезориентирована, пойдёт прямой левой: Агэ-цуки — восходящий удар кулаком, тут в подбородок. Чоку-цуки — прямой удар с места. Тэцуи-учи — нисходящий удар кулаком, тут в бошку. Хидза-гири — восходящий удар коленом, тут опять же в рожу. Ура-кэн — нисходящий удар рукой, «рука-молот».       И еще, и еще. В рожу, по почкам, по голове, и коленом, и еще, и еще. И всё это — сдобренное горящими бездной перчатками. Поначалу стоны сменились хрипами и попытками сопротивления. Выносливая курица. После очередного удара она упала. Я пинком перевернула её на спину и когтями срубила крылья, продолжая бить. Под конец я просто воткнула когти в незакрытые места и начала пропускать через них бездну, заставляя суккубу содрогаться и гореть. Вах, какой хароший шашлик! Враг уничтожен.       Цель уничтожена. Завершение работы протокола Зета-Омега-12. Наконец изломанный труп демонессы затих, а меня отпустило окончательно. Где-то на краю сознания Мне стало даже очень смешно: мои шизофрении спорят, чья это голова, абалдеть.       Эта отбивная, залитая зеленой кровью, более не противник. В том числе потому, что зелень крови меркнет, тускнеет, заменяясь фиолетовым отравлением бездны. Яд поглотил её силы. Со щелчком тряхнула руками, отсоединяя кристаллы от «контактной пары». Бездна подъела выделяющуюся энергию, не стоит держать это в контакте с телом, а тем более с душой.       И всё-таки, что это за нафиг было? Я никогда не замечала в себе таких наклонностей. Плохо сработавшее подчинение, наложившийся отпечаток личности подчиняющего? Или может просто образ мысли демонов? А может что-то еще? Я не знаю. Но вопрос очень интересный. Ни разу до этого меня не тянуло устроить подобное. Да и сейчас не тянет, я бы её скорее магией убила. Странно, нужно будет разобраться. Еще один непонятный предмет в длинный список. Ну, зато закладка от подчинения разума отработала на ура. Правда, тоже не так как я планировала. Эх. И это придётся добавить в список.       Пнув эту кучу прожаренного мяса напоследок, уточнила у внутреннего голоса:       — Она вернется?       Сайаад пожрана, как и предсказано. Её путь вырван и поглощен, душа стала нами. Говоря проще — нет. Бездна сделала своё дело. Когда закончим, мне понадобится жрец. Да, хорошая катка вышла, всех размотали. Или не всех?       В следующий момент я услышала снаружи крики и лязг. Те звуки, которых не должно быть в госпитале. Впрочем, я уже держу себя в руках. Сначала — сменить кристаллы в перчатке. А потом уже идти на новое поле боя.       Когда всё заменила и выглянула из палатки, снаружи оказалось именно то, что я думала, судя по звукам. И то, чего до самого конца надеялась не увидеть. С десяток стражей ужаса, закованных в латы, типичных чертей с рогами, копытами и крыльями, крушащих огненными клинками пациентов нашего госпиталя. Похоже, они напали внезапно, у них под ногами изрубленные тела тех, кто не смог сбежать. И тех, кто попытался сражаться против более сильных и вооруженных врагов.       Демоны группами по три перекрыли выходы, пока десятый, самый крупный, врубился в пациентов. Которые оказывают самое активное сопротивление.       Пациенты — воины, пусть и отхватившие нечто, что потребовало серьезного вмешательства жрецов. А значит, это не совсем обычные разумные. От просто тренированных солдат до обладателей откровенно полумагических и полностью магических навыков. Впрочем, помогает это им не сильно. Меня натурально передернуло от увиденного. Все эти трупы, льющаяся кровь, кишки и всё вот это, а я без алхимии. Инъекторы пусты.       Демон рывком сблизился со сбившимися в кучу разумными, нанося широкий удар когтями с лезвиями. Воин попытался закрыться столом, но могучий удар разрубил и стол, и мужчину, что стоял за ним, на несколько ломтиков.       Я смогла рассмотреть натрезима. Такой же, как и стражи, обладатель рогов и копыт. Но если стражи имеют нечто, напоминающее звериную морду, то у натрезима голова отдаленно напоминает лысый человеческий череп, пусть и несколько деформированный. Полные латы, пусть и без шлема. Пвп или зассал?       — Что такое, смертные, — прорычал демон, — сил не хватает? Что вы можете без ночных эльфов? Только умирать!       Меня он пока не заметил, а вот на орочьего шамана внимание обратил. Интересно, что голос у натрезима куда более высокий, чем у громил. Враг сделал шаг вперед, взмахивая когтями, по которым прошлись молнии Скверны. Неприятный противник, и довольно сильный. Особенно в моем текущем состоянии. Подозреваю, что всё произошедшее здесь — его рук дело. В том числе и суккуба на складе.       Если так подумать, эта акция навела бы шороха. Хотя она это сделает в любом случае. Но одинокий помощник повара, оказавшийся под контролем демонов, могла бы много нехорошего сделать: яд подсыпать, или проклятую вещицу куда-нибудь подсунуть. К её сожалению, место в моей голове уже занято. Мной.       