Глава XXXVII: Пробуждение чувств

13/25 Marbollo Gold redact. Тьма отступала медленно, как густой туман, уступая место тусклому, трепетному свету. Первым, что почувствовал Боруто, было тепло. Не внутреннее пламя чакры, а простое, земное тепло костра. Затем запах — дым, хвоя и что-то тонкое, знакомое. И только потом — сознание. медленно открыв глаза. Потолка не было — только тёмный полог ночного неба, усеянный неродными, слишком яркими звёздами Арены Начала. Он лежал на чём-то мягком — на сложенных плащах. Рядом потрескивал костёр, отбрасывая длинные, пляшущие тени на стены кратера, который теперь служил им импровизированным укрытием. На пеньке, притащенном Бог знает откуда, сидела она. Сарада. Сидела, поджав под себя ноги, укутавшись в свой собственный плащ, и смотрела в огонь. Её профиль был освещён оранжевым светом — резкие, но уставшие черты, тёмные круги под глазами, прядь чёрных волос, выбившихся из хвоста и прилипшая к щеке. Она казалась одновременно хрупкой и невероятно сильной. Он молча наблюдал за ней, позволяя сознанию полностью вернуться. Воспоминания о битве, о поглощении, о перегрузке — всё это было здесь, в нём, но теперь оно лежало глубже, утихомиренное, уложенное по полочкам возвращённым разумом. И поверх всего этого — ясное, простое чувство. Её присутствие. Его губы сами собой приоткрылись, и имя сорвалось тихим, хриплым от неиспользования шёпотом: — Сарада. Она вздрогнула, как от удара током, и резко обернулась. Её чёрные глаза, огромные и полные бессонной тревоги, встретились с его взглядом. На её лице смешались шок, облегчение и что-то такое, от чего у него внутри ёкнуло. — Бор… — начала она, но не закончила. Он не дал ей договориться. поднявшись на локте, его движение было чуть скованным, но решительным. Его рука потянулась к её щеке, пальцы коснулись той самой прилипшей пряди, отодвинули её за ухо. Он видел, как по её лицу пробежала дрожь. И тогда он потянул её к себе. Их губы встретились. Это не был нежный, вопросительный поцелуй, как в снегу Конохи. Это был поцелуй утоления жажды. Глубокий, долгий, пропитанный всем, что они не могли сказать словами за эти месяцы разлуки, страха, пустоты и боли. В нём была скука по теплу, по близости, по доказательству того, что они всё ещё живы и здесь. Он чувствовал вкус её губ — слегка потрескавшихся от ветра, но таких родных. Слышал её прерывистый, задыхающийся вздох прямо у своего рта. Они отстранились только когда в лёгких не осталось воздуха, их лбы соприкоснулись. Они дышали в одну точку, короткими, горячими выдохами. — Ты… — выдохнула Сарада, её голос дрожал. — Ты вернулся. По-настоящему. — Кажется… да, — прошептал он, и его голос звучал непривычно хрипло, но в нём не было прежней металлической бесчувственности. Было смятение. И осознание. Их губы снова нашли друг друга. На этот раз медленнее, но с не меньшей страстью. Он целовал её губы, уголки её рта, спускался к линии челюсти, оставляя на её коже горячие, влажные следы. Каждый его поцелуй был тихим вопросом и таким же тихим ответом. Она отвечала ему, её руки поднялись и вцепились в его волосы на затылке, притягивая его ближе, глубже. Её губы тоже не оставались в долгу — они отыскивали его губы, его скулу, мягко кусали его нижнюю губу, вырывая у него тихий, сдавленный стон. Её стоны, тихие и прерывистые, похожие на вздохи долгожданного облегчения, были музыкой в тишине кратера. Каждый звук отзывался в нём странным, приятным жаром где-то глубоко в груди, там, где раньше была только пустота. Его руки, которые всё это время лежали на её талии, начали движение. Одна медленно поползла вверх по её спине, ощущая под тонкой тканью футболки каждый позвонок. Другая опустилась ниже, крепче обхватывая её за бедро, прижимая её к себе так, что между ними не осталось ни миллиметра пространства. Он чувствовал каждую линию её тела, каждую мягкую, но упругую