3

      Я не выбирала имя для аватара. Наверное, «проводник» выставил созвучное с русским Юля на английский манер.       — Если всё игра, — протягивает Сайлас, скользя взглядом по моему лицу и останавливаясь на губах. Я видела своего фаворита на экране телефона. Тогда была игра, но теперь я запуталась. Этот мир обманчив. Он существует внутри компьютера.       Господи, хватило одного дня, чтобы разум начал подводить. Не у всех получается выстоять и не поехать головой. О побочных эффектах нужно было прописать в договоре жирным шрифтом. Ах да, никакой договор разработчики не предоставили на подпись. Меня могут навсегда погрузить в симуляцию. Тогда придется выбираться отсюда радикальным способом. Координаты выхода в палате не обнаружила, либо они хранились не в очевидном месте. У меня не было времени на поиски. Возвращаться в логово EVER — не вариант.       — Почему сопротивляешься программе?       — Я не…       — Ты отталкиваешь меня, при этом говоря, что знаешь, кто я такой. В чем же проблема? — склоняет Сайлас голову набок. Столько раз видела как он делал так в игре. Сейчас у меня есть возможность иллюзорно почувствовать его прикосновения, ощутить кожей мягкость манящих губ. Одна их форма сводит с ума, а когда кривит в ухмылке, он становится ужасно самоуверенным и наглым. — Мы любили друг друга.       — Зачем ты это делаешь?       — Что именно?       — Изводишь меня, — умоляю его взглядом прекратить эмоциональные пытки. В игре это чувствовалось по-другому. Но разве должна быть разница? Сбивает с толку реалистичность происходящего. Я смотрю на Сайласа, как на живого человека, но он персонаж. Хоть миллион раз повтори. Разум всегда готов обмануться.       Зря в Infold не провели дополнительные тесты на готовность испытуемых погрузиться в виртуальную реальность. Если мой мозг вскипит, родители даже компенсацию не получат. Всю ответственность с себя сбросили разработчики.       — Для тебя любовь равносильна страданиям?       — Ты не понимаешь.       — Расскажи.       — Сайлас.       — Мне этого так не хватало, — проводит он пальцем по моей нижней губе. — Слышать свое имя из твоих уст, особенно…       — Не надо.       — Прекраснее любой мелодии, — завороженно обхватывая крупной ладонью мое лицо и поглаживая пальцами за ухом. Кажется, будто собирается поцеловать. — Я скучал долгими днями, ночами. Искал тебя.       Качаю головой. Его прописали разработчики. Чувства не настоящие. Подделка. Тогда почему он стирает слезы с моих щек? При расставании с бывшим меньше страдала. Сердце разрывается, видя решительность в глазах Сайласа: не сдастся, пока я не вспомню, что между нами было.       Представляю, в каком затруднительном положении он оказался. Я тоже в смятении. Начинает болеть голова. Разве такое в симуляции бывает? Потираю лоб. Виртуальный мир построен на имитации.       Как быть? Подыгрывать программе? Я планировала развлекаться на полную катушку, воплощать мечты. Ради эксперимента отложила все дела и полетела в Китай. Столько всего можно придумать. Никто не узнает. Этот мир смоделирован для меня, и Сайлас принадлежит только мне.       Мне одной.       — Ты похож на сладкий сон, — кладу ладонь поверх его и закрываю глаза. — Не хочу просыпаться.       — Тогда оставайся.       — Ты не настоящий.       — Хватит это повторять, Джулия. Со временем ты адаптируешься к привычной среде, где родилась и выросла, — приобнимает меня Сайлас за талию, но не проявляет настойчивость. Он ведет себя очень заботливо. Чутко реагирует на мои эмоции и смотрит с такой теплотой, словно мы знакомы сотни лет.       В глазах мерцает блеск от его пальца.       Кольцо?       — Оно… — присматриваюсь к украшению. Это не просто драгоценность. — Мы с тобой были… Мы женаты? — беру его за руку. Мой безымянный палец не увенчан кольцом. В EVER сняли, избавляясь ото всего, что навевало бы воспоминания о моем муже?       Час от часу не легче.       — Дерьмовый сюжет.       — Какой мы построили.       — Нет, — отпускаю его руку и отстраняюсь. — Меня это не устраивает. Нужно всё перезапустить. Я скажу «проводнику», чтобы внес коррективы. Многие детали были не учтены.       Усмехаюсь и отвожу взгляд от Сайласа. Смотрит на меня с горестным сочувствием. Я в здравом уме. Кому интересно начинать историю с середины и стремительно прийти к концу? Где первая встреча? Первый поцелуй, близость. Фаворит воспринимает меня давней знакомой. Всё уже заочно пережито. Допустим, симуляция запускается с шаблонного процесса, с внесением пожеланий испытуемого от начальной точки пробуждения. Где-то произошла ошибка.       — Я бы выпила.       — Идем, — выражает Сайлас свою солидарность. Нам обоим не помешает разгрузить мозги. Дожидаюсь, когда он пойдет первым, а сама иду сзади. Мои любимые метр девяноста. Эта брутальность, стать. И он хочет, чтобы я считала его своим мужчиной. Прикусываю губу. Грех не соблазниться.       Сайлас, чувствуя спиной пристальный взгляд, оглядывается через плечо. Не всё потеряно. Я могу заново построить с ним отношения. Не будет ли он против? Или согласится на что угодно, только бы мы снова были вместе.       — Сайлас.       — М-м-м? — прищуривает он рубинового цвета глаза и указывает на кухню. Даже не рассмотрела интерьер дома. Внимание приковано к красавцу-блондину.       — Ничего.       — Снова разыгралась мания повторять мое имя?       Как?..       В смысле, откуда фаворит может знать такие подробности? Если это не прописали в программе. Было бы логично, только я никому не говорила, что обожаю звук его имени. Нигде об этом не писала в интернете, ни в сообщениях, чатах, откуда бы разработчики выудили личную информацию на каждого испытуемого.       Совпадение?       — Очнись, — щелкает он пальцем по моему лбу.       — Ай!       Вместо протянутого бокала отбираю у него бутылку и начинаю пить из горла. Спиртное обдирает глотку, я задыхаюсь, но не перестаю пить. Проверяю реакцию организма. Полагаю, программа распознает действия аватара, и наступит опьянение с последующим утренним похмельем.       — Алкоголь помогает мне забыть… или вспомнить. Уже не знаю, — оправдываюсь перед Сайласом. Он прислоняется бедром к тумбочке и скрещивает руки на груди. По выражению лица понимаю, что затею не одобряет. Жутко серьезный. Балдею, когда он так выглядит. — Что? Накажешь меня?       — Я рад, что к тебе возвращаются старые привычки.       — У нас… Ты… Мы устраивали…       — Ролевые игры? — помогает с вопросом. Судорожно вздыхаю и откладываю бутылку. Проступает пот. Я горю не то от дозы выпитого, не то от взгляда алых глаз. — Ролевые игры устраивают для мимолетного развлечения новички с любителями, — и салютует бутылкой вина.             Сейчас бы в идеале он сделает глоток, обнимет меня за талию и поцелует в губы. Я поддамся его порыву, позволяя влить вино себе в рот. Сдерживаю рвущийся из груди стон, представляя этот момент. Вкус был бы терпким. Неутолимым.       — Сколько, по-твоему, ты ждал?       — Месяцы, — шепчет Сайлас, облизывая губы. Хочет испробовать нечто иное на вкус? Помню, какой он пылкий, страстный. Горячая кровь и темперамент. Истинный дракон. Какой он в постели?       Беда. Я напилась. Больше ни капли.       Застревать надолго в симуляции не планирую, иначе совсем перестану воспринимать этот мир виртуальным. Новые воспоминания вытеснят старые и нет уверенности, что после пробуждения удастся вернуть прежнюю жизнь. Не хотелось бы оправляться в психбольницу.       Он сделает всё, о чем я попрошу? Но такие отношения кажутся неправильными. Одержимость человеком — нездоровое явление. Можно одаривать заботой, пониманием, разделять чувства, делиться переживаниями и так далее, но у всего есть предел.       — Ты слишком хорош для меня, — прикладываю палец к губам Сайласа, за что он кусается. Импульс от кончика пальца разносится по всему телу, причиняя не боль, а удовольствие.       Что нас свело вместе? Общие интересы? Взгляды на жизнь? Моральные принципы? Не думаю, что между нами вспыхнула любовь с первого взгляда. Про себя могу назвать десятки причин, а что насчет Сайласа? Чем привлекла его? Выделилась из толпы среди других девушек. Пусть объяснением не будет проклятие. Только без перерождений.       — Я подло поступила с бывшим.       Вместо того, чтобы отпрянуть, Сайлас прижимает меня к себе. Вскидываю голову и смотрю ему в глаза.       — До сих пор прокручиваю в мыслях ту последнюю встречу. Я разбила ему сердце.       — Боишься повторения истории?       — Постоянство не в моей природе, увы, — виновато улыбаюсь и обхватываю его лицо обеими руками. Он так близко. Каждую морщинку можно разглядеть.       — Неважно, кому ты разбила сердце. Это не было реальностью.       — Было.       — Твои воспоминания перемешались, — поворачивает он голову и целует внутреннюю сторону моей ладони. — Отдохни.       — Не нужен мне отдых! — раздраженно восклицаю. Злость направлена не на него. У меня много вопросов и хочется всё выяснить о жизни виртуальной Джулии. — Я не должна была повышать на тебя голос. Пожалуйста, прости.       — Старайся лучше, чтобы меня обидеть, милая.       — Сай…       — Да? — расплывается он в кошачьей улыбке. Мы принимаем «былые» жизни друг друга за симуляцию и оба уверены в собственной правоте. — Повтори-ка.       — С-а-ай, — рьяно потакаю его желанию. Нахождение рядом с ним помогает не думать о неисправимых ошибках. Сожалениях. Всё было бы великолепно, если бы не пресловутое «но». Я забываюсь, где нахожусь. — Мой сладкой сон, — напеваю и широко улыбаюсь, видя, что он блаженно прикрывает глаза. — Some long for longevity, before fading to dust.       — Не останавливайся.       — Some long for eternal sleep and eulogy chanted by stars…       Меня переполняет удушающая нежность, выворачивает изнутри и не дает струиться стихам. Не напевается дальше. Мотив напоминает о далекой — забытой утрате. Пульсирует эхом, не давая исчезнуть навсегда.       Только сейчас начинаю осознавать, на что согласилась, принимая приглашение от Infold. От встречи с виртуальным возлюбленным не должно быть больнее, чем от расставания с реальным человеком. Я любила Олега. Два года отношения что-то значат и не равносильны «свиданиям» в игре.       — Как мы познакомились?       — Ты работала в баре.       — Надеюсь, не стриптизершей.       Раскатистый мужской смех вызывает дрожь в моем теле. Бедра тянутся прижаться к его бедрам, но я держусь. Слишком рано, хотя для него наши отношения не в новинку.       — Разливала напитки, — отвечает он. — Именно там у тебя развились дегустаторские способности.       — Я… воровала?       — Какого ты мнения о себе, — заходится Сайлас уже громким смехом. Виновато улыбаюсь за недостатки своего аватара. В реальной жизни зарабатываю честным трудом и веду здоровый образ жизни. По праздникам только выпиваю. Мой друг Иван признавался, по какой причине он погряз в алкоголизме. Для счастливого человека спиртное — это элитное вино или шампанское, выпитое за ужином в пятницу или на званном вечере. Для Ивана это был способ уйти от реальности, забыть о проблемах. Он называл себя слабым духом.       Могу его понять. Сейчас, глядя на Сайласа, вся моя стойкость рушится. Так было с разбитым сердцем Олега. Между нами встал другой парень. Это было похоже на наваждение. Я не могла совладать со своими чувствами, тянулась к тому человеку, желала быть с ним, но продолжала любить Олега. Брак в итоге распался. Родители так ждали, что у нас появится ребенок и мы станем полноценной семьей.       — Ты подсела на мои золотые запасы.       — Что?       — Похвастался, каюсь. Я не мог удержаться перед симпатичной девушкой. Твои глаза горели интересом. Мы проговорили до самого закрытия бара.       — Ого, сколько ты знаешь об алкоголе.       Снова смеется и берет недопитую бутылку вина. Мы говорили не о напитках? С таким эрудированным, опытным мужчиной легко в общении: он много почерпнул знаний от людей, из книг, видел смену поколений, эпох; знает о тайных, темных желаниях смертных.       В этом мире мы свободны, можем навечно остаться молодыми и встретить закат цивилизации, который наступит, если по какой-то причине отключатся компьютеры в Infold. Подобное вынужденное извлечение не травмирует мой разум? Я практически ничего не узнала от разработчиков о принципе работы их проекта. Может, они сами до конца не разобрались в своем творении, но приступили к экспериментам.       — Ты приглашал меня к себе домой?       — Это упрек?       — Нет, — втягиваю губы, стараясь не засмеяться. — Неужели нас свела тяга к алкоголю?       — Признаю, мне нравится открывать о тебе правду и видеть то, как ты реагируешь, — ласкает Сайлас пальцами мою пылающую от смущения щеку. Дьявол, сущий Дьявол, которому не нужно соблазнять жертву и развращать. Я готова отдать ему свою душу на съедение.       — О чем ты не договариваешь?       — Всему свое время, — избегает он прямого ответа о причине зарождения наших отношений. В брак вступают не ради забавы. — Голодная?       — На удивление, да.       Размыкаем объятия. Сайлас косится в мою сторону и отходит к холодильнику. В симуляции аватары тоже питаются, спят. Словом, копируют естественные потребности, совмещенные с повседневной рутиной. Мой выбранный образ жизни сопряжен с опасностью — или что бывает, когда живешь с боссом мафии.       — Где уборная?       — Как выйдешь с кухни, иди направо. Вторая дверь слева.       Потеряешься без указателей. Не мешая Сайласу с приготовлением позднего ужина, я направляюсь по своим делам.       