71. Лабиринт теней.

      С шипением двери отворились, открывая нашему отряду вид на мрачные недра корабля Наару. Внутри нас встретила тишина, почти полное отсутствие света и необычно глубокие тени. Магические фонари, которые мы с собой взяли, помогают не сильно. Тени слишком густые. Слишком глубокие, словно это не тени, а проломы во мрак, бесконечно глубокие трещины в реальности. А может и не галлюцинация, не знаю, но мне кажется, что в тенях что-то шевелится.       Вспышка! Свет на мгновение разогнал тени, показав, что там ничего нет, но едва заклинание погасло, они вернулись.       — Да, я тоже видел, — тихо заметил Старший, — но выбирать не из чего.       Нет, когда ты светишь на эти странные тени, кажется, что всё нормально. Но стоит только лучу света сдвинуться, и ситуация меняется. Он словно не рассеивается как должен, но гаснет аномально быстро, отчего уже в метре находится почти непроницаемый мрак. И выбор по сути между таким вот мраком и ослепляющей яркостью. Что ещё хуже — это чувство внимания, осознание того, что за нами следят. Непрерывно. Там, в этих глубоких тенях, что-то движется. Движется и смотрит.       Отдельная проблема — конструкция коридоров корабля. Дренеи не сторонники квадратных форм и прямых углов. А это значит, что одна из стен может быть под углом сорок пять градусов относительно другой, быть частично закрыта витражами или экранами и, разумеется, будет иметь закруглённые потолки. Или метрового диаметра трубы, за которыми словно что-то бегает. А в центре помещения — круглый постамент, вокруг которого разбитое оборудование и обломки кристаллов. Следы битвы, правда, нельзя сказать, насколько давней. Аномальный мрак и движение скрывает всё вокруг, мешая ориентироваться.       — Вон там целая консоль, — сказал дреней, — проверьте.       И конденсатор эфириалов у какого-то кристаллического терминала, стоящего у стены. Очевидно, прошлая группа с помощью этого терминала хотела понять, что вообще происходит и насколько реально получить контроль над этим местом. Я приблизилась, рассматривая устройство. Некоторые внешние повреждения, царапины, сколы. Но ничего, выглядящего серьёзным, вероятно, терминал еще работает. Вскрыла панель, осматривая устройство внутри — на вид целые, не сгорели.       — Попробуем включить.       Благодаря Калире я в целом знаю, как работают дренейские кристаллы. Трёхмерная магическая схема, где вместо компонентов платы — печати и руны, вырезанные прямо в кристалле. Если вырезать неправильно, если расчёты неверны — кристалл перегреется и взорвётся. Или магические потоки пересекутся, взрыв одного компонента покажется шуткой, вместо терминала вы получите бомбу. Это один из важнейших навыков для дренея-кузнеца: правильный расчёт расположения компонентов.       Это вызвало улыбку. Дренейка, несмотря на весь свой характер, учила на совесть. И в случае, если сделано неправильно, могла хлопнуть в ладоши над ухом, заставляя подскочить под смех окружающих. К их сожалению, я слишком быстро учусь. В любом случае — это просто консоль и я понимаю, как она работает. Устройство выглядит довольно привычно, просто там, где у нас был бы пластик и жидко-кристаллический монитор, тут прозрачная фиолетовая пластина, на которой появляются слова и символы.       Пара жестов, провод, протянутый от конденсаторной башни, и фиолетовый экран загорелся, а на самой консоли спроецировалась оранжевая клавиатура. Чудно.       — Калира, сможешь понять, за что он отвечает?       Дренейка посмотрела на царапины на терминале, вздрогнула и кивнула. Её, как и меня, весьма нервируют эти странные тени. Слишком неправильные. Ещё раз покосившись на отбрасываемую терминалом тень, из которой словно бы что-то смотрит десятком глаз, дренейка вздохнула.       — Да, сейчас. Прикрой, ладно? Мне тут не нравится.       Мне тоже.       — Хорошо. Я рядом, — и не стала комментировать лёгший на талию гибкий хвост.       Ей страшно, я понимаю это. Пока осматриваюсь, дренейка вывела на терминал текст. Выглядит не слишком понятно, всё же мои знания дренейского технического языка — несовершенны. Благо, переводчик рядом. Старший подошел ближе.       — Итак, что там?       Дренейка сделала ещё несколько нажатий, и по фиолетовой пластине поползли строки текста.       — Я могу увидеть… общее состояние корабля. Освещение — отключено. Двигатели — отключены. Силовая установка — загрязнение. Стой, она на карантине, повреждение и загрязнение, я вижу вызов силам Воздаятелей. На него не отреагировали, похоже автоматика сработала. И больше не отвечала. Управление — только ручное. Это всё, что я могу узнать. Стоп, не совсем. Похоже, двигатели не отключены, а уничтожены. Я вижу, что их сначала выключили, потом они перестали отвечать. Думаю, кто бы ни атаковал этот корабль, его лишили хода, — дренейка начала осматриваться, — Дави, не молчи, пожалуйста.       Ах да, тишина. Когда вы молчите, тишина становится просто оглушительной. Нормально звучат только голос и шаги, остальные звуки гасятся. Как будто теней было мало.       Я провела рукой по округлому кожуху механизма, на котором выведено предупреждение: не прислоняться, и постучала по нему. С нулевым эффектом, никакого звука не возникло, хотя и я в перчатке, и кожух металлический. И это нервирует. И погладила хвост.       — Хорошо, прости, я просто задумалась. Значит, нам нужно на мостик. Или где тут на борту обычно находится Наару. С мостика мы сможем получить больше данных, я думаю. Кто-нибудь знает дорогу? — уточнила громко у окружающих дренеев.       Не знают, придётся идти как есть, вслепую. Да, займёт некоторое время, но корабль не так уж велик, всего полкилометра, рано или поздно — найдём, просто методом тыка. Это не такая уж большая проблема.        Что мне нравится гораздо меньше — дренеям придётся разделиться. На платформе были припасы, а у орков теперь их нет, если кто из них и выжил. А если не орки, то это могут быть безумные или не очень эфириалы, или демоны. В любом случае, следует убедиться, что нас не ограбят, оставив без малейших припасов на пропитанном бездной корабле. Травиться тёмной энергией мне не хочется, восстановление маны тут не происходит, я уже ощущаю в себе лёгкий голод.       