Глава 16

— Эй, ты! — кричал усатый мужчина неопределённого возраста. — Как тебя зовут? — Я Джин Фрикс из Альбы! — явно нервничая, ответил молодой человек с копной непослушных тёмных волос, стоящий по стойке смирно. — Какое идиотское имя! Тебе подходит! — не меняясь в лице, продолжил инструктор. — А теперь скажи мне, зачем ты здесь! — Я хочу убивать титанов во имя человечества! — Великолепно! Ты станешь первоклассным кормом для них! Второй ряд! Развернуться! — кивнул мужчина и, дождавшись выполнения команды, подошёл к следующему кадету. — Теперь ты, сопляк! Кто ты такой? Да уж, эта церемония посвящения явно не для меня. В прошлой жизни я к армии относился с некоторой долей неприязни, здесь же… ничего не изменилось. Зовут этого мужика – главного инструктора нашего 102-го кадетского набора – Маркус Вебер. Выглядел он ну «очень не очень»: глубокие морщины вокруг глаз, шрам, пересекающий левую бровь, и на удивление пышные усы, которые каким-то чудом сохраняли форму даже под проливным дождём. Дождь – ещё одна причина моего плохого настроения, помимо нежелания участвовать во всём этом дерьме. Во время дождя я хочу спать. Всегда, в любой ситуации, даже если до этого проспал десять часов – когда идёт дождь, я хочу спать. Сомневаюсь, что так у всех, но я в прошлой жизни был устроен именно так, и это передалось даже в новую жизнь. Наш главный инструктор меня немного бесил своей манерой речи. Даже Кит Шадис – в будущем главный инструктор 104-го корпуса – бесил меня в оригинале не так сильно, тот просто орал да выпученными глазками стрелял, а Маркус давил голосом, почти не повышая его, и ведь даже так все всё слышали! В общем, уровнем он был явно повыше, но при этом меньше бесить он не начинал, а уж скорее наоборот. Благо ко мне он не приставал, и нет, корчить скорбную рожу я не стал, но взгляд был спокойный и серьёзный, так что Маркус просто оглядел меня и пошёл дальше, я же в это время предавался размышлениям. Я вообще заметил, что после попадания в этот мир постоянно «ухожу в себя», раньше такого вроде не было, а сейчас постоянно какие-то моменты обдумываю – что не удивительно на самом деле, учитывая мои планы на будущее. Все свои вещи я оставил Андрэ – моему первому служителю. Парень он хитрый, «скользкий», и реальной веры в его словах и действиях пока нет, но и не заметить всех моих странностей он не мог (уж я-то постарался), плюс к этому – выгода, которую он получит, служа мне, должна помочь удержать парня на моей стороне, тут главное – найти правильный подход, чтобы не было эксцессов из-за недопониманий. Это, кстати, одна из причин, почему я не нёс прямо откровенную чушь. Понимание того, что скоро Парадиз вступит в игру для взрослых – мировую войну – обязывало к осторожности, а несостыковки реальности и того, что я преподношу как истину, мне не нужны. Рисковал ли я при этом, оставляя огнестрел, о котором, как я и говорил, похоже, здесь знают только в секретных лабораториях Парадиза, у простого оборванца, который разве что резьбой по дереву выделяется? О, да! Я рисковал, но этот риск был необходим и прямой угрозы для жизни не нёс, ведь в случае чего – я всегда могу просто превратиться в непробиваемого пятнадцатиметрового монстра с молотом и учинить с любым нападающим всё, что посчитаю нужным. Наконец Маркус закончил свой обход, несколько человек после его вопросов выглядели так, будто прямо сейчас готовы упасть в обморок, а один парень и вовсе разрыдался, за что был немедленно отправлен вместе с ещё несколькими десятками неудачников обратно в Лаг – не прошли отбор на роль пушечного мяса, что