99. Пиноккио.

      Леонарда.       Над городом-государством Терамор разверзлись грозовые тучи. Подобные тропические ливни, когда сезон, здесь не редкость. Побережью достался и тропический климат, и приходящие с моря шторма, и такие вот ливни. Стена воды с грохотом обрушивается на крыши домов, на гидропонные фермы, заливает прохожих и убивает видимость в ноль.       Большинство людей в такую погоду сидят по домам и только стража, спрятавшись под навесами, вынуждена стоять на посту. Вода на улицах стоит до уровня голени, столь плотный ливень испытание даже для городской канализации, при том, что выкопана она с запасом. Собственно, даже выкопанные хостом тоннели не могут полностью избежать подтопления, так что в некоторых переходах пришлось укреплять их и достраивать систему труб, чтобы убрать эту вездесущую воду.       В такие дни жизнь в городе замирает, всё равно делать ничего невозможно. Даже в городе, где есть нормальная канализация. Что говорить о деревнях, где с этим ещё хуже. Беженцам из Восточных королевств пришлось привыкать ко многому. И изменившийся климат, а вместе с ним и ритм жизни — одна из таких вещей.       По пустой улице города идёт одинокая фигура. Замотанная в черно-фиолетовый плащ с узором, который не видно из-за крайней однотонности всей фигуры. Чёрный плащ, чёрные руки, лицо, глаза, обувь. Словно отлитая из шоколада, фигура продолжает идти. Она знает, что в такую погоду никто не обратит на неё внимание. И всё же, пусть цвета и неправильные, образ воссоздан точно.       Окантовка плаща должна была быть золотой, плащ — синим, но увы, подобного ей не достичь. На руках бинты, но они тоже слишком сливаются с остальной фигурой, отчего не видны для стороннего наблюдателя. И вытянутая маска-клюв, как у чумного доктора, но белая, с синими линзами. У идущей она, как и всё остальное, чёрная.       Леонарда шла под дождём, мысленно дорисовывая недостающие элементы образа. Стучащие по капюшону и маске капли, попадающая на пальцы влага, от которой бинты намокают. Или не намокают, если ленты сделаны из чего-то водоотталкивающего. Некоторая осторожность шагов, чтобы загребаемая сапогами вода не заливалась в обувь, правда полы плаща напитались водой, что комфорта не добавляет.       Не то, чтобы это было проблемой, она могла бы выглядеть как угодно, ничего бы не изменилось. То, что выглядит как одежда, является такой же частью оболочки, как и всё остальное. Энергия Бездны, ограниченная чем-то вроде плёнки, которая и придаёт фигуре форму и жесткость. В данный момент — скользкая, чтобы вода стекала, не задерживаясь. И все «неудобства» в буквальном смысле — лишь её собственные мысли. И всё же Леонарда даже не думала убрать их, так как это придаёт происходящему реалистичности.       Отдельный плюс прогулок в ливень — полное отсутствие свидетелей. Хорошо хосту, она хоть выглядит как разумный, пусть и странный. Свечение глаз для эльфов — явление естественное. Ну а цвет кожи… бывает всякое. Всё равно Давилиния почти всегда носит закрытую одежду и «контактную пару», а к странному цвету лица и так все привыкли.       Для самой клона это проблема. Цвет кожи можно скрыть за глухой одеждой, хоть той же мантией культиста-лунатика. Но вот пустые глаза и полное отсутствие белков уже стали причиной двух попыток жрецов её рассеять. Это не больно, боли она испытывать не может, но неприятно, словно анестезия, потеря чувствительности части себя. Пришлось даже таскать с собой линзы, ещё и зачарованные на свечение, чтобы отстали. И даже так без эксцессов не обходится, её бездновая оболочка обжигает любого пользователя Света, который её коснётся.       Хорошо, что стараниями хоста желающих сделать нечто подобное немного. Сарваер известна в городе своей эксцентричностью, а благодаря титулу и силе, идиотов, которые к ней полезут, более не водится. Сословное общество может быть крайне раздражающим, когда ты находишься внизу, но и даёт множество возможностей тем, кто сверху.       «Что позволено Юпитеру, то не позволено быку». Двусмысленность этой фразы рубанула по восприятию клона, так как она, будучи тенью Юпитера, ощущала себя именно быком. Правда не в том смысле, в котором можно было бы подумать.       Проходя мимо пекарни, Леонарда по памяти воспроизвела ощущение поедания свежих пирожных. Хорошо, что хост обладает настолько хорошей памятью. Заморачиваться с покупкой нет смысла: языка нет, желудка тоже. Разве что мана-кристаллы грызть, как несмертные делают, но хочется разнообразия. Смерив взглядом воображаемое пирожное, Лео недовольно бросила:       — Нет, не так. Неправильно.       Добавила ощущение мокрых пальцев, бинтов, пропитанных влагой, с которых капает вода, из-за которых есть пирожное немного неудобно. Начавший терять форму из-за ударов тяжелых капель крем, попадающие на лицо и в рот брызги, мешающие зрению. Холод… нет, хост после принятия бездны не мёрзнет от слова вообще.       — Вот так правильно.       Проигнорировать раздражение не вышло. Не потому, что ей не нравятся пирожные, она никогда их полноценно не ела, дело не в этом. Хост, хост, хост. Одна из проблем её нынешнего существования — неполноценность. Леонарда вытянула руку, и разум легко подсказал правильное ощущение намокающих бинтов и стекающей по пальцам холодной воды. А затем, всего одна мысль — и всё исчезло. Даже капли начали просто соскальзывать, не даря вообще ничего. Подделка. Качественная, но подделка.       Чужое. Всё — чужое. Грубая подделка, кукла. Вот что она такое. И ближайшее время так и останется всего лишь неполноценной куклой.       