27. Её тайна

Жизнь шла своим чередом. Испания сменилась Москвой — такой же душной, жаркой, будто столичный август решил соперничать с испанским солнцем. Но даже несмотря на пыль, шум и серые многоэтажки, Крис чувствовала себя удивительно спокойно. Она не знала, куда приведёт её путь дальше — каких поворотов ждать, что готовит ей судьба, но одно знала точно: если рядом будет Олег, она справится с чем угодно. Вечером она готовила ужин — что-то простое, лёгкое, с нотками средиземноморской тоски: креветки, паста, немного лайма и зелени. Обычно этот запах вызывал у неё приятный аппетит, но сегодня едва она поднесла руку к специям, как что-то внутри сжалось, и резко подступила тошнота. Она нахмурилась, отстранившись от плиты. Странно. Продукты привычные. Ела их тысячу раз. Может, жара? Или съела что не то за день? Не придав этому особого значения, Крис всё же до конца довела ужин, за которым села вместе с Олегом. Он рассказывал о работе, шутил, как всегда, что после сиесты в Испании российский график — это издевательство над организмом. После ужина она вышла на балкон, взяв с собой чашку чая и телефон. Лёгкий ветерок шевелил её волосы, и Крис набрала родителей. Её мама сразу оживилась: — Ну как вы там? Не сгорели ещё в Москве? — Пока держимся, — усмехнулась Крис. — А вы как? Она болтала с родителями, смеялась, слушала отца, который пытался показать с грядки странного огурца, выросшего кривым и гордым. Всё было будто бы как всегда. Но внутри у Крис появилось лёгкое ощущение, что не всё так просто. Что-то менялось. Тихо. Незаметно. Но необратимо. Олег уехал на съёмки, и Крис снова осталась одна на несколько дней. Всё как обычно: суета, чемоданы, списки вещей, которые он забудет, если она не проконтролирует, и его ободряющее: «Я быстро, ты ж меня дождёшься?» Она кивала, как всегда, целуя его в губы на прощание, поправляя ворот его любимой рубашки, проверяя, не забыл ли он зарядку, паспорт, кошелёк — всё, что всегда терял. И вот хлопнула дверь, и тишина заполнила квартиру. Крис не грустила. Она любила это время между встречами: в нём было что-то уютное, даже необходимое — возможность побыть с собой. Она занималась обыденными делами. Разбирала бельё из сушилки, ставила новую стирку, шла в магазин за фруктами, читала, пересаживала цветы на балконе. Но где-то между этими занятиями организм начал сдавать сбои. Всё чаще Крис ловила себя на странной усталости. Её клонило в сон посреди дня, тошнота накатывала без причины, как лёгкая морская волна. Но она отмахивалась. Списывала на жару, на перелёт, на смену обстановки. Вот и сегодня, в очередной свободный день, она решила не сидеть дома и поехала к Владу. Он встретил её как всегда — в домашнем трико и с кружкой кофе. — Ты какая-то… свежая, что ли, — прищурился он, задумчиво оглядывая её. — Олег подшаманил, да? Крис хихикнула, качнув головой: — Ты бредишь, Влад. Просто я выспалась. — Ага, — протянул он, усаживаясь за стол. — Выспалась, говоришь… ну-ну. Она села напротив него, наливая себе чаю. Пирог на столе пах приятно, но даже при этом у неё снова чуть повело желудок. Она постаралась не подать виду, сделав вид, что просто устала с дороги. Влад, как и ожидалось, не унимался. Он поглядывал на Крис с тем самым лукавым прищуром, от которого не ускользал ни один секрет. Она пыталась отвлечь его разговорами ни о чём, обсуждала новости, кидалась шуточками, но Влад всё чаще замолкал, словно прислушиваясь к чему-то своему. — Да ладно тебе, Влад, — сказала Крис, уже не сдерживая улыбку. — Не начинай, ты меня знаешь. — Вот именно, что знаю, — протянул он, опершись локтями о стол. — Ты светишься, Крис. Глаза