На то, что это не просто атака, указывает тот факт, что демон откровенно красуется, чтобы все видели его шикарность. Четыре метра лысой смерти, этого не отнять, кто спорит. Он мог бы действовать куда жестче, но он не торопится. Знает, что помощи не будет, или наоборот ждет её, чтобы оттянуть патрульных на себя из других мест? Не знаю. Натрезим, рассматривая орков, громко возвестил:       — Шавки, убившие Маннорота. Думали, это сойдет с рук? Жалкие трусы. Сейчас вы подохнете! Вы все будете страдать! Падите ниц, и может быть я дарую вам быструю смерть!       Нет, они не боятся. Они ожидают момент для атаки. Все. И когда демоны, размахивая клинками бросились в вперёд, вторая сторона поступила так же. Шаман раскинул руки и от него разнесся РЁВ. Это не было криком, это рычание дикого зверя, выражение чистой, животной ненависти. А из рук ударили молнии.       Воины, вооружившись кто чем, бросились в атаку. Дубинки из ножек столов, стулья, даже просто столы в качестве щитов. Что-то, что позволит прожить подольше, продать свою жизнь подороже.       Стражи ужаса не были против. Демоны торжествующе зарычали, готовые к битве. И началась свалка. Воины бросились на демонов, пока тех опутывали корни. Ветви ближайшего дерева отломились, формируя гуманоидные фигуры древней. Свет окутал некоторых демонов, заставляя тех реветь от боли и гореть. Не имеющий клинка — еще не значит безоружный.       К сожалению для них, боевого опыта у демонов оказалось достаточно. И прежде чем разделившихся демонов погребли под собой просто количеством, буквально разрывая их на части, каждый успел сделать по одному-два удара, закалывая людей и орков, отрывая и отрубая конечности и головы. А я толком не могу помочь.       — В этой свалке я скорее попаду по своим.       А значит, нужно бить по натрезиму. Его четырехметровая туша возвышается даже над местными громилами, размахивая окровавленными когтями. Каждый удар забирает чью-то жизнь, он слишком силен, чтобы блок хоть как-то помогал, когти разрубают дерево так же легко, как плоть и кости. Если мечников обездвиживают и забивают ногами, то старший демон — вопрос другой. Его более короткие когти куда лучше подходят для боя с толпой безоружных, пусть и усиленных разумных. Но и это еще не всё.       Натрезим засмеялся, смахнув с лица орка, который залез ему на шею и попытался воткнуть руку в глаз. Бросил его с силой на землю, отчего тот захрипел. После чего попытался наступить на воина, но тот перекатился, пусть и хрипя, но поднимаясь. А чтобы демон не двинулся вперед я отправила в него ледяное копьё, которое натрезим заблокировал крылом. Но это сработало, тот отвлекся.       — Жалкие смертные. У вас нет шансов против тьмы. Я — Везде!       Он расправил крылья и с них сорвалась какая-то противная мелочь, напоминающая или летучих мышей, или еще какую-то гадость. Если они разлетятся, их потом не достанешь! Огонь неэффективен, да и по своим попаду, они начали разлетаться мгновенно, во все стороны, нападая на разумных, кусая и раня их. Примитивные разумы. Слабые, податливые. И которые фиг достанешь. Нужно валить главного. Или обездвижить до прихода помощи.       А демон, пользуясь замешательством и множеством маленьких тварей, облепивших наших, рванулся вперед, выставляя вперед когти. Чтобы через мгновение закрыть рукой лицо от ледяного копья. Демон замер, осматриваясь, немедленно найдя свою цель. Я помахала развернутыми перчатками. Теперь тебя надо отделить от толпы, чтобы силовой молот не задел никого лишнего. А дальше убивать или морозить, как получится. Со стражами ужаса выжившие справятся, пусть и с потерями.       — Нифрет сказала, что никто не помешает, — видимо натрезим заметил фиолетово-зеленые разводы, стекающие с пальцев моих перчаток, — значит, она проиграла, неудачница.       В процессе демон почти мимоходом обезглавил еще одного человека. Мне потребовалось усилие, чтобы не вздрогнуть. Я все еще не привыкла к трупам и убийствам себе подобных. Все еще не. В процессе, но еще нет.       — Она получила наслаждение от процесса. Стонала от удовольствия.       И да, я прекрасно осознаю весь бред происходящего. Демоны и разумные друг друга усиленно режут, магия вспыхивает, жрецы колдуют. И среди этого хаоса мы с натрезимом друг на друга смотрим и мило беседуем. У него когти в алой крови разумных, у меня — в фиолетово-зеленой демонической. Но пока он говорит со мной, он не убивает больше никого. А помощь придет, рано или поздно.       — Не сомневаюсь, — отчего-то рассмеялся натрезим, — теперь удовольствие буду получать я. Итак?       