уж… — Разойтись по баракам! — прозвучал приказ. — Старшие групп укажут вам ваши места. Ужин через час! Не опаздывать, иначе останетесь голодными до утра! Заселение прошло буднично. Южный лагерь представлял собой сеть длинных деревянных строений. Бараки были разделены на небольшие комнаты, в каждой из которых стояло по две двухъярусные кровати. Четыре человека на комнату. Минимум личного пространства, но могло бы быть и хуже, уж я-то знаю… Устройство лагеря было предельно простым: плац в центре, вокруг него бараки, столовая, оружейные (и не только) склады и конюшни. Всё это окружено высоким забором, за которым начинались густые леса и предгорья. Вроде ещё какие-то полянки были чуть ниже по склону, но строений там не было, так что место, я так думаю, использовалось для тренировок. В комнате вместе со мной заселились тот самый Джин (благо не синего цвета и с ногами) и ещё двое ничем не примечательных парней – Йохан Вебер и, тут я немножко офигел… — Курт Вагнер, — старательно заправляя кровать, представился блондин, чьё место было на нижней койке под Йоханом. Я, тем временем зевающий на своём месте – над Джином, чуть ли не подпрыгнул от неожиданности. — Курт Вагнер? — переспрашиваю, вглядываясь в его лицо. Не синий, глаза не золотые… Ладно, «Ночной Змей» в пролёте – этот Курт на него не похож, но совпадение забавное. — М? — отвлёкся от своего дела мой сокурсник. — Да, а что? — Да ничего, просто имя звучное. — Эй, а моё значит не звучит? — послышалось снизу. Джин. Уж не знаю, по какой причине, но после заселения он посчитал, что мы с ним теперь лучшие друзья… И это мистер «хочу убивать титанов», напоминаю. — Звучит, но не так эпично, как у Курта. — Развожу руками, тут же осознавая, что собеседник не видит моих жестов, но замечаю большой палец от Йохана, читающего какую-то книжку на своём месте. — Не так эпично? Да у меня самое крутое имя здесь, Генрих! — Ребят, мы на ужин не опоздаем? — перебил гиперактивного убийцу титанов Курт. Не став спорить с нашим дорогим «братом по учёбе», под вой наших голодных животов мы всей дружной компанией отправились жрать. В столовой, в отличие от нашей комнаты, царила довольно напряжённая атмосфера. Кадеты разбились на группки, с одной стороны сидели те, кто прибыл из внутренних земель – относительно чистые, спокойные, обсуждающие свои планы на вступление в Военную полицию или Гарнизон. С другой – беженцы из Марии. Последние выглядели намного хуже товарищей: в их взглядах сквозила либо глубокая апатия, либо неприкрытая агрессия ко всему живому. Не желая лезть в это дело, я взял свою миску и присел за свободный край длинного стола вместе с моими «сокамерниками», и пусть я по легенде был из Шиганшины, рядом со мной сидели ребята из «внутренних», а «беженцы» были напротив. Среди сидящих рядом выделялась одна девушка, невысокая, с рыжеватыми волосами, подстриженными чуть выше плеч, и невероятно добрыми золотисто-карими глазами. Привлекала она меня не столько внешностью, сколько ощущением, будто мы знакомы. Неужели это тоже какой-то персонаж аниме? — Привет, — мягко улыбнулась она хмурым ребятам из «беженцев», сидевшим напротив неё. — Я Петра из Каранеса. Очень рада познакомиться! Надеюсь, мы станем отличными товарищами… Хм, Петра? Уж не та ли, что была в отряде Леви? Кстати, Каранес – это, кажется, город на востоке, но эта девочка, Петра, здесь, в южном кадетском училище. Интересно, почему. — Отвали, — грубо оборвал её парень со шрамом на подбородке, явно из беженцев. — Чего ты скалишься? Тебе весело? Ты из Каранеса, да? И какого чёрта ты попёрлась в армию? Ты понятия не