другие. Энергия другая. И не говори мне, что это выспалась. Она открыла было рот, чтобы пошутить в ответ, но Влад вдруг замолчал. Его лицо изменилось, стало серьёзным, внимательным. Он слегка наклонил голову вбок, как будто кто-то говорил ему на ухо. — Ну вот, — пробормотал он. — И ты туда же, Толик… Крис застыла, держа кружку на полпути ко рту. Она знала, как это бывает — Влад, пусть и балагур, но с даром. Когда "Толик" — как он в шутку называл свою связь с чем-то потусторонним — начинал ему шептать, Влад слышал вещи, которые не должен был знать. — А ну-ка, — сказал он глухо, вытягивая руку к ней через стол. — Дай руку. — Влад… — Не спорь. Я ничего не сделаю. Просто посмотрю. Она медленно положила ладонь в его руку. Его пальцы были тёплыми и чуть влажными от чая, но в следующую секунду он уже отвлёкся от всего вокруг, полностью сосредоточившись. Влад закрыл глаза, проводя пальцами по внутренней стороне её ладони, будто считывая что-то между строк, между вен, между биением её пульса. — М-м-м… — выдохнул он. — Так… интересно, — он приоткрыл один глаз, глядя на неё в упор. — А ты, случайно, не опаздываешь с покупкой белого теста с двумя полосками? Крис резко отдёрнула руку, как обожжённая. — Влад… — А я тебе говорил, — он подмигнул, — Толик у меня — тот ещё шептун. Он редко ошибается. Крис рассмеялась — нервно, неуверенно. Где-то внутри у неё всё сжалось, и в то же время, будто бы разлилось теплым током. Её ладонь всё ещё ощущала прикосновение Влада, а сердце, казалось, пропустило удар. Сделать тест… а может, и правда? Крис откинулась на спинку стула, отводя взгляд в сторону окна. Разговор с Владом стал вдруг слишком серьёзным, слишком личным. Его слова эхом отозвались внутри неё, как камушек, брошенный в гладь воды — сначала лёгкий всплеск, а потом круги, всё шире, всё глубже. Конечно, Испания... Испания и жара сыграли с ними злую и сладкую шутку. Легкость, раскованность, запах моря и вина — всё это смешалось, растворилось в поцелуях, в страсти, которая вспыхивала между ними без предупреждения. Олег казался другим — свободным, голодным до неё, как будто чувствовал каждый её взгляд на коже. И Крис отвечала ему с тем же огнём. Да, у них были презервативы, она сама видела, как он их достал из чемодана. Но... может, один из разов был не таким аккуратным? Может, просто соскользнул? Или — нет. Нет. Она не хотела об этом думать. «Какие дети?» — почти с раздражением сказала она себе. Ей самой иногда казалось, что она ещё ребёнок. Упрямая, эмоциональная, с кучей страхов, с не до конца собранной душой, которая всё ещё искала своё место в жизни. Да, она знала, как играть в взрослую. Но внутри неё всё ещё была девочка, испуганная перед словом "беременность", а уж "роды" вызывали вовсе настоящую панику, до дрожи в руках. Крис фыркнула, покачав головой, и, наконец, посмотрела на Влада. — Я, конечно, тебя обожаю, — сказала она, стараясь говорить легко, будто бы не задело. — Но с Толиком вашим ты поаккуратней. Он панику мне сеет, а у меня чай на голодный желудок. Влад рассмеялся, но не стал давить. Он знал её достаточно хорошо, чтобы понять — тема пока закрыта. Или, по крайней мере, отложена. — Ладно, ладно, — сказал он. — Только если что — я первый поздравлять буду. Крис усмехнулась, отводя взгляд. Весь день она провела в компании Влада, его жены и сына — мальчишка был шустрый, остроумный, и даже немного напоминал ей самого Влада в миниатюре. Они вместе играли в настолки, потом готовили ужин всей компанией, а после ужина болтали на кухне за домашним пирогом. Атмосфера была тёплой, домашней — словно она на время оказалась в каком-то альтернативном