Глава 12. Гам Джаббар

10193 год. Год перелома. Год, когда Дом Атрейдесов покинул прохладные берега Каладана, чтобы ступить на выжженную солнцем землю Арракиса. В этот год Пол Атрейдес начал свой путь, ведомый судьбой и волей Императора. Его наставником был доктор Юэ, человек-загадка, одинокий в своей преданности. Врач герцога Лето, а значит, и Пола, наследника владений, простиравшихся от Каладана до песков Арракиса. Император Падишах своим указом потряс политический мир, изгнав Дом Харконненов с Арракиса и передав планету их заклятым врагам, Дому Атрейдесов. Вековая вражда сплеталась с коварными планами, и герцог Лето чувствовал приближение беды. Он, справедливо правивший Каладаном, видел в Императоре когда-то отца, после гибели своего от руки быка. Прибытие Гильдии на Каладан предвещало перемены. Вместе с ними прибыла Преподобная Мать Гайя Хелен Мохайм, личный советник Императора, чьё влияние простиралось сквозь известную вселенную. Решение было принято: Атрейдесы должны немедленно отправиться на Арракис и взять под контроль добычу пряности. Герцог Лето, прозванный "Справедливым", понимал: контроль над пряностью — это власть, превосходящая мощь Харконненов и самого Императора. Он сжал руки в перчатках, и кожа затрещала под напряжением. В полумраке дворца появилась Преподобная Мать. "Призовите Джессику. Я хочу видеть мальчика", — властно произнесла она. Леди Джессика, некогда уверенная в себе наложница герцога Лето, пыталась скрыть волнение, повторяя про себя слова Бене Гессерит: "Я не должна бояться. Страх — убийца разума. Страх — это малая смерть, несущая забвение. Я встречу страх лицом к лицу. Я пропущу его над собой и сквозь себя. И когда он уйдет, я обращу внутренний взор, чтобы увидеть его путь. Там, где прошел страх, не останется ничего. Останусь только я". Войдя в комнату Пола, она увидела, что он притворяется спящим, одетый в ту же одежду, что и на встрече с Гильдией. "Пойдём со мной. Я хочу тебя кое с кем познакомить", — тихо сказала Джессика. Пол приподнялся и посмотрел на мать, одетую во всё черное. Её нервозность передавалась ему. Он не проявлял любопытства — наследие его обучения. Мать всегда учила его быть похожим на неё, но никогда не объясняла зачем. Он никогда не слышал о Квизац Хадерахе, "том, кто сокращает путь". Встав с кровати, Пол последовал за матерью. Они остановились перед дверью с небольшой кнопкой. Джессика нажала на неё, и дверь открылась. Внутри стояла пожилая женщина в черном покрывале. "Пожалуйста, позвольте мне остаться и присмотреть за Полом?" — взмолилась Джессика, но Гайя прервала её: "Уходи, Джессика". Повинуясь, она опустила голову, стараясь скрыть страх и слезы. Слыша, как учащается её сердцебиение, она использовала тренировки, чтобы замедлить его. Джессика прошла мимо Пола, шепнув ему что-то на ухо, и встала на страже у двери. Пол почувствовал, что его матерью командуют, и это ему не понравилось. "Ты выгоняешь мою мать из её собственного дома", — сказал он, но Гайя лишь взглянула на него, не вступая в спор. "С Джессикой всё будет в порядке, — произнесла Гайя. — Не думай, что кто-то сможет помочь тебе; никто не сможет пройти мимо неё". Преподобная Мать достала из-под одежды небольшую коробку. Пол хотел отвернуться, но, вспомнив слова матери, взял себя в руки. "Иди сюда", — приказала Гайя. Пол подчинился и встал перед ней, глядя на черный ящик, стоящий на небольшом постаменте. "Что это?" — спросил Пол. "Гам Джаббар. Просто коробка, ничего больше", — ответила она. "Я спросил, что внутри?" — уточнил Пол, выпрямляясь. Он изо всех сил старался скрыть эмоции перед этой женщиной, чувствуя себя обнажённым перед её взглядом. "Боль", — сказала Гайя. "Опусти руку в коробку". Пол колебался, но, собравшись с духом, опустил руку в Гам Джаббар. Гайя мгновенно вонзила иглу ему в шею. Слишком близко, слишком опасно. "Если ты вынешь руку из Гам Джаббара, ты умрешь. В этой игле — самый смертоносный яд, известный человеку, и он не оставит следов". "Я говорила твоей матери, чтобы она родила девочку, но она не послушалась. Она хотела произвести на свет Квизац Хадераха, того, кто сокращает путь". Боль пронзила руку Пола. Словно тысячи муравьев ползали по ней, впиваясь жалами. Из его горла вырвался стон. "Молчи", — приказала Гайя, и на виске Пола вздулась вена. Она по-прежнему держала иглу у его шеи, предупреждая о неминуемой смерти при малейшем движении. В глубине души она гордилась этим мальчиком. Лишь немногие знали, что она смотрит на своего внука, а Джессика — её дочь. Джессика, осиротевшая в раннем детстве, была воспитана Бене Гессерит. Её происхождение было тайной для всех, кроме тех, кто присутствовал при её рождении. "У тебя есть потенциал стать им, но только потенциал, ничего больше, ничего меньше". Она убрала иглу от его шеи, и Пол вынул руку из коробки, чувствуя облегчение. "Твоя мать говорит, что тебе снятся сны. И в этих снах происходят события реального мира, как будто ты их предвидишь? Иногда это слова или действия людей", — продолжила Гайя. "Иногда, не всегда, — ответил Пол. — Но есть один повторяющийся сон". "О чем он?" — спросила она. "Девушка в пустыне, с глазами синими в синем, фрименка. Она называет меня не Пол, а Узул", — сказал Пол. "Несколько лет назад мне часто снился мужчина в красной маске. Он шел по песку, как и я, и я часами преследовал его, но не мог догнать. Когда он смотрел на меня, мне казалось, что он меня знает". Гайя вспомнила о Стилгаре, преступнике, известном на Арракисе. Она предположила, что мальчик показал ей лишь малую часть своих способностей. У него был потенциал, но его было недостаточно. "Удачи тебе, Пол Атрейдес", — сказала Гайя, направляясь к двери. За дверью ждала леди Джессика, разрываемая противоречивыми чувствами. Она хотела плакать. Пол был её ребенком, её первенцем, и она боялась его потерять. Увидев, что Пол в порядке, стоящий один, в то время как Преподобная Мать направляется к ней, она почувствовала, как спадает напряжение. Её плечи расслабились. Преподобная Мать, приблизившись к Джессике, произнесла: "У него есть потенциал стать тем самым. Но это только потенциал". Для Джессики это была хорошая новость. Она верила, что, продолжая его обучение, сможет сделать его Квизац Хадерахом. Она узнала об истинной миссии Бене Гессерит в юном возрасте, и, когда герцог Лето взял её в наложницы, её целью было родить ему наследника. В глубине души леди Джессика давно любила герцога и мысленно называла его "мой Лето". Преподобная Мать покинула дворец, отправилась на корабль и вернулась к Императору, чтобы вновь давать ему советы.