Глава 13

По школе то и дело вспыхивали хлопушки и бенгальские огоньки. Местные празднования отличались от тихой домашней обстановки Хогвартса. Ребятня, свободные от занятий, шумели, устраивали гонки на мётлах, игры в квиддич, обносили лес, и особо смелые умчались в поход. Каникулы по времени ничем от привычного не отличались, за исключением количества праздников. Первый — зимнее солнцестояние — Мария пропустила, отлёживаясь ещё день после приключений. Магия перестала чудить, и сверхчувствительность стихла. Она всё ещё беспокоилась, но раз Лекса сказала, что всё в порядке, значит, серьёзной опасности нет. Только привыкнуть, но привычка — дело наживное. Следующий — Рождество, все ожидали с предвкушением. Преподаватели расщедрились на бюджет, а учсовет взял всё в надежные руки. Учеников ждал рождественский бал, как поделилась староста, как раз там, куда они вышли после обряда. Та часть древняя и величественная, но заклинания слабоваты, да и источник совсем рядом. Для одного раза можно всех пустить в самую древнюю часть школы, а вот на постоянке нет — еще разнесут. Последний Новый год — каждый сам решал, как отмечать, кто-то уходил к семьям, кто-то компанией в деревушки, кто-то оставался с друзьями в школе. У Марии выбора особого, правда, не оставалось — она будет с Антерусом. И, к счастью, случившаяся история все-таки смогла на него повлиять. Он решил остаться в школе и в компании невесты, а не мчаться дегустировать местный алкоголь и уличные вкусности. Но в деревню они все-таки выберутся потом. Оставалось только решить, в каком углу можно с комфортом расположиться, чтобы устроить лучшую встречу Новому году. Мария в шутку ляпнула про инеевую беседку, где они проводили ритуал. Зря это она. Но загоревшегося Антеруса быстро успокоила Лекса: «Вы уже дважды похозяйничали на территории моей семьи. Хватит». И пока Антерус офигевал, степенно удалилась. Мария в очередной раз решила ничему не удивляться и позже взяла у старосты разрешение занять одну из комнат в золотом корпусе. Не так волшебно и символично, но зато проверено. Помимо новых ощущений от магии, Марию грызло странное чувство, будто она забыла что-то еще. Осенило ее, когда к ней подошел Антерус с интересным вопросом. Помочь подобрать подарок Ливи. Как только она услышала имя парня, поняла, что абсолютно забыла про него, и Антерус все еще не извинился, и вообще, куда он пропал, она не видела его с того самого дня? На свой вопрос Антерус получил осуждающий взгляд, но в этот раз абсолютно не понимал, что не так. Пришлось напоминать. — Я помню, — смущаясь, буркнул он. — Вот на балу и извинюсь. И поговорим. После ее саму начала грызть совесть, что она забыла про него, но Антерус, видя, как грустнеет невеста, сумел всего одной фразой ее успокоить: — Ничего удивительного. Ты сама прошла не меньшее потрясение. Ну да, это было уважительной причиной, чтобы забыть обо всем на свете. Потом до нее дошло, зачем к ней вообще подошли. — Ты решил ему еще и подарок сделать? — Лекса интриганка, — непонятно усмехнулся он в ответ. — У нас тайный Санта, и она определила Ливи ко мне в подопечные. С конкретными целями, я полагаю. И я не хочу ее разочаровывать. И его, кстати, тоже. Так что, как думаешь, что лучше: кожа дракона или мех зуву? Марию в диалог втянуть не удалось, она зависла еще на моменте тайного Санты, не понимая, что это вообще такое. Пришлось просвещать Антерусу. Оказывается, интересное мероприятие. Может, ей тоже стоит вписаться?