мире, где всё просто и спокойно. Влад иногда бросал на неё косые взгляды, явно что-то подозревая, но не торопился с новыми вопросами. Однако с наступлением вечера, когда она вернулась в квартиру Олега, привычное беспокойство снова подползло к сердцу. Крис сидела на краю кровати, глядя в одну точку, пока за окнами гудел город. Рациональная часть говорила: «До месячных ещё неделя, подожди, не торопись. Ты просто себя накручиваешь.» Но другая часть, та, что чувствовала — кожей, интуицией, каждой клеткой — будто знала. И не могла больше молчать. Крис резко встала, накинула куртку и вышла в ближайшую аптеку. Купила тест. Один. Без лишних слов и объяснений. Возвращаясь домой, чувствовала, как сердце колотится, как перед чем-то необратимым. Она зашла в ванную, закрыв за собой дверь на щеколду. Всё происходило как в тумане: упаковка, тест, короткое ожидание, дыхание, замирающее в горле. И — две полоски. Крис уставилась на них, не веря. Как будто сама реальность треснула. Она медленно села на край ванны, прижимая тест к груди, словно он мог дать ответ, что делать дальше. Внутри бушевал ураган: страх, шок, неверие — и где-то глубоко, очень тихо, что-то похожее на тепло. Неуверенное, едва заметное, как робкий огонёк в темноте. Она подняла взгляд в зеркало — и не узнала себя. Та же Крис. Но уже не та. Она несколько раз взяла тест в руки и вернулась к нему взглядом, будто пытаясь понять, чего она хочет от него — от себя. Чувствовала, как нечто тяжёлое сжимает грудь, но на самом деле это было не чувство облегчения. Напротив, она ощущала страх. Страх от того, что всё, что произошло, и то, что может случиться, – это нечто слишком большое, чтобы быть принятым сразу. Не она одна была в этом. Не сейчас. Она не готова. Она даже не знала, как смотреть на Олега, если скажет. Она аккуратно убрала тест в пластиковую упаковку, спрятав его в тумбочке, и вытерла следы, оставленные на раковине, стиснув зубы. С каждым движением она чувствовала, как становится всё тяжелее. Закрыла глаза, пытаясь выкинуть из головы тот образ — два чётких отпечатка на тесте, как печать на каком-то важном документе. Не могла поверить в это, но не могла и забыть. Когда Олег вернулся из поездки, Крис сидела на диване, сделав вид, что всё в порядке. Она пыталась скрыть свою нервозность, но его взгляд был точным, как лазер. Олег заметил, что она выглядит как-то по-другому. Была напряжённой, как струна. Признаки того, что что-то не так, были на лице, в её глазах, в том, как она избегала смотреть на него. Он сразу почувствовал, что она что-то скрывает. — Ты как? — Олег заглянул ей в глаза, подходя ближе. — Что-то не так? Крис улыбнулась, но это была не её улыбка. Это была маска. — Всё нормально, — ответила она, слишком быстро и неестественно. — Я просто немного устала. Олег не отступал. Он присел рядом, внимательно наблюдая за ней. Он всегда замечал такие мелочи. Но Крис была упорна. Старалась скрыть даже то, что выдавало её взгляд. Она наклонилась вперёд, сосредоточившись на чашке с чаем, не поднимая глаз. Он продолжал наблюдать, но не стал настаивать. Он чувствовал, что ей нужно время. — Ты уверена, что всё в порядке? — продолжил он, голос стал мягким, но всё же в нём была настороженность. Крис промолчала, но её сердце билось быстрее, а дыхание стало учащённым. Она чувствовала, что что-то внутри неё рассыпается на части, но все слова оставались невыразимыми. И пока она не была готова к этому разговору, она не могла сказать ни слова. Когда он ушёл на кухню, она позволила себе немного расслабиться, но в глубине души знала — долго ей не удастся скрывать это. Но пока что, она просто не могла.