Часть 22

Удар слился для Романа в сплошную размазанную вспышку. Сначала падение… потом скрежет гнущегося металла… взрывы… а потом — пустота. Всё между этим и моментом, когда он обнаружил Красную, растянувшуюся у него на груди, — просто провал в памяти. Глупая девчонка уставилась на него распахнутыми глазами и прошептала: — Ты меня спас... Роман скинул её с себя, не церемонясь. Руби с грохотом рухнула на обломки и пискнула от удара. — Ты была человеческой подушкой, — проворчал он, поднимаясь. — О каком спасении речь? Попробуешь наврать — мои юристы с тобой свяжутся. — Он повысил голос: — Нео! Ты жива? Откликнись! Что-то лёгкое щёлкнуло его по затылку. Галька. Нео ковыляла, с кровавой полосой на лице, но даже так умудрялась выглядеть возмущённо, указывая на свой немой рот. Роман фыркнул и подошёл к ней, окинув взглядом. Одежда порвана. В обычной ситуации — трагедия. Сегодня можно и простить. — Думаю, самое время для стратегического отступления, — сказал он. — Желательно до того, как остальные придут в себя. Пусть Айронвуд, Синдер и вся эта шобла перебьют друг друга... Нео прищурилась и усмехнулась. Это и было всё предупреждение, которое он получил. Роман успел поднять ауру в последний момент — как раз когда «Нео» воткнула в него клинок. Оружие прошло чуть глубже, чем на полсантиметра, прежде чем аура остановила его. Роман застонал, схватился за клинок — и иллюзия рассеялась, открыв ухмыляющуюся Эмеральд Сустрей. — Вот что ты получаешь за предательство Синдер! Стиснув зубы, Роман вцепился ей в плечи. — А вот что ты получаешь за то, что следуешь за ней, — прохрипел он и ударил коленом туда. Бытует мнение (в основном у мужчин — по понятным причинам), что женщинам при ударе между ног «не больно». Чушь. Там столько же нервных окончаний, а в некоторых местах даже больше. И хоть ничего не болтается — больно всё равно. Глаза Эмеральд сузились до точек. Она выдохнула сдавленно и мерзко, сжалась и упала, свернувшись клубком. Роман сам выдернул клинок из живота, занёс его — и опустил, но её тело уже рефлекторно активировало ауру. Удар отскочил. Он мог бы продолжать — взломать защиту, пробить. Но это заняло бы время. А у него была немая приёмная дочь, которую нужно было найти. — Считай, тебе повезло, что я больше ценю Нео, чем идею прикончить тебя, — прошипел он и швырнул клинок через верхушки деревьев. — Чтоб ты его больше не нашла. Фанатичка хренова. Фанатики — худшие. Ну, кроме тех, что были на его стороне. Но это другое. С исчезновением иллюзии он, наконец, смог как следует рассмотреть, во что превратился флагман Айронвуда. Его разорвало, как гнилой грейпфрут, оставив каркас из металлических рёбер и обугленные обломки. Похоже, в ближайшее время начнётся лесной пожар. Ну да и ладно. Пусть Вейл разбирается. Роман прошёл мимо нескольких специалистов Атласа, валяющихся без сознания. Додуматься зафиксироваться? Или хотя бы использовать живую подушку, как Красная? Не, не слышали. Её команда выглядела не лучше. Шни была без сознания, кошка её перевязывала. Блонди уже пришла в себя — слишком тупа, чтобы осознать, что у неё, возможно, сотрясение. Зато сейчас усердно колотила лицо Меркури. За это Роман готов был даже поаплодировать. Так… где Нео и Синдер—? — РОМАН! — А, вот и она. Вскрик — яростный, пронзительный, с великолепной финальной ноткой — разнёсся над развалинами. Все обернулись на женщину, грязную, взъерошенную и яростную. Синдер. Вся в саже, в пепле, лицо чумазое. Роман, вероятно, выглядел так же — но он умел носить это красиво. Синдер — нет. Волосы