имеешь, что такое настоящие титаны. Ты не видела, как они жрут твоих соседей на твоих глазах, пока ты ничего не можешь сделать! — Сорвался он. — Я... я просто хотела познакомиться, — Петра заметно сникла, её улыбка погасла, а в глазах заблестели слёзы. Мда. Рассуждая о том, что все разведчики – самоубийцы, я позабыл, что они так-то люди… Ну вот зачем такая мягкая во всех смыслах девочка попёрлась в армию? Да ещё, если я прав, и в Разведкорпус? Странная она. — Иди к чёрту со своим знакомством, — поддержал его другой. — Таким, как ты, тут не место. Вы не понимаете, через что мы прошли. Валите к чёрту и предоставьте уничтожение всех титанов нам! По столу прокатился смех нескольких человек. Петра опустила голову, сжимая в руках ложку. Ох, ну вот что за идиот? А я ещё на Эрена гнал – да тут половина такие же отбитые! С другой стороны, и понять их можно после пережитого… Но такое поведение – совсем не мужское, кто бы что ни говорил. — Смешно, — подал я голос, не отрываясь от своего супа (он был неплох, кстати – на армии никто не экономил, и это радовало). — Слышать рассуждения об истреблении титанов от тех, кто только на беззащитных девушек гавкать и может. Тишина повисла не только за нашим столом, но и во всей столовой. Многие повернулись в нашу сторону, ожидая шоу. — Что ты сказал, белобрысый? — повернул голову ко мне тот, кто обижал рыжулю. Я отложил ложку и поднял взгляд на него, стараясь оставаться спокойным. Не то чтобы это было чем-то сложным. — Я сказал, что твоё нытьё об убийстве титанов и «пережитых ужасах» не делает тебя солдатом. Как там говорил главный инструктор тем, кто заявлял о желании убивать титанов? «Из тебя выйдет отличный корм для них». — Неопределённо машу рукой, возвращаясь к супу. — Ты ведь смеёшься над ней, потому что она не из Марии? — Да! Она же даже не видела этих тварей! Как вообще можно брать девчонку в армию? — выплюнул парень, приподнимаясь. Ага, видимо, тут проблема не только в том, откуда Петра родом. К сожалению этого парня, девушки в этом мире особо не уступают мужчинам – вон Микаса с Леви без особых проблем на равных сражалась, а об Энни и её результатах в спаррингах с взрослыми мужиками я вообще молчу. — Я прибыл из Шиганшины, — произнёс я ровным голосом. Шум в столовой начал затихать, а те, кто сидел рядом, и вовсе замерли. — Шиганшина... — прошептал кто-то. — Я был там в тот день, — продолжил я, глядя прямо в глаза задире. — И я видел всё своими глазами: десятки, сотни титанов, которые охотились на людей, проламывали крыши и уничтожали дома, пожирая всех, до кого дотягивались. Я видел Колоссального титана, того самого, чья голова возвышалась над пятидесятиметровой стеной. — Кадеты со всех столов начали обступать нас. Даже инструкторы в углу зала замерли. — И Бронированного я видел. — Мой голос стал тише. Добавим немного проникновенности. — И если вы думаете, что ваш гонор поможет вам против них... то вы идиоты. — Да врёшь ты! — выкрикнул какой-то щуплый пацан с веснушками на лице. — Выше стен? Да не может титан быть настолько огромным! — В таком случае, — медленно произношу, переводя взгляд на него, одним лишь этим заставляя его запнуться и замолчать. — Что же, по-твоему, произошло на самом деле? Почему стена, простоявшая сотню лет, пала за считанные минуты? Почему никто не был к этому готов? — Прищурившись, подпускаю злости в голос. — Почему столько людей погибло? Парень открыл рот, но не нашёл что ответить, он лишь неловко отвёл глаза и молча продолжил ужинать. Хмыкнув, я и сам продолжил трапезу, ловя на себе множество заинтересованных взглядов. Не прошло и