Часть 4

На следующий день я чувствовала себя, как выжатый лимон — опустошённая, истощённая, но всё же собралась с силами и отправилась в больницу. Я понимала, что должна продолжать обучение, несмотря на внутреннюю боль и усталость. Миса-сан, заметив моё состояние, не стала задавать лишних вопросов, просто направила меня на очередное задание. Я старалась сосредоточиться на работе, но мысли о Шисуи не покидали меня. Я чувствовала, что он жив, где-то рядом, скрывается. Эта мысль приносила облегчение, но и тревогу одновременно. Позже я поделилась своими чувствами с мамой. Она была против моего общения с Учиха, но, увидев мою решимость, сказала: "Я тебя предупреждала". Я кивнула, понимая её беспокойство, но внутренне ощущая, что должна следовать своему пути. В один из дней, когда я возвращалась из больницы, я столкнулась с Итачи. Он выглядел напряжённым, словно нес на плечах тяжёлую ношу. Его глаза были полны боли и усталости, отражая внутренние страдания после потери друга. Я почувствовала желание стать для него светом в этом мрачном мире. — Итачи-сан, здравствуй. Как ты? — спросила я, стараясь говорить мягко. — А, хорошо, спасибо, — ответил он, его голос был тихим, почти безжизненным. — Не хочешь поесть со мной данго сейчас? — предложила я, надеясь отвлечь его от тяжёлых мыслей. — Да, не отказался бы, — кивнул он. Мы пошли вместе, дорога была тихой. Он молчал, а я болтала без остановки, стараясь заполнить пустоту его молчания своими словами. Я рассказывала о мелочах, делилась историями из больницы, надеясь вызвать хоть тень улыбки на его лице. С тех пор мы стали чаще гулять вместе. Я замечала, как с каждым днём он становился всё более напряжённым, и старалась поддерживать его, как могла. Однажды я пригласила его прогуляться по цветущему полю. Там я сплела венок из цветов и подарила его ему. — Ложись сюда, — сказала я, указывая на свои колени. Он напрягся, но я улыбнулась: — Да боже, не надо так, я не съем тебя. Он всё же лёг, и я начала напевать колыбельную, которую мне пела мама в детстве. Через некоторое время он уснул. Это был самый милый день в моей жизни. Я знала, что не смогу изменить его прошлое, но надеялась, что смогу подарить ему немного тепла и покоя в настоящем.

***

Дружить с Итачи Учихой было... непросто. Он был, как запертая книга без названия, которую ты всё равно упрямо читаешь между строк. Он редко говорил о себе. Всегда молчаливый, собранный, погружённый в собственные мысли. И всё же — он был удивительно... живой. Настоящий. Особенно когда забывал о своей маске. Иногда он делал такие вещи, что я невольно улыбалась. Он мог молча протянуть мне чай или прикрыть собой от дождя, будто это само собой разумеющееся. Не смотрел на меня, не объяснял — просто делал. И в эти моменты я знала: под его безупречно сдержанным фасадом — человек. Уставший. Умный. И пугающе ранимый. — Ты опять в своих мыслях, — тихо сказала я, когда он в очередной раз завис, глядя куда-то в пустоту. — Не в твоих, если ты об этом, — спокойно отозвался он. — Жаль. Мои мысли куда интереснее. Там вообще-то сейчас канон любви, дружбы и конфет. Он хмыкнул, но уголок его губ всё же дрогнул. Победа. Мы часто гуляли. Просто ходили, иногда молча, иногда болтая обо всём. Но мне было тяжело. Я видела то, что не замечали другие — усталость в его взгляде, напряжение в плечах, и ту беззвучную боль, которую он скрывал за идеальной осанкой. Я не знала, что с ним случилось. Но догадывалась — это не просто парень из клана Учиха. Он шёл против чего-то… или кого-то. И он был один в этом пути. А я… я просто хотела быть рядом. — Итачи, — выдохнула я, когда он снова отвёл взгляд. — Я тут подумала… — Опасное начало, — заметил он. Я закатила глаза. — Очень смешно. Нет, серьёзно. Я читала много книг о войнах. О мировой, о шиноби. И мне кажется, их можно было остановить. Он повернулся ко мне — не резко, но с интересом. — Как? Я улыбнулась. — Дружбой. Он моргнул. — Это… банально. — Стоп! Сначала дослушай! — я надула щёки. — Представь: дети из разных деревень проходят экзамен на чунина, знакомятся, становятся друзьями. А потом вырастают, становятся хакаге или джонинами. И если в будущем их страны захотят войны — они вспомнят о том, с кем делили рамен, с кем смеялись, с кем прошли огонь и воду. И, может быть, это их остановит. Он долго молчал. Я уже пожалела, что сказала. Хотела сбежать, как всегда. Но вдруг он заговорил: — Ты говоришь, как будто веришь, что этого достаточно. — А ты как будто веришь, что ничего не поможет, — ответила я тихо. — Мне нравится моя версия больше. Я сделала шаг ближе и... решилась. Поцеловала его в щёку. Его глаза расширились — едва заметно, но я это уловила. Его реакция была бесценной. — Спасибо за конфеты. Мне уже пора, — пробормотала я, развернувшись. — Подожди, — голос за спиной. Я не почувствовала, как он подошёл, но он уже был рядом. — Не переусердствуй. Не все добру отвечают добром. Я замерла. — Я не позволю тебе увидеть войну, — сказал он. — Обещаю. Моё сердце сжалось. — Спасибо… даже если это не сбудется. Спасибо, что пообещал, — прошептала я, обняла его и... убежала. Потому что я, шестилетняя Сакура, только что получила первое обещание в своей жизни. От Итачи Учихи.