А еще Калира наотрез отказалась оставаться с группой, где не будет меня и Старшего. Прям схватила и отказалась отпускать. Командир поморщился, но разрешение дал. Тем более, что в дренейской технике она разбирается всё же лучше меня. Временно — но пока ещё лучше.       Видимо хозяин этого заведения решил, что нам скучно. И в голове раздался шелест, а затем и речь:       — Твоя цель сокрыта здесь. ПРИШЛО ВРЕМЯ! Я ВИЖУ ТВОЁ ЖЕЛАНИЕ! ИДИ КО МНЕ! Иди ко мне, иди вперёд, — потребовал голос.       Я пожала плечами. Приду. Тем более, что, непохоже, чтобы это слышал кто-то ещё. Наш отряд двинулся дальше, всё глубже в тёмные металлические коридоры. Чтобы отвлечься от ощущения голода, решила спросить:       — Калира, а ты не знаешь, почему этот корабль такой странный?       Дренейка тихо спросила:       — Что ты имеешь ввиду?       Да всё сразу, на самом деле. Во-первых — высота помещений. Средний рост дренеев — до двух с половиной метра у мужчин. Так на кой ляд, спрашивается, делать шестиметровые потолки? Дренеи что, поголовно страдают от клаустрафобии? Да тут без проблем питлорд пройдёт, места хватит.       Форма отсеков вызывает у меня ор выше Каз’Моданских гор. Серьёзно. Одна ровная стена, переходящая в закруглённый потолок. Вторая стена из-за труб проходит под углом в сорок градусов к потолку. Пол — дорожка там, где высота позволяет пройти, дальше техническая зона. Частично техническая зона скрыта экранами и декоративными панелями, сейчас разбитыми. И кажется, что с той стороны что-то сочится, шевелится и смотрит глазом с горизонтальным зрачком. Нет, я понимаю, экономия ресурсов. Но в нашей текущей ситуации это сильно увеличивает вероятность…       — Помогите!       А? Я обернулась на звук, чтобы обнаружить движение в переулке, который… Стоп, в переулке? И светлее стало, а вокруг серые каменные стены, а не металл переборок. Над головой не потолок отсека, а голубое небо, по которому плывут белые облака. Глюк, да?       Осмотрелась, действительно переулок. С обоих сторон — здания в вертикальном, геометрически правильном стиле. Вытянутые, но почти без прямых и тупых углов, с остроконечными, где это нужно, башнями. Фиолетовые витражные стёкла, голубая трава и деревья с белыми листьями. Не поверю, что тут не поработали бывшие эредарские маги и садовники. Серый бетон, в сочетании с белым, синим и фиолетовым. Типичные «магические» цвета построек, но выглядят органично.       Мимо переулка по улице прошёл дреней, подтверждая — это глюк дренейского города. Дреней одет в эфириальские рабские шмотки, но это неудивительно — я же не видела другой одежды кроме этой и боевых доспехов. Эта серая юбка — ближе всего к понятию «гражданской одежды». И доказательство ложности того, что я вижу. А вот следующий дреней был уже в более нормальной для них одежде: штаны и рубашка с коротким рукавом, подчёркивающая мощную мускулатуру идущего. Проводив взглядом, хмыкнула.       — Ну, посмотрим. Нужно отсюда выбраться.       Кто-то говорит, что основа хорошей иллюзии ложь. Но это не так. Иллюзия — она как театральная постановка, магическая разумеется. Комбинация воздействий на все основные чувства пользователя, чтобы на всех уровнях показать ему нечто иное, но достаточно правдоподобное, чтобы поверить в увиденное. И, как правило, основанное на ранее виденном пользователем. Если я сейчас сниму перчатку и потрогаю стены, под пальцами окажется застывший бетон. Он будет чувствоваться, как застывший бетон. Вероятно, я могу даже, в иллюзии, порезаться об осколки стекла. Пусть это повреждение не перенесётся в реальность, это будет только чувство того, что я порезалась.       Почти уверена, что накрыло всех в группе. И что закончится глюк чем-то неприятным. Вывод напрашивается самый поганый: тварь, уничтожившая экипаж корабля и эфириалов, нас заметила и атаковала. И битвой с тентаклями мы не обойдёмся. А пока стоит понять, куда и когда меня занесло. И какого именно дерьма стоит ожидать.       Нет, в теории можно спроецировать вообще что угодно. Но чтобы разум поверил, проекция должна быть реалистичной. Чтобы мозг сказал «да, такое может быть, я просто не подумал об этом». Потому я и жду, например, нападение Орды.       Да, я могу попробовать снять это наваждение. Программирование поверх души даёт… немало бонусов, как оказалось. В том числе некоторую осмысленность под ментальным воздействием. И даже рассеять саму иллюзию, ненадолго подменив чувства собственными шаблонами. Но прежде чем так делать, стоит узнать, что видят другие. Просто чтобы было меньше недопонимания. И чтобы понимать, чего ожидать.       Я аккуратно выглянула из переулка, стараясь не привлекать внимания местных, мало ли, иллюзия агрессивная и чужака попытаются атаковать, тогда теряется смысл разведки.       — А здесь красиво…       Город выглядит крайне опрятно. Выточенные из камня бордюры, мощёные дорожки, подстриженные газоны и аккуратные деревья с белыми листьями. Высокие бетонные здания с балконами и галереями. Хотя в плане жителей город немного так пустоват. Всего несколько взрослых и десяток детей на довольно длинную улицу и почти полсотни домиков. Ближайшие двое дренеев меня заметили и как-то подозрительно косятся. Хм, выгляжу как обычно. Перчатка трансформировалась в боевой режим, я не могу доверять своим глазам. На самом деле — ни одному из чувств.       — Юмо универсале — код да Винчи. Мне нужен ключ к этой двери.       Поверх руки развернулся барабан печатей, а перчатка начала генерировать магические импульсы, подбирая ключ к аномалии. Я ощутила воздействие на глаза, лёгкое покалывание на коже и щекочущее ощущение в носу, отчего чихнула. Похоже, это займёт некоторое время. Картинка немного поплыла, но затем вернулась в норму, остались только подёргивания, словно некачественная сьёмка.       