Глава 17. Сделка за сделкой

В обеденном зале, где тишину нарушали лишь приглушенные звуки трапезы, Креллн и Дункан сидели друг напротив друга. В центре стола, словно драгоценный трофей, возвышалась бутылка янтарного напитка. Креллн, с ловкостью фокусника, извлек ее и два стакана, наполненных звенящим льдом. "Ты отведал пряного пива Арракиса, напитка, вызывающего восторг. И, несмотря на всю глупость первых людей Земли, в одном они преуспели", - провозгласил Креллн, протягивая Дункану бутылку, на этикетке которой, словно вызов, красовалось: "Джек Дэниелс". "Ликёр, так они это называли. Попробуй немного, но не торопись. Огонь обожжет твое горло. Сосредоточься на послевкусии, на том шлейфе, что останется после", - с придыханием произнес Креллн. Дункан, плененный соблазном, сделал жадный глоток. Виски смешался во рту с насыщенным вкусом стейка, рождая симфонию ощущений. Затем последовал удар, сначала в виде странно приятного резкого аромата, а потом огненной реки, низвергающейся по горлу. "Погоди, дай ему время, пусть обожжет, пусть впитается", - проговорил Креллн, наблюдая, как Дункан борется с обжигающей жидкостью. Когда Дункан закончил и попытался заговорить, его голос сорвался на кашель. "Это… это что-то невероятное", - выдавил из себя Дункан. Креллн, откинувшись на спинку стула, расхохотался. "Да, это напиток сильный. Но алкоголь пьют не ради опьянения, хотя и это возможно. Нет, истинный ценитель пьет, чтобы испытать чувство… удовлетворения, завершенности момента". Дункан кивнул, но в его голове уже роились вопросы. Его взгляд упал на открытые окна, за которыми простиралась зеленая долина. Как такое возможно на пустынной планете? Эта мысль терзала его. "Ты удивляешься, как это возможно, и как Харконнены не заметили этого, и как твой герцог не подозревает", - прозвучал голос Креллна, словно эхо его мыслей. Дункан снова кивнул. Этот человек читал его, как открытую книгу. "Скажи, ты хочешь услышать правду или то, что тебе будет приятно услышать?" - Вопрос прозвучал зловеще. Казалось, Креллн сам не хотел знать ответа. Но воинский долг требовал от Дункана правды, даже если она окажется горькой. Этот человек мог стать ключом к пониманию Арракиса. "Скажи мне правду", - твердо произнес Дункан. "Правда в том, что Арракис полон тайн. В первые годы нашего пребывания здесь, за пределами гор, не было ничего, кроме песка, бурь и беспощадных ветров. Но мы прокладывали себе путь сквозь пещеры, я создал машины для рытья, чтобы избежать внимания червей. Я всегда был изобретателем, даже в детстве. Мне просто легко придумывать новое. Я родом из ситча Табр, куда тебя привел Стилгар. Уверен, он упоминал, что видел меня ребенком". Дункан кивнул, внимательно слушая. "Мы, фримены, отличные воины, но мы также умеем красть. Когда мы убивали солдат Харконненов, мы забирали все, что у них было. Мы крали их орнитоптеры прямо из-под носа, создавали тайные базы, ближе к ним, чем они могли себе представить. Мы не знали, как использовать большую часть награбленного. Иногда мы просто выбрасывали это. Но когда мне исполнилось пять, я начал просить у родителей эти вещи и экспериментировать, создавать механизмы. Моим первым успешным творением была эта маска", - Креллн указал на свое лицо. "Я не рожден на Арракисе. И хотя я ел пряную пищу, мои глаза никогда не стали синими. Из-за этого на меня смотрели свысока. Но мне было все равно. Меня любили двое фрименских родителей, и этого было достаточно. А что касается того, как все это стало возможным… Я не делал это в одиночку. Есть контрабандист по имени Эсмар Туек, уверен, ты о нем слышал. У него есть сын, Стабан". Креллн усмехнулся. "Сначала он не хотел сотрудничать. Я попросил его рассказать о его партнерах, а он отказался. Тогда я поступил, как поступил бы любой уважающий себя контрабандист. Его сын Стабан был единственным наследником бизнеса, поэтому я украл его прямо из-под носа. Я сказал, что верну мальчика, если он сведет меня со своими партнерами". Дункан невольно улыбнулся. Он знал, что это единственный язык, который понимают контрабандисты. "В то время у меня были только склады с запасами спайса, и не было способов его перевозить. Он стал моим посредником. Но ты удивишься, узнав, кому он продавал спайс. Дункан почувствовал, как по его спине пробежал холодок. "Гильдия контрабандистов… и сама Гильдия связана с Ландсраадом. Я стал одним из распространителей спайса на Арракисе. Эсмар разбогател, но все еще нуждался в сыне. Он стареет, как ты знаешь. Все мои счета связаны с его. Я менее богат, чем Харконнены. В конце концов, они продают спайс уже восемьдесят лет. Но теперь, после их недавней покупки, я стал почти так же богат, как и они. В прошлом месяце Стабан вернулся к своей семье. Он стал правой рукой отца, управлял семейным бизнесом. Но тот, кто придает всему этому остроту… "…Это ты", - закончил за него Дункан. "И именно поэтому меня не нашли", - сказал Креллн, наливая себе еще виски. С его губ сорвался тихий смешок. "Значит, ты продаешь спайс по более низкой цене. И таким образом ты заключил сделку с Гильдией: они скрывают тебя и твой бизнес, и сделка остается в силе". Креллн, возвращаясь на свое место, произнес: "Кто-то должен был это понять". "Но Гильдия находится под пристальным вниманием Императора", - возразил Дункан. "Изначально так и задумывалось, - ответил Креллн. - Но теперь сам Император должен быть осторожен в общении с Гильдией торговцев. Ни один Император до него не мог крепко держать в руках Гильдию, и ни один Император после него не сможет, разве что тот, кого зовут Коррино". От этих слов Дункана пробрал озноб.