спутались, и не в том шикарном «только что из постели» стиле. Платье порвано — и тоже не в соблазнительном смысле. Скорее в духе «я вот-вот проиграю». Роман, признаться, считал, что это ей очень шло. — Роооман… — прорычала Синдер, прижимая одной рукой меч к горлу Нео. Его маленькая напарница — или, как он про себя её называл, приёмная дочь — выглядела выжатой до капли. По её глазам, обычно полным убийственной решимости, Роман понял: аура у неё на нуле. Он застыл. — Роман… — повторила Синдер, шипя на каждом выдохе. — Роман, Роман, Роман… — Мне тебе диск вытащить и дунуть, чтобы игла дальше пошла, а? — лениво отозвался он. — ЗАМОЛЧИ! — взвизгнула она. — Ты всё испортил! Постоянно, снова и снова — твои провалы! — Ну не будь дурой, Синдер. Ты ведь не настолько глупа. Все мои «провалы» никогда не были настоящими провалами. Ты знала это. Я предавал тебя с самого начала. Роман насмешливо рассмеялся — но уже смотрел мимо неё, в поисках помощи. Айронвуда поднимали какие-то его подчинённые, но поможет ли это? Он с радостью пристрелит и Синдер, и Нео. Как, впрочем, и весь Атлас. Ситуация была… скажем так, неблагоприятная. — Замолчи! Замолчи! Замолчи! — завизжала Синдер, сильнее прижимая клинок к горлу Нео. — Я её убью, Роман! Тебе же не всё равно? — Пф. Вообще-то всё. — Он закатил глаза. — Вперёд, давай. Синдер действительно замахнулась — и Нео зажмурилась. Роман рванул вперёд, но— — Не всё равно, да? — усмехнулась Синдер. — Тьфу… Ладно, допустим. У тебя есть Нео, и я её хочу вернуть. Так что вот тебе сделка: отпускаешь её, а я отвлекаю всех этих добродетелей, пока ты сбегаешь из Вейла с поджатым хвостом. Неплохое предложение. У тебя тут всё в жопе, Синдер. Ты сожгла все мосты. Так что будь умницей — отпусти её, и унеси ноги. Это было выгодно. Даже слишком выгодно — для неё. Но Синдер лишь усмехнулась: — Нет. Нет, я закончу всё победой. — Да ты, блин, упёртая дура, — простонал Роман. — Здесь нет для тебя победы. Всё — конец. Ты проиграла. Самый умный шаг — отступить, подумать, подготовиться и вернуться позже. Это не было ложью. Ему было уже слишком лень врать. Самые умные преступники знали: сначала — жизнь и свобода, потом — всё остальное. Деньги можно заработать заново. Ограбление повторить. Но смерть — это навсегда. А если ты представляешь угрозу, вроде Синдер, — то и тюрьма может стать приговором. Умные преступники знали ещё одну истину: никогда не будь настолько опасным, чтобы власти бросили всё, чтобы тебя устранить. Но Синдер этого не понимала. Или понимала — но ей нужно было последнее слово. Нужно было выиграть. Или хотя бы не проиграть. Возможно, за этим стояла какая-то тёмная, трагическая история... но Роману было плевать. — Нет, Роман. Ты сделаешь, как я скажу. Или она умрёт. Вот такая сделка. Стерва! Роман снова осмотрелся. Айронвуд уже поднялся, пистолет в руке, шёл прямо к ним, явно намереваясь прострелить обоих — Нео и Синдер. И в этот момент Роман понял: осталась одна-единственная надежда. Одна, кому он мог довериться. Руби «Красная» Роуз. Хотя... возможно, не совсем так, как она бы хотела. Роман метнулся — И взял её в заложники. — Что!? — пискнула Руби. — Почему я!? — Что? — переспросила Синдер, ошарашенная. — Почему она? Роман держал у горла Красной украденную трость и полностью игнорировал её яростное топание по его ногам. Больно не было. Не особо. — А теперь не только у тебя есть заложник, Синдер. Та уставилась на него, в полном замешательстве. Прямо ошарашена. — Но… почему я вообще должна заботиться о ней? — медленно спросила