***

Я часто приходила туда — к тем деревьям у склона, где листья шептали что-то едва различимое. Садилась и ждала. Шисуи. Я не слышала о нём ничего. Ни слов, ни сплетен, ни полутонов. Он словно исчез. Для всех. Но не для меня. Я знала, что он есть. Где-то там, в тени, на грани света и воздуха. Не мёртвый. Не ушедший. А наблюдающий. Иногда казалось, что тени шевелятся не просто так. Что кто-то всё ещё охраняет Итачи. Или меня. Или деревню. И я верила. Не потому, что так хотелось — а потому что чувствовала. Сердцем. От этих мыслей меня вырвал голос. — Сакура! Это была мама. И в этот момент я вспомнила — сегодня тот день. Первый день в Академии ниндзя. Они — мама и папа — приняли моё решение спокойно. Даже удивительно спокойно. А я... я сама не знала, почему тянет туда. Наверное, потому что в прошлой жизни я всегда училась. Учёба была моим убежищем. Успех — моим щитом. У меня не было друзей, не было тех, с кем можно было бы посмеяться на перемене. Только книги, тетради, задачи. С ними — я была в безопасности. Я подошла к зеркалу. В отражении — девочка. Милое личико, длинные волосы, слишком серьёзный взгляд. Я наклонилась ближе. Детских щёк почти не осталось — тренировки делали своё. — Вот ты какая, — пробормотала я и, не теряя времени, начала разминку. Несколько гибких движений — гимнастика стала привычкой. После — простая одежда. Белый верх. Чёрные штаны. Ничего лишнего. Удобно. Свободно. И вот мы вышли — я и мама. Навстречу первому дню. Навстречу школе. Навстречу новой жизни, где среди чужих лиц мне предстоит узнать знакомых. Где моё прошлое будет шептать, но я выберу идти вперёд. Навстречу Академии. И приключениям, о которых мне пока не рассказали ни одна из моих книг.