кривую. И тогда его рука, лежавшая на её спине, нащупала нижний край накидки. Он сделал паузу в поцелуе, отодвинулся на сантиметр, чтобы встретиться с её взглядом. Его глаза, один синий, другой всё ещё с лёгким золотым отсветом, задавали немой вопрос. В них не было прежней пустоты. Была сосредоточенность. И робкая, неуверенная нежность. Сарада ничего не сказала. Она лишь чуть заметно кивнула, её глаза сияли в свете костра влажным блеском, полным доверия и такой же жажды. Его пальцы осторожно, почти благоговейно, подползли под ткань. Коснулись обнажённой кожи её спины. Она вздрогнула, и губы её снова приоткрылись в тихом выдохе. Его ладонь была шершавой, покрытой старыми шрамами и новыми трещинами, но прикосновение было на удивление мягким. Он провёл рукой по её позвоночнику к лопаткам, а затем, обогнув бок, осторожно, с замиранием сердца, коснулся нижнего края её груди, лишь прикрытого тонким хлопком бюстгальтера. Он замер, чувствуя под пальцами теплоту, мягкость и упругую полноту, изменившуюся за годы, созревшую. Это было ошеломляющее, совершенно новое тактильное откровение. Его большой палец с невероятной, почти пугающей нежностью провёл по нижней кривой, и почувствовал, как она вздрагивает в ответ, её дыхание снова участилось. — Боруто… — прошептала она, и в её голосе звучало не сопротивление, а смущение и нетерпение. Его рука скользнула чуть выше, нащупывая застёжку бюстгальтера. Неловкое движение, щелчок — и ткань ослабла. Он отвёл её в сторону, и его ладонь наконец полностью, без преград, легла на её грудь. Она была именно такой, какой он (вернее, какая-то часть его воспоминаний) смутно представлял, и в тысячу раз совершеннее. Упругая, тяжёлая, с твёрдым, чувствительным соском, который уже набух под его прикосновением. Он осторожно сжал её, и из её губ вырвался глубокий, сдавленный стон. Её голова упала ему на плечо. Её собственная рука, до этого теребившая его волосы, опустилась. Она скользнула под его простую, потрёпанную футболку, которую кто-то (она) успел надеть на него. Её ладонь, горячая и нежная, коснулась его живота, почувствовала твёрдые, напряжённые мышцы пресса, рёбра, пульсацию его сердца. Её пальцы поползли выше, к его груди, и когда она коснулась его соска, он сам неожиданно для себя издал глухой, хриплый звук, похожий на рычание. Она отозвалась тихим, смущённым смешком прямо у его шеи. Её другая рука, более смелая, опустилась ещё ниже. Она скользнула по его животу, к линии пояса его порванных штанов. Она замерла там на мгновение, её пальцы слегка дрожали. Потом она проскользнула внутрь. И нашла его. Уже твёрдого, горячего, пульсирующего от желания. Её пальцы сжались вокруг него, сначала неуверенно, потом — с растущей уверенностью. Он резко вдохнул, его тело выгнулось дугой. Его собственная рука на её груди сжалась непроизвольно. — Сарада… — выдохнул он, и это было уже не имя, а молитва, полная растерянности и нарастающего, неконтролируемого напряжения. Медленно, Учиха начала опускаться вниз, вдыхая аромат мужчины находящийся перед самой девушкой, который привлекал и возбуждал её с каждым вдохом, она остановилась уже у его бедер. Тяжелое дыхание Узумаки как будто слышно было везде, ему так казалось, его сердце колотилось от ожидания Молодая девушка, вновь ухватилась сквозь отголоски ткани, за твердый предмет, бурлящий от каждого её действия, левая рука поспешила к бёдрам, где и держалась не нужная в этот момент ткань одежды На половину голубоглазый парень, проглотил воздух в ожиданиях Наконец, настал тот момент, ткань которая окутывала его бурлящую штуку, была обнажена Сарада решила чуть по интриговать, взявшись за его половой орган, начала его легко и плавно мастурбировать, одновременно смотря на лицо её возлюбленного Боруто лишь наслаждался, не в силах удержать порывы воздуха тяжелого дыхания, его правая рука впилась в волосы Девушки Учиха