Так как тебя убивать-то? Аналитический модуль запущен. Сходить в атаку всегда успеется. Демон мои колебания заметил. Он сложил когтистые лапы на груди и поинтересовался:       — Долго мне еще ждать? Неужто боишься?       И ухмыляясь, прогулочным шагом отправился в мою сторону. Уверенно, но с видимой, демонстрируемой ленцой, словно всё это для него такие мелочи. Я ответила тем же, чтобы не стоять в проходе и иметь пространство для маневра.       Стычка началась мгновенно. Демон выдохнул волну Скверны, я приняла её на щит, отвечая ледяными копьями, от которых поганец прикрылся крыльями. После чего рассыпался на стаю летучих мышей, размером с кошку и вся эта организованная стая пронеслась через людей и орков, кусая тех, оставляя на их телах магически зараженные раны. Посмотрим, как это сработает. Вскинула руку, направляя импульс поверх голов:       — Зандерфит.       Силовой молот вздрогнул, обращая часть летучих мышей в ничто. Впрочем, собравшийся из них натрезим раненым не выглядит. Более того, следующие удары друг другу мы нанесли одновременно. И оба не пробили: я улетела обратно в палатку, прикрытая манащитом, демон фыркнул.       — И это всё?       — Сильная, но легкая.       В грудь существу ударили ледяные копья, от которых тот закрыться не смог. Впрочем, и не помер. И вообще, похоже не впечатлился. Более того, снова идет неспешно так. Конечно, неспешно при его четырех метрах роста это весьма быстро. Потолок палатки демон разрезал просто мимоходом, чтобы не нагибаться. Также мимоходом отметил труп подчиненной. На его человеческой лысой голове появилось презрение.       — И это все? Нифрет оказалась столь слаба, что проиграла тебе?       Да нет, просто кто-то носит броню и имеет стихийное сопротивление. Огонь не поможет, демоны его в целом терпят. Особенно старшие, скверной накачанные.       Думать стало некогда, в два огромных шага натрезим подошел в упор и копыто вошло в мана-щит на уровне солнечного сплетения. От удара мир закувыркался, а ткань палатки закрыла обзор. Да и двигаться мешает.       «Стихийный щит: пламя». «Поджигание!»       Полет прервало дерево, тело дернулось, но урон снова не прошел. Поднявшись из горящей ткани, хлопьями осыпавшейся со стихийного щита, я стряхнула горящие обрывки. Увидела приближающегося демона, снова никуда не торопящегося. Отряхнулась и заметила:       — Не пробил.       Лысый склонил голову набок, продолжая приближаться.       — Мана-щит высокого уровня, хм, — левая рука демона засветилась зеленым, — но выдержит ли защита пламя скверны?       Нет. Но это не значит, что мне нужно подставляться. Мы оказались вне лагеря, а значит, мне более не нужно беспокоиться о уроне по своим. Тем более, что перчатки развернулись в силовые молоты. Ледяная колонна под ноги демона и:       «Зандерфит» х2. «Ледяные копья». «Ледяная шрапнель».       Демон был успешно подброшен вверх, чтобы лишиться опоры, но успел рассыпаться на летучих мышей, которые рванулись в мою сторону и урона гад не получил. Блинк! И позади с хрустом когти натрезима вошли в дерево, вырывая из того куски. Тц, бесконечно бежать не получится, анализ? Бездна, конечно же. Зря только кристаллы на когтях меняла. Похоже, придется пока оставить.       Демон снова рывком сблизился, резко уйдя в летучих мышей, отчего мой выстрел прошел в никуда, но и давая возможность уклониться от атаки «блинком», посылая за спину ледяную волну.       «Ледяные шипы!» «Приморозка».       Натрезим взлетел, обрушивая на ледяное поле дождь Скверны, от которого уже я прикрылась ледяным щитом, который начал кипеть и плавиться. После чего взорвался осколками от могучего удара, пробивая защиту, выбивая воздух из легких и отправляя в полет. Поганец воспользовался тем, что я сама себе закрыла обзор.       — Кхе-кха…       Впечатавшись в очередное дерево, поднялась, восстанавливая дыхание. Слишком быстрый. А я не могу полноценно использовать бездну. Впрочем, добивать демон не спешил, с любопытством рассматривая.       — Похоже, ты можешь больше, чем показываешь, маг. У меня есть к тебе предложение. Склонись передо мной, признай силу Пылающего Легиона. И не только останешься жить, но и познаешь грани силы, которые ранее не встречала. Обретешь мощь, недоступную более никому.       Ответить смогла не сразу, поганец выбил воздух из легких. Я еще жива, он сделал это специально. Играется. Вот уж действительно: не играйся с едой. Ведь всё это время кристаллы накачивались энергией. И она тебе не понравится.       — Могучее убийство нескольких безоружных, вот уж действительно, достижение.       Ухмыляться натрезим не перестал, его оскал стал еще шире.       — Ты послужишь нам в любом случае, маг. Мертвой, живой, не важно. Убьешь своих друзей в спину, всех до единого. Предашь секреты, поклявшись в вечной верности мне на трупах своих близких.       