Часть 1

Это чувство определённо мне нравилось — пустота, спокойствие и абсолютная тишина. Как будто я находилась в вакууме. Без мыслей, без боли, без прошлого. Просто... ничего. Я была счастлива не чувствовать. Просто парить в неизвестности. Это прекрасное ощущение длилось недолго. Спустя мгновение на меня обрушилось знакомое — слишком знакомое — чувство. Боль. Тревога. Паника. Всё тело сжалось, и меня словно потянуло вниз, обратно, в реальность, которую я так не хотела видеть. Я пыталась сопротивляться. Я не хотела туда. Не хотела снова жить. Снова страдать. Но ничего не могла сделать — ни пошевелиться, ни закричать. Меня просто утягивало. А потом... я была там. Холод. Шум. Чужие звуки, чужие прикосновения. Всё тело дрожало от непривычного ощущения — как будто я была сделана из ваты. Слабая. Беспомощная. Я попыталась открыть глаза, и резкий свет тут же ударил по ним, заставляя снова зажмуриться. Слишком ярко. Слишком больно. Слишком настояще. Я чувствовала, как грудная клетка с трудом поднимается. Я пыталась дышать, но воздух был слишком холодным. Всё внутри меня кричало — от ужаса, от страха, от непонимания. Голоса. Движения. Прикосновения. Всё было громким, чужим, липким. Я не могла понять, что происходит. Почему я не могу пошевелиться? Почему мои руки крошечные и не слушаются? Почему я не могу говорить? Я в панике. Я в ужасе. И вдруг осознание. Моё тело — не моё. Оно младенческое. Маленькое, слабое, неуправляемое. Но разум — взрослый. Измученный. Я всё помню. Я понимаю. Что происходит? Почему я младенец? Где я? Я умерла? Это ад? Реинкарнация? Наказание? Или это новый шанс?.. Мысли налетели, как ураган. Мешались. Накрывали. Я задыхалась от них, пыталась сосредоточиться, но тело не слушалось. Оно просто кричало — визгом новорождённого. И это был не я, но всё же я. Этот крик — вопль боли, ужаса и невозможности всё контролировать. Мир плыл, как в бреду. Я не могла остановить ничего. Я снова здесь. Снова должна выживать. Снова бороться. Снова чувствовать. Я не хотела. Я просто хотела тишину. Покой. Забвение. Кто я теперь? Зачем я здесь? Почему именно я? Почему никто не спросил, готова ли я снова жить? Я закричала. Или, вернее, моё тело — маленькое, беспомощное — снова издало отчаянный, истеричный крик. Это была не просто боль — это была истерика, сжатая до детского плача. Слишком громко. Слишком страшно. Слишком живое. Я хотела обратно. В ничто. В вакуум. В небытие. Но я уже здесь. И это не сон. Сознание не выдержало. Паника, страх, непонимание — всё это накрыло меня волной, и я медленно начала тонуть. Мир расплывался. Шум отдалялся. Всё внутри затихало. Последнее, что я почувствовала — чьи-то тёплые руки. Они держали меня. Аккуратно, бережно. Я не знала кто это. Я не хотела знать. Я просто… уснула.

***

Я проснулась. Медленно, будто всплывая из глубины. Сначала было тепло. Не такое, как в пустоте — это было живое тепло. Я ощущала, как что-то мягкое окутывает меня. Плотно, но не душит. Что-то колышется рядом — дыхание? Рука? Я не знаю. Я попыталась открыть глаза. Свет уже не бил в них так жестоко, но всё равно резал. Медленно моргнув, я попыталась сфокусироваться. Потолок. Странный, светлый. Не мой. Не знакомый. Где я?.. На секунду я подумала — сон. Очень странный, долгий, с переигранной драмой. Наверное, я просто где-то упала в обморок. Или мозг так реагирует на стресс. Всё просто. Сейчас я встану — и всё пройдёт. Я попыталась сесть. Но не смогла. Моё тело… оно не слушалось. Оно было маленьким. Рука — пухлая, неуклюжая — не поднялась. Нога — крошечная, не почувствовалась вовсе. Сердце застучало чаще. Я резко моргнула снова, надеясь, что что-то изменится. Что я проснусь по-настоящему. Но ничего не менялось. Я чувствовала — себя. Я думала — как взрослый человек. Но лежала — как ребёнок. Это не сон. И тогда мысли хлынули снова. "Почему я здесь? Почему в теле младенца? Что это — новая жизнь? Второй шанс? Или проклятие? Я умерла? Кто-то сделал это со мной? Почему я всё помню? Зачем? Зачем мне это помнить, если я даже двигаться толком не могу?" Я лежала, беспомощно глядя вверх, и чувствовала, как страх снова начинает подкрадываться. Но теперь я не могла позволить себе истерику. Сейчас — нет. Я осознала. Я знаю, что я — здесь. И пока никто не знает, кто я на самом деле. Значит… мне нужно думать.

