Воспоминание

Прочитав сообщения, Каин раздраженно выдохнул. Я приподнялась на руках, рассматривая фотографию, которую прислал Авель: его голая спина и крылья, которые прятали меня. Это непередаваемо. Невероятно. Дух захватывает. Каин молчал некоторое время, а потом обнял меня за талию, как ни в чем не бывало и поцеловал в макушку.             — Не обращай внимания. Ничего страшного. Я молча обняла его в ответ, притянула его к себе, желая быть ближе, а он накрыл мою руку своей.              — Делай так почаще, — просил он ласково. — А то мне начинает казаться, что ты боишься или сомневаешься. Опровергая его догадку, я провела ноготками вдоль его бока наверх, Каин прикрыл глаза и медленно выдохнул.             — Мне нравится, когда ты меня тискаешь.              — Хочешь, чтобы я была инициативнее? Кончики моих пальцев прошлись по ключице, коснулись косточки на шее. Он сглотнул.             — Хочу, чтобы ты не стеснялась проявлять свои чувства, — он говорил спокойным голосом. «Чувства»… Рука моя замерла, он ухмыльнулся — снова смутил меня. Лежа, все еще с закрытыми глазами и обостряя тем самым свои ощущения, Каин впитывал нашу близость через касания, наслаждался ей. Я повела рукой дальше вниз. Мои пальцы обвели по спирали грудь и сосок. По его коже побежали мурашки. Я убрала ладонь и коснулась его бедра. Мышца под ней напряглась, я услышала короткий быстрый вдох. Прикрыв плотнее глаза, он пытался расслабиться.              — У тебя хорошо получается. Но я думал, — он открыл глаза, — ты поцелуешь меня. Я посмотрела на его губы.              — А потом? Я медленно повела рукой от бедра к талии. Остановилась. Он хищно улыбнулся.             — А потом я уйду к брату. Разговаривать. Его голос был уверенным, взгляд стал отстраненным. Он был уже не со мной. Был с Авелем. Я села рядом, так и не поцеловав его. Погруженный в свои мысли, он выводил восьмерки на моем плече и смотрел в одну точку. А я начала переживать. За него. За бессмертного. Из-за моей прихоти он поддался и раскрыл свои белоснежные. И его заметили. Увидели. И теперь придется отвечать за последствия. Ему. А я лезу со своими «чувствами»… Бесполезная. Я отодвинулась. Интересно, насколько все серьезно?              — Он боится тебя? — неожиданно для самой себя скорее озвучила предположение.              — Авель? Я кивнула. Каин, соглашаясь опустил голову.             — Мне кажется он завидует. Всю жизнь соревнуется со мной. В детстве за внимание матери, сейчас перед вышестоящим начальством. Да даже с тобой, — он легонько толкнул меня плечом. — Не может смириться: я сильнее его и выше по должности, а он старший. Вот и бесится. Не хочет, чтобы моя репутация испортила его.              — Хочет «выслужиться»?              — Ага. Хочет доказать, что он лучше. Только не понятно кому. Кажется я понимала Авеля. Мне стало его жалко. Я тоже всю жизнь соревновалась за внимание родителей. Хотела быть им нужной. Только постоянно проигрывала их работе. Так и Авель ищет признание, чтобы убедиться в своей нужности.              — Может он просто боится одиночества? Боится быть брошенным? Что выберут не его?              — Мы все боимся этого, — он очень строго посмотрел на меня, не намекая, а крича своим глубоким настороженным взглядом, что тоже боится, что выберу не его. Я закусила губу. Каин погладил меня по руке.              — Может… — он досадно хмыкнул. — Отец бросил нас, когда узнал, что я не его. Так и не узнал бы, не будь я метисом, — я взглянула на него, молча спрашивая. — На половину демон, — он вздохнул. — Я сам не знал, пока он не начал тот странный разговор, расспрашивая меня про мои силы. Точно, он говорил мне, что у них разные отцы — значит он жил не с родным. А я представляла себе это иначе. Проще. Но Каин рассказывал об этом спокойно и с давней грустью в глазах. Видимо когда-то в начале все было хорошо, но миг счастья был упущен из-за скелетов шкафу.             — Мать умерла, когда мы были подростками. Мы остались одни. Мой настоящий отец устроил нас в школу ангелов и демонов и больше не приходил ко мне. Сердце кольнуло.             — Мне жаль. Я сжала его руку. Не знаю, как лучше с такими родителями как у меня или вообще без них.             — Это прошлое, — его голос был равнодушным. Но он обреченно вздохнул.             — И как бы мне не хотелось признавать, но Авель прав. Бессмертным запрещено показываться с крыльями на людях, — он продолжал нежно водить пальцами вдоль моей руки, успокаивая себя. — Сложившаяся ситуация Авелю даже на руку. Он наконец-то выиграл. Не могу лишить его удовольствия — поучить меня уму-разуму. Самому интересно, что он скажет. Дам поиграть в старшего брата.             — Первое впечатление о нем было не самым приятным. Он может предать? Обмануть тебя? Позитивный настрой Каина меня не успокаивал.             — Он искусный манипулятор. И зная слабое место, будет вить из тебя веревки, чтобы получить выгоду.             — Когда играли в покер, он не показался мне хорошим игроком — быстро вылетел. Или… он это специально, чтобы оставить нас вдвоем за столом. Каин молча ухмылялся, а взгляд был скучающий. Видимо, он тоже боялся предательства и взвешивал все обстоятельства.             — Я буду вынужден оставить тебя. Не жди, — ласково просил, — ложись спать. Завтра рано вставать. Бросил взгляд на окно и накрыл меня простыней. Натянул ее по самую шею.              — Досмотри фильм.              — Ты надолго? Каин задумался, его взгляд расфокусировался.              — Утром проснешься… я буду рядом. Обещаю. И протянул мне мизинец — я обхватила его. Даже не думала и сама удивилась этому порыву и желанию, искреннему и показавшемуся мне таким правильным. Улыбнувшись, я прикрыла глаза и ткнулась ему в плечо. Он спрятал мою ладошку в своей и поцеловал ее. Внезапно, Каин повернул голову в сторону двери, прислушиваясь.             — Хм. Ты хорошо влияешь на Авеля. Он не решился, как всегда, войти через балкон. Я прикусила губу.             — В отличие от тебя…             — Да, — он усмехнулся. — С тобой рядом находится опасно… теряешь рассудок, — закончил фразу шепотом.              — Шутишь?             — Абсолютно серьезен, — он говорил без доли иронии. Твердо и четко. А я не могла отделаться от чувства вины. Это из-за меня Каин показал крылья. Это я попросила и не подумала. Глупая. Наверняка брат прилетел отчитывать его и разговор будет неприятным. Каин поднялся и скрылся за одной из дверей комнаты. Вернулся одетый: джинсы, толстовка — классный. Я улыбнулась. Он пошел в сторону выхода, но сделав пару шагов остановился — обернулся. Поймав его взгляд, я поднялась на коленях. Простынь соскользнула с моего тела. Смущено улыбнувшись, он направился ко мне. Я ликовала. Внутри все встрепенулось, ожило, словно стряхнули слой пыли с игрушки. Так хотелось в его объятья обратно. Я подползла к краю. Смотрела на него и хлопала ресницами, как кукла. А Каин, подойдя вплотную, оставил легкий поцелуй на щеке и склонился над ухом:             — Не смог удержаться. Слишком довольная, — отстранился, заглядывая в глаза. — И соблазнительная. Его глаза невольно скользнули к груди, где под тканью футболки выделялись соски. Он не видел меня полностью обнаженной — наверно воображал, представлял