Я только фыркнула. Зря ты это сказал. Твои «мышки» пусть и весьма подвижны, сквозь стены не летают. А значит, нужно лишь сделать всё правильно. Хорошо зафиксированный пациент в аннетезии не нуждается. Попробуй увернуться от «Юмо Универсале» в упор. Нужно только, чтобы никто не подставился и ты никуда не сбежал.       Потоки льда ударили во все стороны, сначала по земле, а затем поползли по деревьям, всё выше и выше, используя те как колонны, поддерживающие ледяные стены, формируя арену. С которой сбежать не удастся. Что занятно, демон даже не мешал.       — Как интересно. Думаешь, ты поймала меня в ловушку? СПИ…       Он всё-таки это сделал… «Ледяная глыба»

***

             — Ведьма! Ведьма! Ведьма!       Хм, я дернулась, слишком уж тело затекло. Точнее попыталась, пошевелиться удалось разве что пальцами, причем без «контактной пары», в руки впились грубые веревки, как и на шее, и на животе. Ведь обнаружила я себя привязанной и стоящей вертикально. Вместо привычной одежды на теле какой-то колючий балахон, стопы болят и кажется я чувствую в них занозы. Мир наполнился криками, а я попыталась понять, где вообще есть. И что тут вообще происходит.       — Ведьма!       — Чудовище!       — Еретичка!       — Сжечь её!       Закашлялась от удара чего-то тяжелого в живот, но из-за веревок нормально дернуться не смогла, отчего застонала. Мана не отзывается. Какого демона? Попытка рассмотреть мир вокруг усложняется длинными волосами, никак не убранными и свисающими на лицо. Наконец, удалось дернуть головой, сместив непослушные волосы в сторону. И офигеть. Я привязана к столбу, под ногами деревянные дрова. А вокруг стоит толпа народу, скандирует всякое и кидается, кха, камнями. Очень больно, кха, кидается камнями. Сволочи! Во главе этого кабздеца стоит Дартаола в ярко алом балахоне Алого Ордена и вещает:       — …а затем эта гнусная ведьма зверски утащила в свои подземелья мальчишку, изнасиловала и зверски убила! Расчленила и скормила демоническим собакам, а череп поставила на полочку. После чего надругалась над его душой, оживила и заставила бедного мальчика Билли убить своих родителей! Принести их в жертву ей! Затем накормила добрых священников оскверненным супом из глаз!       Толпа неистовстсвовала.       — Сжечь ведьму!       — Сжечь!       — Пусть страдает!       — Выколоть ей глаза!       Один камень прилетел в лицо, отчего голова дернулась, ударившись затылком о столб, а лицо обожгло болью. Попыталась возразить, но изо рта вырвалось лишь мычание. Он был заткнут какой-то вонючей тряпицей. А Дартаола продолжила рассказывать, как я зверски запытала котиков, собачек, овечек и шестнадцать детей, чтобы из их кишок сложить магический круг. Неудивительно, что под конец толпу пришлось сдерживать, чтобы эти кхметы не попытались разорвать меня на месте, прямо так. Впрочем, бросать камни им это не мешает, и каждое попадание приносило только больше боли.       А еще меня крайне напрягают дрова под ногами. Очень нехорошо напрягают! Будь у меня мана, наложила бы на себя щит, подождала, пока сгорят веревки и пока. Но мана всё еще не чувствуется, словно я снова самый обычный человек. Ну, или эльф. И это пугает.       И когда Дартаола, прошептала:       — Прости, мы не успели тебя спасти, — а затем громко добавила, — Но священное пламя очистит твою душу! Церковь Света приговаривает эту еретичку к очищению Огнем!       И они подожгли дрова. Я кричала. Кричала, когда огонь пожирал тело снизу вверх, распространяясь, сжигая волосы. Когда вспыхнула одежда. Когда…       Твоя душа предназначена нам…       Боль закончилась. Я стояла в обгоревших обрывках одежды среди сухой каменистой пустыни, обрывающейся в фиолетовое ничто. Ни солнца, ни света, ничего. И всё же тут достаточно ясно, чтобы видеть мир вокруг. Под ногами холодный, но не совсем, песок. Позади — серо-синие скалы, не отбрасывающие тени, они просто есть. И никаких следов жизни вокруг.       На теле… травм нет. Одежда сгорела, рассыпалась в пепел, но даже волосы восстановились. Я снова необычно цела. Боли нет, да и в целом я чувствую себя неплохо. Так, ну и где я? Сущность? Я не знаю. Это же смерть, да? Мне не нравится такое посмеретие.       — Эй, сущность? Ты там? Меня забрать надо! Ау? — никого нет и никто не отвечает.       Пустота все такая же пустая, как была. Вообще никакой реакции. А если я тут надолго? А надо ли мне питаться? И если да, то чем? Голодная смерть на том свете после смерти не звучит хорошо.       — Эм, кто тут?       