***

"Так… а что было до этого?" Мысль всплыла сама по себе, как будто я снова сижу в офисе перед экраном, где цифры и строки сливаются в один бесконечный поток. Я была на работе. Всё шло как всегда. Серо. Давяще. По кругу. И потом — ничего. Пустота. Значит… я умерла? "Спасибо, хоть не чувствовала боли", — с иронией пронеслось в голове. — "Сдохла от стресса и переутомления. В 21. Офигенно, Наташа. Ты столько пережила, чтобы в итоге сдохнуть от нервов. Браво". Я вздохнула мысленно. Хотя чего уже там вздыхать, если воздух теперь — это тоже новинка. Я ощущала его. Живо, чётко, как в первый раз. "Хватит уже, — строго сказала себе. — Прошлое в прошлом. Может, в этой новой жизни я не буду отбросом. Может, я буду… нормальной? Девушкой, которую хотя бы не ненавидят с первого взгляда. Может, всё будет хорошо. Хотя бы раз". Я правда не знала, что думать. Вроде бы я должна паниковать, а я чувствовала... облегчение. Моя старая, убогая жизнь — закончилась. Но тут же в этом облегчении прятался страх: а если эта новая жизнь окажется ещё хуже? Я попыталась сосредоточиться и огляделась. Я лежала в больничной палатке — довольно уютной, к слову. Минимализм, светлые ткани, белый цвет повсюду. Было чисто, спокойно. Но… что-то не так. Комната выглядела старомодно. Это не современная больница. Ни одного монитора, проводов. Средний район. Почему-то именно так мне это показалось. Не бедно, но и не шикарно. Когда я всё ещё обдумывала увиденное, в палатку вошла женщина в белом халате. Медсестра. Она была молчалива. Я сразу поняла — не русская. Что-то в её чертах, в её пластике, в выражении лица. Она аккуратно взяла меня на руки. Мы шли. Куда-то. И тут — слово "родители" всплыло в голове, и сжалось что-то внутри. Почему? Я сама не знала. Это было странное чувство — как будто тоска, надежда и страх слились в один клубок. Мы зашли в другую комнату. Там стояли двое. Мужчина и женщина. Влюблённые. Счастливые. Я не могла отвести взгляда. Они были красивыми. Необычными. В них было что-то настоящее. Тёплое. Мужчина подошёл ко мне первым. Взял меня на руки. Что-то сказал — нежно, с волнением в голосе. Но я ничего не поняла. Это был другой язык. Боже… Я в другой стране?! Моя голова закружилась. Япония. Похоже на неё. Я в Японии?! Это… неожиданно. Но ладно. Раз уж выбирать место для перерождения — Япония звучит неплохо. Развитая страна, хорошие технологии. Переучусь, разберусь. Я приму это. После того как он что-то прошептал, меня передали женщине. Она... плакала. Слёзы — от счастья. Они оба смотрели на меня с такой любовью, которую я, наверное, никогда не видела в своей прошлой жизни. Они начали что-то говорить друг другу, и я заметила, что среди слов часто звучит "Сакура". Сакура. Меня зовут Сакура. Честно? Имя мне понравилось. Оно звучало красиво. Цветущее. Я ещё услышала, что мужчину женщина назвала Кизаши, а её саму он звал Мебуки. Ну ладно. Будем знакомы, мои новые... родители. Когда Мебуки держала меня на руках, я вдруг поняла, что она хочет накормить меня грудью. Я растерялась. Это было настолько странно, что хотелось провалиться сквозь землю. Но, похоже, мой организм был за, потому что уже через секунду я… начала есть. Я не хочу описывать этот момент. Неловко. Но… тепло. Когда я пила молоко, на меня накатила такая усталость, будто весь этот день длился год. И я… заснула.