Эксперименты с трансмутацией бездновой оболочки во что-то поинтереснее требуют времени и сил, но она не намерена их останавливать. Кукла хочет стать настоящим мальчиком, ну или девочкой, как получится. Иронично, что на Азероте проблема Пиноккио решается Древними Богами и их проклятием плоти, превратившим машины титанов в нечто органическое. Но вверять свой разум этим «повелителям» нет ни малейшего желания, тут хост совершенно права. Нужно справиться своими силами.       В теории, пользователю бездны доступно воссоздание «проклятия». Древние боги — существа из плоти и крови, пусть и крайне специфических… И расы инсектоидов они создали буквально из собственной плоти. Правда там всё настолько извращено, что непонятно, применим ли этот метод для неё. Но отбрасывать не стоит.       — На будущее: собрать образцы инсектоидов. Нерубов, живых, это важно. Силитидов, киражей, богомолов. Идеалов, рядовых, всех. Пригодится.       Идея, использую Свет, Бездну и Природу, извратить себе что-нибудь эдакое, кажется весьма заманчивой. Основная сложность — «эдакое» должно быть устойчиво к энергиям Бездны, чтобы тело не мутировало и не разрушилось само собой. Оно даже может быть не гуманоидным, лишь бы подходило под требования: оно должно чувствовать и выдерживать работу с Бездной. И не иметь полноценной личности, чтобы Леонарда могла им пользоваться, а не бороться против собственного организма.       Или альтернативный вариант — сменить стихию ядра. Проблема известна — при смене полярности «Бездна-Свет» происходит необратимое искажение психики. И проверять, как много от неё останется после подобного не хочется.       Без стабильного и повторяемого результата все эти рассуждения — всего лишь фикция, как и многие другие вещи, проходящие через её ядро. Разум подсказал, что от злости можно, например, пнуть воду. Но она не стала этого делать — какая разница, всё равно ничего не почувствует, только сильнее разозлит.       Подумав, она всё-таки сбросила капюшон и убрала маску, преобразовав их в себя, отчего вода немедленно начала заливаться за шиворот. Лично для Леонарды от этого действия не изменилось ничего, плащ и ранее был частью её, а у оболочки и без того нулевая чувствительность. Ещё секунда, чтобы «волосы» начали реагировать на происходящее «по физону». Всё это — продолжая двигаться под совершенно не мешающей стеной воды, именуемой ливнем.       Сложно сказать, зачем она это сделала, знала же, что не будет никакой разницы. Вернув капюшон на место, чтобы не эпатировать публику, она… снова убрала его. В этот раз потому, что придумала занятную шутку. Вероятно, в точке назначения её облик оценят. А пока Леонарда сфокусировалась на более интересных вещах.       «К Звёздам и Безднам» завис над озером перед какой-то там крепостью на острове. У неё есть название, Леонарда бы даже могла его вспомнить, но кому не наплевать? Мы находимся на территории королевства Лордерон, выполняем союзнические обязательства, на которые хост, пусть и косвенно, несколько раз забивала. И чтобы король Артас в очередной раз не уверился, что лидер «Стального солнца» плевать хотела на собственное слово, приходится отрабатывать.       Главное иное. Первое — эта крепость превращена в базу нежити, с которой горгульи устраивают налёты на наступающие на бывшую столицу королевства войска. Нормальному штурму данного укрепления мешает озёрное местоположение, постройка кораблей заняла бы массу времени и привела бы к высоким потерям. Крепость для того и проектировали, чтобы отгонять корабли, пришедшие со стороны Альтерака.       Но зачем переусложнять ситуацию, когда можно этого не делать? Подавить артиллерию с воздуха, горгульи, насылаемые местными, быстро узнали, что такое пулемёты и картечь, в своей летающей форме урон они держат плохо. И пусть себе десант высаживается. Дальнейшее — уже их работа, данный отряд для того и наняли.       Ну а вторая причина — этот остров хорошая точка триангуляции. Нежить превратила столицу Лордерона в укрепрайон, прикрытый со всех сторон дополнительными базами. Наземный штурм ждёт масса занимательных открытий. Артиллерия, вторичные базы, которые неудобно штурмовать, но с которых можно наносить удары с помощью гаубиц, дворфам они известны. Островок, с которого стартуют просто волны горгулий, поливающие своей магией войска короля. Окопы, много окопов.        А по поверхности по мере приближения к городу начинает лезть нежить, а с некрополей льётся крайне токсичная жижа, разлагающая плоть, превращая живых в агрессивную слизь. Нежити на токсины плевать, но вот живые быстро начинают болеть и чахнуть.       А ведь есть ещё Наксрамас — цитадель архилича Кел’Тузада. По сути полный аналог её корабля, с поправкой на то, что не может выходить в космос. Но в остальном — источник огромных проблем. Магический кристалл-катализатор, висящий под днищем. Четыре крыла — крыло рыцарей смерти, токсинов, арахнидов и призраков. Одна эта летающая посудина способна устроить совершенно чумовую вечеринку. Да и сам владелец данной цитадели явно не будет стоять и смотреть, как разносят его войска.       А это значит, если король Артас не хочет потерять армию, а он не хочет, требуется расчистить как минимум небо. С некрополями решили не переусложнять и применить тот же метод, что использовался в Луносвете — орбитальный удар разогнанной до неприличных скоростей болванки. Три точки триангуляции, четыре ракеты, я всё это уже делала.       