***

По дороге я вспомнила о своих школьных днях... и, если честно, воспоминания были не из приятных. Буллинг, травля — всё плохое сразу всплыло в голове. Я даже не поняла, почему так занервничала, но, подходя к академии, почувствовала лёгкий страх. А вдруг всё повторится? Вдруг меня опять начнут гнобить, как тогда? Я вздохнула и мысленно одёрнула себя: Так, Сакура, ты уже не та девчонка. Во-первых, ты взрослая, уверенная, самодостаточная. Во-вторых, это же дети. Ты же не собираешься плакать из-за детей, правда? С этими мыслями я даже не заметила, как мы подошли к академии. Людей было много — родителей, детей. Почти все дети были одного возраста, и, к своему удивлению, некоторых я узнала. Шикамару, Чоджи, Ино… и, конечно, вся остальная "девятка". Их родители стояли рядом, у каждого клана своя аура, своя энергетика. Особенно сильно ощущалась аура Учих и Хьюга — от них прямо веяло... тьмой, что ли? И тут я увидела его — Саске. О боже. Он и правда был красивым, не отнять. Но, откровенно говоря, никаких чувств он у меня не вызвал. Неинтересен. Слишком избалованный, слишком надменный. Такой тип, который считает других мусором. В прошлой жизни я, возможно, и сохла бы по таким. Но сейчас… сейчас я уже почти другой человек. У меня есть гордость. Как говорила мама: "Ты одна такая на свете. Одна на миллион. Самая красивая. И пусть весь мир сгорит, если кто-то скажет иначе." И я в это верю. На самом деле, единственный, кто мне понравился — это Шикамару. Не как любовь всей жизни, а как человек. Как друг. Он выглядел... идеальным. Спокойный, умный, сдержанный. Вот с ним я бы точно подружилась. Мы стояли с обычными гражданскими, а дети кланов держались отдельно. И вот, пока я разглядывала толпу, случайно встретилась взглядом с Итачи. Он смотрел внимательно, но мягко. Я не удержалась — улыбнулась во все 32 зуба и махнула рукой. Итачи тоже улыбнулся, хоть и еле заметно. А потом я поймала взгляд ещё одного — Саске. Он смотрел на меня так, будто я отобрала у него игрушку. Когда я ответила взглядом, он скривил лицо, типа "фу". Ага, конечно. Это я тут должна умиляться? — мысленно фыркнула я. — С такими темпами он вообще начнёт считать меня обычной простушкой, об которую можно ноги вытирать. Я тут же отвернулась, сделав вид, что не заметила. Нет уж, дорогой. Ты мне вообще не интересен. Даже близко. После этого я заметила одного мальчика — он сидел на качелях, слегка покачиваясь вперёд-назад. Его лицо было опущено, взгляд устремлён в землю. Сердце моё сжалось от боли — это был Наруто. Наруто Узумаки — главный герой аниме, будущий Хокаге, по его словам. Я знала, как тяжело ему пришлось в детстве: с самого рождения он стал джинчурики Девятихвостого Демона-Лиса, и из-за этого жители деревни отвергали его, считая демоном во плоти. Я вспомнила, как, смотря аниме, думала: "Какой же он красивый". Да, я была той девочкой, которая не сохла по Саске, а по Наруто. Каждый раз, глядя на него, мне хотелось плакать и обнять его. Когда я наблюдала за ним, он поднял глаза и посмотрел на толпу. Многие смотрели на него с ненавистью и неприязнью, в их глазах читалось презрение. Я поражалась, как он всё это терпит. У меня было что-то похожее, но не настолько. Я могла хоть как-то защищаться или игнорировать их, но мне было трудно. Слёзы сопровождали меня каждый день. Смотря на него, я не смогла сдержать одинокую слезу. В этот момент он посмотрел прямо на меня. Когда его взгляд встретился с моим, я почувствовала, будто меня окатили ледяной водой. Я видела, как он уже приготовился к очередному ненавистному взгляду, но вместо этого встретил другой — взгляд человека, который знал, что это такое, знал, какие чувства он испытывает. Человека, который сам прошёл через это. Я вспомнила ту самую Наташу, которую все презирали, на которую смотрели с отвращением. Я не выдержала ни секунды и просто отвернулась от него. А он удивлённо смотрел на меня, пытаясь понять, что это было.