решила действовать, остановившись в мастурбации, она посмотрела на недоумевающего Узумаки, в этот момент, она пустила обе руки, под его футболку, тем самым повалив его . После чего начала медленно с интригой снимать его футболку Парень, чья кожа была бледной, понял её задумку , начав ей помогать снять с себя футболку. Легкий свет пространства и тень учихи обножали тело Узумаки, в этот момент, на лице учихи было слишком смущенное лицо, но чем то оно напоминала легким отголоском победы, сквозь долгие ожидания, она добилась своего признания и возвращения памяти. Боруто тоже не оставил себя в минусе, тут же перевернув девушку с черными волосами на пол, его рука быстра скользнула по застежкам, давая доступ к замочку, вдоль всей накидки. В этот момент он слышал её не ровное дыхание, от этого в его крови закипали новые желания, более смелее... Подняв взгляд на лицо, он увидел довольно возбуждающе и все больше влюбленности в Учиху Её губы немного дрожавшие, как будто ожидая всего происходящего больше всего, больше чем сам Узумаки. Молодой совсем уже не юный по мыслям парень, нежно прикоснулся к губам такой же девушке у которой в этот момент голова была забита Узумаки и желанием большего. В ту же секунду этот поцелуй стал страстнее, язык Боруто проскользил по губам Сарады, его левая рука медленно начала скатывать замок все ниже и ниже, оголяя малую часть тела. И вот, настал тот момент, когда замок дошел до конца одежды, медленно он отстегнул его, её левая часть тела, оголилась не доходя до груди, но давая увидеть её бежевый бюстгальтер. Правой рукой он наконец скинул оставшуюся часть её накидки, оголяя её тело полностью, кроме груди, осталось убрать только его Давай *вдох* Скорее... *выдох*- тихо произнесла Учиха В этот момент Боруто осмелел полностю, позволяя снять её бюстгальтер своими руками. Настало неудобное молчание, Узумаки не знал что сказать, а Учиха не знала как реагировать Тишину прервал парень, сказав лишь одно - Ты стала прекраснее. - Боруто как будто сбросил груз с учихи, давая ей понять, что нечего стестняться. Её грудь была не особо большая, но и не маленькая, правая рука парня, переместилась к груди девушки, он ощущал её мягкость и упругость. Большии пальцем он нащупал её не особо большой и не особо выделяющийся сосок, хватая за него пальцем, сжимая, Узумаки услышал тихий стон Сарады, в этот момент в его голове лишь было услышать его вновь, еще, всегда, подряд, постоянно. Его губы переместились чуть ниже, уже доходя до груди, начали нежно целовать, лаская её тело. Губы парня нашли свою цель на левой груди, медленно всасывая его, будто ожидая как ребёнок кормления. Но в ответ он услышал лишь долгожданный стон. В этот момен правой рукой, Узумаки пошёл ниже, перемещаясь к её бедрам, пальцы дошли до новой ткани штанов, медленно подняв её, его рука скользнула внутрь, в этот момент он почувствовал её влажность, понимая, что Сарада давно уже терпит и ждет. Губы парня вернулись к жгучим и мягким губам Учихи, во время поцелую Парень решил начать не законченное, его два пальца, медленно вошли в довольно мокрое место, от чего из губ девушки слышен был стон, который проник в рот Узумаки. Пальцы начали проникать все глубже, он дошел до нужного места Глаза учихи были закрытыми, наслаждаясь каждым моментом Тихие стоны все так же были слышны Левая рука нежно сжимала грудь девушки, губы Узумаки гуляли по всем её телу, с губ к шее, с шее до правой груди, с груди вновь поднималась к шее возвращаясь к губам. Сарада решила тоже начать действовать, её правая рука до коснулась до его полового органа, начинаю его ласкать рукой От этого, я хочу тебя только сильнее - тихо прошептал Боруто. Я этого и добиваюсь - так же тихо сказала черноглазая девушка, немного посмеиваясь от стыда. Тогда можем начать - с нежной улыбкой произнес Бледнокожий парень На что получил легкий кивок и самую