Леонарда мысленно поморщилась — это делала хост, не она. Пусть и может воспроизвести произошедшее так, словно это сделала она сама. В любом случае, методика известна, как и слабая точка всех этих некрополей — кристалл в центре. Сломать его и они попадают вниз. Наксрамас не сможет колдовать, да и нежить окажется замурована в обломках, не будет мешать. А с архиличем разберётся король Артас. Он явно будет «рад» встретить старого знакомого. Давилиния, в этом нет сомнений, уже снабдила короля информацией, что такое лич и как правильно это убивать.       Но это будет потом. Сначала нужно разобраться с этими самыми вторичными базами, чтобы исключить удар с флангов, тыла или с воздуха. А чтобы не тратить силы на полноценную осаду, были собраны группы наёмников, профессиональных магов, воинов и прочих, в задачи которых и входит пробиться внутрь и всё-таки зачистить. А задача Леонарды — помочь им в этом.       Впрочем, сейчас на стороне атакующих играет крайне плохое состояние форта. Вероятно, когда-то он был пограничным, прикрывающим столицу от агрессивного соседа. Но сейчас Синдикат, оставшийся после королевства Альтерак, не может похвастаться ни торговым, ни военным флотом. Так что стены давно уже не обновлялись, а стараниями Плети стало ещё хуже. Может, Мурадин бы что-то и укрепил, но доставлять на остров камень долго, так что сделано этого не было. В данный момент это слабая точка обороны и мы этим воспользовались.       Леонарда потянулась, приводя в движение механизмы корабельных орудий. Кинетических. Горгульи вне каменной формы не имеют брони, а шрапнельный урон ловят даже хуже, чем другие варианты.       Ещё ироничнее то, что и каменные стены страдают от того же.       — Залп.       Турели вздрогнули, выплёвывая снаряды, после чего те вонзились в стену и две башни, поднимая столб пыли, разбрасывая куски камня, кости и металла. После атаки одна из башен начала оседать внутрь, вторая покосилась. Ещё одно такое попадание и она рухнет. Приемлемо.       Камень отлично крошится, когда в него попадают более плотные снаряды, и высокоскоростные болванки превращают крепостные стены в гору щебня. Используй они технологию бастионного форта — процесс мог бы затянуться. А так…       Чем крупнее камни, тем эффективнее будет обстрел. Каждое попадание разрушает один или несколько блоков, стена теряет стабильность. Ну а дальше — дело техники. Нужно просто попасть ещё пару раз.       — Залп.       Осыпалась и вторая башня, один из сегментов стены начал заметно трескаться. Ещё несколько таких ударов и стена аккуратно сложится вместе со всей обороной. Это позволит десанту спокойно высадиться на берег и начать зачистку. Леонарда кивнула сама себе, оценив состояние защиты корабля — она в норме. Это неудивительно — горгульи и не предназначены, чтобы прогрызать броню кораблей или некрополей. Их максимум — слабобронированные башни или надстройки. Это всё ещё проблема — отряд пехоты они скосят очень быстро. Но «К Звёздам и Безднам» для них недосягаем.       Будь у них ледяные змеи, некродраконы, было бы интереснее. Но здесь таких нет.       Големы-блинчики, правда, от горгулий терпят. Но их много, можем позволить себе потерять несколько десятков. Это буквально их предназначение — быть расходным спамом.       — Залп.       Обрушилась ещё часть стены, а Леонарда потянулась к тени в лагере короля Артаса, чтобы порадовать начальство. Ну или Силаниру, выполняющую роль связной. Всё же эти адепты Света несколько нервные.       Несмертная тоже носится, как ужаленная. Это вообще свойство всех подчинённых Давилинии — их мало. А мест, где нужно успеть много. Леонарда бы им посочувствовала, но… нет. Для дела стараются. Так что она нашла Силаниру и сообщила:       — Высадка десанта начнётся через несколько минут. Внешнюю стену форта я обрушила, так что с артиллерией проблем не будет. Горгулий — отгоняем. Пока всё идёт по плану.       Несмертная кивнула и ушла в сторону штабной палатки, Лео же вернула своё внимание в Терамор. Хотя вернула… громкое заявление. Просто идущая с этого направления информация признана куда более интересной. Это как стол с папками, на который постоянно кладут всё новые документы. Их кладут в разные стопки, в зависимости от источника информации. Ты можешь выбрать, что читать и в каком порядке, одну или несколько, насколько хватит внимания. Изучая «краткое содержание» или вовсе, по названиям. Но все остальные документы никуда не денутся.       Процесс это совершенно необходимый, так как на «К звёздам и безднам» постоянно обитает толпа народу разной степени лояльности. И слушать их всех — с ума сойти можно. А ещё големы, турели, несколько теневых тел. И ни одно из них не даст желаемого… Потому, что это не та информация, которую она бы хотела получить. Но та, что необходима.       В городе под дождём она наконец достигла нужного здания. Её, разумеется, заметили ещё на подходе. В одном из домов открылась дверь, наружу выглянула Венидан, фыркнула, когда вода брызнула на неё. Эльфийка отпрянула, затем выглянула уже аккуратнее и крикнула, пытаясь переорать ливень:       — Знаешь, на тебя даже смотреть мокро. Заходи давай, нас ждут.       Ответ не требовал много усилий, поиск ассоциаций с её памятью — задача простая. То, что вода с её оболочки соскальзывает, Лео проигнорировала. Комментарий эльфийки не об этом.       — Не вижу проблемы в том, что от меня текут девушки.       Венидан рассмеялась, а Леонарда отметила ответ как хороший. Эта эльфийка всегда хорошо относилась к хосту, пусть она и специфична. Зайдя под навес, она подпрыгнула, наблюдая, как вода просто опадает с её оболочки. Вот так, словно и не было никакого ливня.       