Синдер. — Я бы с удовольствием посмотрела, как она сдохнет. Хороший вопрос. Роман лихорадочно соображал, что сказать. — Д-думай шире! — начал он нести чушь. Айронвуд, похоже, начал колебаться, и это давало ему шанс. — Угрозы Нео, конечно, мешают мне разнести тебе мозги по полу, но мы оба злодеи. Для этих праведников она — не более чем мусор. Серьёзно, Айронвуд только обрадуется: одним выстрелом — две цели! Программа «один плюс один»! Синдер скосила глаза на генерала. Тот действительно держал оружие наготове, целясь. В неё. И в Нео. — А ещё — Кроу Бранвен. Один из сильнейших охотников Вейла. А по совместительству — папаша этой вот девчонки! — Дядя, — поправила Руби. — Правда? Хм. Ну ладно. Дядя! Да. Это значит, что моя заложница защищает тебя не только от Айронвуда, но и от охотника вон там. И, вероятно, от Озпина, который, я уверен, уже на подходе. Синдер сузила глаза: — Ты… продаёшь мне свою заложницу? — Ага! — рыкнула Руби. — Ты что, торгуешь мной, как подержанной машиной?! — Я предпочитаю выражение «заложнический обмен», — невозмутимо отозвался Роман. — Я всего лишь указываю, насколько эта модель заложника превосходит ту, что у тебя сейчас. Эта — с кучей опций! — Он взял Руби за подбородок, сжал её щёки, выдавив странную ухмылку. — Посмотри, какая милашка! Как щеночек! Такие заложники вызывают сочувствие. В отличие от Нео. Она, конечно, милая, но с ней слишком явный налёт «я могу тебя убить». А кто, кроме меня, за неё вступится? Без обид, Нео. Нео пожала плечами в захвате Синдер. Обид не было. Всё по фактам. — И сегодня эта заложница может стать твоей! Всего за одну Нео! Спеши — предложение ограничено! Эта модель даже говорит! — Он ткнул Руби в щёку. — Ну, скажи что-нибудь. Руби распахнула рот: — Роман Торчвик — мой тайный бойфренд. — ЭРК! — Роман тут же закрыл ей рот ладонью. — Ты что, с ума сошла?! Руби уставилась на него поверх пальцев. Серебристые глаза горели праведной яростью. Она ясно дала понять: если он не заткнётся, она будет бить прямо по его репутации. Ну, ладно, он взял её в заложники и предлагает обменять её на Нео, но ведь она охотница! Герой! Разве она не должна быть готова пожертвовать собой ради других? Видимо, нет. Зато Синдер посмотрела на Руби уже иначе. Без прежнего безумия. Адреналин схлынул, а до неё постепенно стало доходить, насколько всё на самом деле плохо. Убьёт она Романа и Нео — и что? Проживёт ещё десять минут? Теперь, когда эмоции схлынули, в ней заговорил инстинкт самосохранения. И как бы Роман ни врал — а он врал — Руби действительно была лучше как заложница. С ней хотя бы кто-то в этой толпе будет осторожничать. — Обмен? — предложила Синдер. — Обмен, — подтвердил Роман. — Я вас ненавижу, — проворчала Руби. — Вы оба — отстой. Если бы Синдер была чуть менее на взводе, она бы поняла, что ещё идёт в комплекте с этим "обменом". Да, Руби действительно могла удержать от выстрела Айронвуда, Озпина и Бранвена. Но она же и привлечёт всё их внимание. Это ведь не просто заложница. Это охотница. Племянница одного из них. Идеальная причина бросить всё и остановить Синдер — не двух воров, пытающихся сбежать. Роман наклонился к уху Руби: — Поверь мне. У меня есть план. Она застыла: — Правда? — Немного веры, Красная. Драка замерла. Все вокруг нашли причину не вмешиваться. Для 99% из них это была Руби в заложниках. На Нео всем было, в общем-то, плевать. Атлас, Бранвен, команда Красной — все смотрели, как Роман и Синдер идут друг другу навстречу, ведя своих «обменных активов». Всё ближе. И ближе. Синдер протянула руку. Роман — тоже. Все затаили дыхание. Глаза Синдер сузились. Губы Романа изогнулись в хищной улыбке. — На счёт три? — предложила Синдер, полностью готовясь его предать. — На счёт три, — согласился он, тоже готовясь её предать. — Раз… — сказали в унисон. — Два… Три! Синдер резко толкнула Нео вперёд, а Роман точно так же пихнул Руби. Одновременно, в свободной руке, Синдер сотворила огненный шар и метнула его в спину Нео. Роман, в свою очередь, вмазал ногой в спину Красной, отчего та с визгом полетела вперёд и врезалась в подбородок Синдер лбом. Роман же рывком втянул Нео за себя, прикрывая её собой, и с размаху словил удар в спину. Зарычал — надеясь, что это звучит достаточно мужественно. Чёрт, как жгло! Как только смог, он отскочил вместе с Нео в сторону, прижав её к себе и перекатившись в укрытие. Синдер, удержав равновесие, вцепилась в Руби, прижав её к себе, и вызвала новый меч. — У меня заложник! — крикнула она. — И получше, между прочим! — Это был твой план?! — заорала Руби. Роман ей подмигнул: — План был спасти Нео. Миссия выполнена. — РОМАН, ТЫ… ТЫ ГАД! Когда я выберусь, я распущу про тебя СТОЛЬКО бездоказательных слухов! Я НАДЕНУ ПОДУШКУ под форму и скажу, что ты МЕНЯ ЗАБЕРЕМЕНИЛ! Я—! Синдер дёрнула за неё, заткнув Красную. Все «добрые» тут же напряглись, их внимание полностью переключилось на Синдер и новую заложницу. Романа же моментально вычеркнули из уравнения. И это было одно из немногих исключений, когда его это устроило. — Ну что ж… — Роман поднялся, подтянув Нео, и начал тихо ускользать. — Поскольку тут теперь эпическая битва Добра и Зла, думаю, нам пора… И тут на опушке леса появились Озпин, Глинда Гудвич, Питер Порт и… — Ну вот, — зарычал Роман. — Ну просто НИ ДНЯ без приключений. — Роман, — сказал Бартоломью Облек. — Мразь, — вежливо кивнул ему Торчвик. — Сколько невинных ты успел прикончить за сегодня? — Роман, я— — Не сейчас. Не здесь, — резко перебил Озпин. — Мистер Торчвик, у вас есть то, что принадлежит мне. Он тут же поморщился, когда Глинда локтем ткнула его в бок. — То есть… я хотел сказать — у вас мои ученики, которых я глубоко ценю. Роман кивнул назад: — Это у Синдер. Разберитесь с ней. — Но ты всё равно нарушил множество законов, Роман. За это придётся ответить. — А если я кину трость — ты побежишь за ней, как пёс за палкой? Озпин нахмурился: — Нет. Роман сделал вид, что кидает. Озпин дёрнулся. — Ха. Сентиментально, да? — В вещах, которые тебе и не снились. Мне нужен этот посох, мистер Торчвик. Это не просто оружие. Это — нечто большее. Судьба мира зависит от того, чтобы он был у меня. — Звучит как чушь собачья. Но давай так: ты разберёшься с Синдер, а я — отдам тебе эту штуку. Договор? Глинда скрестила руки: «Это абсу—...» — Согласен, — сказал Озпин. — ОЗПИН! Он вымотан! Мы можем его сх— — У нас есть дела поважнее, — перебил Озпин. — Нам предстоит разобраться с куда более серьёзной угрозой, чем жалкий воришка и его сообщница, которые, насколько мне известно, никогда не отнимали чью-либо жизнь. Хорошо, что он не всеведущ. Нео-то отняла не одну. Но никогда невинных. Роман позаботился об этом лично, направляя её ярость туда, куда надо. Ответственность отца года, как-никак. Пусть Нео это и не признает — но в душе она знала. — Но, мистер Торчвик, — продолжил Озпин. — Это не значит, что вы свободны от ответственности. — Он вдруг улыбнулся. — Но, если бы вы… скажем так, внесли свой вклад в нашу общую победу… Вполне возможно, кое-что можно было бы пересмотреть. Роман фыркнул: — Как будто я ещё не помогал вам всё это время.