и желал узнать какие они. Наверное, в его фантазии он уже медленно стягивал с меня эту футболку и жадно рассматривал, а может уже и облизывал. Выдохнула, переставляя колени и ловя себя на мысли, что была бы не против. Он еле заметно втянул губу внутрь. Уверена — мы думали об одном и том же. Воздух вокруг стал вязким. Звуки пропали. Остались мы в этой комнате и эта чертова футболка, которая мешала и которую хотелось поскорее снять уже. Я потянулась к нему, кладя руку на талию. Прикусила губу, он так смотрел на меня, как самец, поймавший свою самку, готовый сорваться, но дикость в глазах мешалась с сожалением. Он был хищником в не воле. Ошейник давил на его горло и явно ограничивал. Как мне снять его? Кто его держит? У меня потянуло живот от такого прирученного взгляда, от осознания что он хочет, но сдерживает себя, не настаивает. Может правда — мне стоит быть более инициативной. Мне стало жарко. Облизнув быстро губы, задержала дыхание и взяла его за ремень. Запустила под пояс кончики пальцев. Мышцы живота тут же сжались, освобождая пространство и я коснулась края белья. Он приоткрыл губы, поддаваясь на меня и обхватывая одной рукой талию. Раздался звонок. Авель. Чтоб тебя! Мои плечи от неожиданности чуть дрогнули. Я отдернула руку. Каин облегченно выдохнул и огладил большим пальцем мою щеку.             — Разрумянилась. О чем думаешь?             — О добавке, — призналась я робко. Каин закрыл глаза и оставил поцелуй на губах. Легкий и ласковый. Потом еще один. Отстраняясь, задел кончиком носа мой.              — Я буду рядом. Если что — зови.              — Прилетишь?             — Прилечу, — коснулся моих губ еще раз. — Не исчезай, Золушка. Его рука скользнула вниз к талии. Не навязчиво, не назойливо, он не хватал — он приглаживал. Поправлял мое «платье». И одернув его вниз, развернулся и молча вышел из комнаты. Я слышала как открылась дверь, как начался разговор. Авель не был зол. Подкалывал брата, как всегда. Может и правда ничего серьезного, я себя накручиваю. Любопытство взяло верх над разумом и я, тихонечко подкралась к двери, чтобы подслушать.             — … не показалось, — перебил брата Каин.             — Идем, — голос Авеля стал серьезным. — Кажется у стен есть уши.             — Будешь отчитывать меня?             — Буду учить тебя уму-разуму. Я слегка улыбнулась — хорошо они друг друга знают. Дверь закрылась и я осталась одна. Тишина. По ногам прошелся неприятный холодный сквозняк. Балкон был открыт — закрывать я не стала. Вернувшись в постель, залезла под одеяло. Свернулась калачиком, мой взгляд упал на пустое место рядом. Внутри было неприятно. Я чувствовала себя виноватой. Включила кино и, придвинувшись поближе к его подушке, вслушиваясь в реплики и пытаясь вникнуть, начала немного зевать. Этот фильм… Воспоминания. Почему Каин сказал, что спрятал одно мое. Он говорил серьезно. Интересно, что именно он мог заставить забыть. Наш разговор? А может я стала свидетелем? Видела крылья. А может что-то еще? Я погрузилась в воспоминания и пыталась вспомнить хоть что-то с ним связанное — не получалось. Было не понятно, что именно вспоминать. Память не находила его в чертогах разума. Обняв подушку вместо него, я сдалась и прикрыла глаза. Начала засыпать, когда сквозь сон услышала звук сообщения. Обрадовалась! Каин… Возвращается. Я дождалась! Схватила телефон, но увидев адресата — расстроилась. Сжала челюсти. pierro: 22:36       спокойной ночи, красавица 22:37       чем сейчас занята? 22:40       а я скучаю 22:41       мне тебя не хватает Я смотрела в экран и читала монолог. Молчаливый разговор с самим собой. Все, как говорил Авель. Ян снова пьяный? Чтобы не злить Каина решила удалить сообщения. И в этот момент, мне казалось, что я слышу шепот бывшего из темного угла комнаты. Он зовет меня. Ласково. По имени. Я посмотрела туда. Глаза выхватывали высокий силуэт из тени или воображение безжалостно играло с моим сознанием и рисовало там черный квадрат Малевича в форме Яна. Очередной звук входящего сообщения отвлек меня. Загоревшийся экран развеял дымку и видение пропало. Ян видел, что я читаю сообщения. pierro: 22:46       хочу тебя держать за руку 22:47       хочу чтобы рядом была 22:48       хочу тебя обнять 22:48       хочу целовать 22:49       хочу с тобой 22:49       хочу к тебе 22:50       хочу для тебя 22:50       хочу тебя 22:52       хочу 22:53       ты нужна мне 22:54       я не могу без тебя [печатает…] Не став отвечать, я удалила чат и выключила телефон. Но решив для себя, что нам предстоит сложный разговор. Увлеченная фильмом, я незаметно уснула. Мне снился Каин и как он носит меня на руках. Как к себе прижимает, трется носом, лбом и кутает своими крыльями. Мне это безумно нравилось — осознание божественного и я в самом центре его внимания. Но кто-то незнакомый сзади хватает за мощные изгибы крыльев и с силой дергает, вырывает его белоснежные прямо у меня на глазах. Я испугалась, начала часто дышать. Вцепилась в него, не желая отдавать. Схватилась за его плечи, меняя нас местами, пытаясь защитить. Но он не обращал на происходящее никакого внимания, просто продолжал меня обнимать и кутать в объятиях, но со слезами на глазах. И я не могла понять от боли или от счастья. Глаза были закрыты, но он улыбался. Прижимаясь сильнее, прислонилась щекой к нему и Каин лишь обнял крепче. Тепло. Мягко. Безмятежно. Как сейчас. Я открыла глаза и поняла, что лежу на плече у Каина, и бессовестно грудь его обнаженную лапаю, в попытке прижаться всем телом к боку и закинув свою на его ноги. А его руки заботливо меня обнимали, как во сне, за талию и за спину.             — Доброе утро, Лэйн — ласково, заметив что заерзала, поприветствовал он.             — Доброе утро, Каин, — искренне обрадовалась пробуждению и что он оказался рядом, как и обещал. И прислушалась к ощущениям: выспалась, тело как во сне жалось к нему, желая близости.              — Продолжай. Мне нравится, — улыбался он. Я застеснялась своих подсознательных желаний и отодвинулась. Легла просто рядом.              — Ты не спал?             — Почему? Спал и даже видел сон. Второй раз в своей жизни.             — Второй? — с тревогой в голосе интересовалась я, сев на кровати и заглядывая ему в глаза. — А какой?             — На редкость хороший. Волен выбирать то, что душе угодно. Я свободен. Счастлив. Но только я не я… Каин переместился и положил голову мне на ноги.             — Знаешь, бессмертным не сняться сны просто так? — говорил он загадочно. Он смотрел снизу на меня и я положила ладонь на его щеку.             — Я ничего про вас не знаю, Каин. Только, что умеете летать. И живете долго. Он виновато прикрыл глаза.             — Они сняться очень редко и только в сильно… эмоциональные моменты.             — Как и у людей, — добавила я.              — Хм… нет. Порог эмоций у нас другой. И для бессмертных они являются знаком, возможным вариантом событий будущего. Повернувшись к моему животу, он задумался, погрузился в мысли. Будто ему пришло озарение и он снова пытался доказать в уме теорему. Я перебирала серебристые пряди.              — Ты был без крыльев? Его брови нахмурились. Он прищурился, но ничего не ответил. Поднялся и, сев на край кровати, сказал:             — Лэйн, я уеду сегодня. Ты останешься с Авелем. Он будет тебя сопровождать.             — Но… — я вскочила с кровати.             — Возникли дела неотложные, с которыми необходимо быстро разобраться, — отвечал на незаданный вопрос.             — Это из-за крыльев. Их многие видели? Он кивнул — незачем было врать. А я место себе не находила. Начала ходить, медленно переставляя ноги, чтобы себя успокоить.             — Тебя накажут? — я испугалась.             — Как все улажу — я сразу вернусь. Он улыбнулся и не отрицал обратного. Я опустила глаза.             — Это я виновата. Я могу как-то помочь? Беспокойно меря шагами комнату в поисках своей сумки, я старалась не показывать страха, но…             — Не переживай так. Все образумится. Помнишь на кого работают айтишники? Они уже начали удалять записи из облачных хранилищ. Я выдохнула. Может и правда все обойдется. И продолжила искать одежду.             — Ты вернешься к пятнице? Он замер и строго добавил.             — Если нет — поедешь с братом. Я сглотнула и начала переживать еще больше.             — Поехали завтракать, отвлечешься, — как по привычке предложил мне Каин, ловя меня за руку, — а то мечешься по спальне как дьяволица. Неугомонная. Голодная. С диким взглядом. Только без крыльев. Одевайся, — его голос стал ниже, он снова меня разглядывал и не стеснялся больше. — Давай, я помогу тебе. Как он смело и просто все обозначил. Он. Ухаживает. За мной. Я неровно выдохнула. Он ухмыльнулся. Я отвернулась и подняла руки наверх, предлагая снять ему с себя футболку. Ее край от этого действия стал гораздо выше, оголив бедра полностью и частично ягодицы. И я уверенна он точно знал цвет моего нижнего белья. Звякнула молния. Я вздрогнула. Как шустро он перешел к действиям. Больше не дышала. Он подошел сзади. Не слышно, но я чувствовала на шее сдерживаемое горячее дыхание. Он будто обнюхивал меня и решал с чего лучше начать. Я прикрыла глаза в ожидании. Запрокинула голову. Закинула руки назад и обняла его за шею. Захлестнувшие ощущения его полуобнаженного торса, прильнувшего со спины ко мне дурманили мысли. Я видела наши тени на полу спальни. Порочные силуэты, прижавшиеся друг к другу, возбуждали. Колени предательски дрогнули, выдавая нетерпеливое желание. К ногам что-то упало. Я выгнулась, а Каин обхватил талию и легко поднял меня. Отнес в ванную и поставил. На ухо шептал:             — Ты развращаешь сердце. Принцессы так не ведут себя. Но мне нравиться, как ты каждый раз пытаешься соблазнить меня. Я повернулась к нему. Его радужки стали красными. Демон рвался в мои объятия. Зверь внутри него жаждал моей ласки. Но он держал его на толстой надежной цепи. Он положил руки на мою талию. Надавил.             — Похоже мне попадались всегда стандартные. А сейчас я нашел уникальную, — его голос становился ниже с каждым произнесенным им словом и тише, он словно стеснялся того, чего говорит. — И я клянусь, я не отдам… — Каин проговаривал медленно, отрывисто, по слогам, — … свою… любимую… куколку… — его голос дрожал. Из легких разом выбили воздух, мы не дышали оба. Мое сердце ломало ребра, колени подкашивались, тело не слушалось. Широко раскрытые глаза выдавали удивление, растерянность и согласие. Я с радостью соглашалась с услышанным: и со своей, и с любимой и даже с куколкой. «Любимая» впервые слышу это слово от мужчины. Непонятное тепло разлилось по венам нежностью. Я смотрела ему в глаза и хотела обнять его, поцеловать и сказать… Понимая, что не против сказанного, Каин, склонившись и целуя меня в висок, шепотом добавил у самого уха:             — Мою Золушку… Он прижался ко мне лбом. «Мою»… Внутри меня все сжалось. От таких простых, но важных слов вторая волна нежности прошлась по моим артериям. Сердце стучало в висках. Надо ответить, но что. Каин осторожно коснулся моего лица, пытаясь вывести из состояния шока.             — Нам правда пора, — говорил он также ласково шепотом, протягивая мне застегнутую сумку. Молча забрав ее, я стояла, словно кукла, и не двигалась. Осознавала услышанное. Он это видел. Каин снова поцеловал меня в краешек губ ни на что не рассчитывая. И отойдя, не дождавшись реакции, виновато добавил:             — Я буду ждать тебя в коридоре. Я очнулась, когда дверь ванной хлопнула.             — Каин… я… Остановила себя — момент был упущен. Нельзя оставлять этот разговор монологом. Нужно обязательно поощрить его, ведь это взаимно. Собравшись, я нашла его сидевшим и опустившим голову. Как и обещал он тихо ждал в коридоре. Руки сложив в замок и широко расставив ноги. В черном, словно ждал приговора. Он не поднял голову, когда я обутая подошла к нему и хотела попросить помощи, чтобы застегнул.             — Лэйн? — он наконец поднял голову, — изви… Я положила ему палец на губы, не давая договорить.             — Я тоже… Каин, — говорила. шепотом, боясь спугнуть свою смелость и искренность. Он вопросительно нахмурил брови, прищурился.             — Я тоже клянусь… — я убрала палец, но касалась его щеки, — …что не отдам моего ангела-хранителя, — я водила пальцем по щеке, — нарушителя моего спокойствия и своего демона-искусителя. Он слегка улыбнулся и накрыл мою своей рукой. Второй поспешно притянул к себе ближе и так смотрел на меня снизу. Преданно и покорно. Я приручила его. Похоже цепь была в моей хрупкой ладони. Я обвела его родинку на щеке и его взгляд поменялся. В нем мелькнуло счастье в перемешку с грустью и он спрятался, закрылся, уткнувшись лбом и носом мне в живот. Его горячее дыхание приятно пробивалось через ткань кофты и я запустила пальцы ему в волосы.             — Поехали? — спрашивала я неровным голосом, надеясь, что он остановит и снова устроит выходной обоим.             — Ага. Он поцеловал меня в живот. Улыбнувшись, я поставила ему на колено свою ногу, обутую в туфельку.             — Застегнуть?             — Если хочешь можешь снять… Я оставляла выбор за ним. Каин посмотрел на меня исподлобья.             — Хочу… — он сглотнул и поцеловал мою ногу, отчего она немного дернулась, а я неровно вдохнула, стараясь подавить стон, от того, как тянуло низ живота при виде такой позы.             — Но нам правда пора. И он застегнул на лодышке замок, нежно огладив щиколотку.             — Дела. Их нужно решить. Мы завтракали в машине, мило болтая о моих обязанностях и его должности. Его двусмысленные ответы меня вгоняли в краску. Замечая это, он улыбался и постоянно касался меня. Больше не спрашивал и не стеснялся. Просто трогал, водил по коже пальцами. Вырисовывал узоры. Мне нравилось, я подставлялась ему — он это видел и играл со мной как с кошкой. Ласково.             — Дай руку. Я протянула ему ладонь. Он снял со своего запястья крестик, подаренный Яном, и обвил им мое.             — Не снимай его и старайся не показывать. Я молча согласилась, понимая чего это ему стоило. Приехав в офис, он посадил меня в своей комнате, дал задание, а после исчез. Оставив единственное сообщение. Ангел Каин: 09:56      ты знаешь о ком, все мои мысли. поэтому, вернувшись, хочу найти тебя в своей постели ❤️ Сердце пропустило удар. Я пыталась ответить, но сообщения не доходили. Я хотела согласиться, потом гордость возмутилась, но я в итоге смирилась с констатацией факта.