***

На аудиенцию Лекса вызвала его в основной корпус. Сидя в большом, аскетично обставленном кабинете, он ожидал своего наказания. Лекса не спешила начать разговор, разбирая почту, так что он, не выдержав, брякнул первым: — Сколько у тебя кабинетов? — Что? — она отвлеклась от почты. — Нисколько. Все общие, сегодня тут пусто, потому что праздники. — А ты, значит, работаешь? — Я занимаюсь тем, что мне нравится. Не отвлекай, пожалуйста, мне немного осталось. Она развернулась к исписанным пергаментам, а Антерус принялся тоскливо смотреть в окно. Пару дней ему дали погулять спокойно, но перед самым балом кара его таки настигла, а он надеялся, что обойдется. Он и так достаточно испугался. — Готово, — она аккуратно поставила последнюю печать. — Прошу прощения за ожидание, преподаватели тоже празднуют, и я внезапно обнаружила не разобранную стопку в учительской. Ты готов? — Как к такому можно подготовиться? — За свои поступки всегда нужно быть готовым нести ответственность, — она нехорошо прищурилась, — уверена, окружающие не раз и не два пытались донести это до тебя. — Ну, пытались, да. — А осознал ты, похоже, только после разговора с Алданом. Анетрус невольно поморщился, синяк почти сошел, и даже желтизны не было видно. Но трогать лицо все еще было болезненно. И да, таким способом его проняло, может, не до конца, но что-то он точно запомнил. Повторять больше не хотелось. — Может, перейдем к сути? — Изволь, — она достала какие-то документы. — Ты нарушил школьный устав, пункты 4.5 и 4.0. Также присутствуют мелкие нарушения пунктов с 2.1 по 2.23, — на этом моменте Антерус удивленно вскинул брови, он устав читал наискосок, и Лекса для него несла абсурдную абракадабру. — И имеются отягчающие обстоятельства в виде постоянных нарушений, — глянув на его непонимающее лицо, она весело фыркнула. — Формальности. Для протокола. Если кратно, за нарушение тайны школы, нарушение границ собственности школы и проведение несанкционированного опасного ритуала. Ну и так, по мелочам вроде ночных прогулок и распития алкоголя. — И что же меня ждет? — По мнению Антеруса, в списке не хватало пару пунктов, но он здраво решил не закапывать себя еще больше. — В первую очередь, после каникул тебя переведут в Медный корпус, несмотря на результаты экзаменов. — А чего сразу не в Железный? — Нет, все-таки он не сдержался. — Там все еще обитает Ливи, — у Антеруса дернулся глаз. — Во-вторых, условно, твой проступок не такой серьезный, и вообще, переселение — лишь моя инициатива. Я считаю, Марии тоже стоит от тебя отдохнуть, а тебе пожить без роскоши. Вот теперь Антерус понял, почему Ливи советовал не злить старосту. По ее инициативе, надо же. — Ты готов слушать дальше? — Это не всё. — Только начало. — А если я просто закончу обучение? Он насмешливо поднял брови. Он, конечно, не собирался так делать, но хотелось поерничать. Просто чтобы показать, что ситуация его не сломила. Но Лекса вернула ему хитрую усмешку. — У тебя небольшой выбор: либо я, либо дядя. Это был… достойный удар. — Тогда готов слушать дальше. — О, поверь, всё не так плохо, — в голосе старосты прорезалась ирония, — ты же хотел в Тайное общество. Поверь, учсовет ничуть не хуже. И не надейся, что я дам тебе халявничать. — А зачем я вам в учсовете? — Будешь учиться ответственности за других. — Доверишь мне школяров. — Я тоже умею лишать магии, — пригрозила Лекса и добавила: — Никто тебе людей сейчас не доверит. Алдан так вообще вызовет на дуэль и тебя, и меня. Чужое благополучие для него крайне ценно. — Я уже понял, — он не удержался и потер персональное напоминание. — Будешь заниматься нудной ритуалистикой и зачарованием. Ну и документы тоже, куда же без кучи макулатуры. — А плюсы будут? — Это наказание, — строго напомнила староста. — Плюсы: тебя не упекли за решетку и даже не исключили. Хотя, если судить по оговоркам Алдана, стоило бы. — Кстати, — опять вылез его задор. — Я правда думал, меня с позором выгонят. — Условно, твой проступок не такой серьезный. Тебе несказанно повезло, что Ливи добрый мальчик. Он не стал на тебя жаловаться, — тут она недовольно нахмурилась. — Даже мне. Только Алдану, но он не станет предавать его хрупкое доверие и доносить вместо него. О подробностях я знаю только с ваших слов. Не более. — И когда мне приступать к своим обязанностям? — После каникул. Знай, что везение тебя не оставило. Возня с праздниками — самое муторное. Но я милостиво разрешаю тебе спокойно отдыхать и праздновать. Но организацию экзаменов тебе не избежать.