***

Руби ненавидела свою жизнь. Может, это звучало немного драматично, но ей казалось, что всё, что только могло пойти не так — пошло. Они пробрались на дирижабль, перессорились с Атласом, поймали не того (Торчвика, а не Синдер), а потом ещё и разбили этот дирижабль в Изумрудном лесу. То, что она в итоге стала новым заложником Синдер, — ну, это уже просто шоколадка сверху на дерьмовое печенье. По крайней мере, её команда уложила Меркурия и Эмеральд. Правда, дядя Кроу уложил сестру Вайс, что, наверное, должно было быть проблемой. Вайс вообще отрубилась после крушения. Вот уж действительно… сработали отлично. Мысли оборвались, когда Синдер резко рванула её к себе, выставляя между собой и Кроу, который пытался подкрасться. Аура у Руби была почти на нуле — именно поэтому она до сих пор не вырвалась. Если бы Торчвик не смягчил удар при падении, она, возможно, вообще не выжила бы. Хотя благодарной она себя не чувствовала — учитывая, что он сделал после этого. — Не приближайтесь! — зашипела Синдер. — Я убью её! Я перережу ей горло, и вы все будете смотреть, как она истекает кровью! Мне нужен буллхед. Буллхед, Меркури и Эмеральд — обратно ко мне. И Эмбер. Я знаю, что она у вас. Я хочу её! — Может, тебе ещё корону Вейла, десять миллиардов лиев и отдельный континент? — съязвил Кроу. — НЕ ИЗДЕВАЙСЯ НАДО МНОЙ! — заорала Синдер, голос её сорвался, в нём появилась истерика. Грань безумия, откровенно говоря. Прекрасно. Синдер окончательно поехала. Руби тяжело вздохнула. — И ты не смей надо мной смеяться! — прошипела Синдер, повернувшись к ней. — Я убью тебя! Я сотру твою жалкую жизнь! — Эй, моя жизнь вполне нормальная… — пробормотала Руби. — Синдер Фолл, сдайся, — рявкнул Айронвуд. — Ты окружена. Твои союзники побеждены. Всё кончено. Ты проиграла. Не усложняй свою участь. Синдер рассмеялась — сухо и безумно: — Я ещё не проиграла! — Да ты уже давно проиграла, — фыркнула Руби. — Торчвик тебя обыграл по всем фронтам. Ты провалила всё, что хотела сделать. Даже если убьёшь меня — и что? Тебя сразу же убьют. Это ничего не изменит. — Заткнись, заткнись, ЗАТКНИСЬ! — — Синдер Фолл! — Это был голос Озпина. Директор вышел из леса, за ним — мисс Гудвич (которая выглядела очень злой — ай-ай-ай), а также доктор Облек, катящий… носилки? На них лежало тело, прикрытое белой тканью, из-под которой выбивались тёмно-каштановые волосы. Синдер резко втянула воздух. — Мы смогли вытащить её из обломков, — обратился Озпин к Айронвуду, который, похоже, сам слегка не понимал, что происходит. Но Синдер смотрела только на носилки. — Эмбер пережила крушение. Благодаря мерам предосторожности, которые вы, к счастью, предприняли. — Озпин, что ты— — начал Айронвуд. — Однако, — перебил тот. — Я не могу позволить, чтобы жизнь одной из моих учениц оставалась под угрозой. Ты хочешь силу девы осени, мисс Фолл? Я готов обменять её на безопасность мисс Роуз. Но запомни: эта сила не спасёт тебя. Она не поможет тебе сбежать. Рука Синдер на шее Руби сжалась: — Д-давай её! Немедленно! Она вообще слушает? Руби не знала, кто такая эта «дева осени», но точно знала, что у Синдер нет ни единого шанса победить здесь всех — и Айронвуда, и Кроу, и Озпина, и троих преподавателей Бикона. Не шибко-то и вероятно! И это даже без учёта того, что Синдер буквально слюной заливает ей плечо. — Фу, — поморщилась Руби. — Заложницей у Торчвика быть было как-то… менее омерзительно. — Давай её сюда! — повторила Синдер. — Прямо сейчас! Но не ты! Гудвич должна подвезти её своим проявлением. Никому не приближаться! Озпин нахмурился: — А мисс Роуз? — А что мне до неё? — прошипела Синдер. — Как только у меня будет эта сила — я стану неудержимой! — У Эмбер была, и у неё было годы, чтобы научиться ей пользоваться. С