Коды, написанные на душе немного облегчают восприятие этой иллюзии, создавая чувство некоторой нереальности, позволяя осознавать, что этот мир — фальшивка. И всё же это фальшивка, созданная из разума множества дренеев, она куда более целостна, чем могло бы показаться. Потребуется время, чтобы подобрать ключи к замку. Я неспешно пошла вдоль улицы, сосредоточившись на струнах и пытаясь найти несоответствия. Места, где поверх реальности наложен тонкий слой «краски». Который можно сковырнуть, обнажив реальный мир. Хм, вот, и вот. И ещё вот там, наверху. Мало.       Нужно осмотреться, найти больше аномалий. Обычно такой глюк проходит по схеме постоянного ухудшения ситуации. Сначала зацепить, показав нечто близкое, затем — воздействовать на рефлексы, чтобы ты поступил предсказуемо и необдуманно, так, как надо иллюзионисту. А это значит, скоро начнутся проблемы, и ситуация будет стремительно ухудшаться.        Но нужно понять, какие именно проблемы. Это может быть как вторжение орков или демонов, так и не пойми что, у нас тут галлюцинация, а не урок истории. По этой же причине не стоит пытаться выбить себя из иллюзии «контактной парой». Если под воздействие попали все, я просто не буду понимать, с чем мы столкнулись, о чём беспокоятся остальные.       Прогулка по городу ответа не дала. Нет, я нашла ещё несколько аномалий, но это не то, что мне сейчас нужно. Главное понять, чего ждать, но пока ничего не происходит. Место аккуратное, спокойное, наполненное дренеями и дренейками всех возрастов и фигур. Не спорю, вид мне нравится, но ответов на вопрос это не даёт. Идиллия, если исключить странное восприятие окружающих. На меня косятся, и не особенно дружелюбно, отводят глаза, стараются перейти на другую сторону улицы. Подозрительно.        Прогулку прервал знакомый голос, заставивший замереть и оглянуться:       — Слушай, это неправильно. Это странно. Почему мы здесь? — а вот и Калира, я её нашла.       Но настоящая или нет? Решила пойти проверить. Дренейка стояла на пороге одного из домов и разговаривала с каким-то дренеем мужского пола. Шкаф втрое шире подруги, и как и положено их мужчинам, заметно выше. И он, активно жестикулируя, доказывает Калире, что всё нормально, она просто перенервничала. Когда я начала подходить ближе, дреней меня заметил и отвлёкся от спора.       — Кто вы и что вам здесь нужно? И попрошу не приближаться. Стойте! — последнее было сказано даже с некоторой угрозой.       Я проигнорировала глюк. Может и не глюк, но это не важно. На Старшего не похож, а то, что Калира с ним общается, может означать, что это глюк её парня. Вполне… в стиле этого места, я думаю. Так или иначе, я пришла не к нему.       — Калира. Как ты?       Дренейка удивленно осмотрела меня. Похоже, она меня не узнала.       — Простите, но… мы знакомы? — точно не узнала.       Однако. Осмотрела себя ещё раз. Вроде бы я — ещё я. Но подобная реакция намекает, что видит она кого-то ещё. Любопытно и очень важно. Я не зря решила задержаться в этом глюке.       — Минут десять назад мы друг друга знали. Я прикрывала тебя у консоли. И ты выяснила, что всё, что только можно — отключено, а реактор на карантине. А ещё я молчу и это тебя пугает.       В глазах рогатой вспыхнула узнавание. Она отмахнулась от пытающегося возмутиться парня.       — Не мешай, пожалуйста. Дави? — я кивнула, — а почему ты выглядишь как сломленный? Никогда бы не подумала, что ты можешь выглядеть как дреней, причём мужчина. Это странно.       Я еще раз оглядела себя. Всё еще эльф.       — Похоже, в этой иллюзии каждый видит мир по своему. Я вижу себя эльфом, ну, собой. А вот ты одета не в мантию, а в лёгкое выходное платье. Тебе идёт, кстати. Подозреваю ты выглядела так до всего этого, — кажется я поняла, — мы в твоём родном городе, верно? Который сожгли орки.       Дренейка задумчиво почесала рог, оглядываясь. Видимо, её саму вся эта ситуация крайне смущает.       — Похоже. Можно я тебя ткну? Может, это плохая иллюзия, — я кивнула.       Дреней возмутился:       — Отойди от неё! Она может быть заразна! Это опасно, Калира! — потребовал дреней так громко, что я заметила движение, на нас обратили внимание.       Но дренейка только отмахнулась.       — Она моя подруга. И не тебе решать, с кем мне общаться, — вывернувшись из рук, Калира использовала блинк, чтобы сократить дистанцию и взять меня за плечо, — хм, на ощупь как дреней, совсем настоящая шкура. Забавно, — она осмотрела меня, — попробуй пошевелить хвостом, вдруг получится.       Мужчина вздрогнул, едва не упав, пытаясь схватить её. В его словах слышен страх, а когда он посмотрел на меня, злость.       — Стой! Стой, неразумная! Ты! — он указал на меня, — Отойди от неё, иначе…       Как только Калира подошла, от меня в её сторону прямо в лицо ударило алое облачко, отчего та замахала руками и закашлялась. Дренейка, ойкнув, упала на задницу, а её парень пораженно остановился, глядя на подругу.       — Нет… Нет! Нет!!! — он сделал шаг назад, продолжая смотреть на Калиру и кажется начал паниковать.       А посмотреть есть на что. Её лицо начало деформироваться, волосы опадать прямо на землю, пальцы срастаться, ноги потрескивать и гнуться, она задрожала. И всё это под чавканье пузырящейся, искажающейся плоти и при полном молчании непонимающей дренейки. Похоже, боли она не чувствует, но выглядит это очень, очень мерзко. Если бы не третья война и не орки с демонами, меня бы вырвало, а так… неприятно, но не худшее из того, что я видела. Но в топ двадцать точно. Калира посмотрела на себя, на гнущиеся пальцы, провела по голове, отчего в руке остались её волосы. И закричала.       А мгновение спустя на мана-щит пришёлся удар дренейского кулака. В глазах её парня ужас смешался с ненавистью. Его тело осветилось Светом. Ну точно же, будущий Воздаятель, паладин дренеев.       — Тварь! Чудовище! Что ты натворил? Сгинь отсюда, тварь! Сдохни! Моя Калира! Ты осквернил её! Тварь!       Ну, я отбросила придурка ледяным шипом. Не смертельно, сделала шип округлым, просто, чтобы не мешал думать. А затем меня с силой развернули, и я едва успела выставить руку под светящийся скверной кинжал Сайаад. Кинжал скользнул по перчатке, вот только во второй руке у нее второй ножик, тоже светится скверной. И направлен он мне в грудь. Ну-ну, ещё одна суккуба, я знаю, что с вами делать. Силовой молот уже развернут в боевой режим на правой, рука уткнулась в грудь демонессы. Я улыбнулась.       — Зандерфит.       Нижние конечности, рука с кинжалом и голова демонессы рухнули на землю, окрашивая дорожку ярко-салатовой кровью. И лишь через мгновение пришло понимание, что моими рефлексами безбожно воспользовались, слишком часто я встречалась с подобными тварями. И теперь я своими действиями привлекла всеобщее внимание. Что-то мне подсказывает, что это был нифига не демон, а иллюзия очередного дренея. И возможно даже не глюк… Я посмотрела вверх, так как начало стремительно темнеть. Небо покраснело, напоминая о дожде из инферналов…       — Ну вашу маму…       Над головой со свистом полетели огненные метеоры, оставляя за собой горящие шлейфы. На алом небе начали открываться порталы. Первые заряды орочьих катапульт ударили в башни города, с грохотом вышибая куски камня, осыпая улицу обломками. Из порталов понеслись зелёные метеоры — инферналы начали падать с небес прямо на город. Раздался крик:       — Орки в городе! Орки в городе! Защитите жителей! Уведите в укрытия!       И им вторили голоса:       — Убить тварей! — грохот и звон оружия раздались опасно близко, а в небе со свистом летят уже новые огненные шары.       Раздался воющий клич орочьего клана Песни Войны. Любопытно, будет ли это Громмаш? Выяснить оказалось некогда. Дренеи, смотревшие на меня с удивлением и ужасом, в ярости бросились в атаку. И самое поганое, что отвечать я могу… но это не самая разумная идея.       — Я ненавижу свою работу, — стена ледяных шипов на несколько секунд отрезала меня от дренеев.       Анализ аномалии? Почти готово. Кое-как я закрылась ещё одной ледяной стеной, если это и правда дренеи, из тех, что прибыли на платформах, убивать их лишний раз не стоит. Тем более, что судя по звукам, они и сами неплохо справляются. О магический щит разбились огненные шары. На карнизе сидит парочка мелких ярко алых демонов — бесы, швыряющиеся огненными шарами. Каждый получил по копью и упал вниз. Всё это не имеет смысла, это нереально.       — Дави, это же иллюзия, да? Скажи? — я обернулась.       Калира сидит на коленях… точнее сломленная Калира сидит, перебирает свои выпавшие волосы, куски кожи, щупает второй рукой лицо и явно сдерживается, чтобы не истерить. Перед ней кусок неизвестно откуда взявшегося разбитого стекла, позволяющего видеть своё отражение, словно в зеркале. В глазах дренейки плещется паника. Я максимально уверенно кивнула.       Перчатка в очередной раз щелкнула и низко загудела. Анализ завершён. Готова к выстрелу. Расслабившись, начала подавать в неё ману. Свет, кто бы сомневался. Это немного неприятно, но ничего, сойдет. Улыбнувшись дренейке, я возвестила, игнорируя несущихся в атаку воинов дренеев, таки преодолевших препятствие:       — Да. Юмо универсале!       Короткая вспышка Света ослепила нас, а затем стало темно. Ледяная стена никуда не делать, как и труп дренея. Но мы вернулись в реальный мир. Тёмные, мрачные металлические коридоры с необычно глубокими, уходящими в ничто тенями, словно порталы в Пустоту. И стало ещё темнее, ведь мои заграждения тоже отбрасывают тени и мешают свету.       В помещении добавилась масса следов магического боя. Погано. Зато дренейка снова стала собой, рассматривает свои руки и смеётся. Вот уж кому действительно весело, когда она схватила себя за волосы и радостно их подергала, ойкнув, но продолжая глупо улыбаться. И похоже данный факт волнует Калиру куда сильнее, чем лежащие тут же оторванные ноги. Похоже, придётся пробивать лед, чтобы добраться до двери с той стороны.       — Калира, ты как?       Дренейка, сидящая на полу и нервно хихикающая, вздрогнула, осмотрелась, нашла меня. Кажется, только заметила, более увлечённая своим состоянием. Но через секунду она снова широко улыбалась.       — Я… снова я. Я в порядке, Дави, — меня снесли и сдавили в объятиях — спасиииииибо! Я так боялась, что навсегда стану уродиной!       Да, да, да.       — Пожалуйста. А теперь опусти меня, я проход сделаю.       Словно бы разбавляя наше настроение, монотонный голос возвестил:       — Твой земной путь завершён, человек. Иди ко мне, эльф. Иди ко мне, вперед…       Но я только отмахнулась, сама знаю, что мой земной путь завершён. Как и бытие человеком. Так что придумай что-нибудь ещё. Модификация перчаток на перехват контроля помогла ещё на Хиджале. Здесь… Очистка разума не полная, но я понимаю это место куда лучше, чем по идее должна. Но сейчас это не важно. Сначала разобраться с хозяином этого заведения за ужасный сервис, потом уже практика.       Тем более, что лёд раскололи с той стороны и к нам направились дренеи во главе со Старшим.       — Как вы? Дави, Калира? — надо же, волнуется.       — Я в норме, Калира… немного перенервничала, иллюзия её напугала. Но тоже жива.       Пришлось потратить немного времени на то, чтобы успокоить дренейку. Успокаивать пришлось мне, разумеется, Старший занялся более актуальными вопросами — выяснял состояние отряда, раненых и убитых. И к тому времени как Калира, всё ещё держась за меня, поднялась с пола, вернулся с не самыми приятными новостями.       Что можно сказать: по итогам первой атаки мертва примерно четверть дренеев. Как быстро выяснилось, все видели что-то своё. То, что спровоцировало бы конкретного индивида на действия. Сначала действовать, бить, потом разбираться. И даже те, кто всё понял, увидев умирающих, не могли не вмешаться, пытались останавливать знакомых, но тем самым подставлялись под удары. Так что воины и жрецы рубили и жгли друг друга чем могли. И сейчас пытались понять, что с этим делать. И как принять тот факт, что именно они истребляли друг друга.       Я тихо выругалась — один этот инцидент неслабо так подкосил мораль отряда. А учитывая, кем является наш враг, это критично. Старший, получивший несколько переломов, но живой, морщился, хромая и заливая в себя алхимию. Не много, по два зелья на каждого, но она есть. Мы ещё даже не вступили в бой с врагом, а уже теряем и солдат, и алхимию. Кто-то из воинов озвучил общие мысли:       — Нужно вернуться. Если мы пострадали, они тоже могли. Нужно убедиться, помочь.       