В коридоре валяется игрушка. Ворон. Это мое? Подбираю плюшевого Мефисто и натыкаюсь взглядом на табличку, прибитую к двери, у которой была оставлена игрушка. Эмма. У Сайласа живет кто-то еще? Воспитанный человек не полезет шпионить в чужом доме, но хозяин считает меня своей женой. Следовательно, я имею право идти, куда захочу. Или спросить разрешение?       Приоткрываю дверь. Первое, что бросается в глаза — это обилие игрушек. Целый стеллаж отведен для кукол. Рядом стоит миниатюра — копия особняка. В детстве я устраивала истерики, мечтая получить кукольный дом. Он был огромный, с множеством комнат. Родители не могли позволить себе купить дорогую игрушку. Понадобилось бы заполнять комнаты мебелью, фигурками, а такие вещи не были дешевыми. Мне хотелось обустроить свой маленький, идеальный мир. Даже продумывала и рисовала, как бы всё выглядело. С возрастом, когда я сама стала финансово обеспечивать себя, девичья мечта уже прошла.       Захожу в комнату. Тот, кто занимался обустройством, явно переусердствовал. Сбоку доносится возня, отвлекая меня от созерцания «игрушечного музея». Оборачиваюсь назад. Светловолосая девочка приподнимается на кровати и трет глаза после сна.       — Мама?       Это…       Не могу пошевелиться, отвести взгляд. Она так похожа на Сайласа: тот же цвет волос и глаз. Ангельской красоты ребенок. Такого не было в сюжете игры, ровно как и свадьбы. В Infold разошлись с добавлением новых элементов.       Муж, ребенок. Семья создана, только я здесь посторонняя. Держу в уме якорем мысль о цифровом мире. На это уходят силы, а иначе нельзя. Смотрю на девочку и вижу в ней знакомые от себя черты. Разработчики баловались с генерацией аватаров. Результат поражает.       У меня когнитивный диссонанс.       — Сколько же времени ушло на создание этой вселенной.       — Поверь мне, в зачатии ребенка участвовали всего двое, Джулия, — показывается Сайлас в дверном проеме.       — Меня зовут Юля.       — Не в этом мире, верно?       Хватаюсь за голову. Это какое-то безумие. Невыносимо! Так нельзя. Нет. Я не смогу. Всё вокруг выглядит чужим. Любимый мужчина будет смотреть на меня день за днем с тоской, живя верой, что я однажды всё вспомню. Придумайте пытки менее изощренные.       Почему программой прописали его аватару твердить мне, что виртуальный мир — единственный настоящий, где мне нужно остаться? Раны уже затянулись. Я не чувствую боли ни в лодыжке, ни на виске. В играх происходит волшебное исцеление. Моя жизнь не здесь. Что за психологические эксперименты устроили разработчики для испытуемых? Я ожидала погони, перестрелки. Обычное, мать твою, развлечение. Какой брак? Какая семья? Ребенок.       — Моя дочь.       — Я бы сказал тебе, но ты сама должна была увидеть ее, — проходит Сайлас в комнату.       — Она вылитая… — не договаривая, показываю на девочку. Прижимаю руки к животу, чувствуя, что внутри всё крутит, и сгибаюсь. Это слишком. Перегрузка информации. Я будто проживаю вторую жизнь, которую у меня отняли. Разом наваливаются утраченные воспоминания, но они вымышленные. Разум отвергает их.       — Мама? — лепечет девочка, подходя ко мне. На вид Эмме лет пять. В каком возрасте аватар Джулии «родила» ее? Если совпадает с моим биологическим, то в двадцать. Дико смотреть на созданного ребенка программой. Так могла бы выглядеть моя дочь, если бы я вступила в связь с реальным Сайласом. Только у него не было прототипа.       — Характером пошла в тебя, — произносит он с гордостью. — Детка, дай маме подумать. Она только сегодня вернулась.       Мне плохо.       Высокий силуэт фаворита смазывается. Вижу, как он поднимает девочку на руки и относит обратно на кровать; что-то шепча ей, накрывает простыней. Эмма улыбается отцу, затем смотрит на меня и жмурится, словно попала под лучи слепящего солнца. Невозможно не отметить схожую между нами мимику.       — Мама, я люблю тебя.       Нет.       Разработчики ошиблись с сюжетом. Плевать, если программа саморазвивается. Нужно перезагрузить симуляцию, внести коррективы и исключить некоторые сценарии. Я не готова быть матерью ни в реальной жизни, ни в виртуальной. Сайлас. Из него получился бы самый чуткий, внимательный и заботливый отец, преданный своей жене. Если бы я пришла к осознанному решению создать свою семью, то выбрала бы такого мужчину, как он.       — Милая…       Фокусирую взгляд. Эта доброта и сочувствие истязают мое сердце. Лучше бы злился, крушил всё вокруг. Не могу. Не могу. Не разбирая дороги, я просто выбегаю из комнаты.