В любом случае, ответила Венидан иное, логический парадокс:       — А ты знала, что течь и сохнуть по кому-то — одно и тоже?       Любопытно, она понимает, что плащ в данном случае — часть тела? Леонарда специально сделала один из сегментов плаща более жестким, чтобы на нём осталась капля. И когда вошла под навес, плащ стал идеально сухим, кроме этого самого места. Каплю Леонарда демонстративно сбросила щелчком.       — Скажи честно, ты сунулась под дождь чтобы скрыть, что я тебе нравилюсь, хм?       Эльфийка фыркнула:       — Некоторые может и текут, а другие — горят. Я бы предпочла, чтобы вас познакомила Дави. Ей было бы проще объяснить, что ты такое.       Да, так было бы проще. С хостом можно было бы обменяться памятью, возможно, найти что-то новое, интересное. И в присутствии Дави до драки со злыми воргенами бы точно не дошло. Увы, сейчас мы слишком заняты, чтобы согласовать встречу здесь и сейчас, хост не умеет быть в нескольких местах одновременно. Пока Давилиния занимается налаживанием отношений с гномами, а если повезёт и дворфами, Леонарда — военными вопросами в северном Лордероне.       Ну и немного в Штормграде, о их гильдии убийц мы не забыли, да. Попасть в город оказалось не так сложно, доставить маяк, спрятать его за городом, в пещере, пройти вместе с другими посетителями через ворота, на неё не обратили внимания. Куда сложнее оказалось путешествие по своему городу, демоновы жрецы и демонова церковь Света.       Ладно, это потом. Она усилием воли вернула внимание к Венидан, ждущей ответа:       — В крайнем случае — пересоздам себя. Не проблема. Пошли уже.       Вопрос «где держать эту парочку воргенов», включая привезённую наёмницу, встал во всю ширь. С одной стороны, проклятие Голдрина никуда не делось, так что любая царапина чревата эпидемией. С другой… Для Дави не составило труда сделать латные перчатки на воргена, защищающие от случайного ранения когтями. Не стальные, сталь не выдержит когти, мифриловые. Дорого, кто спорит, но для своих же. Тем более, что зелье Креннана Аранеса сделало своё дело. Вероятно, в ближайшие дни будет развёрнуто массовое производство данной жидкости.       Целители, включая Аластира, не смогли найти следов ремиссии. Зелье гилнеасского алхимика эффективно, а значит, алхимика нужно возвращать. Ей, разумеется, кому, блин, ещё.       Ну и познакомиться с обоими вылеченными. Хост уже показала воспоминание знакомства этой парочки с Узжогом, хех. Если человеческая наёмница перенесла случившееся относительно легко, то эльфийка явно не была морально готова к подобным переменам. Ну, ей остается только метафорически пожать плечами. Такова реальность, в «Стальном солнце» собирается натуральный интернационал.       Венидан провела Леонарду по потайному ходу в подвалы под замком. Здесь находится не только тюрьма, морг и утилизаторы, но и магические лаборатории. При таком количестве сильных магов, эксперименты, способные упокоить среднего человека происходят регулярно. И чтобы этого не произошло, нужны изолированные, защищённые полигоны. Да и ритуальный зал где-то нужно разместить. Для исследования «мирных» воргенов место тоже подходит, оно укреплено соответствующим образом.       Когда дверь открылась, оба зверя рывком повернулись на звук. Сложно сказать, чем воргены занимались до их прихода, но похоже, что выясняли отношения. Во всяком случае, шерсть у обоих грязная, да и вид несколько помятый. Впрочем, если эльфийка заметила, то виду не подала.       — Это я! — крикнула Венидан, — Я привела её, как и говорила.       Внушительные зверушки. Воргены, вне зависимости от комплекции «до», значительно наращивают мышечную массу и немного рост. Мышцы раз так в несколько, до состояния бодибилдера, рост до двух с четвертью метров. Ещё и эта их манера двигаться рывками, происходящая из импульсивности зверя. Впрочем, Леонарда и здесь нагло воспользовалась памятью хоста, так что понимала, чего ждать. Давилиния видела как воргенов вообще, так и этих конкретных в частности, больших и серых.       — Прежде, чем вы сделаете нечто очень глупое, — решила сообщить она, — меня здесь даже нет. Привет, кстати. Я — Леонарда.       Более темношкурая животина подошла первой и принюхалась. Она нависла над фигурой клона, которая, чтобы позлить хоста, несколько поиграла с пропорциями, сделав себя более женственной. Ну и выше. И даже так ворген смотрит на неё сверху вниз, открывая вид на весьма внушительного вида зубы.       — Ты не пахнешь, — прорычала зверь, — это странно, я тебя слышу, но не чувствую. Живые пахнут, но не ты. Но и демонического зловония нет. Есть другое... от тебя воняет гнилью.       Тени не понравилось услышанное. Она заметила:       — По моему это очевидно, если вам сказали, кто я.       — Что «ты», — поправила паладин, коротко полыхнув вспышкой Света, отчего оболочку Леонарды обожгло, — я до сих пор не понимаю, почему она тебя создала. Ты мне не нравишься.       Клон пожала плечами, игнорируя возмущение паладина, подобная реакция не просто ожидаема — она естественна. Её присутствие корёжит всех носителей противоположной энергии. Они чувствуют неправильность, дренеи говорят об ощущении «зловещей долины», когда ты, просто глядя на кого-то, видишь некую неправильность. От того и случаются недоразумения с распылением, у жрецов это почти на уровне рефлекса — долбануть непонятное «изгнанием», на всякий случай.       — Эй, ты меня слушаешь? — рыкнула Дартаола, рванувшись и схватив клона за плечо.       