Старший был вынужден согласиться, и мы отступили назад, к платформе. Кто бы сомневался, у них тоже произошла драка. По тому же принципу — каждый видит что-то своё и просто бьёт ближнего своего на рефлексах. Вид новых погибших от рук других дренеев просадил мораль отряда ещё сильнее. Прежде чем мы куда-то пойдём, всем нужно собраться с мыслями, давая нашему врагу подготовиться к следующему удару.       Старший подлечился и принялся раздавать указания, пытаясь игнорировать тела и занять себя делами. Калира в шоке остановилась на краю площадки, глядя вдаль, просто не оборачиваясь на место боя. Я решила под ногами воинов не путаться и подошла к дренейке. Остановилась рядом, тоже глядя в зелёно-фиолетовую бурю энергий вдали. Нам бы сейчас совсем не помешал Калдор Драйго. Но чего нет, того нет.       — Ты как? — спокойно спросила у подруги, надеясь успокоить её.       Та вздрогнула. Похоже, ушла в себя. Попыталась улыбнуться, но получилось у неё плохо.       — О, Дави. Прости, задумалась. Я в порядке, — она вздохнула, — это же то, что случилось с… ними, да?       Я поняла, о чём речь.       — Думаю да. Экипаж, потом экспедиции. Сталкивали друг с другом, путали. Пока не осталось никого. Наш враг не хочет прямого боя, истребляя нападающих заранее.       И это меня беспокоит. На корабле должна быть куча народа, как минимум несколько сотен. А мы не нашли ни одного следа, ни одного трупа. Дренейка тихо произнесла:       — Поверить не могу, что подобное мог сделать Наару. Нам много рассказывали о них. Сущности Света, столь мудрые, вечные и прекрасные, что даже их присутствие дарит покой, умиротворение и частичку их безграничной мудрости. Разговор с ними — это урок по смирению и принятию Света, своего предназначения. А он сделал… это.       Я не стала ничего говорить, давая выговориться.       — А теперь это бесконечно мудрое существо убивает нас. Я просто не верю в то, что так может быть. Это немыслимо, — размышления дренейки прервали.       Сзади раздался шум. Из открытой двери корабля на собравшихся у припасов воинов дренеев обрушилась волна… существ. Не уверена, на что это больше похоже. На зергов, потоп ака флад, или же творения Лавкрафта. Искажённые гуманоидные фигуры, в которых узнаются дренеи, несколько орков и другие существа, которые мне не знакомы. Вот только в случайных местах их тел плоть пузырится, порастает фиолетовыми наростами с глазами и щупальцами, что мешает им нормально двигаться. Отчего твари бегут вразвалочку, переваливаясь с ноги на ногу. Существа несут в руках молоты, хромают, волочат конечности, но бегут вперёд.       А над ними — демоны наблюдатели. Летающий шар из плоти со щупальцами внизу и множеством глаз. Каждый глаз монстра стреляет разноцветными «лучами добра». Зелёными, фиолетовыми и красными. Дискотека, конечно, но судя по тому, как перекосило дренеев, в которых попали лучи, как минимум часть этих атак — проклятые.       Выпустила залп ледяных копий и заметила, что Калира отступила на шаг. Пришлось толкнуть её вперёд, чтобы не упала за борт, отчего она взвизгнула и меня снова с силой сжали. Мда уж, действительно боится. Нет, я не против обниматься, но сейчас немного не вовремя. Так что пользуясь тем, что она ко мне прижалась, тихо произнесла:       — Калира, ты мне веришь?       — Да. Ой, прости, я думала, что падаю, — прошептала дренейка, опускаясь на колени, чтобы поднять выпавший из рук посох.       Я вижу, что ей страшно, но она вполне адекватна. Это хорошо.       — Тогда прикройся стихийными щитами и помогай сбивать глаза. Верь мне.       Я развела руки, на которыми сформировались ледяные копья. Заточка: по длинной сосульке по всей её длине пробежала магическая печать, придавая копью новую форму и меняя структуру. Делая острее, плотнее, аккуратнее. Заточка. Заточка. Под конец это был идеальный кристалл голубого цвета, очень острый и крепкий. Каждый из них, всего восемь копий. Залп. Копья устремились к наблюдателям, прошивая и застревая в них. Демоны неплохо защищены от магии, но вот физический урон работает хорошо.       И мои ледяные копья, хоть и созданы магией — это именно физические объекты. Следом за моими, когда я почти подготовила второй залп, ударили и копья дренейки. Она вцепилась в посох как в спасательный круг, но своё дело делает, что хорошо. Демоны, насаженные на копья, попадали вниз, в толпу, где их затаптывают сами нападающие. Те из демонов, кто смог взлететь повыше, подставились под выстрелы дренейки или мой второй залп. Лишившись поддержки с воздуха, твари начали сдавать, часть из них развернулась и побежала обратно. Несколько получили ледяные копья, но некоторым удалось сбежать.       И да, ледяная стена на помогла, они просто проломили её, разбив лёд размашистыми ударами, словно он стеклянный. Раны твари решительно не замечают, погибая только от серьёзного разрушения структуры.       — Отлично, продолжаем.       Атака закончилась через несколько минут со смертью последних нападавших. Дренеи, пусть и с потерями, отбились. Правда нас тоже осталось всего около десятка, ещё несколько при смерти. А мы ещё даже не выдвинулись в глубины корабля. И да, нападавшие, как мы и думали, это бывший экипаж. Заражённые бездной эфириалы рассеялись, но вот безумные дренеи — нет.       — Нам нужно идти. Иначе мы так никуда и не дойдём, — высказали умную мысль, которую не пришлось озвучивать мне.       К сожалению для всех, хорошего решения тут просто нет. Останемся — и ещё пара таких волн сбросит нас за борт или сомнёт. Что будет впереди — не знает никто. Но оставаться и правда нельзя, нужно прорываться и надеяться, что мы успеем. Сидеть на ресурсах нет смысла, у нас просто нет для этого солдат. Это понимаю я, это понимает наш бравый лидер.       — Соблюдайте осторожность. Помните — то, что справа от вас идёт враг, может быть ложью, если два шага назад это был ваш союзник. Враг коварен, тьма будет путать вас, лгать вам. Но помните — с нами Свет! И Свет защитит нас! — проревел Старший, и выжившие ему ответили.       