И странное ощущение… присутствия. Но никого не было. Вперед? Назад? Ничего. Лишь суша обрывается в фиолетовое ничто. Сделала несколько шагов по берегу, по краю, обрывающемуся вниз. Кинула туда камешек, и он честно упал куда-то в никуда. Гравитация есть и направлена она вниз. Мана? Всё еще не чувствую. Ладно, надо занять себя еще чем-то. Например поисками хоть чего-то, кроме песка и камней в великом фиолетовом ничего.       — Как тебе твоё новое обиталище? — раздался голос внизу?       Обернулась, увидев смотрящую снизу вверх эльфийку. Она сидела, свесив ноги с обрыва, опершись на руку и глядя на меня. Потому и снизу, пока она так сидит, я выше. Хотя на мой взгляд она довольно высокая, что-то вроде ночного эльфа. Из-за небольшого роста хоть я и смотрю сверху, но не то, чтобы критично. А еще ощущение… внимания. Исходит от нее. Это явно кто-то опасный.       Куда важнее её внешность. Серо-фиолетовая кожа и темно-фиолетовые волосы. На лице из глаз, словно дорожки слез, идут вертикальные линии иероглифов. И два глаза ярко-фиолетового цвета, словно провалы вдаль с черными склерами, хм. Черная мантия с желтой оторочкой, над широкими, вытянутыми в стороны наплечниками висят две фиолетовые сферы-провала. Куда-то. Я не знаю кто это, но могу точно определить её принадлежность. Я чувствую это. Как и опасность, исходящую от новоприбывшей. Похоже, вместо нормального посмертия меня занесло в бездну. Хана. И все же я спросила:       — Кто ты? — на что глаза эльфийки вспыхнули насыщенным фиолетовым на долю секунды.       Разум обожгло болью, в голове словно заговорили сотни голосов. Они кричали, стонали и требовали, дезориентируя, заставив упасть на колени, которые погрузились в песок, подняв облачко пыли. А они всё не замолкали, шептали, кричали, возмущались. Схватилась за голову, пытаясь унять боль.       — Смотри на меня.       Я подчинилась. Подняв глаза, встретилась со взглядом эльфийки. Теперь мы на одном уровне. Хотя это смешно, у нее есть силы и власть, а я даже огненным шаром ответить не могу. Глядя в глаза безразличным взглядом, она произнесла:       — Отныне и навсегда я — твоя госпожа. Можешь звать меня хозяйка или госпожа Ксал’Атат.       Стоп, это же… артефакт жрецовский, из Легиона. Не понимаю.       — Тебе и не нужно понимать, слуга. Лишь исполнять мою волю.       Мы снова встретились взглядами. Моё непонимание и насмешка моей… пленительницы? Откуда она тут вообще? И она что, мысли мои читает?       — Предыдущий претендент на твою душу немного перестал быть. А ты желала силы. Помнишь? Я дала её тебе. И мы заключили договор. Сейчас ты исполнишь его.       Я не помню, чтобы что-то там заключала. Тем более с сущностями Бездны. Эта мысль тоже была прочитана. Похоже, я даже подумать не могу в одиночестве.       — Не так важно, — легко ответила Ксал…кхе, ауч!       Руки, на которые я опиралась, подкосились, и я рухнула на песок окончательно, хватаясь за голову, пока та погружена в волны пульсирующей боли. И снова голоса, и снова крики и требования. Я сопротивлялась, столько могла. Долго или нет, я не знаю, но мне показалось, что вечность. Но в конечном итоге, чтобы боль прекратилась, я выдавила эту мысль: хозяйка. И всё закончилось. Подождав еще немного, я снова поднялась на колени. Эльфийка уже поднялась на ноги и левитировала над полом, глядя сверху-вниз с насмешкой.       Сущность Бездны вновь заговорила:       — Ты поняла, хорошо. Так или иначе, ты получила наши силы. А я — твою душу. Такую занимательную душу. Признаться, был сильный соблазн просто поглотить её, но такой потенциал… бездарная трата ресурсов. Способности и идеи, заложенные создателем, было бы глупо просто стереть их. Нет, ты будешь служить мне. Добровольно, или же моя сила сожжет всё лишнее, меня не волнует. Выбирать тебе. Хочешь — сопротивляйся, не хочешь — подчинись. Иного выбора у тебя нет, так или иначе ты — моя.       И мир наполнился болью, ведь я не желала подчиниться. Не желала, но бездна использовала это. Я не желала рабства, я хотела сбежать, хотела свои силы, хотела отомстить. Хотела прогнать бездну, но она была везде. Она отсекала моё сопротивление, стирала из памяти причины, почему я должна сражаться. И с каждым разом причин говорить «нет» было всё меньше. Пока они не закончились совсем. Я не знаю, сколько прошло времени, но была даже рада, что всё закончилось.       А потом пришла госпожа. Она наполнила мой разум знаниями о господине нашем Пространствусе. О силах Бездны. Даровала новое одеяние взамен тех лохмотьев и посох, несущий в себе грань её силы.       — Я предвестница пустоты. Ты — моя тень.       И тогда я, без всяких сомнений, преклонила колени, принимая этот прекрасный дар.       — Ваша воля, госпожа моя.       Та улыбнулась, довольная.       — Моя. Ты станешь проводником моих планов. А этот посох, «Вечная Каденция», станет символом моей власти.       