Леонарда кивнула. Вероятно, будь она живой, получила бы как минимум ушиб, как максимум — вывих или сломанное плечо. И это она решила проигнорировать, видно, что воргены ещё не до конца научились управлять собственным телом осознано.       — Слушаю, просто не вижу в этом проблемы. Что до твоего вопроса… Я просто могу делать то, что нужно хосту и на что ей не хватает рук. Я думала, вам объяснили.       Дартаола рыкнула ей в лицо, но Лео не впечатлилась. Самира же отреагировала куда спокойнее. Наёмница и раньше пользовалась тьмой, так что для неё это не должно быть проблемой.       — Да ладно вам, остыньте, — предложила она, — ну выросла девочка, бывает, — попыталась опереться на стену, но воргену, в силу некоторой кривизны, это делать неудобно, — в конечном итоге, вы же эльфы. Мне всегда казалось, что вы в этом вопросе куда проще людей, вспоминая моих последних нанимателей.       Паладин с рыком возразила, она явно начинает заводиться. Вероятно, до прихода Леонарды и Венидан они спорили о чём-то подобном.       — Да что ты понимаешь? Одно дело — слабость тела, молодость — пора экспериментов. Другое…       — Вот она и экспериментирует, — перебила паладина наёмница, — не вижу проблемы. Знаешь, плохие девочки нравятся мальчикам, по себе знаю.       Паладин рыком попыталась придавить нахалку, но та не вняла. Видно, что они не впервые спорят об этом. Причём не факт, что в контексте сил хоста, просто они обе пользуются как раз Светом и Бездной. Как спор двух импульсивных зверей не перерос в мордобой — сложно сказать. Возможно, они понимают, что подобная драка слишком усложнит им жизнь.       — Давилиния, которую я знала, не прибегала к тёмным практикам, — прорычала Дартаола, — она понимала всю опасность подобного. Она осознавала риски!       — Помню, помню, — рассмеялась Самира, не впечатлившись, — я ещё гадала, переспит она с тем мальчишкой сразу, или всё-таки уйдут к нему, чтоб соблюсти хоть видимость приличий. Видимо, вино сильнее риска.       Леонарда, слушая эту перепалку, откровенно скучала, переглянувшись с Венидан.       — Они постоянно так? — спросила клон.       Венидан пожала плечами.       — Пока они были порознь, вели себя спокойнее. А сейчас… понятия не имею, чего они так завелись.       Хм. А с хостом, она знала это, они с Дартаолой вполне спокойно поговорили. Не сказать, что совсем уж без происшествий — паладин не слишком одобрила многое из произошедшего, но проще. Возможно, всё-таки дело в том, что они воргены. Может это что-то инстинктивное, спор, кто будет вожаком и устанавливать правила. Нужно будет расспросить Аластира, что он об этом думает.       — Ну, пока не дерутся, — отметила Леонарда, — их просто надо развести. Пусть Самира пойдёт с нами, я так понимаю, девушка она без комплексов, общий язык с чернокнижниками найти сможет. Толку от них, если будут постоянно драться.       Венидан покивала.       — Или в Прибамбасск, ну или Ун’Горо, я слышала, наши туда отправились, месторождения разведывать. Только я не знаю, насколько это правда.       Леонарда решила не отрицать, почти игнорируя дошедших до взаимных тычков воргенов. Они уже забыли обо всём на свете, кроме друг друга. Даже удивительно, как они умудряются сдерживаться до сих пор.       — Да, туда отправились по большей части орки и гоблины. Там полно месторождений и тварей, которые пытаются тебя сожрать. Так что или туда, или к нежити. А Дартаолу…       Раздался фырк. Обе воргена прекратили спорить, слушая, о чём говорит эльфийка и клон. Ну надо же, сработало.       — Не припомню, чтобы кто-то спрашивал, что мы думаем по этому поводу, — заметила Самира, — а ты кто угодно, но не мой наниматель. Кукла, может даже для утех. Я же правильно понимаю, что ты можешь принять любой облик? — она подмигнула, — я права?       Но Леонарда не растерялась. Хост вообще питает слабость к подобным дамочкам. И как вежливо намекнуть наёмнику, что она неправа, клон тоже знает. Она проигнорировала подколку, ответив на основной вопрос:       — Можешь и отказаться. Только не забудь — наёмникам платят за работу, а не за оргии и вписки. У нас несколько операций, идущих параллельно. Если думаете, что Дави будет к каждой из вас бегать, чтобы приказы лично отдать, забудьте сразу.       Наёмница пожала широкими плечами.       — Устрой мне связь с начальством, чтобы она подтвердила твои полномочия и я в деле. Только мне понадобится новое снаряжение, не хотелось бы лезть в бой голой. Голой нужно в другие места ходить, ага. Как думаете, у Матери найдётся кто-то достаточно бесстрашный? А то у парней от страха падает.       С этим проблем никаких.       — Дави договорилась, — сообщила Венидан, — парни из нашей мастерской сделают вам броню на заказ. Вероятно, в ближайшее время спрос на воргенскую броню будет высоким, когда лекарство разойдётся в народ. А насчёт парней выясняй сама, я не проверяла.       В итоге ощущения от встречи остались несколько специфичные. Дартаола не стала идти на прямой конфликт, пусть и заявила «ты мне не нравишься». Ну и шут с ней, главное, чтобы драться не полезла.       Самира наоборот, почти хамит, выясняя границы допустимого, но именно на силы, которыми пользуется Дави, ей плевать. Впрочем, заниматься ими Леонарде не особенно хочется, у неё полно и других дел. Сдаст «свою» Узжогу, уж орк точно знает, как усмирять подобных личностей.       Так что оставив этих Бибу и Бобу, она отправилась в замок, благо недалеко, всего-то по лестнице подняться. Да и отчитаться перед начальством надо. К леди Джайне Леонарда относится вполне себе уважительно. Как хост, да. Но тут — есть за что, кроме очевидного фансервиса и внушительного вида грудастой волшебницы, конечно.        