Глава XV: Часовой Кристалл

На данный момент идет работа перенос фанфика в новеллу!

ТГК: MaGoStudio

Там обозначенны даты выхода фанфика, интересные факты , живое общение, опросы и многое другое

3/10 Ледяной ветер выл среди острых пиков, словно оплакивая что-то давно утраченное. Боруто стоял у входа в пещеру, чёрный плащ трепыхался на порывах, как крыло гигантской вороны. Его Джоуган, пульсируя холодным золотистым светом, видел то, что было скрыто: сама скала перед ним была не просто камнем. Она была свернутым временем, узлом пространства, который его инстинкт, вживлённый Кодексом, определял как цель. Часовой Кристалл. Замок для ключа. Место, где его новая, нестабильная сила должна была обрести форму. Он вошёл внутрь. Пещера была гигантским геодезическим куполом из синего льда и чёрного базальта. В самом центре, паря в воздухе без опоры, вращался Кристалл. Он был размером с человека, многогранный, абсолютно прозрачный, но внутри него двигались бесчисленные частицы — словно песчинки в часах вселенной, каждая — сгусток сжатого временного потенциала. От него исходила тихая, вибрационная гулкость, от которой звенело в ушах и стыла кровь. Боруто подошёл ближе. Его отражение в гранях кристалла дробилось на тысячи образов — седых, пустых, искажённых. «Прикоснись, — прозвучал голос Тонери, материализовавшегося рядом в виде мерцающего силуэта. — Он не заберёт. Он упорядочит. Твоё восприятие времени стабилизируется. Ты сможешь видеть не на секунды, а на минуты вперёд. И… удержишь то, что ещё осталось.» Боруто протянул руку. В момент, когда его пальцы почти коснулись ледяной поверхности, пространство пещеры содрогнулось от мощного удара снаружи. Лёд на потолке затрещал.

