Льстец торговец

Глубоко в недрах звездолёта «Немезида» царил привычный полумрак, нарушаемый лишь мерцанием голографических проекций и гулом энергетических контуров. В тронном зале Мегатрон, восседая на своем командном кресле, с безразличным видом слушал своего главного медика. Нокаут, сияющий своей алой полировкой, жестикулировал с характерной для него театральностью. — Мой лорд, настаиваю! — голос Нокаута был ровным, но в нём слышались нотки профессиональной озабоченности. — Даже для вас воскрешение с помощью тёмного энергона — это беспрецедентный стресс для всех систем. Кортикальная психика нуждается в регулярном мониторинге, а сенсорные матрицы — в калибровке. Я должен видеть вас в медотсеке как минимум раз в земную неделю. Это не прихоть, это протокол. Мегатрон испускал низкое ворчание. —Ты слишком суетишься, Нокаут. Я чувствую себя… обновлённым. Эта новая сила не нуждается в твоих постоянных осмотрах. В этот самый момент массивные двери тронного зала с тихим шипением раздвинулись, пропуская нового посетителя. Это был Свиндл. Его корпус, переливавшийся оттенками зелёного и фиолетового, выглядел нарочито броским, а на лице застыла широкая, деланная улыбка торговца. Он уверенно шагнул вперёд, его оптические сенсоры мгновенно оценили обстановку: могущественный лидер, раздражённый беседой, и его медик — элегантный, с безупречным лаком и выразительными чертами. — Мегатрон! — провозгласил Свиндл, раскинув руки в гостеприимном жесте. — Простите, что врываюсь без предупреждения, но когда появляется возможность предложить величайшему воину Кибертрона нечто по-настоящему эксклюзивное, медлить — настоящее преступление. Его взгляд, однако, лишь на мгновение задержался на Мегатроне, прежде чем скользнул к Нокауту. Оптики Свиндла сузились, словно пытаясь оценить каждую деталь, каждую линию безупречного дизайна медика. В его взгляде читался не просто профессиональный интерес, а неподдельное, жадное восхищение. Мегатрон медленно повернул голову, его терпение явно было на пределе. —Свиндл. Твоё появление редко сулит что-то, кроме головной боли. Говори быстрее. — О, всё очень просто, — Свиндл достал из подпространственного кармана небольшой, мерцающий сложным узором артефакт. — Это, скажем так, концентратор силового поля. Поглощает до 40% кинетической энергии выстрела. Мог бы сделать ваших вехиконов чуть более… живучими. Но мы можем обсудить детали позже… Его слова предназначались Мегатрону, но весь его фокус был направлен на Нокаута. Свиндл сделал шаг в сторону медика, его улыбка стала ещё шире и заговорщицей. — А вы, должно быть, знаменитый Нокаут? Слухи о вашем… безупречном дизайне не преувеличивают. Aston Martin DBS V12, если я не ошибаюсь? — Он оценивающе провёл рукой по воздуху, словно очерчивая контуры Нокаута. — Прекрасный выбор. Сочетание скорости, мощности и стиля. Я всегда ценил в механизмах не только функциональность, но и эстетику. Нокаут, привыкший к комплиментам, но не в такой откровенной и настойчивой форме, на мгновение смутился. Он бросил быстрый взгляд на Мегатрона, который с растущим раздражением наблюдал за этой сценой, а затем вернул взгляд на Свиндла, подняв оптическую бровь. — Я… ценю признание моего вкуса, — холодно ответил Нокаут, стараясь сохранить профессиональную дистанцию. — Однако, как я пытался объяснить нашему лидеру, мы заняты важным медицинским вопросом. — И я это вижу! Вижу! — воскликнул Свиндл, не отступая. — Забота о здоровье лидера — дело первостепенной важности. И, знаете, в моих многочисленных путешествиях мне доводилось сталкиваться с уникальными… материалами для полировки. Полностью устойчивыми к царапинам, придающими глубину цвета, которую вы даже не можете себе представить. Одна капля — и ваша полировка будет сиять ярче, чем звёзды в космосе. Он снова повернулся к Мегатрону, на мгновение переключившись. —Итак, насчёт концентраторов, мой лорд? Партия всего в пять тысяч штук. По специальной цене для вас. Мегатрон, наконец, не выдержал. Его громоподобный голос пророкотал, заполняя зал: —Хватит! Свиндл, ты явился сюда, чтобы торговать безделушками, и отвлекаешь моего медика от его обязанностей обсуждением полиролей? Ты тратишь моё терпение. Убирайся. Если твой товар представляет хоть какую-то ценность, обсудим это через Саундвейва. Свиндл, не теряя и толики своего нахального спокойствия, лишь вежливо поклонился. —Как пожелаете, лорд Мегатрон. Всегда рад служить. — Он снова посмотрел на Нокаута, и на его лице промелькнула хитрая ухмылка. — Нокаут… был честью познакомиться. Надеюсь, наши пути пересекутся снова. У меня есть чувство, что мы могли бы найти… взаимовыгодные точки соприкосновения. Не дожидаясь ответа, Свиндл развернулся и тем же уверенным шагом направился к выходу, оставив в воздухе ощущение вихря энергии и наглой предприимчивости. Нокаут проводил его недоумённым взглядом, а затем обернулся к Мегатрону. —Что это было?... Мегатрон лишь мрачно усмехнулся. —Это, Нокаут, ходячая головная боль. И, кажется, у тебя появился поклонник. Вернёмся к моим сенсорным матрицам. У тебя есть ровно пять минут.