Леди Джайна, пройдя обучение на мага и не имея ни опыта управления, ни полноценного образования, только силой убеждения, харизмы и ледяной магии смогла организовать эвакуацию через океан, построить… по сути уже небольшое королевство и успешно править им, до сих пор не нарвавшись на попытку свержения. Бесспорно, ей повезло на компетентных советников и откровенных боевых маньяков, но удержать столь разных личностей в одном строю — задача нетривиальная. И леди Джайна смогла сделать это. Так-то на территории нашего небольшого королевства живут и другие расы, принадлежащие к Орде. Орки, гоблины. Да, с конфликтами, но живут.       Неслабое достижение для молодой волшебницы без профильного образования, добившейся всего своими силами. И совершенно точно достойно уважения.       Найти леди Терамора несложно, нужно просто остановить кого-то и спросить, куда идти. А то, что она выглядит как Давилиния, но глаза не светятся, только делает ситуацию проще.       Сегодня начальство изволит учиться. Пусть учитель и умер, потенциал архимага никто не отменял. Да и экзаменаторы из Даларана скоро прибудут. А потому леди Джайна закопалась в свитки, книги и прочую макулатуру в центральной башне замка, которая является, буквально, башней мага. Классической такой, с магическими светильниками, летающими мётлами, чью работу поддерживают ученики, многочисленными шкафами с книгами по магии и ритуальным залом в подвале.        Волшебница настолько увлеклась метровой ширины фолиантом, что пришлось заговорить, чтоб заметила. Стоящую в метре Леонарду она в упор не видела.       — Леди Джайна.       Та дёрнулась, всмотрелась в лицо и вздохнула. Похоже, действительно не видела, а не изображала игнор. Впрочем, увидев, кто перед ней, леди Джайна немного отвела взгляд. Она тоже чувствует некоторую неправильность, глядя в глаза клона.       — Здравствуй, Леонарда. Что-то случилось?       Напряглась, ожидая плохих новостей. Будет ли разочарованием сказать, что в этот раз всё хорошо.       — Всё в порядке, леди Джайна. Я как раз хочу сообщить, что мы проверили подопытных. У них всё ещё сложности с трансформацией, они стали несколько более настойчивы в своём поведении, но не агрессивны. Так что мы можем отправлять алхимика домой. Я думаю, мы отправим алхимика, а его величеству Артасу отдадим несколько ящиков лекарства. Всё одним рейсом, вероятно… через четыре дня.       На самом деле есть мысли, как минимум у хоста, таки прибить алхимика. И если бы не бронзовые, скорее всего так бы она и сделала. Ибо Генн Седогрив обидится в любом случае, едва узнает, кто его спёр. И предложение леди Джайны замять ситуацию, пригрозив обнародовать, откуда взялись воргены, это полумера, не факт, что сработает. Будет мстить, будет искать способы и возможности.       Нет, убивать мы его не будем. Алхимик всё ещё нужен, как минимум Гилнеасу. Как максимум — истории. Хронорму чётко дал понять, что его следует вернуть, откуда взяли. И что это не будет иметь серьёзных последствий. Неплохо бы.       Волшебница с таким подходом согласилась.       — Мне не очень нравится вся эта история, Леонарда. Ни то, что творит Генн. Ни то, что сделали мы. Я понимаю, почему, просто…       Клон кивнула.       — Знаю, леди Джайна. Так или иначе, мы вернём Креннана Аранеса домой, как и собирались.       — Ты относишься к этому проще? Верно, злой клон? — волшебница улыбнулась, показывая что это шутка, но улыбка получилась натянутой.       Леонарда тоже улыбнулась и развела руками, сделав вид, что ничего не поняла.       — Брэнд «злых клонов» несколько преувеличен. Я пользуюсь её памятью и хост не была в восторге. Не в плане любовь-ненависть, а по отношению к Генну. И тут я с ней согласна, старик решил во славу собственного упрямства угробить вообще всех. Других вариантов быстро решить проблему с воргенами у нас просто не было, тот друидский посох мы можем искать годами.       Серьёзно, по Азероту болтается просто неприличное количество артефактов разной степени опасности, кто бы порядок навёл. Волшебница, пусть и выразила своё неудовольствие, возвращение одобрила, только сказала сообщить, когда всё будет сделано.       Поговорили и о осаде. На данный момент десант успешно захватил остров и даже взрыв чумной бомбы новостью не стал, мы ожидали подобного «финального аккорда». Мурадин на короле-личе стал куда более раздражающим, чем Артас. Тот был воином, и предпочитал классическое сражение «в лоб». А подземелья использовал как подземелья, чтобы держать там пленных, лаборатории и прочую гадость.       Но этот дворф не такой. Он на окопной войне съел собаку размером с тираннозавра. Так что задача штурмовать эти подземелья — нетривиальная. И всё же нам повезло. Команда нужных разумных успешно нашлась и смогла выполнить задачу.       — Кстати, — волшебница взмахнула отчётом, — что такое «герои Азерота»? Я не знаю организации с таким названием. Ваша работа? И если да, почему я о ней не слышала?       Лео на это хмыкнула.       — Мы тут вообще ни при чём. У хоста в видениях фигурируют эти самые «герои Азерота». В разных интерпретациях. За Альянс, за Орду, относительно нейтралы, сражающиеся на стороне фракций и против общего зла. Мы знаем, что такой организации нет, это скорее похоже на группы по интересам, имеющие чёткие задачи, но не принадлежащие к фракциям. Вот и пытаемся понять, что это такое и в какой момент они оформятся в полноценную структуру.       