чего ты взяла, что у тебя будет иначе? — Глупец. Я — не она. Я — лучше! Психованнее — точно, подумала Руби. Синдер окончательно съехала. Поражение от Торчвика её просто сломало. Теперь она бьётся в истерике, потому что не может признать, что проиграла. Лучше бы я вообще из постели не вставала… Озпин кивнул Глинде, и та, используя своё проявление, аккуратно повезла каталку вперёд — по израненной, дымящейся земле — прямо к Синдер. Ехала она неровно, волосы на голове «пленницы» подпрыгивали при каждом толчке, ткань чуть сползла, открыв тёмную кожу и изящную женскую руку. Всё тело Синдер начало дрожать. — Да… Да… — прошептала она, и только Руби была достаточно близко, чтобы услышать. — Когда у меня будет эта сила, всё наладится. Роман… Вейл… Салем… всё. Я стану настолько могущественной, что смогу лепить мир, как захочу. Ну всё. Полный клинический. Каталка остановилась перед ней. — Вот, — сказал Озпин. — А теперь отпусти мисс Роуз… Синдер зарычала — и толкнула её. Но не к спасению. Она пригнула Руби над телом на каталке, призвала меч — и замахнулась, чтобы одним ударом проткнуть их обеих насквозь. Её команда закричала. Дядя Кроу метнулся вперёд, как молния. Но был слишком далеко. А вот «Эмбер» — ближе. Каталку озарил всплеск света, ткань взорвалась осколками зеркального стекла — и тело на каталке обернулось в ухмыляющееся лицо с взлохмаченными оранжевыми волосами. Роман обхватил Руби, дёрнул на себя и, вместе с ней, свалился с каталки в сторону. Клинок Синдер с грохотом вонзился в металл. Они перекатились по земле. Роман снова держал её, прикрывая и уворачиваясь. Синдер завизжала, но шквал выстрелов и Кроу, пронёсшийся вихрем, заставили её отступить. — НЕТ! НЕТ! НЕТ! — орала она. — ЭТО МОЁ! МОЯ СИЛА! — Всё. Крышу снесло окончательно, — хмыкнул Роман. — Она вообще понимает, что той, за кем она гонится, здесь нет? — Думаю, нет, — ответила Руби. — Ты её реально сломал. А Синдер и правда была сломана. Она завизжала, как банши, и бросилась на Кроу, уверенная, что сможет его одолеть. Глаза бешеные, волосы спутаны, удары — как у дровосека по пню. Но дрова не дерутся в ответ. А Кроу — не пень. Кроу парировал всё. Он сбил её, разоружил, пнул к Айронвуду. Генерал Атласа не стал медлить: поднял оружие — и выстрелил. Первый снаряд ударил в спину. Второй — расколол ауру. По всем правилам, он должен был остановиться и арестовать её. И, возможно, в протоколе именно так и будет записано. Что Айронвуд предложил ей сдаться, а она отказалась. Но Руби была уверена: когда он всадил третий выстрел ей прямо в голову, всем стало ясно — об этом моменте никто не должен будет говорить. Это был не суд. Это было… …скорее, как усыпить животное, которое сошло с ума. — Это… всё? — прошептала Руби. — Конец? — Почти, — сказал Роман, поднимая её на ноги. А потом прижал к себе и обхватил рукой за шею. — У меня заложница! — Да вы издеваетесь… — простонала Руби. — ТРИ из трёх?! Айронвуд выглядел так, словно видел это уже во сне. Кроу — просто сбит с толку. А вот Озпин… Озпин, как ни странно, уже снова держал свой посох и лишь взмахнул рукой: — Ну что ж, мистер Торчвик. Каковы будут ваши требования? Ээ… они что, реально согласились…? — Я требую, чтобы я и моя соратница могли спокойно уйти с нашими незаконно приобретёнными трофеями! — Какими трофеями? — фыркнул Айронвуд. — Ты ничего не украл. — Как это? Мы угнали ваш флагман! А то, что мы его через минуту разбили — ну, что ж, неудача. Бывает. Айронвуд усмехнулся: — Ты правда думаешь, что мир в это поверит? — Ну, либо мы угнали флагман и разбили его… либо вы сами подвергли Вейл чудовищной опасности, позволив захватить воздушное судно и чуть не обрушить его на город, убив кучу мирных жителей. — Роман сделал паузу. — Так