***

Свиндл поселился на «Немезиде» с такой же лёгкостью, с какой плесень появляется в сыром углу. Не было ни громких споров, ни официального разрешения. Он просто был там, превратив заброшенный грузовой отсек в нечто среднее между складом, мастерской и своим личным будуаром. Мегатрон, узнав об этом, лишь устало провёл рукой по лицу и пробурчал в пустоту: «Лишь бы не воровал критически важные системы...» Это прозвучало как молчаливое благословение. Реакция команды была, мягко говоря, разнообразной: Старскрим фыркал и строил козни. Он видел в Свиндле выскочку, чьё наглое поведение оскорбляло его аристократическое эго. — Он торгует всяким хламом и отвлекает Нокаута! Почему мне запрещают чинить интриги, а этому... этому коробейнику всё позволено? — жаловался он Саундвейву, который, разумеется, молча игнорировал его. Саундвейв относился к Свиндлу как к новому источнику данных. Лазербит постоянно шнырял возле его склада, собирая информацию. Саундвейв знал каждый неучтённый винтик, который проходил через руки Свиндла, но пока это не представляло угрозы, он просто архивировал факты, иногда проигрывая для себя короткие клипы самых наглых попыток Свиндла подкатить к Нокауту. Шоквейв проявил к Свиндлу чисто научный интерес. — Любопытный экземпляр, — размышлял он, наблюдая за торговцем. — Его социальная наглость, по-видимому, компенсирует его средние боевые характеристики. Возможно, его можно использовать для приобретения редких материалов для экспериментов, которые я не хочу проводить сам из-за их... деструктивного потенциала для корабля. Эрахнида и рядовые вехиконы относились к нему прагматично. Для солдат Свиндл был удобным дилером, у которого можно было раздобыть всё — от полироли для фар до неучтённого энергетического концентратора. Эрахнида же ценила его как источник информации, которую он, казалось, добывал из воздуха. Платила она редко, предпочитая взгляд, обещавший боль в будущем, что Свиндл, с его деловой хваткой, находил крайне оскорбительным. Но главным развлечением всех на корабле стали, конечно же, попытки Свиндла завлечь медика в качестве пары шедеврами наглости и находчивости. Подарки с намёком. Свиндл стал постоянным «клиентом» медотсека. — Ой, доктор, у меня тут в трансмиссии непонятный стук, чувствую, без вашего золотого... в смысле, профессионального прикосновения не обойтись! — заявлял он, появляясь с бутылочек редчайшей полироли ручной работы с астероида Чарра. — Это для вас, чтобы ваш блеск затмевал даже звёзды. Ну и... для моей покраски, куда уж без этого. Совместные «проекты». — Слушайте, Нокаут, я тут подумал, — начал он однажды, разложив перед медиком чертежи. — Мы могли бы стать идеальным дуэтом! Ваш гений и моя... деловая хватка. Представляете: «Медсредства от доктора Нокаута, дистрибуция — Свиндл». Мы завоюем весь сектор! Ну или как минимум заставим этих ржавых вехиконов сиять, как новенькие. А работать будем в теснейшем контакте. Очень теснейшем. «Случайные» встречи. Свиндл изучил расписание Нокаута лучше, чем собственные запасы. Он «случайно» оказывался в той же кают-компании, за тем же энергетическим дистиллятором. — О, Нокаут! Какая приятная неожиданность! Не желаете составить компанию? Я как раз приобрел партию высокооктанового энергона с Сигмы Вектора. Говорят, на вкус... как роскошь. Нокаут, поначалу отвечавший на это ледяными взглядами и язвительными комментариями, начал сдаваться. Лесть била точно в цель, а доступ к эксклюзивным средствам для ухода делал своё дело. Однажды, после особенно изощрённого комплимента о безупречности его спойлеров, Нокаут не выдержал и фыркнул, но в его фырканье прорвалась короткая, почти что смешинка. — Знаете, Свиндл, — сказал он, наноша полировку на коготь, — ваша настойчивость... почти так же отполирована, как и моя краска. Почти. Свиндл лишь сиял, понимая — самая сложная и ценная сделка в его жизни постепенно приближается к контракту. А «Немезида» смирилась с тем, что в её стальных жилах теперь течёт струя наглого, предприимчивого хаоса, чьё внимание было приковано к самому блестящему её обитателю.