И вот мы летим сквозь ничто. Скоро начнется битва. Бездна поёт в моем разуме, «контактная пара» заряжена. Я знаю, что будет, ибо вероятности открыты предо мной, и я вижу все пути. За спиной посох, на вершине которого кристалл, втягивающий в себя любой свет, «вечная Каденция». На мгновение в разуме появляется иной вектор парения и я подчиняюсь, чтобы падать уже рядом с госпожой, пред коей надлежит преклонить колени. Что и было сделано.       — Госпожа. Ваши войска готовы начинать.       Мне не требовалось говорить, для хозяйки разум есть открытая книга, ибо я — продолжение её воли. Я — рука моей госпожи. И пока она приказывает, я буду исполнять её волю, вечно. Ксал’Атат кивнула.       — Ты понимаешь. Возможно, со временем я верну то, что забрала. Когда мы достигнем успеха. Идем.       Я молча повиновалась, выхватывая из-за спины посох. «Вечная Каденция» дар хозяйки и напоминание о том, что когда уходит свет, остается Бездна. Которая заберет всё, что пожелает. Тебя. Я помню это. Я приняла это. Я — есть часть моей хозяйки.       Короткий удар посохом о ничто, и из портала появилось две «подушки». Демоны бездны, сгустки фиолетового тумана с металлическими наручами, округлые, отчего и получили своё название.       «Зачем меня призвали?» — Я поделилась мыслью о воле хозяйки и они повиновались. Без подчинения, ибо Её воля исполнится. Тем более, мы уже на месте, перед нами открылась фиолетовая пробоина портала Бездны.       Мы прошли через портал, открытый госпожой, и я впервые за долгое время увидела солнечный свет, что освещает этот мир. Но не ощутила на этот счет ничего, лишь любопытство. Прошли годы, а может и века, и свет более не важен. Я давно отвыкла от света, и теперь он более слепит и приносит дискомфорт. Я привыкла к полумраку и пустынным пейзажам, где кроме госпожи и демонов бездны более никого нет. И эти улицы, что раскинулись впереди, кажутся слишком людными, слишком шумными.        Где мы? Под босыми ногами впервые за долгое время оказался не песок, но твердые и гладкие красные камни. Я не замедлилась, чтобы не отстать, но позволила себе насладиться этим кратким мигом новых ощущений и милостью моей Госпожи. Госпожа Ксал’Атат, левитирующая впереди, скосила взгляд и усмехнулась, находя это забавным. Но моя благодарность совершенно искренняя. Мне нравится служить ей как та пожелает и похвала приятна. А эти камни, такие прохладные, ровные и округлые, приятное чувство. И всё же, где мы?       Мощеные камнем улицы, высокие, похожие на копья башни и знамёна в виде глаза с линиями. Знакомые знамёна. Я вспомнила.       — Даларан.       Госпожа кивнула и телепортировалась куда-то, оставив нить, приглашая найти её. Словно это забавная игра. Разумеется, я с готовностью исполнила её волю. Побежала по красным камням, ощущая стопами каждый из них, каждую шероховатость, тепло солнца на коже, получая удовольствие от милости Госпожи. Приятное чувство.       На улицах шел бой, из многочисленных порталов, открытых над городом, падают снаряды, из порталов выходят нерубы. Много нерубов. Гигантские арахноиды, но в этот раз — живые слуги Темной Империи. Они хватают жителей, сражаются со стражей. Мне не нужно замедляться, я вижу всё, что будет далее. Уворачиваться от атак просто смехотворно легко.       С небес падают так же снаряды бездны, но предвидение подсказывает, где упадет каждый из них. Как обрушиваются в результате обстрела башни. Как человеческий солдат попытался насадить меня на клинок, но вырвавшийся вперед демон проигнорировал оружие и ударом кулака по лицу нокаутировал воина. Неруб, заметив это, навис над жертвой и начал оплетать ту паутиной.       Стрела! Вскинутая перчатка приняла на себя выстрел, заставляя обернуться. Стрела же со стуком отклонилась, ударившись в стену позади, как и планировалось. А выпустила её… Ну конечно, Венидан. Кто бы мог подумать. Она охраняет выживших. И узнала меня. Я вижу смятение на её лице. Но почему? Разве она не рада меня видеть?       — Давилиния? Ты?       Перехватив Каденцию, я улыбнулась.       — Я, Вени, я. Сдашься по хорошему? Я не хочу тебе вредить. Поверь, я знаю, каково это.       Разбойница фыркнула.       — И стать пешкой Ксал’Атат? Никогда! Как ты вообще могла подумать о подобном?       Я пожала плечами. Не атакует и ладно. Больше времени, чтобы навести сюда нерубов. Госпожа желает получить всех, кого возможно, живыми, так и будет. Хочет поговорить? Пусть поговорит.       — Я тоже сопротивлялась, Вени. Я тоже. Я умоляла о спасении, находила причины сопротивляться. Всё новые и новые причины. Но спасения не было, госпожа забрала у меня сомнения по одному, пока не осталось ничего. И теперь… — вокруг разбойницы открылись порталы, а нерубы, выбравшиеся из них, выплюнули паутину, — со мной осталась лишь воля моей хозяйки. Я есть ее желание.       