что… мы угнали флагман. Верно? — Да, — сквозь зубы согласился Айронвуд. Даже он понимал: дипломатический скандал от признания альтернативы был бы куда хуже. Лучше уж публично проиграть Торчвику, чем признаваться в собственной халатности. Да и, по правде говоря, его побеждали уже многие — репутация не так уж пострадает. — Да. Ты угнал и разбил мой флагман. Проклят будь, Торчвик. — Хе. Я так и думал. И ещё — я победил тебя и Винтер Шни в бою— — Не перегибай! — Ладно-ладно. — Роман закатил глаза. — Тогда второе требование: засадить Красную и её команду в максимальное количество наказаний и отработок. — ЧТООО?! — взвизгнула Руби. — ПРЕДАТЕЛЬ! — Согласны, — ответила за Озпина Глинда. — С превеликим удовольствием. — Да ну вас! Я вообще не виновата, что меня трижды брали в заложники! — Руби локтем боднула Романа. — Я так испорчу тебе репутацию! Слово даю. Я поймаю тебя самым позорным способом из всех! — Хе. Не жду меньшего от своей заклятой противницы. — Роман повысил голос: — Моё финальное требование — казнить Бартоломью Облека! — Отказываюсь, — ответил Озпин, всё так же с улыбкой. — Эх. Стоило попробовать. Тогда хотя бы дайте мне фору — час на побег. — Это звучит разумнее. — Озпин махнул рукой. — Неохотно, но принимаю от лица Бикона и Вейла. Пусть все, кто здесь присутствует, запомнят: у нас не было выбора. Мы пошли на сделку ради спасения мисс Роуз. И, естественно, только поэтому позволили ему уйти. — Но он вот же он! — воскликнула Блейк. — А Руби даже не выглядит напуганной! — Дополнительное наказание, мисс Белладонна, — сказал Озпин. — Увы, мою волю сковывает ситуация. Победа за ним. — Да НЕТ ЖЕ! — Без вариантов. — Но—! Ян положила ладонь на рот Блейк: — Мы поняли, сэр. Генерал Айронвуд, недовольно зарычав, убрал оружие в кобуру: — Я с этим не согласен. Но эта ночь и так уже превратилась в фарс. Можем хотя бы быть уверены, что ты не собираешься охотиться за девой? Роман поморщился: — Вопреки слухам, между мной и Красной — ничего нет. — Я не это… Ты даже не знаешь, кто такая дева, да? — Обижаешь, — с фальшивым негодованием фыркнул Роман. — Конечно знаю! Просто не говорю — потому что это, знаешь ли, государственная тайна. Мало ли — вдруг малолетки подслушают. Ха. Не знать о деве. Да вы меня недооцениваете, генерал. Айронвуд уставился на него, затем закатил глаза: — Убирайся. Девчонку отпусти. Можешь получить фору не в час — в десять лет. Ты даже не настолько важен, чтобы за тобой гоняться. У Руби было плохое предчувствие, что эти слова ещё аукнутся Айронвуду. Особенно учитывая, как Роман обидчиво надулся, прежде чем отпустить её. Она резко развернулась и попыталась вмазать ему кулаком в пах — но тот, видимо, предугадал удар и ловко отпрыгнул. — Огненная девочка-заложница. Как же я тебя обожаю. — Я не заложница! — сквозь зубы процедила Руби. — И ты лучше используй этот час по максимуму, мерзавец! Потому что я — Руби Роуз — лично доставлю тебя перед лицом правосудия! — Хм. Я думал, ты — Красная. — Я СОЛЬЮ ЗЕМЛЮ ТВОИМИ ПЕПЛАМИ! Директор Озпин сдержанно улыбнулся, наблюдая, как Роман Торчвик воспользовался подаренной амнистией и рысцой скрылся в чащу Изумрудного леса, Нео вприпрыжку за ним. Его трость — Долгая Память — снова был у него, угроза устранена. А что до команды RWBY… ну, хуже, чем тратить своё время на поимку преступника, который, похоже, сильно заинтересован не навредить своим преследователям, только чтобы сохранить собственную шкуру и репутацию, — вариантов было немного. — Озпин, — произнёс Джеймс, тяжело ступая к нему. — Надеюсь, у тебя найдётся хорошее объяснение всего этого. — Уверен, Джеймс. Уверен. — Озпин кивнул. — Почему бы нам не обсудить это в моём кабинете? А там, глядишь, появится и пара убедительных оправданий.