***

После бесконечной и скучной речи Хокаге про "волю огня" и "наследие деревни", от которой мне захотелось провалиться сквозь землю, нас наконец-то отпустили. Я стояла под палящим солнцем, чувствуя, как волосы липнут ко лбу, и думала, что если в Академии всё будет так же нудно — я сбегу на второй же день. К счастью, наш будущий учитель, Ирука-сенсей, начал собирать нас в группу. К нему у меня было совершенно нейтральное отношение — спокойный, вроде не злой. Он повёл нас в здание Академии. Мама ушла ещё в самом начале, как только убедилась, что я не потеряюсь. Честно? Мне даже было легче — я не любила прощания. Мы вошли в просторный класс с простыми партами и стульями. Кто-то сразу бросился занимать места у окна, кто-то сел ближе к доске. Я немного помялась на месте, не зная, с кем сесть. В прошлой жизни у меня не было настоящих подруг, и я всё чаще ловила себя на желании: в этой жизни пусть будет иначе. Я заметила девочку с короткими светлыми волосами и уверенной осанкой. Она сидела в середине класса, развалившись на стуле, как будто это её территория. Я нерешительно подошла и спросила: — Можно сесть? Она взглянула на меня — голубые глаза прищурились, будто она оценивает меня с ног до головы. Потом кивнула: — Конечно. Ты тоже новенькая? — Угу. Я Сакура Харуно. — Я — Ино Яманака. Не перепутаешь, я тут лучшая. — Она хмыкнула, но без злости, просто с уверенностью. Я удивлённо моргнула: — Лучшая в чём? — Во всём, конечно. — Она хитро улыбнулась. — Пока не проверишь — не узнаешь. Но если ты хочешь подружиться, у тебя хороший вкус. Я рассмеялась — легко и неожиданно для себя: — Я вообще-то на это и надеялась. — Ну раз так... — Ино протянула руку. — Считай, что у тебя теперь есть лучшая подруга. Но предупреждаю — скучно со мной точно не будет. Мы пожали руки, и мне вдруг стало как-то спокойно. В этот момент в класс вошёл Ирука-сенсей и начал перекличку. Потом стал вызывать каждого к доске, чтобы мы представились: имя, клан, и немного о себе. — Яманака Ино. Клан Яманака. — Ино шагнула вперёд с гордо поднятой головой. — Я люблю цветы, но умею и постоять за себя. Буду самой сильной куноичи. Запомните это имя! Некоторые дети зааплодировали, кто-то хмыкнул. Она вернулась на место с довольной улыбкой. — Твоя очередь, — прошептала она мне. Я встала, немного волнуясь. — Меня зовут Сакура Харуно. Я из обычной семьи. Мне нравится медицина, и я хочу стать такой сильной и умной, как Цунаде-сама. В классе на мгновение стало тише, кто-то кивнул, кто-то отвернулся. Но в глазах некоторых я увидела интерес. Когда урок закончился, я встала, собираясь уходить. Ино обернулась ко мне: — Завтра приходи пораньше. Я тебе покажу, как здесь всё устроено. И... я люблю подарки. — Она подмигнула. — Увижу тебя — не забуду, — улыбнулась я. И впервые за долгое время я почувствовала, что здесь у меня может получиться всё иначе.