Венидан, перехватив магические клинки, бросилась на меня. Но из Каденции с тихим гулом вылетели стрелы Бездны, и разбойнице пришлось уклоняться. Как и от атак двух «подушек», которых она обошла мастерски, изгибаясь на самом пределе подвижности. Я почти залюбовалась, всё же она хороша в своем деле. Но мои атаки, они самонаводящиеся. Стрелы Бездны, сковывающие лучи. И Венидан после очередного пируэта дернулась, когда цепи тьмы обвили её. Более бежать некуда.       Я позволила себе небольшую вольность сделать еще несколько шагов по камням. Госпожа не возражает, её забавляет то, как меня радуют столь простые вещи, я чувствую это. Венидан встретила меня взглядом, полным злобы. Неруб, вышедший из портала позади, уже опутывал её паутиной, но голова пока была свободна. Она бросила, видя мои ноги перед собой:       — Тварь. Тебя прикончат, не я, так другие.       Я пожала плечами.       — Ты не поймешь. Я лишилась столь многого, ради того, чтобы служить Госпоже. Пока не осталось ничего, кроме её воли. У меня более ничего нет.       Венидан не ответила, я же выпустила еще несколько стрел в убегающих. Аккуратно, чтобы помутить их разум, но не убить. Пока не убедилась, что разбойница упакована как нужно, а нерубы уносят её через портал.       Проводив глазами кокон, я побежала дальше. Туда, где против паладинов сражается Гаррош Адский Крик и его орки. Не очищенный от тлетворного влияния Ша, поросший многочисленными шупальцами и отростками, множеством глаз, словно грибок на массивном теле орка, он орудует Кровавым Воем так же хорошо, как и раньше. У паладинов нет ни шанса. Только орк, как обычно увлекается. Это противоречит воле хозяйки.       — Госпожа приказывает взять живыми, Гаррош.       Орк зарычал, раздраженно.       — Я — воля Орды! А это — грязные предатели! Все они — трусы и грзные предатели! Я разорву их!       Контактная пара вспыхнула, вторгаясь в разум орка. Такова воля хозяйки, что коснулась моего разума, наполняя этого глупца смыслами. Я её тень, её предвестница. Моя воля есть продолжение её желаний. И она желает, чтобы орк действовал по плану. Пусть я и не очень хороша во влиянии на разум, Она направляет меня, хотя Гаррош сопротивляется.        Слишком дикий, слишком сильный и гордый. Сила Ша лишь распаляет его ярость, делая еще сильнее и яростнее. Его волю нужно сдерживать. Наконец и он успокоился, влияние Госпожи ослабло, и я смогла обратить внимание на иных здесь. На паладинов, точнее одну конкретную, Дартаолу. Разрубленная орком наискосок, та лежала, орошая камни теплой кровью. Хм, а если походить по таким камням? Теплая кровь и холодный камень, интересное сочетание.       Но госпожа зовет меня. Что-то произойдет, и она желает, чтобы я увидела это. В основании главной башни города. Самая большая башня, самая заметная. Да, я иду, хозяйка. Мимо захваченных магов, наверх, по большой каменной лестнице. Где госпожа, воздев руки вверх, контролирует артефакт, Темное Сердце, поглощающий ману этого города. Увидев меня, хозяйка улыбнулась, коротко указав головой в сторону.       — Подожди на балконе в стороне, моя маленькая слуга. Сейчас произойдет нечто любопытное.       Я повиновалась, устраиваясь поудобнее. С отличным видом на вход, через который вошли Кадгар и Аллерия Ветрокрылая. Они вошли в круглый зал центральной башни, остановившись у основания лестницы, ведущей наверх. Туда, где госпожа, используя темное сердце, поглощает силу этого города. Аркана так податлива! Госпожа заберет её, всю, до капли. Это так мило! При виде меня эльфийку перекосило от отвращения. Впрочем, это взаимно. Пользуется нашей силой и смеет противостоять. Госпожа же накажет их?       Ксалатат коротко кивнула. Госпожа накажет. Зрелище действительно обещает быть любопытным. Я запомню каждую деталь, ибо такова воля моей хозяйки. Её триумф, о котором я буду думать каждую секунду, сидя у ее ног. У подножия Тёмного трона.       Прошло время, и я вновь стала собой. Я вновь — Давилиния. Мои начинания были обрушены, растоптаны моими же руками. Я потерпела полное поражение. Тогда. Но сейчас — я Тень моей богини, что поглотила душу титана, обретя вечность. Азерот не держал меня, и даже обретя полное сознание, я не пожелала предавать её. В конечном итоге, потеряв всё, я обрела не меньше. Я чувствую как её стопа касается моего плеча и улыбаюсь, когда бездна течет во мне. Блаженство…       Я более не безмолвная слуга, но бессмертная тень моей темной Богини, кому даровано место у подножия её темного Трона. Я отдала ей всё, но обрела вечность. Я Тень. Я предвестница темной богини Ксал’Атат, моей прекрасной, вечной госпожи. И пришло время бросить к её ногам новые миры. Все что пожелаете, госпожа. Я — ваша.