***

Они вошли с двух сторон. С одной — Саске, Сарада, Мицуки. Выглядящие измотанными, в потрёпанной одежде, но с непоколебимой решимостью в глазах. С другой — четверо оперативников в чёрных тактических костюмах с оранжевыми вставками. Но это были не те, кого Боруто встречал раньше. Их движения были синхронизированы с механической точностью, а глаза светились тем же бездушным красным, что и у Дельты. Аннигиляторы «Кара». Их задача была ясна по холодной чакре, направленной на Кристалл: не захват, а уничтожение. «Боруто! Отойди от него!» — крикнул Саске, его Риннеган уже горел, анализируя и угрозу «Кара», и аномалии чакры вокруг кристалла. Боруто стоял между молотом и наковальней. Его расчёт показывал: вероятность успешного контакта с Кристаллом под атакой — 8%. Вероятность побега — 22%. Вероятность поражения — 70%. Агенты «Кара» не стали ждать. Они двинулись, двое — на Боруто и Кристалл, двое — на команду Саске, чтобы отсечь. Один из них сложил печать, и сферы сжатого чёрного света понеслись к парящему самоцвету. Боруто действовал на инстинктах. Он не мог позволить Кристаллу быть уничтоженным. Это была его стабилизация. Его шанс перестать терять себя. Он бросился вперёд, его катана выписала дугу, рассекая одну из сфер, но вторую было не остановить. И тогда случилось то, чего он не рассчитывал. «Футон: Великий прорыв!» Вихрь воздуха, вырвавшийся из рук Саске, ударил по сфере, отклонив её в стену. Лёд взорвался градом осколков. На мгновение их взгляды встретились — ледяной взгляд ученика и непроницаемый взгляд учителя. Ни слова не было сказано. Но был понятен временный, шаткий альянс по необходимости. Угроза «Кара» была приоритетом для обеих сторон. Бой вспыхнул яростный и хаотичный. Ледяная пещера наполнилась рёвом техник, звоном стали, кристаллическим хрустом. Мицуки, в Режиме Мудреца, сражался с одним агентом, его змеиная гибкость против механической точности. Саске сковал двоих, его Аменатекахи и скорость заставляли их отступать, но не побеждать. А Боруто… Боруто дрался с четвёртым, самым крупным. И он видел, как Сарада, отбиваясь от осколков льда и пытаясь прикрыть его фланг, оказалась в опасности. Один из агентов, сражавшийся с Саске, метнул в неё веер кунаев с взрывными тегами. Она отбила два, но третий летел прямо в лицо. Её Шаринган видел это, но тело не успевало. Боруто даже не подумал. Его тело среагировало до расчёта. Он оставил своего противника, совершив немыслимый по скорости и рискованности бросок через всё пространство пещеры. Его левая рука с вспыхнувшей Кармой вытянулась, и он поймал кунай в воздухе, всего в сантиметре от глаз Сарады. Взрывная печать сработала у него в ладони, ошпарив кожу чёрным огнём и кровью. Он даже не вскрикнул. Он стоял перед ней, заслоняя её собой, дымящаяся рука сжата в кулак. Его спина была открыта. Его собственный противник воспользовался моментом. Клинок, похожий на гарпун, вонзился Боруто в спину, чуть левее позвоночника, и вышел наружу под рёбрами спереди. Боль. Яркая, ослепительная. Она пронзила пелену пустоты, как молния ночью. Сарада ахнула, её глаза расширились от ужаса. «БОРУТО!» Он кашлянул, и на его губы выступила алая пена. Но его левый глаз, Джоуган, вспыхнул яростнее. Он увидел точку выбора. Последнюю на сегодня. Он рванул себя вперёд, срываясь с клинка, и, развернувшись, вонзил свою катану в шею нападавшего. Тот захрипел и рухнул. Тишина. На мгновение. Саске и Мицуки добили своих противников. Четверо тел «Кара» лежали на льду. Боруто пошатнулся, упираясь катаной в лёд. Рана насквозь. Он чувствовал, как сила утекает вместе с кровью. Кристалл позади него пульсировал, словно призывая. «Довольно, — сказал Саске, опуская меч. Его голос был жёстким, но без немедленной угрозы. — Тебе нужна помощь.» Боруто посмотрел на Сараду. Она стояла в двух шагах, её лицо было бледным, на щеках — следы слёз, смешанные с пылью и кровью. Она смотрела на его рану, на его лицо, и в её взгляде была не только боль, но и что-то сломленное, какое-то глубинное понимание. Она помнит. Мысль ударила его с новой силой, прошивая боль и туман. Голос Кодекса: «найди того, кто помнит…» Она — свидетель. Она знает, что он потерял. Она может рассказать. Но сейчас не время. Сейчас нужно завершить начатое. Он повернулся спиной к ним, вызывающе, и, превозмогая адскую боль, шагнул к Часовому Кристаллу. Он прижал к нему окровавленную ладонь с Кармой. Мир взорвался светом.