пары минут, как наш стол обступили другие курсанты. — Эй, парень, — ко мне подошёл рослый кадет, судя по всему, тоже из беженцев. В его глазах не было злобы, только любопытство и даже какое-то уважение. — Слушай… расскажешь?.. Как всё началось? Слухи разные ходят о Колоссальном и Бронированном, но понять, что из этого правда, сложно… Я отложил ложку и залпом осушил стакан с травяным настоем. — Всё началось с одного звука, — начал я, чувствуя, как в столовой воцаряется мёртвая тишина. — Очень похоже на гром, за которым последовала вспышка жёлтого света, такая яркая, что на миг ослепила всех. И в ту же секунду появился Колоссальный титан. — Я сделал паузу, обводя взглядом затаивших дыхание подростков. — Он возник будто из ниоткуда и выглядел необычно: без кожи, одна голая плоть и мышцы, а от тела валили тугие струи пара. Долго это не продлилось – один удар ногой, и ворота разлетелись в щепки, а сам он будто снова исчез, но уже без звука. — По столовой пронёсся гомон, прекратившийся, когда я поднял руку. — Те, кто был у ворот в тот момент… их не стало мгновенно. Солдаты Гарнизона, торговцы, дети – их просто стёрло с лица земли обломками камней, а потом начался настоящий кошмар. В пролом хлынули титаны, десятки, а может, и сотни – пятиметровые, семиметровые, были и пятнадцатиметровые, лично двоих видел. Беженцы метались по улицам, давили друг друга в панике, многие бежали домой за ценностями и там же находили свою смерть. Те, кто успел попасть на корабли эвакуации… Считайте их единственными выжившими, потому что дальше пришёл он. — Бронированный? — прошептала какая-то девушка с длинными чёрными волосами, не отрывая от меня взгляда. — Да, Бронированный титан. Когда корабли уже отчаливали, а Гарнизон начал эвакуацию через врата, он появился у вторых ворот – тех, что отделяли город от остальной части стены Мария, гарнизон выкатил всё, что у них было. Пушки палили не переставая, ядра били ему прямо в грудь, но он просто бежал вперёд, ему было плевать на пушки, как и на мечи. Разогнавшись, он просто пробил ворота, раздавив солдат, после чего так же бесследно исчез. Я замолчал, глядя в пустую миску. Зачем же я всё это рассказываю? Всё просто – я хочу выделиться. Мне нужно начать вербовать людей среди солдат, нужно проявить себя как для них, так и для начальства. Инструкторы прямо сейчас наблюдают за нами, так что показать себя лидером, которого слушают, не лишне… Задира, который только что издевался над Петрой, теперь сидел тише воды, ниже травы, его лицо приобрело зеленоватый оттенок, видимо слушая «мою» историю, он вспоминал пережитое. Я встал из-за стола, чувствуя на себе десятки взглядов – в них был страх, но ещё там было тот самый интерес, который так нужен для моего плана. — Спасибо за ужин, — бросил я и, не оборачиваясь, направился к выходу. Дождь почти стих, сменившись промозглым туманом, Петра догнала меня уже на улице. — Генрих! — позвала она, запыхавшись (пробежала метров десять… Что у неё с выносливостью?). — Спасибо… что заступился. И… мне жаль, что тебе пришлось это пережить. Я посмотрел на неё – маленькая, добрая и абсолютно не готовая к тому, что ждёт её в будущем девушка. — Не жалей меня, Петра, — ответил я, ПАФОСНО глядя вдаль. — Лучше учись прилежно. Служба – это не шутки, и сюда не друзей заводить приходят… — Кхм. — Смутилась девушка. — Я понимаю, просто… Я привыкла, что кадеты очень дружны и… Прости. Молча покачав головой, я положил руку на макушку девушки, взлохматил ей волосы и ушёл, даже не собираясь гадать о чём она говорит и что имеет ввиду. Сраный дождь, как же хочется спать…