***

Прошло три дня. Три дня в этой странной, но удивительно уютной больнице. За это время я поняла: моя жизнь точно будет другой. Не потому что я в другой стране. Даже не потому, что, возможно, не в своём времени. А потому что здесь меня любят. По-настоящему. Я была желаемой. Долгожданной. Ценной. И эта мысль… грела. Я каждый раз чувствовала это, когда мама брала меня на руки и прижимала к груди, когда папа смотрел на меня, как на чудо. Я — не ошибка. Я — подарок. Именно поэтому я старалась. Насколько могла в этом беспомощном младенческом теле. Я старалась не плакать, быть удобной, спокойной, чтобы облегчить им жизнь. Мне казалось, они так стараются ради меня, и я не хотела доставлять им трудностей. Не знаю почему, но… я была счастлива. Впервые в жизни я ощущала себя не лишней. За эти три дня я сделала для себя один большой вывод: эта жизнь будет другой. Лучше. Я заслужу её. Дни шли одинаково. Рутина младенца — не то чтобы увлекательное занятие: сон, еда, сон, смена пелёнок… снова сон. Но это было терпимо. Я привыкала. Я не понимала ни слова из их разговоров. Язык был чужой. Но с каждым днём мне становилось всё очевиднее: это японский. И, судя по звучанию, настоящий, не дубляж из аниме. Я уже различала характеры: Мамаша у меня — буйная, громкая, вспыльчивая. Но обожает нас с папой до безумия. Папаша — добрый, мягкий, и безумно любит свою жену и дочку. Они часто спорили… но с улыбкой. С любовью. Иногда приходили медсестры — тоже милые, профессиональные. Проверяли меня, гладили по щеке, улыбались. У них были уверенные, опытные руки, сразу видно — медицина тут на высоком уровне. Так прошли мои первые три дня. Я чувствовала себя не новорождённым комком, а частью чего-то настоящего. Живого. А потом… На четвёртый день нас выписали. И вот тут я просто…прихуела. Передо мной раскинулась Коноха. Да-да, та самая Коноха из аниме "Наруто". Я видела ниндзя, в странной одежде, с повязками на лбу, как в мультике. Они прыгали по крышам, как безумные. А дальше — больше. Я подняла глаза и увидела лица Хокаге на скале. И в этот момент всё щёлкнуло. Я в "Наруто". Настоящем. Живом. Опасном. Мире. Я чуть не задохнулась. Это ведь не просто мультик. Это мир смертей, войн, боли, крови, детских трагедий. И самое жуткое — я попала в тело Сакуры. Сначала я ещё надеялась — может, просто девочка по имени Сакура? А мои родители просто очень творческие личности, вот и красят волосы в розовый и ходят в странной одежде. Но… нет. Это была она. Сакура Харуно. И я — это она. Первая реакция? Шок. Неверие. Паника. Я? В теле Сакуры? Да ну нафиг. Но потом я выдохнула и подумала. Я же даже не помню этот аниме! Только нарезки из ТикТока, пара смешных моментов на Ютубе. Я знала только основное — ниндзя, чакра, войны, боль, и, кажется, какая-то трагическая судьба. Ну супер. Я пыталась себя успокоить: Так, Наташа. Спокойно. Ты — Сакура Харуно. Безклановая куноичи из Конохи. У тебя ещё всё впереди. Главное — не сдохнуть. Я не хотела менять канон. Не мечтала о геройствах. Я просто хотела выжить. Жить спокойно. Без боли. Без крови. Без войн. Но я уже чувствовала: это место не про спокойствие. И чтобы выжить тут — надо стать сильной. Так что я решила: Пока буду плыть по течению, играть счастливого ребёнка, получать любовь и тепло, а потом — уже думать о стратегии. Я знала одно: Никто мне не поможет. Ни судьба. Ни сценаристы. Ни магия. Только я сама. Вот так началась моя новая жизнь — в теле Сакуры Харуно.