Калира протянула мне хвост, всё равно мы идём в тылу, воины пошли впереди, осматриваясь и ища врага. И мы снова двинулись во тьму корабля. Снова начало давить чувство чужого взгляда, а тени — поглощать свет, погружая корабль во мрак. Мы молчим, я держу на руке активную перчатку, чтобы повторить разрушение заклинания или, если прижмёт, удар зандерфитом. Единственный звук, что мы слышим — звуки наших шагов.       Кристаллы, ранее светящиеся в стенах, померкли и поглощают любой свет, отчего там где они есть, приходится двигаться буквально на ощупь. И даже приближаться к ним не хочется. Лампы, терминалы, ранее освещавшие помещения, сейчас всё ещё выполняют свою функцию, но не освещают, а наоборот, вокруг них свет словно темнее, а тьма гуще. И да, магическое зрение скорее мешает, плотность ядовитой маны делает его почти бесполезным.       Мы прошли несколько помещений, встретили ещё две группы тварей, но достаточно небольшие.       — Затишье перед бурей?       Старший, пробирающийся через строй, покосился неодобрительно.       — Не шуми.       Я пожала плечами. Нас заметили и ведут, какая разница. Но мне несложно, если тебе так спокойнее. Вот только я вижу, насколько всех нервирует эта аномальная, давящая тишина. Так что Старшему приходится раз за разом затыкать подчинённых. Вот только это не сделало никого спокойнее.       Коридоры очень тёмные и кажутся бесконечными. Корабль снаружи довольно велик, это правда. Но внутри он ощущается гораздо, гораздо больше. Мы плутали, петляли, искали пути. Пару раз пришлось возвращаться из, как оказалось, тупика. И всё это время тьма только давила, заставляя отряд дергаться на шепотки, шорохи, движение, которого не происходит. С нами только играют, расшатывают нервы.       Найденные терминалы не позволили понять ничего особенно интересного. Часть из них разбита, часть не работает. Но сделать с них ничего важного нельзя, только общий статус. Один раз нашли кучу текста, кажется дневник, но никто просто не знает языка. И снова — тьма коридоров и шепотки. Да, я развеяла самые крупные аномалии, но более мелкие слишком аккуратны, чтобы тратить на них ресурсы. Особенно когда не очень понятно, это иллюзия или нервы.       Так что, когда сразу два дренея с криком провалились сквозь пол, все вздрогнули, ощетинившись оружием. Старший крикнул:       — Стоять! Проверить, это иллюзия?       Проверить не успели. Мир сместился, нас снова заволокло туманом, пространство начало искажаться, изменяться. Я оглянулась, пытаясь не орать, рассматривая знакомые панельки. Настоящие, мать их, панельные девятиэтажки, настоящего, чтоб его, города. Немедленно щелкнула пальцами, запуская анализ, но вся эта ситуация слишком ударила по ностальгии, мешая сосредоточиться и рассеять её.       — Где мы? — пораженно спросила дренейка, — я никогда не видела подобного. Это что, дома? И во всех них живут разумные?       Она держалась рядом и похоже её не «унесло» далеко от меня. Я вздохнула, пытаясь успокоиться. Всё же вид длинной улицы и множества домов… я скучала. Или же мне хотят внушить, что я скучала. Хотя нет. Скучала.       — Дома. В прошлой жизни, — заметив удивление в глазах, пояснила, — я почти умерла, и в процессе видела вещи. Прошлое, будущее. Прошлую жизнь. Опыт разовый, но… в прошлом я здесь жила. Эта иллюзия — из моей памяти.       Ностальгию в голосе скрыть не удалось, да и не очень-то хотелось. Осень, отчего небо затянуто серыми тучами, а мир словно попал под серый светофильтр. Но не совсем. Свет окон, тёплый, желтый, витрины, фонари, придают этому месту живости. Люди, хотя их одежда чаще или просто светлых цветов, что теряется на фоне, или тёмных. А вот сумки, пакеты, рюкзаки часто цветные. Момент расслабления прерван пониманием:       — Калира, держись рядом. Что-то мне подсказывает, что сюрпризы только начинаются. Боюсь, мы скоро узнаем, как именно нас спровоцируют устроить бойню между собой.       Дренейка кивнула, всё еще активно и с любопытством вертя головой. О том, что это именно глюк говорит пофигистичная реакция прохожих на обладательницу шикарных рогов и хвоста с копытами. Ну то есть прохожим радикально плевать на данный занимательный факт, на нас обращают не больше внимания, чем на кого-то ещё. Серьёзно, никто даже не попытался перекреститься или перекрестить нас.       Калира попросила:       — Хорошо. Расскажи, как оно было… здесь? Это место такое непохожее на Дренор.       С удовольствием. Кем бы ни был наш враг, по струнам души этот паразит проезжается с огромным удовольствием. Если дренейка и сомневалась, то через пару абзацев я уже просто не могла остановиться. Ностальгия долбит. Да, прошло семь лет, но память текущего тела с задачей запомнить всё справляется более чем хорошо. Я помню. Я помню этот город, помню этих людей, прохожие… не всех, но многих я узнаю. Пластиковые пакеты из магазинов, знакомые названия на рекламном щите, остановка, к которой подъезжает троллейбус 137. Я помню.       И мне страшно думать, что случится, когда сучность решит, что нас достаточно прогрели. А ведь это случится. Такие вещи просто шутки ради не показывают.       — Что это будет? Вторжение орков? Нежить? Демоны?       Дренейка подошла и не говоря ни слова обняла. Это немного помогло, стало полегче. Я выдохнула.       — Спасибо. Меня всё это нервирует.       Подруга улыбнулась, улыбкой «Гарольда, скрывающего боль». Люди, проходящие мимо, улыбались, словно видели что-то забавное. Не знаю, как они видят нас. Мать и дочь? Возможно, при нашей разнице в росте. Дренейка, оглядывая этот серый мир, прошептала:       — Как и меня, Дави. Там был мой дом.       Вдалеке раздался глухой хлопок и мы схватились за оружие, приготовившись к бою. Но это были не нежить, не орки и не демоны. Волна белой энергии с тихим гулом пронеслась над нами. Небо побелело, в нём открылось что-то вроде яркой, светлой воронки со звуком тихого, завывающего ветерка. Яркий свет осветил всё, перекрывая живое свечение окон и серость туч, наполняя мир белизной Очищения. Словно смывая всё, что неправильно. Всё, что недостаточно близко к Свету.       