Правда или ложь?

      Сатору скучал. Достаточно было услышать начало разговора, и его итог ложился на ладонь. Когда-то давно он услышал фразу про то, что судьба предопределена, и даже тогда, в десять лет, она насмешила. Для того, кто может влиять на чужие судьбы и перекраивать их на собственный лад, это звучало фантастически глупо. Амбиции глупых людишек ничего не стоили, когда на кон поставлен новый мир. Многие считали самого Сатору абициозным, но никто не знал, что настоящий он живёт с одной целью, и это вовсе не власть.       Безграничная сила не ставила ограничителей, но она же окружала пустотой. Рядом не было никого, не было желания сделать что-то именно для себя — только для других. Он знал, что когда придёт время, без колебаний отдаст жизнь за свою цель, потому что с детства ему говорили о ценности Шести глаз. Оружие, которому не нужны лишние эмоции и связи. Сильнейшее оружие, которое существует, пока в нём нет необходимости.       Секс для Сатору не был необходимостью, без него он прекрасно обходился. Иногда соглашался на предложение переспать, но видел в чужих глазах только восторг и предвкушение о том, как расскажут, что затащили в постель самого Сатору Годжо. К этому он тоже привык, точнее, не знал, что может быть иначе. Но почему-то ответ Касуми задел. Что-то непривычное прошлось по сердцу кончиком острого когтя и оставило там неглубокую, но чувствительную царапину.       Девушка поначалу не привлекла внимания. Все они, подходя, пытаются казаться остроумными, дерзкими, а потом сливаются с толпой. Но в Касуми Мацубара привлекла не внешность, к которой обычно Сатору оставался равнодушен. Она скрывала себя: свою сущность и силу. Шесть глаз практически невозможно обмануть, и Сатору постоянно тренировался, отлично понимая, к чему может привести беспечность. Он не мог ошибиться — девушка была шаманкой, причём, не из слабых. Или же мог, и собственная подозрительность начала играть против него?       Весь вечер Сатору следил за ней, неизменно отыскивая красное платье в толпе, и постоянно терял. Она, словно тень, растворялась, размывалась, превращалась в мираж. Не увидев её в очередной раз, Сатору нахмурился и почесал лоб. Она точно была, или просто привиделась? Нет, вон, стоит на противоположном конце зала и покачивает бокал в руке. Слишком много пьёт. Впрочем, это ведь не его дело. И всё равно Сатору пошёл к ней, будто магнитом потянуло. Просто чтобы удостовериться, что она — не тень, а настоящая.       Отголоски проклятой энергии вихрились в её ауре, но в этом не было ничего подозрительного, ведь большинство простых людей обладает ею, только уровень слишком низок для шамана. Здесь было полно таких: считающих мир магии сказкой, в которую мечтаешь погрузиться. Знали бы они, какой ценой даётся эта сила, бежали бы от магов, как от огня. А эта смотрела словно внутрь, отчего там шевелилось приятное нечто. Если это была её техника, он не мог обнаружить её воздействие. Бесконечность не пропустила бы опасность, а Сатору не был настолько самоуверен, чтобы снять барьер перед чужачкой. Даже во время секса мозг оставался под защитой, сердце — тоже. А остальное можно залечить обратной техникой.       Хотя секс и не был необходимостью, но сегодня Сатору хотелось отвлечься. Миллионы мыслей, миллиарды планов, вечная партия, в которой он один — игрок… Иногда это утомляло. А девушка вызывала слишком много вопросов, чтобы просто так отпустить. Сатору понял, что хочет раскусить этот орешек. Только потом она подтвердила догадку, что согласилась только из-за его имени, и интерес почти полностью угас. Он даже решил отвезти её домой и провести ночь, наблюдая за городом с крыши одного из небоскрёбов в Гинзе, но всё же дал ей шанс. Забросил пробный камень, пытаясь разобраться в разочаровании, обычно ему несвойственном.       