Джайна выслушала внимательно, задумалась.       — Звучит как… наёмники? Но объединившиеся в крупные группы.       — Я тоже так думаю, леди Джайна. Сходится не всё, но… сходится.       Наёмники в Азероте — хитрый предмет. Это не только и даже не столько разумные, убивающие других разумных за деньги. В Азероте полно возможностей и сидеть всю жизнь в одном месте, особенно, когда ты тысячелетний маг, совсем даже не обязательно. Нет ничего странного в том, что алхимики подрабатывают варкой запрещёнки и продажей на чёрном рынке, а маги оказывают услуги преступникам за хорошую плату. Воины сражаются как на аренах, так и в роли наёмников в междоусобицах. Ведь как известно, постоянные битвы способствуют росту силы сражающегося.        И всё это включено в наёмничество — рынок специалистов и услуг, выходящих за рамки базовой профессии. Частные услуги, если трактовать совсем широко.       Могут ли такие специалисты собраться в отряд и пойти решать проблемы за вознаграждение? Да запросто, в войске доблестного короля Артаса таких групп четыре штуки. Отряды от десятка до четырёх десятков разумных, специализирующихся на разных хитрых операциях. Например, подземелья крепости штурмовал как раз такой отряд людей, гномов и дворфов. Хорошо экипированные воины и маги, знающие, чего ждать и готовые к этому. У них с собой и жрецы есть, включая штормградского епископа церкви Света, инкогнито, разумеется. Вероятно, это «привет» от короля Вариана, который их и нанял до того, как «исчезнуть».       На самом деле король королевства Штормград никуда не исчез, мы его передвижения отслеживаем. И его и его друзей. Пересечь континент — задача нетривиальная, особенно в полностью незнакомой местности. Даже, когда в твоей команде имеется друид. Не суть, пусть и дальше гуляют по Калимдору, идя «из варяг в греки». Это не наша проблема.       Так, «герои Азерота». Важно то, что эти группы начали формироваться сами собой. Мы пока не знаем, к чему это приведёт, но неплохо бы, чтобы у «Стального солнца» была такая группа, на будущее. Но они уже начали оформляться.       Ведя диалог с волшебницей, Леонарда одновременно приняла от Давилинии замороженного в ледяной блок королевского алхимика Гилнеаса, Креннана Аранеса. Лёгкий флёр тёмной магии подсказал, что над его разумом поработали. Простое и наиболее очевидное решение.       — Не перестаралась?       Давилиния, выбравшаяся на день из Гномрегана, выдохнула.       — Процесс непростой, но на мой взгляд — прошло успешно. Он думает, что был в плену у Синдиката, сбежал и добрался до Гилнеаса пешком. Должен так думать, по крайней мере.       С этим алхимиком тоже возникли сложности. Он неглуп и многое видел. Просто отпустить его — создать себе массу проблем. И он или его король могут обратиться к тем же Ночным эльфам просто чтобы коллективно создать «Стальному солнцу» проблемы. Маловероятно, но возможно. Ради такого Гилнеас может и из изоляции выйти, не говоря о Кул-Тирасе.       А значит, нужно вмешаться в память этого человека. Не перекроить её полностью, а… забить спамом. Завалить этот период таким количеством ложных воспоминаний, чтобы реальные на фоне этого заспама просто терялись. Рисковано, кто спорит. Но нам подобное показалось безопаснее, чем пытаться переписать память. Это же магия бездны, есть риск вообще превратить его или в овощ, или в безумца, или в непойми что. Сразу работать со спамом выглядит… надёжнее.       Собственно экипажу корабля его передали уже после обработки в состоянии ледяного стазиса. Полежит несколько дней в контейнере, как только сделаем нужное количество зелий, отправим всё вместе. А пока пусть лежит, ждёт своей очереди.       Убедившись, что алхимик погружен, Леонарда решительно отсекла потоки данных, возвращаясь в реальность. Реальность представляет собой запитанную от реактора квадратную комнату, на стенах которой находятся обращённые внутрь и наружу проекторы силового поля. Защита комнаты от случайных попаданий и выбросов Бездны соответственно. И нет, дело не в том, что выбросы есть. Давилиния совершенно права, нет никаких гарантий, что их не произойдёт. Что она не взбесится или случайно повредит корабль. Так что пусть защита будет.       В центре комнаты висит без посторонней помощи чёрный кристалл. Ядро наару. Дом. Она сама. Реальная часть Леонарды. Всё остальное — потоки данных и энергии, обтекающих ядро, вливающихся в него и исходящих наружу, если это аркана. Вероятно, это красиво, похоже на северное сияние, и единственный источник света в комнате, да. Для самой Леонарды слово «красиво» лишь абстракция, для неё это привычный за многие годы образ. Те самые потоки данных, сдобренные магической энергией, чтобы ядро могло их внятно воспринимать. Часть проекторов излучает потоки, другие — принимают их.       Это помещение можно назвать по разному. Сердце, тюрьма, мозг. Любой вариант так или иначе будет верным. Хотя нет, сердце корабля — всё-таки реактор. А вот тюрьма или мозг — вполне.       Тюрьма потому, что она здесь заперта, притом с концами. Можно даже протянуть щупальца и силовые поля пощупать, если хочется. Это место, в отличие от потоков образов — полностью реально. Разумеется, реальны и иные места, но для неё это всё — лишь потоки данных. И, как положено мозгу, её работа — обрабатывать потоки данных. Тихо вибрирующее ядро, всегда холодное. Всегда активное. Всегда одинокое.       