Люди падали, хватаясь за грудь, обнимая себя, плакали. Падали на колени, на землю, хрипели и стонали. Некоторые кричали, что горят изнутри. Их кожа начала сереть, осыпаться пеплом.       — Что за фигня? — я серьезно пытаюсь понять, что за ересь тут творится.       Мы ничего такого смертельного не ощущаем, что я, что дренейка. Более того, она сообщила упавшим голосом:       — Свет. Я чувствую его, — она зажгла в руке небольшой шарик, — он снова отвечает. Это Свет. Он шепчет о том, что Свет пришел, чтобы подарить этому миру порядок и покой. Я чувствую. Это Свет Очищения. Я слышу это, слышу, как все грехи будут смыты, Свет подарит им мир и покой. Что тьма будет выжжена из душ, чтобы все они могли принять Свет.       Она склонилась над хрипящем и пытающемся разодрать себе грудь мужчиной. И похоже попыталась помочь ему лечением лёгких ран.       — Свет исцелит тебя.       Но вместо лечения, мужчина заорал, захрипел и замер. Его тело обуглилось изнутри, обратившись в угольно-серую статую, замершую в позе, в которой его застало исцеление. Мы же ещё несколько секунд смотрели на труп, слушая стоны и скулёж в очень ярком, светлом мире, где всё стало очень белым, словно серый светофильтр сменили на белый. А затем из тела медленно выплыл белый призрак, замерший в той же позе, что и человек, постепенно взлетая всё выше. Ладно, такого я не ожидала.       — Я знаю, о чём ты думаешь, Калира. О том, что эти люди…       — Иллюзия, — напомнила дренейка неожиданно спокойно и даже зло, — мне показали, как умирает мой дом. Сейчас просто твоя очередь. Я не дура, если ты хотела сказать именно это. И я тебе верю.       Ну… да. Я хотела сказать именно это.       — Спасибо.       Та улыбнулась ободряюще, не скрывая гнев.       — Идём. Нужно найти остальных и рассеять ловушку. Я не знаю, было ли оно Наару, но сейчас он только действует нам на нервы.       Разумно. Вся эта ситуация меня бесит. Что удивительно, сам по себе город не изменился. Ну то есть да, всё очень светлое и яркое. Люди лежат по улицам, тихо хрипят, вздрагивают от боли, словно горят. Их кожа посерела. Но в остальном — никаких разрушений, ничего. Даже электричество горит. А ещё над телами словно парят белые призраки, силуэты людей. И они очень светлые, яркие, они словно спят. Словно это свечение очистило их души, оставив лишь Свет и ничего более. Мерзость.       Но далеко пройти нам не дали вышедшая из-за угла здания группа орков. Настоящие, или… орки тоже замерли. Настоящие, я думаю. Калира дёрнулась, всё же боится она их. Я показала висящие над плечами ледяные копья.       — Настоящие? — спросил крупный коричневый орк в коже на ломаном дренейском.       Я кивнула.       — Настоящие. Дерёмся или как? Или пытаемся свалить из этого места?       Орк рассмеялся.       — Драться с тобой? Мягкотелый бесчестный слабак. Много смысла, — кажется, он умеет в сарказм.       Калира набралась смелости и попыталась влезть в разговор.       — Вы же понимаете, что мы находимся в иллюзии? Что если вы умрете, вас поглотит существо Бездны?       Орк снова хмыкнул, глядя на дренейку с насмешкой. Та попыталась за мной спрятаться. Учитывая разницу в росте, попытка изначально бесплодная.       — И ты знаешь, как отсюда выйти? — спросил дикарь.       Калира указала на меня.       — Она знает.       Орки задумались. Неужели нам попались разумные орки и мы обойдемся БЕЗ лишнего мордобоя и трупов? А потом с небес посыпали лучи добра. Белые ослепительно яркие лучи, диаметром метров десять ударили из колоссальной воронки в небе и двинулись в нашу сторону. Орки занервничали, начали разбегаться, стремясь уйти из-под удара. Прямо в появившийся рядом с ними пролом. Несколько орков упали, оступившись, остальные, глядя на приближающийся луч, начали прыгать. Но не все, некоторые вступили в бой с выскочившими из потоков Света паладинами, пока не были поглощены вспышкой. И от них остались только горки пепла.       В небе из воронки с гулом вылетели многочисленные округлые летательные аппараты, из некоторых прямо на ходу падают окутанные Светом, который я ощущаю на себе, паладины с двуручными мечами и молотами, с горящими Светом глазами в ослепительно белой броне. А в небе застыл действительно гигантский Наару.       — Я Зера, Мать света.. — неожиданно неспешным, почти ласковым голосом произнесло существо, — вы понесли множество страданий. И теперь Армия Света здесь, чтобы помочь вам. Чтобы принести покой. Не бойтесь, Свет защитит вас. Свет исцелит вас. И принесёт покой.       Дренейка зло выругалась и прикрыла нас обоих щитом, когда луч с небес достиг нас.       — Я ничего не чувствую, — скучающе заметила дренейка, — это… нет, это не Свет, я ошиблась, Дави. Только ложь. И даже не луч, просто иллюзия, обманка для глупцов.       Я кивнула.       — Ещё одна атака нашего врага, который не добился успеха, — ну, возможно дело ещё и в том, что я слышу в разуме стук протоколов «контактной пары», подменяющей настоящие чувства магическими аналогами. Тем самым ограничивая действие иллюзии. Всё же — это была хорошая модификация.       Когда Свет исчез, мир вокруг в очередной раз изменился, теперь на незнакомый мне лес. Тёмный, с высокими ветвистыми лиственными деревьями, чьи кроны накрыли нас неестественным мраком. Знакомым мраком, который мы видели в корабле.       — И где мы? — устало уточнила дренейка.       Ответ пришёл низким, клокочущим голосом араккоа.       — Пики аракка. Дом. Леса тьмы, дом детей Анзу.       Значит, место жизни низших араккоа? Мрачновато. Но в этот раз нам не дали даже осмотреться.       — В бой! — среди ветвей показались орочьи морды с алыми глазами. Так, хватит. Света накопилось достаточно, этот бред нужно заканчивать.       — Юмо универсале! — и щёлкнула пальцами.       Мы вернулись в тёмные коридоры корабля Наару. Стало не сильно светлее, неестественный мрак никуда не делся. Как и враг, правда вместо них на нас с оружием наперевес несутся искажённые тела орков и дренеев. Снова бывший экипаж пришел по наши души.       