***

             — Давилиния! Дави! Проснись!       Я попыталась дернуться, но поняла, что не могу пошевелиться. То есть вообще, даже пальцы не слушаются, и моргать не получается. Всё вокруг синее и такое неподвижное! Я поняла! Ледяная глыба! Я в ледяной глыбе! А с той стороны стоит Дартаола и стучит по ней перчаткой. И еще эльфы. И люди. И орки. Кажется, нападение закончилось. Так что я отменила заклинание, вздрогнув, когда подвижность вернулась.       Паладин подхватила, не давая упасть.       — Ты в порядке? — я вспомнила то, что видела, что слышала, что чувствовала.       Дартаола, рассказывающая, что мне нет места на земле. О страшных преступлениях, что я совершила. Жар огня, на котором сжигают ведьму. Разрубленная паладин, теплая кровь под ногами. Приятное чувство. Я дернулась, отгоняя наваждение. Всего этого не было, теперь я вижу, знаю. Всего лишь сон, пусть и на редкость дерьмовый.       — Не совсем, но жить буду. Где чертов натрезим? Он использовал сон, и я видела…       Передернуло. Паладин помогла сойти с ледяного поля, бывшего моей клеткой для демона и пояснила:       — Сбежал. Едва мы появились, ублюдок сбежал. Не важно, что он с тобой сделал?       Меня снова передернуло. Я помню всё, что видела.       — Он показал мне то, чего я никогда не желала видеть. Полное поражение. Крах всего, что я делала и желала. И последствия моей неудачи.       Потеря всего и рабство в рамках верной собачки без собственных желаний. А потом свобода, когда уже не было смысла сопротивляться, потому что у меня вообще ничего и никого не осталось. Сейчас я могу понять, почему Ксал’Атат так развлекало моё поведение. Послушная собачка, буквально. И меня передергивает от мысли, что мне могло быть хоть сколько-то, хоть на микрон приятно. Ну нафиг такие развлечения! Шутки про данжен мастера больше не кажутся смешными.       Не лги себе. Это определенно был весьма… занимательный опыт.       Не лгу. Он был занимательным, потому что кое-кто вытравил из моего разума всё остальное. Потому что ты сопротивлялась. В ином случае.. Нет! Я не буду подписываться на это добровольно! Не пробовала во сне, не буду и наяву. Безумие — это повторение одного и того же действия с надеждой на изменение. Ты не Ваас. Так что не говори ерунды. Теперь мы знаем, что будет, если сопротивляться. Твоя душа предназначена нам. Сопротивление — не единственный выход.       Шел бы ты отсюда, а? Я. Сказала. Нет. Это мы еще посмотрим. И ощущение присутствия пропало. Зато осталось ощущение, что меня держат за плечо. Дартаола, которая смотрит прямо в глаза. Сейчас мы обе без шлемов, это нетрудно сделать. И я вижу на лице эльфийки искреннее волнение.       — Мы справимся, Давилиния. Не сомневайся.       Я вздохнула.       — Не уверена. Очень уж дерьмовые воспоминания. И познавательные.       Меня неожиданно посетила мысль. Ведь я там могла управлять бездной. А у меня кристаллы на перчатках и так ей заряжены. Смогу ли я повторить… Формация незнакомая, но я помню сон хорошо. Если…       Над рукой начала клубиться фиолетовая энергия, срывающаяся с кристаллов, уплотняющаяся в сферу. И строгий вопрос Дартаолы, разом растерявший сочувствие:       — Что? Ты? Делаешь?       Вздохнула.       — Проверяю одну теорию. И результат мне не нравится.       Подняв глаза заметила не только паладина, но и парочку солдат с опаской смотрящих в нашу сторону. Эльфийка вздохнула, махнув в сторону деревьев. Но снова успокоилась, хотя и ясно, что без ответов она меня не отпустит.       — Идем, расскажешь, что случилось.       Признаться, желание сказать «нет» довольно сильное. Но мне достаточно сильно не нравится вариант «молчать и просто сдаться». Мне нужен совет. Например того, кто умеет работать со Светом. Так что я рассказала. И сделала это даже полностью, упомянув во сне роль соратников. Делать это именно Дартаоле было страшновато, с другой стороны, ну не к Венидан же идти. А знакомых пользователей Света у меня больше особенно и нет.       — А магическая, точнее стрела Бездны было заклинанием, которым я пользовалась там, во сне. И я подумала: если это просто сон, я же не могу повторить заклинание, так? Ведь я его никогда не знала. Его нет, я не пользовалась такой формацией струн.       Мы обе посмотрели зависшую над моей перчаткой сферу бездны. Напоминает затягиваемую в черную дыру звезду, с ярким почти голубым ободком и угольной чернотой провалов. Направив руку в дерево я отдала команду и сфера со звуком «вууууум» влетела в дерево, где и выжгла небольшое отверстие. Цельное заклинание, наводящееся куда нужно, работающее как положено. Причина, по которой меня малость трясет.       — Ты видишь? Оно работает. И я не знаю, что мне делать с этим, Дартаола. Я не уверена, насколько то, что я видела, было сном. А насколько — предсказанием. И можно ли его как-то переиграть. А если можно — то как? Я не знаю.       Паладин не стала отвечать сразу, она тоже думала. А я продолжила рассматривать новую сферу Бездны. Ведь эти стрелы — хорошее оружие против демонов, доказано Аллерией Ветрокрылой.       — Я могла бы использовать эту силу против демонов.       Паладин подняла глаза и посмотрела на меня со скепсисом.       — Ты серьезно? Ты минуту назад думала об опасности и теперь хочешь впустить в свое тело еще больше этой энергии?       Я пожала плечами.       — В теории, это все еще перчатка. Не я. А у нас там осада.       Что еще говорить? Битва далеко не окончена. Легко сказать нет, когда в десятке километров отсюда, даже ближе, демоны не разрывают твоих соратников. Мы сейчас не в том положении, чтобы отказываться от оружия. Венидан поддержала меня. Теперь очередь Дартаолы. Та колебалась, дольше чем Вени. Всё же Бездна для нее — враг не меньший, чем демоны. Но бездна где-то там, а демоны на пороге. Она вздохнула.       — Я поддержу тебя. Не отходи далеко, будем контролировать влияние. В случае чего — отступаешь и больше не лезешь. Поняла?       Я кивнула.       — Конечно. Я согласна сделать так.       Мы отправились на передовую. И это не было лишним, к концу четвертого дня демоны заняли обломки фэлриверов у входа на базу, используя их как укрытия. Разворачивая там уже свои турели. Всё идет к тому, что на пятый день база Орды будет потеряна.       И совсем не получается перестать думать о насланном сне. Насколько это сон? А насколько — пророчество? Или же я просто хочу, чтобы он был чем-то подобным? Я не знаю. И это незнание меня очень беспокоит.