***

— Ай… шшшш. — Да сиди ты спокойно, не дергайся. Даже Антерус на такую ерунду не реагирует. — Ах, даже Антерус… Жак показательно замолчал и забавно надулся. Мария только вздохнула и продолжила обрабатывать руку. Хорошо, в лаборатории никого не было, кроме них. В последние дни праздников только такие заучки, как они, подойдут к учебному классу. Мария пришла туда сварить парочку простеньких бытовых зелий и просто отвлечься за работой. Ну, возможно, еще попробовать поколдовать по-новому, но тот пункт был со звездочкой. И именно этот момент выбрал Жак, чтобы заглянуть в класс. Они, конечно же, опять зацепились языками. Только теперь у Марии колких на язык защитников не было. А ее самоконтроль, как выяснилось, крайне плох после сильного стресса. Нет, по счастью, всё не настолько плохо, и на дуэль она его вызвать не успела. Зелье среагировало на фонившую от раздражения магию хозяйки и рвануло. Мария успела поставить щит, а Жак — нет. Осколки полетели прямо в него. Так девушка еще и добавила сверху. Щит получился не щит, а «пресс в сотню громамонтов», как потом выразился Жак. И он напоролся и придавился на осколки дополнительно, пока Мария ошеломленно смотрела на треснувшую палочку. Дерево, кажется, даже дымилось. Так был установлен пакт перемирия, и Мария спешно принялась залечивать чужую руку. Жак ворчал, дулся, но дал себя полечить. Девушка уже не решилась брать очевидно поломанную палочку и взялась за магический бинт и мазь. Под привычные действия мысли опять ускакали в дальние дали, и она просто пыталась осознать ощущения от собственного колдовства. Она всю жизнь черпала силы из спокойного озера, а теперь будто прорвало плотину, и оно превратилось в бурную горную реку. Которую ей предстояло обуздать. С Жаком они разошлись все так же на нейтральной ноте. Правда, тот, похоже, сильно приложился еще и головой, о чем нагло умолчал, потому что обошелся без колкостей. — Что ж, должен сказать, — он погладил обработанную конечность, — ваши зелья вышли на новый уровень. Эффект ошеломительный. И ушел. А Мария осталась в разгромленном классе думать, что это было: комплимент, оскорбление или намек на что-то еще. Так ее с тряпкой и веником здесь застал Алдан. — О-о, — протянул он понимающе, оглядывая остатки взрыва на выжженной парте, — вам помочь? Мария, увидев его, шустро вскинулась и, кажется, была готова хватко вцепиться. Она пыталась выловить его для разговора эти дни, но тот даже при своих габаритах ловко растворялся в толпе, а десяток ее самолетиков попросту игнорировал. — Да! Помощь с уборкой ей была уже не нужна, а вот в остальном… Она торопливо, пока зам старосты еще куда-нибудь не испарился, изложила свою проблему. Тот смотрел на нее странным взглядом, потом выдал кусочек пергамента, на котором спешно вывел время и место. — Я с этими праздниками совсем забегался, — смущаясь, признался он. — Приходите в архив завтра, бумажка сойдет за пропуск. А всё остальное время я занят. — Я буду рада любому совету от вас, — она спрятала бумажку в сумку. — Спасибо, что уделяете время.