Я жестом установила ледяную стену, ограничивая и замедляя врагов. Зарикк открыл парочку «чёрных дыр» которые начали хаотично колебаться, втягивая и сминая лезущих по наши души абоминации. Калира начала швыряться огненными шарами. А когда не помогло — ледяными копьями, замораживая и замедляя врага.       Всё это молча и в полумраке тоннелей. Говорить не о чем. Эта вечеринка нас всех утомила.       Убедившись, что враг замедлен, начала формировать и швыряться ледяными глыбами третьего уровня модификации. Это сосулька, внутри которой запечатано заклинание «ледяного цветка» — фрост нова. Крайне удобная и мощная гадость, требующая времени на подготовку. Помнится тот лич, Смертолёд, бросался такими, второго уровня усиления.       Третий уровень, чернокнижный, позволяет за счёт жизненной силы жертвы открывать новую фрост нову прямо в жертве, а потом ещё и ещё. Поистине чудовищное оружие против толпы. Созданная заклинанием цепная реакция может перемолоть разумных десятками, если у них нет нормальной защиты от магии льда и физического урона.       Одна беда — создание такой формации требует времени, которое редко когда есть. Как и все комбинированные заклинания, отчего в реальном бою они довольно редко применяются. Я читала учебники, это так называемые «ритуальные» формации. В дуэли или бою «один против толпы» тебе просто не дадут десять или больше секунд на подготовку конструкта. Если враги не идиоты, конечно.       Основная область применения таких заклинаний — групповой бой. Когда маги собираются в команду, где часть занимается защитой, часть перемещает вас массовыми телепортациями, а остальные как раз и создают подобные особенно сильные, долгие, осадные формации. Я в подобном не участвовала, так что до этого не получалось скастовать подобного.       В этот раз — такая возможность есть, мы неплохо замедлили врага. Плюс всё происходит в узких коридорах корабля, перегороженных сферами тьмы и ледяными шипами. А значит, можно и сделать что-нибудь помощнее.       — Ледяная глыба — поле алых цветов!       Снаряд сорвался вперед, снеся залезшую на ледяной шип абоминацию, сбросив её в толпу других таких же. И взорвался, обдав врага ледяной шрапнелью, множеством очень острых сосулек. Затем под местом, где взорвалась глыба, с хрустом раскрылся ледяной цветок, окрашиваясь кровью и ихором, а на его шипах появились магические круги, напитываемые смертью жертв. С оглушительным скрежетом вокруг ударили всё новые и новые разрастающиеся ледяные кристаллы, разрывающие монстров и занимающие, разрушающие помещение.       — Упс…        Я на голых рефлексах поставила барьер в который упёрлась пара десятков шипов и кристаллов. Всё это с пронзительным скрежетом металла и хрустом сминающих друг друга шипов, разрывающих всё новых и новых врагов. Ледяное поле алых цветов, действительно. А затем всё закончилось и наступила тишина.       — Недурно, — скрипуче рассмеялся араккоа, — Дух зима. Холодный, жестокий и мёртвый.       А вот дренейка громко всхлипнула, пораженно глядя вниз, под ноги. Опустив взгляд, я на всякий случай попыталась рассеять магию и потыкать пальцем. Но нет, это и правда застывшая в выражении крайнего ужаса верхняя треть Старшего. Похоже вместо глобальной иллюзии тварь скрыла, что часть абоминаций сражается с дренеями и орками. А мы упокоили всех вообще.       — Дьявол… это всё-таки произошло. Видят боги, я не хотела, — я не то, чтобы скорблю, просто устала от всего этого.       То то Зарикк довольно щёлкает клювом, рассматривая обрывки двух орков. А ещё нам придётся или прорубаться «зандерфитами», или искать другой путь через ледяное поле. Оба варианта мне не нравится. Примерно так же, как и то, что тут произошло.       — Дави? — тихо спросила дренейка, рассматривая мертвого Старшего, — ты обещала, что мы выберемся.       Я поморщилась, обозревая фронт работ.       — Обещала. Мы выберемся.       — Хорошо, — вздохнула подруга, — позаботься о нас. Больше никого не осталось.       Араккоа скрипуче рассмеялся.       — Тьма видит. Тьма слышит. Тьма знает.       Я пожала плечами. От своих слов не отказываюсь. Да, вышло нехорошо, но не скажу, что этот дреней мне особенно нравился. Да, он был полезен, но я не думаю, что мне так уж интересно его покровительство. Мне его просто не жаль. Пусть я и не скажу этого Калире.       — Как минимум теперь друзей на этом корабле нет. Только мы трое. Бьем на поражение всё, что не мы. Мы потеряли здесь слишком многих, и отступать просто некуда.       Араккоа кивнул, дренейка попыталась выдавить из себя улыбку.       — Веди нас, младшая.       Решила проигнорировать шутку, лишь слегка улыбнувшись. Мы двинулись вперёд, изучая терминалы на тему куда нам вообще. Мне немного удалось поднять настроение думая о том, как я тут все переделаю. Этот корабль очевидно потребует массу изменений, если он хочет соответствовать моим стандартам.       Вокруг стало ещё мрачнее. Словно не просто свет, а цвета закончились, остались только оттенки серого, фиолетового и чёрного. Я бы хотела осмотреться тут получше, но вокруг видны только силуэты и то не очень чётко. А если фокусируешься, картинка начинает плыть, отчего понять что вокруг происходит стало ещё сложнее. И словно бы в темноте появляются глаза. Зрачки всех форм и размеров, они смотрят. А за глазами — шёпот. Непонятные фразы, смешки, комментарии, насмешки, крики, возмущения, удивление. Но стоит отвести глаза — и всё это пропадает.       Конечно, о нас не забыли. Группы монстров, демоны-подушки, галлюцинации убитых дренеев. Бесконечные тоннели и лабиринты корабля. И тихий перезвон с редкими напоминаниями:       — Твоя цель здесь. Иди ко мне. Прямо здесь, прямо сейчас… всё закончится.       Идём, идём, не шуми. Скрежещущий смех, шепотки, ещё и это. Наконец, у очередного терминала Калира сообщила:       — Похоже, здесь. Зал с Наару должен быть вон за той дверью, — и указала на большие двустворчатые двери, занимающие половину стены.       Это хорошо. Я начала уставать. И злиться. Даже появилось желание просто пробить нам вход, если бы я знала, куда именно следует его пробивать. Но раз наш оппонент понял, что водить нас кругами нет смысла.       — Идём. Поприветствуем хозяина дома.