Она сидела расслабленно, закинув ногу на ногу. В салоне было достаточно пространно, иначе долговязый Сатору просто не поместился бы. Рабочая машина и вовсе со стороны казалась кораблём, но это была его личная, с шестьюстами лошадками под капотом. Объектов для зависти всегда было много, но меньше всего Сатору понимал зависть к его деньгам. Клан Годжо был не из бедных, но деньги, которые платили Сатору, уже давно превысили сумму, выделяемую ему старейшинами клана. К деньгам он относился равнодушно, точнее, едва ли сознавал их ценность. Покупал одежду, исходя их собственного вкуса, а не ценника. Жил в техникуме, но при желании мог снять апартаменты в центре Токио или улететь на побережье и месяц жить в люксе с видом на океан.       Сатору ни в чём себе не отказывал не потому что желал лишний раз похвастаться богатством. Он просто поступал, как привык: делал то, что хочет здесь и сейчас. Ведь завтра может не наступить. Касуми, казалось, не особо впечатлила машина, это вызвало новый укол досады. «Если ты здесь не ради моего имени и денег, тогда ради чего?». Он смотрел украдкой, пока машина неслась по ночным улицам.       — Не любишь спорткары? — наконец спросил, когда она даже не взвизгнула после лихого виража, с которым он вошёл в поворот.       — Предпочитаю мотоциклы, — хмыкнула Касуми.       — Я тоже их люблю. Хочешь, как-нибудь покажу свою коллекцию?       — Коллекцию? Ты модельки собираешь?       — Можно и так сказать, — покладисто кивнул Сатору. Если продолжит, решит, что хвастается. — Так что, госпожа помощница, вы добились своей цели?       — Цели? — растерянно спросила Касуми, явно витая мыслями далеко отсюда. Да ладно, она вообще не волнуется? Повернувшись, она прижалась щекой к подголовнику и посмотрела так, что последние мысли о том, чтобы провести ночь на крыше, испарились. Полная обещания улыбка наполнила его нетерпением. — Посмотрим утром, добилась или нет.       — Неужели твоей целью был я? — наигранно удивился Сатору. Успел заметить колебание, меньше сотой доли секунды, но разве можно что-то скрыть от Шестиглазого? Попал в точку? Так просто?       — Я хотела тебя увидеть вживую. Мало кто не слышал о Сатору Годжо. Но пришла не ради тебя.       Он не чувствовал фальши. Возможно, Касуми искусно путала ложь с правдой, но его чутьё, хоть и дребезжало, не находило ничего опасного.       — А ты? Зачем ты пришёл? — спросила внезапно.       — Пришлось, потому что кое-кто решил испариться накануне, — поморщился Сатору. Нанами должен был присутствовать вместо него, но за сутки выключил телефон, послав одно сообщение: «Иди на хер, Годжо». Пришлось пойти ему, иначе директор Яга просто вколотил бы в землю по голову и заставил сидеть так сутки. Мог бы и нассать рядом — шуточки у него всегда были на грани. Взять хотя бы проклятых зверей! Почему не делал их хотя бы милыми, как Панда? Почему эти бешеные уродцы? Сатору беззвучно вздохнул и покачал головой. С одной стороны, за встречу с Касуми он благодарен надменному засранцу.       — Мы едем к тебе? — снова спросила Касуми.       — Нет, в отель. Ты же не против отелей?       Домой малознакомого человека он бы точно не привёл. В квартире, кроме Мегуми и Сёко, никого никогда не было, а на территорию техникума водить девушек, ещё и преподавателю… Это уже перебор.       — Не против, сама хотела предложить. Так комфортнее, чем на чужой территории.       — На чужой территории никому не комфортно, — хмыкнул Сатору. Интересно, она поняла шутку? Улыбнулась, но, скорее, вежливо. Знает о магическом мире, но не слышала о Расширении территории? Переигрывает?.. Касуми хмыкнула и отвернулась. Она на самом деле не волновалась — он видел, как неторопливо бьётся её сердце, такое было впервые. Крепче стиснув руль, он вдавил педаль газа до упора.       