11lane00:

оставлю окно открытым 💋      10:01

Но сообщение осталось не доставленным. Вечером в дверь постучался Авель и спросил разрешения войти.             — Что делать будем? Есть планы?             — Я хочу погулять. Одна. Я обрезала его последующие предложения, но он лишь усмехнулся и покачал головой.             — Нет, Лэйн. Одной нельзя. Опасно. Я думал, Каин тебе дотошно все объяснил.             — Я договорилась с подружкой встретиться.             — Я с вами, — он оживился, глаза заблестели. Я посмотрела на него недоверчиво. Он подмигнул мне.             — Обещаю не приставать, — говорил он в своей излюбленной манере лавеласа. — Крылья тоже не буду показывать. Я не такой дурак, как мой брат.             — Правда, Авель, тебе не идет роль няньки.              — Да? А какая идет? Песика? — он высунул язык. — Или я больше похож на зайку? Я игнорировала его пошлые шутки.              — Со мной ничего не случится, если бы Ян хотел… сделал бы…             — Тебе не Яна стоит опасаться. — Авель глянул на часы. — Поехали. У нас столик на семь. Поговорим там.             — У нас?             — Да, собирайся. Поужинаем. Потом заедем за подружкой и я отвезу вас к Каину. Мне так будет проще. Ужинать. Столик. Надо позвонить Анне. К Каину. Он уже вернулся? Почему не написал. Зачем нам там Анна тогда? Авель пощелкал пальцами перед моим лицом.             — Идем. Не забудь телефон. Я проверила — сообщение до сих пор не доставлено.              — Авель?             — Да?             — Заедем за сигаретами.             — Я бы на твоем месте… Я строго посмотрела на него.             — Хорошо. Но в машине не курить.              — Как скажешь, няня, — и улыбнулась ему. Он закатил глаза и вышел. Авель привез меня в Смоленский пассаж. Мы поднялись на 16 этаж. В ресторане с панорамным видом было уютно. Играла классическая музыка. Столик был на двоих и стоял обособленно. Официанты здоровались с моим спутником — он в ответ молча кивал и едва улыбался.              — Ты здесь постоянный гость.             — Да. Можно и так сказать. Он предложил мне сесть и придвинул за мной стул.              — Берешь пример с брата?              — Нет. Лэйн. Это воспитание. Нам принесли напитки.             — Я взял на себя смелость и заранее выбрал вино. Я взяла бокал, покрутила. Аромат баловал рецепторы и напоминал о Каине. Черная смородина… я прикрыла глаза. Выдохнула. Пригубила.              — Или ты хочешь мартини? Я глотнула еще. Вкус медленно растекался по языку. Плотный. Насыщенный. Тяжелый. Обволакивающий. Авель смотрел на меня.             — Не торопись. Дай надышаться танинам.             — Не нужно. Пусть будет вино. Это мне понравилось. Луч солнца попал на бокал и на миг осветил жидкость. Она сверкнула кроваво-гранатовым как глаза моего… моего?.. моего ангела-хранителя. Сердце забилось чаще. Встрепенулось. Спина выпрямилась и, расправив плечи, я подалась вперед. Захотелось проверить сообщение. Засуетилась, нашла телефон. Глаза стали грустными, когда заметили не изменившийся статус в чате: [не доставлено] Авель наблюдал.              — Я рад. Он наклонил голову. Его взгляд продолжал изучать меня. Он пытался узнать, что поменяло мое настроение. Я убрала телефон.             — Только не делай так опять.              — Как? — он прищурился.             — Как тогда. В первую встречу. Когда я не могла шевелиться.             — Хм. Не буду. Он продолжал смотреть, положив локти на стол и придвинувшись ближе. Я отодвинулась, закинула ногу на ногу.              — Что? — спросила я.             — Что ты чувствуешь к Каину? Он легко разгадал: вариантов не было. Не готовая сразу к такой откровенности, я не нашла нужных слов.              — На что ты рассчитываешь, связывая себя с ним? Защищаясь, я размышляла вслух:              — А на что я могу надеятся, Авель? Меня продали дьяволу, как какой-то товар. Один использует. Другой манипулирует. И только он хочет помочь. Но не могу понять причину. На что мне рассчитывать? Надеюсь, я выживу. Каин придумает, найдет выход и мы…             — Мы…? Как мило, все же рассчитываешь, — он грустно улыбнулся, поджав нижнюю губу. — Расскажи что-нибудь про себя пока мы ждём, что он придумает, чтобы найти этот выход. Чем меньше он обо мне знает, тем меньше будет возможностей мной манипулировать. Авель хитро прищурился.              — А я тебе потом расскажу кое-что про Каина. Может сократишь круг возможных причин до единственной. Он уже зацепился за уязвимое и знает на что давить. Надо успокоиться и быть осторожной в выражениях.              — Я люблю математику.             — Это я знаю. Я улыбнулась ему.              — А знаешь почему?             — Нет, — он прищурился, заинтересовался. — Почему? Попался.             — Она мне напоминает о папе. Его ресницы дрогнули. Взгляд на секунду переменился, ныряя в зыбкие пески прошлого. Он моргнул. Закрылся. Спрятался за игривой улыбкой. Откинувшись назад, выпил. Я нашла его слабое место.             — Все детство я была предоставлена самой себе. Боролась за оценки, соревновалась со сверстниками, чтобы заметили. Хотела быть лучше всех. И была. Но родителям было не до меня. У них была их работа. Ее я не могла переиграть.              — Причем здесь математика? Он слушает. Я тоже выпила. Выдержала паузу.              — Я использовала ее, чтобы привлечь внимание. Папа соглашался помочь и всегда так радовался, когда у меня получалось. А получалось у меня всегда. Мне было приятно, что он рядом, со мной, а не своими графиками, коллегами и командировками. Я смотрела на него — он на содержимое своего бокала. Я продолжала:             — После мы шли к маме, и папа хвалил меня. А потом все улыбались. Меня обнимали, говорили лестные слова. В эти моменты я была счастлива. Я получала дозу их внимания. И все благодаря математике. Вновь придвинувшись к столу, Авель протянул руку и стукнул фужером о мой.             — Молодец Лэйн. Ударила по слабому, — ставя локоть на стол. — Как искусно разыграно. Но я рад за тебя. Ты все-таки выигрывала иногда. У меня нет шансов переиграть брата. Потому что судей больше нет.             — А за что ты с ним борешься? Что хочешь доказать? Пожав плечами, он покрутил жидкость в бокале. Задумался, опустил глаза, будто пристыженный. Передо мной сидел обиженный мальчик, которого мучает чувство несправедливости. Авель перевел взгляд на панорамное окно и открывающийся вид на город. Сделал глоток.             — У него все всегда лучше. Мать любила больше. Даже его отец оказался более участлив, когда мы остались одни. Он демон, но в нем оказалось больше сострадания, чем в праведном ангеле. Он меня не бросил, как родной, а пристроил вместе с братом, — он внимательно посмотрел на меня. — Ты не удивлена. Знаешь про это?             — Конечно. Мы же разговариваем, а не трахаемся, — дерзила ему в его же манере. Он ехидно кивнул смелому замечанию, приподняв бокал в воздухе, ожидая меня. Я присоединились и он сказал тост:             — Чтобы было наоборот. Или хотя бы поровну, — подмигивая. Моя дерзкая улыбка его позабавила. Я его поддержала. Отмечая про себя, что пора бы уже хотя бы поровну. Мы выпили и отставили бокалы одновременно. Официант принес блюда. Красивые, но маленькие порции. Поинтересовался все ли нравится, подлил каждому вина.              — Ты платишь за ужин?             — Да, — он улыбнулся своим мыслям. — Я же пригласил тебя.             — Воспитание?              — Влияние младшего. Мы посмеялись. Я немного расслабилась. Рядом с нами не сажали посетителей. Обстановка была располагающей к разговору по душам и музыка медленная успокаивала. Я отпила вина. Плотное, бархатистое, в меру кислое. Слегка терпкое послевкусие и ощущение сухости на небе. С каждым следующим глотком вкус становился все мягче. Я невольно снова задумалась о Каине. Мне здесь нравилось. Белые скатерти, небо над головой. Удобные кресла.             — Как называется ресторан?              — Белый кролик. Бывала здесь?              — Никогда. Я положила руки на стол и придвинулась к тарелке.             — Твоя очередь рассказывать.             — Тогда пока не ешь, чтобы не поперхнуться. Авель расстелил салфетку на коленях и взял столовые приборы.              — Ты познакомилась с Каином раньше, чем с Яном.             — Это я уже знаю. Не удивил. Он приподнял бровь, насаживая на вилку красную ягоду.             — Так значит вы и правда не сексом занимаетесь, а разговариваете… Он смотрел не стесняясь прямо в глаза, медленно вытаскивая вилку изо рта. Я скучающе посмотрела на потолок. Он, как и я, начал из далека.              — Давай что-нибудь новенькое. Он наклонил голову и отпил вина.             — Хм… Знаешь, Лэйн, все новенькое — хорошо забытое старенькое. Я подняла бокал. Авель смотрел не моргая.             — Каин спал с тобой. Я рассмеялась ему в лицо.              — Конечно. Мы не раз вместе просыпались. Он смотрел на меня непроницаемым взглядом.             — Я про секс, Лэйн, — сухо сказал он. Меня словно окатило горячим паром из сауны. Вспотели ладошки, подмышки, и жар, пройдя по позвоночнику, остановился на щеках.             — Хм, — я дерзко улыбнулась, — я бы запомнила, — а сама нервно обхватила ножку бокала, словно цепляясь за уплывающую реальность и пытаясь найти спасательный круг. Теперь рассмеялся он.             — Ты просто забыла. Ян каждый раз затирает твои воспоминания. И тебе кажется, что все хорошо, все продолжается.             — Каждый раз… Я убрала руку под стол, пряча дрожащие пальцы. Это было несколько раз. То странное видение в лесу — затертое воспоминание с Каином? Теперь меня будто окатило ледяной водой. В ушах зазвенело. Я обратно взяла бокал и все-таки сделала глоток. Авель, внимательно следя за моими реакциями, отложил прибор.             — Да. Ты ругаешься с Яном. Сходишься с Каином. Спишь с ним. И исчезаешь. Заколдованный круг замыкается — ты возвращается к своему колдуну. Всегда. И потом все повторяется заново. Я сглотнула и выпила еще.             — Тебя не хватало надолго, максимум один-два месяца. Но в последний раз вы даже съехались. И кажется ты с ним счастлива. А Каин видит это и бесится. Потому что Ян увел тебя из-под самого его носа. Заколдовал, пока сам он отлучался по своим неотложным и важным делам. А вернулся, — он усмехнулся, — ты была уже куклой колдуна. Я допила оставшиеся пол бокала вина. Авель внимательно смотрел на меня, подчеркивая для себя мои реакции.             — Он не успел. Ян оказался проворнее. И сейчас — он просто заберёт тебя к себе при первой возможности. Ты потеряешь опять все воспоминания. И Каина… — он смотрел мне в глаза, —… тоже.             — Зачем ты мне это рассказываешь? Авель сделал глоток.             — Хочу чтобы ты знала и была осторожна. Чтобы знала, что потеряешь Каина. Потому что если круг замкнется опять, я не дам вам сойтись заново. Подумай! Расставь приоритеты. Выбирай истину. Работа или твоя математика? Он снова сделал глоток, смачивая горло.       — Математика, которая была с тобой постоянно когда ты оставалась одна и находила в ней утешение. Или работа, которая как паразит использовала твоих родителей и забирала от истинного счастья? Как он искусно перевернул все в свою пользу. Извратил. Курить хочется. Я шарила по карманам и сумке. Куда я положила эти чертовы сигареты?             — Со мной ничего не случится.             — С тобой да, — злорадствовал Авель — А что будет с Каином, когда он узнает, что круг снова замкнулся. Ты не понимаешь главного — они борятся за тебя, за твое внимание и оба хотят тебя… — он окинул меня циничным взглядом, — … видеть рядом. И если у Яна есть на то право, у Каина его нет. И я считаю, что тебе надо оставить его. Этими метаниями вы делаете друг другу больно. Мои глаза расширились. Рука наконец нащупала заветную пачку. Я достала и встала, хотела уйти. Авель ухмыльнулся. Зло смерил меня взглядом.             — Можешь курить здесь. Тебе ничего не скажут. Это мой ресторан. Садись — мы не закончили разговор. Я не села сама, его тон буквально усадил меня в кресло обратно, как безвольную марионетку. Авель подозвал официанта — мне принесли пепельницу. Какой сервис в ресторане отменный. Я прикурила и выдохнула прямо в его самодовольное лицо.             — Ты так любишь брата? Он молча положил в рот очередной кусочек. Но давняя зависть мелькнула в глазах. Авель стукал пальцем по вилке пока жевал в такт играющей музыки, что-то обдумывая.             — Послушай, я не хочу тебя обижать. Ты мне нравишься, с тобой весело. Но ты его портишь. Он стал слишком сентиментальным для того кем является. Я затянулась.             — Он кажется взрослый мальчик.             — Мальчик?! Это с тобой он стал вспыльчивым подростком. Легко поддается эмоциям, — он обвинял меня, улыбаясь. — Если тебя не будет… — он наклонил голову, задумываясь, — … все станет проще. Вернется на круги своя. И никаких разговоров больше.             — Ты не посмеешь. Я ухмыльнулась, а он, проглотив очередную порцию, подметил:             — Я посмею отдать тебя тому, кому нужно. По долгу службы, если он, поддавшись чувствам, не сможет. Стало страшно. Ему ничего не мешает сделать это прямо сейчас. Я вжалась в кресло, ногтями свободной руки в его обивку. Уперлась пяткой в пол.              — Не понравилось? — он указал на почти нетронутое мной блюдо.              — Наелась. Я выдохнула и наполнила никотином легкие вновь. Мне кусок в горло не лез, в отличие от Авеля, который как ни в чем не бывало наслаждался ужином и общением.             — Из-за тебя он стал милым и нежным котиком. Он не быстро принимает решения, а раздумывает слишком медленно. Это его погубит. Ты его слабость, у такого как он их быть не должно.             — Ты позвал меня сюда не просто так.             — Всегда поражался твоей сообразительности. Наверно этим ты и зацепила, а еще не боишься прямых вопросов. Ты права. У меня к тебе предложение. Я напрягалась, сильнее впиваясь в подлокотник. Холодок неприятным ощущением тревоги прошелся дрожью по коже, роняя пепел на пол. Авель доел и положил приборы на тарелку.             — Я прошу тебя как друга. Оставь его. У вас нет будущего. Он бессмертный. Сука. К чему он клонит. Потушив сигарету, я прикурила опять. А он не задумываясь и глядя в глаза продолжил.             — Сколько тебе? 19? Лет через 7, если не раньше, ему станет не интересно. Он выкинет ненужную старую игрушку. Понимаешь о чем я?             — Ему нужна равная.             — Естественно. Не делай обоим больно. Аппетит не вернулся. Я отодвинула тарелку от себя. Ногтем большого пальца стукнула по фильтру, стряхивая пепел, так и не затянувшись. Авель подлил нам обоим вина.              — Давай я дам денег. Ты переедешь. Я откинулась на спинку кресла, глубоко затягиваясь. Он продолжал и я послушно слушала.              — В другую страну. Ты говоришь на английском? Или испанском?              — На обоих, — дерзко ответила ему, не думая.              — Отлично. Одну я уже отправил. Могу дать контакты. Будет что обсудить. Она тоже сначала сопротивлялась и не хотела. Но когда речь зашла о деньгах — передумала довольно быстро, — он хмыкнул. — Хотя по началу говорила, что любит и не оставит. А ты молчишь и отказываешься. Надолго или вопрос сколько? Я снова затянулась, смело глядя ему в глаза. Он глотнул вина. Думая, что сомневаюсь, продолжил давить на уязвимое.             — Вы не пара. Я поджала губы. Меня раздражало, что он прав.             — Ты — кукла. Развлечение. И когда тебя отбирают — ты причиняешь боль. Мучаешь. Если любишь — отпусти его. Пережав от злости пальцами фильтр на сигарете, я слушала его и молча возмущалась. Он собирается откупиться от меня. Душу уже продали, осталась физическая оболочка. И ею торгуют. Не о таких ангелах нам рассказывали в Библии. В этом точно ничего святого. Этим в отца, наверное, пошел.             — Подумай. Можешь даже вместе со своим охотником уехать. Я взяла несколько ягод с тарелки, положив локти на стол и пряча в ладонях лицо. В груди что‑то хрустнуло — как тонкий лёд, по которому прошлись тяжёлыми кроссами. Воздух стал вязким, тяжёлым, и каждый вдох давался с усилием, словно лёгкие уже не хотели впускать воздух.             — Отвези меня домой…             — Решилась. Быстро. Я согласен на любую сумму в планах разумного, — он победно ухмылялся. — И даже готов подставится под удар, выбрать из двух зол меньшую, лишь бы…             — … к Каину, — строго добавила я, поднимая на него глаза. Я решила. «А ты, Авель — тварь. Я не уеду. Не брошу. И к Яну не вернусь.» Авель прищурился. Я взяла телефон и набрала Анну.              — И по дороге заедем за подругой. Глубоко затянувшись, я жадно вдохнула, втянула воздух в легкие и потушила недокуренную сигарету о красивое блюдо. «Пока не вернется Каин, ты, дорогой, будешь прислуживать мне, как песик на задних лапках. Будешь оберегать меня и защищать.» Словно услышав мои мысли, он сжал челюсти и послушно кивнул.             — Поехали за подругой, дорогая. Подошел ко мне и, отодвинув стул, обхватил за талию.             — Молодец. Правильное решение. Повернувшись, я пыталась высвободиться. Он убрал руку.             — Не злись. Ты прошла проверку, в отличие от бывшей.             — Что? — я резко повернула на него голову, не говоря, а выкрикнув. Он хитро и довольно улыбался.             — Предлагаю десерт взять с собой. Уверен, ты проголодаешься. Он подмигнул мне и ушел к персоналу. Проверка. Бывшая. Сердце колотилось. Я посмотрела наверх, туда где виднелось небо. Мне нужно было на свежий воздух. Алкоголь через желудок уже всосался в кровь и начал кружить голову. Подъезжая к дому Ани, у меня появилось настроение. Легкость и игривость развязали язык. Авель же напротив был как в воду опущенный. Мне снова стало его жалко. Опять у него ничего не вышло. Разговор с ним оставил неприятный осадок, но результат… Как будто это проверка была нужна мне. Я убедилась сама в истинности своих намерений к Каину и похоже чувствах. Было радостно внутри и хотелось улыбаться. Поэтому я не обижалась на Авеля, наоборот, мне хотелось его поддержать.             — Каин всегда говорит о тебе в хорошем ключе. Уверена, он гордится. Просто не говорит этого. Он нахмурился и подозрительно посмотрел на меня.              — Я бы гордилась тобой. Он нахмурился еще сильнее, не понимая что я делаю и куда клоню.             — Посмотри на себя со стороны, Авель.             — Да ты напилась, — расхохотался он.             — Это ты. Заставил меня нервничать. Я посмотрела на него. Повисла пауза.             — Взгляни на себя глазами Анны. Я провела раскрытой ладонью перед его лицом словно колдуя.             — Ты подъедешь и выйдешь из машины, чтобы выказать уважение. Поможешь сесть, открыв дверь. Каким она тебя увидит? Он задумался, совершая маневр на дороге. Я вместо него ответила на свой вопрос.             — Галантным, воспитанным. Как минимум. Я загибала пальцы, прищурившись, оценивающим взглядом его окинула.             — Может даже сочтет симпатичным. Авель посмотрел на меня. Улыбнулся.             — Ты начала говорить как Каин. И почему «может»? Я очарую ее с первого взгляда.             — Поспорим?              — Со мной спорить опасно, Лэйн. Я не проигрываю.             — А я пьяная и мне не страшно.             — Кажется я знаю как появилось то видео, которое ты не хочешь показывать. Я ударила его в плечо.              — Ай! Мы снова рассмеялись. Как с ним легко оказывается. Весело.             — Я вам завидую. Вы с братом вместе. У вас общее дело. И вы разные. У тебя свой собственный ресторан со звездой Michelin, а…             — А у него музыкальная студия.             — Опять ты сравниваешь. С тобой бесполезно разговаривать, Авель. Он посмеялся. Кажется я подняла ему настроение.             — Зато у тебя девушек, уверена, было больше.             — Это точно. Зато я никогда не влюблялся.             — А хотел бы?             — Знаешь, смотрю на ваши страдания, — он искоса глянул на меня, — и думаю не надо мне такого счастья. Мне стало неловко.             — Не родилась еще та…             — Не прибедняйся. И хватит уже мериться с братом у кого больше.             — Хм. Я давно это знаю — у меня. Я пихнула его локтем.             — Поверю на слово. Не показывай. Мы снова рассмеялись. Припарковавшись, Авель внимательно всмотрелся вперед на дорогу, где к нам навстречу шла Анна в обтягивающих джинсах и короткой косухе.             — Ты не говорила, что она такая…             — Сексуальная? — перебила его. Он кивнул. Я взглянула на Авеля. Он не обращал на меня внимания, тщательно разглядывая мою подругу. Наверно, прогонял в голове сценарии, как лучше соблазнить ее.             — Так, — я положила ему руку на плечо. — Не подкатывай! Он серьезно посмотрел на меня.             — Обещать не могу. И подмигивая, открыл свою дверь.             — Добрый вечер. Я Авель, — уверенно и с голивудской улыбкой начал он. Дверь закрылась и я осталась одна в салоне, становясь свидетелем соблазняющего разговора. Причем, судя по улыбке и взгляду Анны, обоих. Всю дорогу мы смеялись. Авель был обходителен, очарователен и мил. Не отпустил ни одной пошлой шутки. Только умные и глубокие мысли, философия, выводящая нас всех троих на размышления, чтобы высказать мнение и возможно поспорить. Я бы приревновала Анну к такому Авелю, если бы все мои мысли не занимал другой брат. Улыбнувшись, я проверила отправленное сообщение еще раз. Не доставлено. В веселой компании время пролетело быстро и незаметно. Я забылась, отвлеклась. Захотелось пооткровенничать с Аней. Я посмотрела на нее, пытаясь намекнуть, что пора спровадить Авеля.             — А который час? Они оба сидели рядом, напротив и одновременно посмотрели на меня. Авель пожал плечами.             — Не пора по домам? Приподняв бровь, я глянула на Авеля. Намекая ему, что пора уходить.             — Мне не хочется спать. С вами интересно и весело. Приятная компания.             — Правда, Лэйн. Ты чего его гонишь? — поддержала его Анна.             — Вы оба спелись!              — А ты говоришь как Каин. Я уже говорил тебе? Кажется вам пора заканчивать разговаривать и начинать…             — Авель! — остановила я его.             — Ну точно! Его манера. «Авель!» — он попытался изобразить Каина. И рассмеялся. И Анна глядя на него тоже. Словно знала Каина лично. А может знала. Надо спросить. Я растерянно смотрела то на одного, то на другого. И не верила. Он ей понравился. Давно она такой игривой не была с парнями.             — Я скоро вернусь, — Анна вышла в туалет. Авель проводил ее жадным взглядом.              — Авель, иди домой! Я хотела с ней поговорить. Пожаловаться.              — Сегодня ночью она будет жаловаться мне. Поговоришь с ней завтра, — он довольно улыбнулся, — в обед.             — Авель, не вздумай. Это моя подруга. Она не будет с тобой…              — Ошибаешься. Уверен, она уже поправляет белье для меня. Чтобы эффектнее смотрелась попка и грудь. Брось. Мы же взрослые люди.             — Ты ей понравился.             — Разве могло быть иначе? Не завидуй, порадуйся за подругу. Хоть кого-то по-настоящему трахнут. Я хотела плеснуть в него содержимым, но стакан оказался пуст.             — Она не такая.             — Ей нравятся девочки? — его глаза загорелись азартом. — Так даже интереснее. Я закрыла глаза рукой. Он не выносим. Почему он с ней не шутит на эту тему?             — Сейчас вам весело. Ты завтра все забудешь, а она будет надеяться, что позвонишь.             — Если мне понравится — позвоню. Он налил себе и Анне мартини. А мне воды и кинул лед.             — Чтобы бутылки не выскакивали сегодня из рук.             — Авель! Просто иди домой.             — А где ты живешь? — интересовалась вернувшаяся Анна. Авель развернулся к ней лицом.             — В доме напротив, — показывая в окно. — Но не могу оставить друга одну. Анна медленно шла и буквально сверлила меня взглядом.             — А тут живет Каин. Но его сейчас нет, — она с упреком смотрела на меня. — И у тебя ключ от его квартиры. Я жалобно посмотрела на Авеля, прося помощи, он только пожал плечами. Я осталась одна.             — Ты останешься сегодня со мной? — не спрашивала, а скорее ставила перед фактом. — Поболтаем?             — Конечно, — она улыбнулась. Авель протянул ей стакан так, чтобы она коснулась его пальцев, забирая из руки. И не прерывал зрительного контакта. Говоря, что сначала он, потом уже разговоры.             — Спасибо, — улыбалась она ему своей самой обворожительной улыбкой. Я тут лишняя. Пойду покурю.             — А ты? — обратилась она к Авелю. Он выпрямился. Глаза потемнели.             — И я. Буду вас охранять, — он мило улыбнулся ей и поднял бокал.             — За приятный сон, — интригующе сказала подруга.             — Спокойный, — поправила я.             — И крепкий, — добавил Авель. Мы выпили. Я ушла в коридор за сигаретами. Пройдя мимо кухни, предупредила:             — Я на балкон, покурить.             — Я с тобой, — сказала Аня и взяла с собой стакан с водой.             — Девочки, когда вернетесь, вас будет ждать десерт. Каждый подумал о своём. Я закатила глаза, а Анна поймала его взгляд и смущено кивнула. На балконе свежий воздух отрезвлял голову и прогонял сон. Я опустилась на шершавый бетон, чувствуя, как сквозь тонкую ткань пробирается холод. Щелкнула зажигалкой. Оранжевое пламя вспыхнуло между пальцами.             — Когда ты хотела мне рассказать? — спросила Анна, садясь рядом и убирая очки на голову. Голос ее прозвучал лениво и немного обиженно.             — Сегодня. Я ведь позвала тебя не просто так. Она поставила стакан перед нами и протянула мне ладонь, прося сигарету.             — И давно?             — Сложно сказать. Несколько дней. С окончания сессии. Все немного сумбурно.             — И вы съехались…             — Нет.             — Нет? Но ты здесь — у него.             — Да. Все немного запутано, — я избегала её взгляда, чувствуя, как пальцы дрожат от напряжения. — Я тут временно.             — Странные отношения. Ненормальные.             — Немного необычные, — улыбаясь, поправила. Попыталась отшутиться. — Он мой ангел-хранитель. Анна затянулась, задумчиво выпуская струйку дыма, которая растаяла в воздухе.             — Это заставило тебя к нему вернуться? Вот она истина. Я сделала затяжку.             — Вернуться? — переспросила, одновременно выдыхая дым.             — Да. Вы вроде начали сходиться, но потом он пропал или оказался не таким джентельменом каким казался… — она замолчала. — Ты не поднимала эту тему, и я тактично молчала. — Она сделала затяжку. — Каин почти сразу исчез после того эффектного поздравления… — Аня мечтательно запрокинула голову к звездам, выпуская дым. — Каждая хотела оказаться на твоём месте. Ты была в центре внимания. Все смотрели на тебя. А он обнимал сзади. Пряча от этих жадных и завистливых взглядов. Ты выглядела счастливой, улыбалась.              Откинувшись головой на стекло, я медленно выдохнула, стараясь успокоить дыхание. Она прислонилась ко мне плечом.             — Сердцу не прикажешь. Ты одна не замечала, как он бегал за тобой. Искал твоего внимания. Звал на свидания, а ты постоянно отказывала. А тут… — она затянулась опять, — согласилась. Болтала только о нем. Но после дня рождения… тебя подменили: ни слова, ни сообщения, ни звонков, будто вычеркнула Каина из своей жизни. Как по волшебству, забыла о нем. И не вспоминала вовсе. Его, кстати, я не видела больше тоже.             — То есть ты знаешь Каина лично? — спросила я, разворачиваясь к ней.             — Лэйн? Ты чего? — она смотрела на меня растерянно.             — Ответь, пожалуйста! Я нетерпеливо поднялась и села на колени напротив. Скинула пепел. Она недоверчиво проследила за мной, хмуря брови.             — Ты познакомила нас на вечеринке. Я сглотнула, нервно затягиваясь. Никотин начал противно царапать горло.             — Лэйн, ты опять в него влюбилась?             — Опять… — повторила я.             — Ты пугаешь меня. А после концерта что было помнишь? Я кивнула.             — Я была у тебя. Мои губы пересохли. Аня посмотрела на меня и уточнила:             — Расскажи, что произошло, когда ты уехала к Каину?             — Я. Уехала. К Каину? — каждое слово я проговаривала громче предыдущего.             — Что ты куришь? — удивлялась она. Я закрыла глаза. Тревога натягивала нервы до предела, давила на грудь.             — И ты… отпустила?             — Да. Ты сказала «любишь».             — Люблю? — я прикрикнула. Я ловила воздух ртом, как рыбка. Она кивнула.             — Только не говори, что беременна.             — Дура, блять! Сплюнь, — я стукнула ее по плечу.             — Да шучу я. Так вы в итоге переспали? — она поправила очки на голове.             — Нет. Кажется я передумала и вернулась домой. Ничего не было. Помню, что проснулась одна в своей постели. С похмельем и огромным букетом цветов на ней. Она сочувственно посмотрела на меня.             — Милая, видишь как вовремя появился Ян. Вытащил и…             — Ян?! Значит я начала встречаться с Каином, а Ян… стер все мои воспоминания о нем и начал встречаться со мной сам…             — Что с тобой? И его забыла? — с недоумением смотрела на меня Анна. Воспоминания хлынули всполохами — не сцены, а отблески. Клуб. Коктейли. Друзья. Танцы. Чья-то рука на талии неуверенно обнимает. Яркая вспышка. Меня поздравлет со сцены артист Иван Ржевский. Желает счастья в личной жизни и не терять свою вторую половинку. Поцелуй нежный. Не в губы, а в щеку. Робко. Невинно. Застенчиво. Снова коктейли. Аня. Ноа. Напитки. Танцы. И рука на талии уже смелее прижимает к себе. Не отпускает. Чья она? Неужели Каина. Опять коктейли. Поздравления. Танцы. Бархатный шепот у уха. Но там где была рука — пустота. Аня. Ноа. Лицо Яна. Встреча. Улыбка. Кружилась голова. Его взгляд, его запах и теплые пальцы, уверенно ведущие к выходу. Он увлек меня. Отвез домой. Улыбнулся и тихо закрыл дверь за собой. А потом я поехала к Анне.             — Он тогда нагло забрал тебя из нашей компании. Мне показалось странно.             — Почему?             — Лэйн. Ты пришла на концерт с Каином. Это было его подарком на день твоего рождения. Это разве было не ваше первое свидание? Он наконец-то добился желаемого. Вы приехали вместе. Я задумалась, мотая головой. Воспоминания смутные. Воспоминания путались. Обрывки памяти не складывались. Убегали. Утекали и прятались. Сломалась моя матрица. Дала сбой.             — А почему я уехала с Яном?             — Ты меня спрашиваешь? — она по-доброму улыбалась. Я поджала губы.             — Я не помню, что случилось.             — И я не знаю. Ты не рассказывала. Я думала вы поругались. Он куда-то резко исчез. «По делам…» вспоминая разговор с Авелем. Анне пришло сообщение. Ее глаза заблестели.             — Не говори, что это Авель. Она поджала губы, озорно посмотрев на меня. Я покачала головой.             — Ты вся сияешь. И когда вы успели обменяться номерами. Будь острожна с этим… — я поймала себя на мысли, что и правда говорю как Каин.             — Не буду. Пойдем. Он скучает. Я закатила глаза и отказалась идти с ней. Проводила подругу до двери.             — Лэйн, я вижу чего он добивается, — успокаивала меня Анна.             — Но он тебе нравится. Это я тоже вижу. Она лишь улыбнулась и смущенно опустила глаза. Я обняла подругу. Аня любила коллекционировать недовольные фразы парней, которым сказала «нет». Но Авель не обычный парень. Меня это настораживало.             — И не отрицаешь этого. Помучай его.             — Обещаю. Мы рассмеялись. Она ушла. Я осталась в спальне одна. Приняла душ и зарылась в черные простыни. Обнаженная. Было холодно. Мурашки побежали по коже, но спустя секунды прохлада сменилась уютным теплом. Я уснула, обнимая подушку. Проснувшись под утро от голода, вышла на кухню, закутавшись в одеяло, и наткнулась на Авеля спящего на диване. Усмехнулась про себя, он шевельнулся.             — Страшный сон? — подал он голос и поднял голову.             — Не дала. — дерзко подметила.             — Какая ты пошлая.             — Вижу расстроен, — я дразнила его и ела десерт, привезенный из ресторана. А он отвернулся на бок и больше не обращал на меня внимания. Утром Авель отвез Анну домой, а меня в офис. Был таким же галантным, как накануне, и внимательным. Вечером забрал меня и отвез к Каину. Больше не шутил со мной о пошлом. Старался больше узнать об Анне. Случайно, не нарочно задавая вопросы издалека. И предложил пригласить ее как-нибудь вновь. Мое сообщение так и не было доставлено получателю. Я переживала. Авель сказал напрасно, но мне казалось иначе. Захотелось сладкого и я отпросилась в супермаркет за шоколадкой. Авель остался ждать на парковке. Я шла уже по направлению к выходу из торгового центра. Было поздно. Мало народу. Как ощутила присутствие: шаги за спиной. Я чувствовала: это был он. Шагая шире и быстрее, я коснулась двери, но услышала свое имя.             — Лэйн…? Меня окликнул приятный мужской голос. До боли знакомый и когда-то такой родной. Остановившись, я обернулась.             — Привет, Ян, — холодно ответила.             — Привет, красавица, — голос был неуверенный. Он сглотнул. Чуть склонил голову набок, внимательно меня осматривая.             — Ты похудела, — он опустил взгляд на грудь, к которой я прижимала шоколадку. — Щеки впали.             — Много нервничаю, — я безразлично ответила и строго смотрела на него. Ян остановился метрах в трех от меня. Не подходил ближе. В глазах мелькнули грусть и сожаление. Мое равнодушие резало ему вены, медленно пуская кровь. Позитивный настрой капал липкой жидкостью красной прямо на пол, но Ян не переставал мне улыбаться и смотреть с нежностью и тоской. Он готов был отдать мне все до последней капли, лишь бы я осталась рядом и смотрела на него пусть и отреченным взглядом.             — Я все знаю, — сказала я ему. Он кивнул, на несколько секунд прикрывая глаза. И как ни в чем не бывало улыбнулся вновь, поднимая свои густые черные ресницы.             — Уверен, что не все.             — Ты колдун, — я смело призналась ему. Он добро ухмыльнулся. Он не хотел ругаться. Не хотел выяснять отношения. Хотел просто остановить время. Чтобы все замерло, а он мог подойти ближе и обнять меня. Любоваться на расстоянии ему не нравилось.             — Да, — он смело смотрел в глаза. — Но околдовала ты меня. Он такой добрый. Милый. Внимательный. Участливый. Как когда мы были вместе. Он кротко шагнул одной ногой вперед.             — Я рад, тебя видеть. Я почувствовал и пошел за тобой. Он не грубил. Не пытался схватить меня. Стоял в тени и держал руки в карманах джинс. Только улыбался своей загадочной улыбкой. Зеленый взгляд окутывал теплом. Все такое привычное. Знакомое. В кармане напомнил о себе телефон. Сообщение доставлено. Я заулыбалась.             — Вижу у тебя все хорошо. Но пожалуйста, будь осторожна с ним красавица. Он не тот за кого себя выдает. Он опасен и может тебя использовать. Ян шагнул назад и опустил голову. Темные пряди упали, скрыли от меня лицо и эмоции. Внезапно мою талию обвила твердая мужская рука. Потянула в противоположную сторону. Ян развернулся и ушел.             — Я же просил не встречаться с ним одной, — злобный металлический голос раздался внезапно. Каин тащил меня от него подальше. Рывком развернул и закинул на плечо. Не взял на руки как обычно. Разозлился.             — Я не встречалась, это вышло случайно, — я объяснялась с его спиной. — Я зашла за шоколадкой.             — Это опасно. Ты не помнишь, что он с тобой собирался сделать в отеле?             — Это вышло случайно. Я заскочила на пять минут. Каин поставил меня перед собой, недовольно осматривая.             — Где Авель? — спросил он со холодно. Я подняла на него медленно взгляд. Он выглядел уставшим, будто несколько суток не спал, и изможденным, похудевшим. Он был в капюшоне, сильно надвинутым на лицо. Но я заметила синяки под глазами. Они не горели радостью встречи, в них тлела злость. На меня? На себя? На брата?             — Ждет на парковке, — я опустила глаза и больше не смотрела на него. Он взял меня за руку и повел к машине под звуки входящих сообщений. pierro: 23:38       буду ждать тебя в пятницу, красавица 23:39       все расскажу тебе 23:39       только приходи одна             — Что ему надо? — недовольно спрашивал Каин. Я повернула экран к нему. Его глаза пробежались по строчкам последнего уведомления. Каин перевел взгляд с телефона на меня. Строгий и упрямый.             — Я. Пойду. С тобой. Это не обсуждается.