***

Это не было поглощением. Это было синхронизацией. Поток упорядоченной временной информации хлынул в него, не вытесняя, а структурируя хаос Кодекса. Боль от раны притупилась, отодвинулась на второй план. Его сознание расширилось. Новые возможности: 1. «Видение ветвей» — он мог теперь удерживать в уме не одну вероятностную линию на несколько секунд, а три возможных сценария на ближайшие две минуты, переключаясь между ними мысленно. 2. «Точка возврата» — раз в несколько часов он мог «заякорить» текущий момент и, в случае катастрофического ранения или неудачи в течение следующей минуты, мысленно вернуться к этой точке, сохранив знания, но ценой чудовищной нагрузки на разум и новые потери памяти. 3. «Восприятие временных швов» — он теперь буквально видел слабые места в пространстве-времени вокруг, через которые можно было совершать почти беззатратные микроперемещения или усиливать свои атаки. Сила обрела форму. Он стал стабильнее. Пустота внутри не исчезла, но её края стали чёткими, как у инструмента. Свет угас. Боруто стоял, уже не шатаясь. Рана всё ещё была ужасной, но теперь это была просто переменная в уравнении выживания, а не смертный приговор. Он почувствовал, как Момошики тихо ликует в глубине сознания. Он обернулся. Трое стояли, готовые ко всему. Сарада всё так же смотрела на него, но теперь в её взгляде читался не только шок, но и жгучий, невысказанный вопрос. «Следующая точка на карте проявилась, — тихо сказал Тонери, которого слышал только Боруто. — Юго-восток. Руины города, который время забыло. Тебе нужно идти.» Боруто кивнул. Он посмотрел на команду. На Саске. На Мицуки. На неё. Тишина повисла тяжёлым, ледяным покрывалом. Он сделал шаг вперёд, и все трое напряглись. Но он не атаковал. Он остановился перед Сарадой, на расстоянии вытянутой руки. Его пустой, голубой правый глаз и холодно светящийся левый изучали её лицо, будто пытаясь прочитать в нём утраченную книгу. «Ты… — его голос был хриплым от потери крови, но ровным. — Ты знаешь меня. Из прошлого.» Это был не вопрос. Это было утверждение, выведенное логически. Сарада вздрогнула, её губы дрогнули. Она кивнула, не в силах вымолвить слово. «Ты можешь рассказать, — продолжил он, и в его тоне не было просьбы, а была констатация факта, как если бы он говорил «вода мокрая». — О том, каким я был. О том… что я забыл.» «Я… помню всё, — выдохнула она, и голос её сорвался на шёпот. — Каждую секунду. Каждую глупую шутку. Каждую ссору. Твоё обещание…» Она не договорила, сжав кулаки. Он смотрел на неё, и где-то в глубине пустоты, за новой силой и холодом, шевельнулось что-то древнее, инстинктивное. Что-то, что заставило его сказать следующее: «Я найду тебя снова. Когда… когда будет безопасно. Ты расскажешь мне. Поэтому, — он сделал паузу, его взгляд стал на миг острее, почти человеческим в своей интенсивности, — не умирай. Вернись в безопасное место. Сейчас.» Он отступил на шаг. «Боруто, — твёрдо сказал Саске. — Рана. Ты не дойдёшь.» «Дойду, — ответил Боруто. Кристалл сделал своё дело — он стабилизировал не только силу, но и тело. Кровотечение замедлилось. Боль была отодвинута. — У меня есть путь.» «Куда?» — спросила Сарада, и в её голосе прозвучала не только боль, но и упрямая решимость идти за ним хоть на край света. Боруто посмотрел на неё в последний раз. В её чёрных глазах, полных слёз, боли и той самой непоколебимой веры, он увидел отражение. Отражение того, кем он, возможно, был. И того, ради чего, возможно, всё это началось. Он не ответил. Вместо этого пространство вокруг него исказилось. Новое умение — «Временной шов» — позволило ему сделать то, что раньше требовало огромных усилий. Его силуэт дрогнул, стал полупрозрачным, как воспоминание. «До встречи, — произнёс он, и его голос прозвучал уже из другого места, у самого выхода из пещеры.» И прежде чем они успели среагировать, его фигура растворилась в потоках ледяного ветра, ворвавшегося в пещеру. Осталась только тишина, запах крови, сияние Часового Кристалла и три человека, стоящие среди мёртвых тел и собственных сломанных надежд. Сарада упала на колени, не в силах сдержать рыдания, которые душили её всё это время. Он спас её. Он попросил её не умирать. И он ушёл снова. Саске подошёл, положив руку ей на плечо. «Он… возвращается. Не целиком. Но что-то прорвалось. Это начало.» (начало основного сюжета началась, поздравляю!) Сарада подняла голову, вытирая лицо. Её глаза, полные слёз, горели новым, стальным огнём. «Он сказал, что найдёт меня. Чтобы я рассказала. Значит… значит, он хочет вспомнить. Он борется. Значит… и я буду бороться. До конца.» Она поднялась на ноги, глядя в темноту, куда он исчез. Её путь был ясен. Она должна была выжить. Чтобы когда-нибудь, когда он найдёт её снова, у неё было что ему рассказать. Всю историю. От первой встречи до последнего поцелуя в золотом тумане архипелага. А Боруто, уже за горами, двигаясь сквозь боль и новую силу, нёс в своей пустоте единственную тёплую точку — имя. И обещание, данное самому себе: найти ту, чьи чёрные глаза хранили свет его потерянного мира.