В отеле, на который пал выбор, Сатору ещё ни разу не останавливался. Номер, впрочем, не поразил — обычный полу люкс с большой гостиной, в которой стояли диван и стол, гардеробной и спальней с панорамным видом. Из спальни — дверь в душ. Бросив ключи на стол, Сатору прошёлся по номеру и остановился у окна. Что они тут делают? Речь не шла о внезапно вспыхнувшей страсти, но влечение несомненно было. Сатору вообще слабо понимал природу человеческих чувств, которые люди называют любовью. Нет, он любил Мегуми и Сёко, любил… Сугуру когда-то. Но любовь между мужчиной и женщиной так и осталась загадкой, в которой не было причин копаться.       — Хочешь выпить? — спросила Касуми. Голос звучал приглушённо — она осталась в гостиной, он сразу пошёл в спальню.       — Я не пью, — напомнил он и хмыкнул. — Может, примешь душ?       — Неужели тебе не нравится мой запах? — Она вошла, держа в руке бокал и бутылку вина. Протянула её Сатору, чтобы открыл.       — Тебя бы здесь не было, не будь это так. — Он прошёлся взглядом по фигуре, задержался на шарфе, скрывающем шею. Рука сама потянулась к узлу, Сатору легко потянул, и ткань распустилась, обнажив шрам от проклятья. Обычная девушка, как же. Если бы на простого человека напало проклятье, он остался бы жив лишь по одной причине: рядом вовремя оказался шаман.       — Кто тебя спас? — спросил небрежно, разжимая пальцы и позволяя шарфу упасть на пол.       — Меня? — вопрос застал врасплох. Касуми потёрла шею явно привычным жестом, растерянно улыбнулась и пожала плечами: — Не знаю. Я плохо помню, что тогда случилось. Просто ночью вся моя семья погибла. От страха я потеряла сознание, а пришла в себя в луже крови родителей и братьев.       Сатору молча кивнул, забрал бутылку и ловко вытащил пробку. Сочувствия история Касуми не вызвала — одна из тысяч, все похожи одна на другую. Может, он чувствует возмущения проклятой энергии в её ауре, потому что спасший шаман наложил стирающее память проклятье? Многие делают так, чтобы простые люди не знали о магическом мире. Вино наполнило бокал, снова стало тихо. Касуми стояла рядом и неторопливо пила, пока его взгляд скользил по обнажённым плечам, задерживаясь на округлых холмиках, выглядывающих из-под ткани. Желание коснуться кольнуло кончики пальцев. Сатору протянул руку, провёл указательным по шее, от уха к ключице, отмечая, как её кожа покрывается мурашками.       — Раз ты не хочешь в душ, может, займёмся тем, для чего пришли?       Она повернулась, изучающе и дерзко посмотрела, словно заново оценивала и прикидывала, стоит ли игра свеч. Положила ладонь на его грудь, провела под пиджаком, стягивая с плеча. Во второй руке по-прежнему держала вино, словно оно до сих пор важнее самого Сатору.       Лёгкое раздражение всколыхнулось вместе с желанием убрать это спокойное выражение лица, сделать так, чтобы она задыхалась от страсти. Сатору снял пиджак, отбросил его на банкетку, стоящую в изножье кровати, и одной рукой обвил за талию.       — Как ты можешь оставаться такой хладнокровной рядом с таким мужчиной, как я? — протянул насмешливо. Касуми демонстративно допила вино, опустила руку, бокал упал на ковёр. Касание к шее обожгло, Сатору сглотнул, но инициативу ей отдавать не собирался. Положил ладонь на затылок, мягко помассировал, наклонился к губам.       — Не надо сдерживаться, госпожа помощница. Мы здесь не для светских бесед.       — Тогда закругляй их уже и приступай к делу, — ответила она, подалась вперёд и первой поцеловала.       