***

На следующий день я встала рано утром, надела обычную форму — чёрные штаны и белый верх, — причесалась, одним словом, привела себя в порядок. Я сказала маме и папе, что могу сама дойти до академии, и они отпустили меня. По дороге я немного нервничала, но также была готова к новому дню. Я купила вкусняшки для Ино и, когда зашла в класс, там уже было много детей. Все сидели по одному, конечно, стесняясь сдружиться в первый день. Я подошла и села на первую парту. Долго ждать Ино не пришлось — она пришла через пять минут с подарком в руках. Это была красная повязка. Я поблагодарила её и отдала свои сладости. Обе были довольны и начали болтать. Ино говорила, что волнуется из-за первого года, а ещё мы обсуждали одноклассников. Учителя ещё не было, поэтому нам никто не мешал. Я смотрела на других детей и заметила, что некоторые уже нашли себе друзей. Они сюсюкались, и это было мило — как и наша дружба с Ино. Шикамару и Чоджи сидели на последней парте. Шикамару уже скучал и спал, от чего я улыбнулась — это было так по-детски мило. А Чоджи что-то жевал и наблюдал за всеми с интересом. Я отвлеклась на громкое гавканье — это был Акамару. Киба, как всегда, шумел, уже успел завести друзей и что-то с ними обсуждал. Рядом с ним сидел Шино — мрачный, но по-своему милый. Он молчал. Я оглядела класс и заметила Хинату. Она сидела в середине, между девочками, и смотрела в пол, не делая ни звука. Саске, как всегда, сидел у окна и разглядывал улицу. Я уже заметила, как девочки начинают "сохнуть" по нему. И, знаешь, я их одновременно и понимала, и нет. Всё сложно, одним словом. А вот Наруто… Его не было. Но стоило мне подумать о нём — он пришёл. Причём раньше Ируки! Как всегда шумный, весёлый, он буквально ворвался в класс со своим огненным настроем. — Здравствуйте, люди! Будущий Хокаге прибыл, даттебаё! Но взгляды других учеников всё испортили. Они начали перешёптываться. Наруто запаниковал, но не потерял настрой, сел с Шикамару и начал что-то ему шептать. Тот что-то лениво отвечал. Я наблюдала за Наруто… И понимала, что он мне нравится. Эти мысли вызвали румянец. Пока я смотрела на него, Ино заметила мой взгляд и толкнула меня. — Ты на кого это слюни распускаешь? Неужели на этого демона? У меня появилось желание врезать ей, но я сдержалась. Посмотрела на неё убийственным взглядом: — Ино, ты видишь у него рога и красную кожу? — Нет… но вся деревня… — Даже если вся деревня его ненавидит, это не значит, что и ты обязана. Пожалуйста, ради меня, не оскорбляй его так. Мне неприятно. Ино с ошарашенным выражением лица уставилась на меня: — Сакура… тебе нравится Наруто? — Иноооо, что за мысли у тебя в шесть лет? — Я не тупая, всё вижу. — Мда уж... Я отвернулась, а она прошептала мне на ухо: — Хорошо, подруга, я попытаюсь не ненавидеть его. — За спасибо, — с сарказмом ответила я. — Ну как можно любить его, если есть Саске-кун? — О боже, что ты в нём нашла? Он же упрямый, высокомерный индюк! И кто тебе сказал, что мне нравится Наруто?! И только после этих слов я поняла, что закричала это на весь класс. От стыда я ударилась лбом о стул и тихо посмотрела на Саске. Он смотрел на меня как на злейшего врага. А девочки в классе — как будто хотели меня сожрать. Я застонала и прошептала Ино: — О боже, ты убила меня сегодня. — Прости, но Саске — не индюк. — Всё, хватит обсуждать мальчиков! — Ну ладно… После этого она болтала о чём-то другом, а я ловила на себе взгляды. Один — презрительный, другой... Наруто. Он смотрел на меня немного смущённо, и я улыбнулась ему. Он ещё сильнее покраснел, и я тоже. Пришёл Ирука и сказал, что в первом году всё будет в письменной форме, будут книги, а также мы начнём изучать сюрикены, управление чакрой и её структуру. Начался урок. Первый день был скучным — многое я уже знала, так что я задремала. Заданий не было. Я уже собиралась уходить, как вдруг краем глаза заметила, что Наруто окружили несколько мальчишек. Они что-то кричали, пинали его и громко смеялись. Сердце сжалось. Я застыла. Перед глазами вдруг вспыхнули старые воспоминания… Когда-то и меня так же унижали. Тогда никто не помог. Но я не та Наташка, что раньше. Я — Сакура. И теперь всё будет иначе. Я глубоко вдохнула и, не раздумывая, направилась к ним. — Эй! — позвала я, как можно громче и увереннее, хотя внутри дрожала. Они не сразу обратили внимание, но когда я подошла ближе и сказала уже громче: — Вам не стыдно? Такие взрослые, а ведёте себя хуже малышей. Один из них, рыжий, посмотрел на меня с ухмылкой: — Что ты хочешь, девчонка? Иди своей дорогой, пока не влетело. Я скрестила руки на груди и, стараясь говорить спокойно, усмехнулась: — Просто интересно, сколько у вас мозгов на всех? Один? Делите по кусочку? Они явно не ожидали, что кто-то их высмеет. Пока один из них замешкался, я резко крикнула: — Учитель Ирука! Они тут Наруто обижают! Мальчишки резко обернулись назад — но, конечно, никого там не было. Этого оказалось достаточно. — Наруто, БЕГИ! — прошептала я, сделав шаг вперёд, чтобы прикрыть его. Он не заставил себя ждать. Пока обидчики пытались понять, где учитель, Наруто вывернулся и стрелой умчался прочь. Один из мальчиков крикнул: «Чёрт, он сбежал!» — и попытался побежать за ним, но я тут же загородила путь. — Что, не справились с одним мальчишкой? Героев из себя строите? Они фыркнули, буркнули что-то неразборчивое и начали расходиться, явно не желая связываться. Я выдохнула с облегчением и направилась к выходу. Спустя пару шагов услышала, как кто-то догоняет меня. Обернулась — Наруто. Он тяжело дышал, щеки раскраснелись, но в глазах — искреннее восхищение. — Сакура-чан... ты меня спасла... Я пожала плечами, пытаясь не показывать, как сильно колотится сердце. — Просто не люблю, когда толпа ведёт себя как стая шакалов. Он улыбнулся, но смущённо опустил взгляд. — Спасибо... Никто раньше... Я улыбнулась в ответ и, чтобы разрядить обстановку, лукаво сказала: — Хочешь, я угощу тебя раменом? Наруто распахнул глаза: — Ты серьёзно? Со мной? — А ты видишь кого-то другого рядом? — подмигнула я. Он засиял, как солнце: — Даттебаё! Ты лучшая, Сакура-чан! И мы пошли. Я не знала, что будет дальше. Но в тот момент я точно знала одно — я больше не одна. И он — тоже.