красивую ожидающую улыбку. Его правая рука, медленно вышла из влажного места, после чего направилась к своему рту, узумаки облизал два своих пальца, глаза Учихи наполнились ожиданием, как будто боясь дать отрицательную оценку, но этот голос вновь её успокоил Ты довольно сладкая не только снаружи но и внутри - произнёс быстро но с нежностью Узумаки, как будто было стыдно произносить такое. Но именно эти слова помогли устранить тишину. Сарада решила начаит медленно снимать свои штаны, ту ткань, которая сейчас не нужна, через секунды, её место, где недавно были пальцы Боруто, полностью открылось, она была гладной, как будто перед тем как отправиться за ним, специально все убрав, возможно это была надежда? Парень решил помочь до конца убрать приграду мешающую обоим, и вот, наконец, два половых органа уже находились в сантиметрах друг от друга. Ты уверена? - спросив надеясь на согласие Узумаки. Да, я хочу, чтоб это был ты... *легкий вздох* Всегда... - произнесла девушка 17 лет. Не медля ни секунды, он начал медленно вставлять , они медленно соединялись друг с другом полностью, с губ Учихи были слышны легкие стоны наслаждения, в этот момент, из её органа, вышел маленький сгусток крови Ты у меня первый , балбес - произнесла тихо Сарада Ты у меня тоже первая, мелочь - произнес в ответ Боруто (Да, я шакал, резкое перемещение :) )

***

Тишина, наступившая после, была густой, звучной, наполненной их синхронным, тяжёлым дыханием и далёким треском догорающих углей. Они лежали на плащах, их тела, две минуты назад сплетённые воедино в яростном, неистовом танце, теперь были слегка разомкнуты, но всё ещё касались друг друга в десятке точек — бёдрами, голенями, руками. Воздух вокруг был насыщен запахом их кожи, пота и чего-то глубоко интимного. Стыд. Он висел между ними лёгким, невесомым покрывалом. Не стыд содеянного, а стыд обнажённости — не только физической, но и эмоциональной. Они оба отдали друг другу всё, что в них оставалось живого и жаждущего, и теперь это лежало между ними, обнажённое и уязвимое. Боруто первым нарушил тишину. Он лежал на спине, глядя в звёздное небо, его рука лежала на её животе, большой палец медленно водил по её коже чуть ниже пупка. — Я скучал по тебе, Сарада, — сказал он тихо. Его голос был низким, хрипловатым от недавних усилий, но в нём не было ни расчёта, ни плоской констатации. Была простая, оголённая правда. Она повернулась на бок, положив голову ему на грудь. Её чёрные волосы рассыпались по его коже, щекоча. Она не ответила словами. Она просто подняла голову, нашла его губы своими и поцеловала. Медленно, сладко, с такой нежностью, что у него перехватило дыхание. — Я тоже, — прошептала она, отрываясь, её губы были влажными и распухшими от поцелуев. — Очень. Он обнял её, притянул ближе, чувствуя, как её тело идеально вписывается в изгибы его собственного. — Когда отправимся домой? — спросил он, глядя на звёзды. Она задумалась на секунду, потом подняла на него глаза. В них светились огоньки костра и что-то тёплое, почти озорное. — Давай как проснемся — сказала она, её губы растянулись в лёгкую, уставшую, но счастливую улыбку. — Я хочу… ещё насладиться. Тобой. Этим местом. Тишиной. Пока мир снова не настиг нас. Он не ответил. Он просто кивнул, и его рука снова задвигалась по её спине, рисуя медленные, бессмысленные круги. Как проснемся. Целый неизвестный период времени. Целая вечность в этом кратере, на краю мира, где они были,только они — не спаситель и не тень, не сосуд и не наследница. Просто Боруто и Сарада. А звёзды над Ареной Начала, свидетели бесчисленных битв богов, впервые за миллионы лет наблюдали за чем-то более хрупким, более редким и, возможно, более сильным, чем любая война. Они наблюдали за миром, который рождался здесь, в тепле костра и в переплетении двух тел, нашедших друг друга в самом центре вселенской пустоты. --- Конец главы.