Сатору хмыкнул в поцелуй, приоткрыл рот, толкнулся языком, снова начиная вести. Её руки обвили шею, потянули на себя, ногти царапнули чуть ниже линии роста волос. Желание разгорелось сильнее, прогрело кровь до кипения. Сатору прихватил язык, всосал его, выпустил и поцеловал шею под ухом. Прихватил кожу, и Касуми выдохнула. Наконец-то несдержанно, путаясь в его волосах. Ладони заскользили по спине в поисках застёжки платья. Сатору точно помнил, что она где-то сбоку. Громко дыша, Касуми начала расстёгивать пуговицы рубашки, от первого же прикосновения к обнажённой груди его тряхнуло. Рубашка и платье упали на пол, Сатору подтолкнул её к кровати, жадно стискивая груди, большими пальцами лаская соски.       Она упала на спину, увлекая за собой. Он едва успел подставить колено, обнимая одной рукой, а второй упираясь в кровать. Подтянул выше, к подушкам, накрыл сосок губами, легко прикусил, оттянул зубами. Касуми коротко вскрикнула.       — Любишь, когда грубо? — спросил, задыхаясь.       — Заткнись, — выдохнула она, за волосы притягивая к себе, погружая в поцелуй.       Сатору облокотился о матрас, вторую руку запуская в трусы и стискивая ягодицу. Приподнял, потёрся членом, пульсирующим от хлынувшей вниз крови. Хотелось войти прямо сейчас. Вжать в матрас и трахнуть, заставить кричать его имя. Но Сатору внезапно замедлился, коварно улыбнулся и сел. Вид её недовольного лица погладил самолюбие. Обеими руками подцепив резинку трусов, он медленно снял их и широко развёл её ноги.       — Почему на тебе до сих пор так много одежды? — проговорила она сбито.       — Мне нравится твоя нетерпеливость, — игриво ответил Сатору, лениво поглаживая внутреннюю сторону бёдер кончиками пальцев. — Но я ещё успею раздеться.       — Только не говори, что в постели ты — джентльмен, — насмешливо протянула Касуми и ахнула, когда он провёл по складкам снизу вверх и остановился на клиторе.       — Я не всегда такой. — Сатору подразнил его, вызывав новый тихий стон.       — Тогда почему?.. — Она не договорила — два его пальца вошли внутрь на фалангу, потёрлись, отыскивая заветное местечко.       — Потому что сейчас я так хочу, — низко сказал он, погружая пальцы глубже, пока не ввёл до конца. Нагнулся над ней, прошептал на ухо: — Ты издаёшь такие непристойные звуки, Касуми-сан…       За громким дыханием тихие хлюпающие звуки были едва различимы, но обострённый слух наслаждался ими, словно музыкой. Касуми насаживалась на пальцы, приподнимая бёдра, но он не ускорялся. Наоборот — каждое её движение замедляло его.       — Сатору… — всхлипнула Касуми, обнимая его за плечи.       — Что? — муркнул он, кружа большим пальцем по клитору. — Хочешь, чтобы вставил?       — Ты!.. — угрожающе начала она и царапнула плечи — его язык начал кружить вокруг соска. — Сатору, ты…       — Да, я Сатору Годжо, и ты хочешь мой член. Ну же, не стесняйся, скажи вслух.       Он сам едва сдерживался. В штанах стало так тесно, что они грозили вот-вот порваться. Молния прострелила позвоночник. Сатору замычал, уткнулся лбом в подушку: Касуми схватила член и с силой сжала.       — Я тоже умею играть нечестно, — выдохнула она, начиная поглаживать. — Кто теперь будет просить?       Несколько раз с силой толкнувшись бёдрами, Сатору остановился, поймал её взгляд. Касуми поняла без слов: быстро расстегнула ремень и брюки, стащила вместе с трусами, опустила глаза на член. Сатору не стал раздеваться до конца. Лёг на неё, устроился удобнее и помог себе, неторопливо погружаясь до конца.       — Да-а!.. — простонала Касуми, выгибая спину, чтобы почувствовать его глубже.       Этого оказалось достаточно, чтобы страсть поглотила и заставила с силой вбиваться, заставляя груди подпрыгивать. Касуми вцепилась в его предплечья, коротко вскрикивая, крепко обвивая ногами. Он сплёл их пальцы, вжал в кровать, со звонкими шлепками натягивая на себя.       — Са… Сатору!.. — вскрикнула она, с силой сокращаясь.       — Ксо! — воскликнул он, едва успев выйти, кончая. Упал на спину, протяжно выдохнул и повернул голову. — Теперь пойдём в душ?