Леонарда, позволив себе небольшой отдых, потянулась, на этот раз — к дрону на обшивке корабля. Где-то там сидит Зарикк, медитирует. Сама же Леонарда осмотрелась. Что там происходит внизу, в крепости, её не интересует. Пусть занимаются зачисткой, если им так нравится. У нас есть куда более актуальные вопросы.       Леонарда, остановив голема у края борта, всмотрелась вдаль. Это озеро огромно, местный Байкал, если не больше. На северном берегу этого водоёма расположилась столица. На Юго-востоке начинаются альтеракские горы. Во времена, когда в этих горах было небольшое, но гордое королевство Альтерак, данная крепость регулировала водную торговлю, да и служила защитой от возможных набегов соседей. Всё же у нас тут средневековье со всеми вытекающими, а до Первой войны Альянса как такового не существовало. Зато потомки древней империи Арати резали друг друга с огромным энтузиазмом.        Но после Первой войны утратила своё значение.       На юге… Леонарде не нужно даже приближать картинку, лишь сместить зрение в магический спектр. Огромный купол из фиолетовой арканной энергии — Даларан, его видно даже с такого расстояния. Маги после всех своих неудач в обороне просто запечатали город под огромным магическим силовым куполом, на зависть эфириалам. Барьер потрескивает энергией, создавая занимательное коронарное свечение. Всё бы ничего, но войти и выйти из города можно… порталом по приглашению.       И этот город, вместе с магами, что его населяют — проблема.       Собственно, именно здесь мы решили убрать корабль с поля боя, сославшись на его небоеспособность. Первая версия плана предполагала его утопление в данном водоёме. Давление корпус выдержит, так то нужно было просто симулировать потерю управления, поместить кораблик под воду, а затем, используя портал, выплюнуть его в ту же точку, но в астральном измерении. В это измерение частично провалился Дренор, родной мир орков. По сути представляет собой зеркальное отражение мира.       Попасть туда можно, например, из Каражана, башни Хранителя. Она внутри гораздо больше чем снаружи именно потому, что частично вынесена за грань реальности. Магистр слямзил кое-какую литературу и протолкнуть на ту сторону корабль, если всё рассчитать, задача вполне реальная.       Задача непростая, но в первую очередь именно в плане энергорасхода. А потом можно было бы устроить большой и яркий бум, чтобы все точно поняли, что кораблю хана.       Проблема тут именно в Даларане. Леонарда укоризненно посмотрела вверх, где её тёмная душа засекла следящее заклинание. Господа маги может и самоизолировались, но за миром вокруг очень даже следят. Падение корабля они засекут, выброс энергии заметят. И заинтересуются, что там такое интересное происходит. А значит — быстро обнаружат, что никакого корабля там нет и вся конспирация накроется.       Нет, мы такой подарок магам делать не будем, мало того, что они активно пытаются убедить магов Терамора сдать экзамен на мастера и насовать им учеников. Корабль отправится в небо, а затем мы с помощью большой, очень большой бомбы скроем его исчезновение.       Эта бомба — наш коллективный, с участием магистра Альданоса, шедевр. Не совсем ядерный заряд, конечно, слабее. Её задача — создать помехи для всех этих следилок Даларанской братии. Чтобы, так сказать, Дави могла с чистой совестью и лицом Джокера заявить:       — Он… испарился.       И удачи доказывать, что это не так. Кораблик в данный момент привлекает слишком много внимания, да и нет угроз, чтобы всем этим заниматься. План на него следующий — достичь того острова в Круговерти Пустоты, который мы наметили как базу. Устроить там аванпост ну и заниматься торговлей, налётами, кому что нравится. А когда он действительно потребуется на орбите Азерота, тогда мы его и вернём. Всё равно годичные перелёты там займут здесь около недели.       — Скорее бы.       В отличие от других вещей, постоянное наблюдение из Даларана заставило Леонарду опасаться. Этим хватит магической дури телепортироваться на корабль и наделать грязи. Сколь бы она не считала себя неполноценной, умирать совсем не хочется. Эксперименты по преобразованию себя во что-то поинтереснее — дело небыстрое.       В том числе потому, что раньше подобной дичи никто не творил. Всё приходится делать и рассчитывать с нуля. Нет, есть вариант поискать Древних Богов или Ксал’Атат и поинтересоваться насчёт проклятия плоти. Но это совсем шутка.       Идея в том, чтобы используя правильное сочетание энергий, сделать ядро более… живым. Энергии бездны слишком агрессивны, слишком искажают тела и их восприятие. Это наару плевать, для них подобное существование — норма, всегда таким было. Для Леонарды, привыкшей существовать иначе, потеря чувств стала весьма мучительным опытом. А стремление обрести их — почти маниакальной идеей.       Настоящий мальчик, Пиноккио, хм. Посмотрев последний раз в сторону Даларана, Леонарда тихо произнесла:       — Никто из них не поймёт. Не пожелает слышать.       Приказав дрону продолжить выполнение задачи, она снова сдёрнула фокус, обозревая собственную клетку. Об этом не знает никто, но созерцание собственного ядра стало прекрасным мотиватором действовать.       Поначалу она радовалась тому, что существует. Хост была источником информации, воспоминаний и модификаций. Технические навыки, управление кораблём, конструирование. Давилиния сбрасывала то, что поможет выжить. Сеансы передачи памяти были небольшими, не слишком длинными, этого хватало. Но со временем…       Вероятно, знай она об этом раньше, предала бы Падшего даже быстрее. То, что обещал он, было ещё большей ложью, чем может показаться. Но теперь… однажды всё изменится. Однажды… она оживёт.