***

Итоги беседы были неоднозначными. Алдан принял ее поздним вечером и в качестве извинения перед трудной беседой угостил кофе и пирожными. Сам парень выглядел немного вымотанно. Что больше всего удивляло и цепляло взгляд, белая шерсть на темно-серой рубашке обычно опрятного зама старосты. Мария осторожно указала на непорядок, но он только отмахнулся. «Очищающее тут не помогут». На ум сразу же пришел один магический кот, которого она знала. Но Ливи навряд ли будет спать на рубашках зама старосты. Или… В голове всплыла сцена из коридора. Она отмахнулась от видения. Это точно не ее дело. Точка. Алдан, в отличие от Лексы, мог претендовать на звание учителя и развеивателя мифов о темной магии. Как Ливи и говорил сам, он был из рода темнее темного, более того, поделился под неприложный с согласия Марии, что уже с признаками вырождения. Дар настолько силен, что попросту переходит на уровень инстинктов, стирая все человеческое. — Что отец, что брат у меня поехавшие, — Мария сидела немного нервная, потому что последний, от кого она ожидала услышать мат, был спокойный Алдан. — Ни тебе, ни роду твоего жениха пока это не грозит. — Пока. — Тебе вообще, ты обращенная, а в роду Дендольф до моего уровня еще поколений десять жесткой селекции. Не переживай. Ваша магия и родовые дары спокойные и изученные по большей части. — А твой нет? — Руны очень вредные. И их нужно уметь тонко чувствовать и жестко направлять. В двадцать четыре символа, сама понимаешь, не загнать всё многообразие мира. И тут нужны связки, подтексты и акценты. Мне вообще не повезло, я в семье единственный рунник, — он махнул головой, будто отгоняя непрошенные мысли. — Так. Мы собрались поговорить про твои силы. Рассказывай. С самого ритуала, желательно. Что у вас случилось после… после того, как твой жених провалил его? Мария по второму кругу стала объяснять события того дня. Потом перешла на собственные ощущения и даже призналась про случай с Жаком. Пострадавшую палочку Алдан тоже хмуро осмотрел. — Не зря этот ритуал проводят два раза в год, не позволяя магии разгуляться в принимающем, — задумчиво выдал он, отдавая палочку обратно. — Палочку придется менять. Твоя не выдерживает новых сил. — А? — Мария растерянно на нее посмотрела. — И где мне ее взять? И какую? — Раскрути жениха, — небрежно бросил Алдан. — Он полшколы успел охмурить, пусть и о тебе подумает. К тому же сам темный. Точно должен понимать, какая подойдет. Мария смутилась, но в душе согласилась с Алданом. Анетрусу пора расплачиваться за свои косяки, хотя бы деньгами. — Что же по поводу тренировки новых сил, — он коснулся ремешка на накидке и вытащил из магического кармана потертую книженцию в кожаном переплете. — Ты же вроде остаешься до конца года? Отлично. И на темном курсе я тебя видел. Значит, понимаешь же что-то? Нет? Тц, — он недовольно цокнул, задумался. — Тогда несколько вариантов. Я точно дам тебе учебник, не обижайся, что он за четвертый курс, там хорошо описано, почему темное — не значит плохое, и есть база, как с «бурной рекой», как ты выразилась, справляться. Плюсом можешь попробовать уломать преподавателя или Антеруса, на крайний случай, на тренировки. — Всё так плохо? — И да, и нет. Но фактически тебя надо переучивать. Как художника — переходить с карандаша на масляные краски. С новой палочкой — новый манер жестов, с тёмной магией — новая мера сил. — А в чём хоть мой новый дар? — Нет его, — неприятно хмыкнул Анлдан. — Миф о том, что за один ритуал можно вытащить тёмные дары, — ерунда полная. Ты просто стала сильнее и восприимчивее, но из-за того, что ритуал сожрал кровь, новая мутация считается тёмной и мощной. — Но ведь светлые роды тоже имеют наследные таланты, — возразила Мария, теперь она пыталась припомнить генеалогию и ее путаные термины и правила. — У твоего рода был дар? — Нет, возможно, только зарождался… Что-то в зельеварении или травологии… — Тогда точно ничего особенного. Даже у твоего ребенка почти со стопроцентной вероятностью наследуются таланты Дендольфов. — Хорошо, я поняла, — она остановила Алдана взмахом руки. Древние семьи могли часами болтать о родословных, стоило тормозить это как можно раньше. Кажется, Алдан и сам это понял. — Остались еще вопросы? — Пока нет, но, думаю, с практикой… — Я учить тебя не смогу, уж прости. Но за советом тоже можешь обращаться. От сопровождений обратно Мария отказалась. Хоть время было и позднее, страшнее случившегося тут вряд ли произойдет. А ей нужно было обдумать всё одной. А потом обсудить еще раз все с Антреусом.