Глава 4

      Нет ничего сложнее, чем обед с человеком, которого ты любишь, но с которым никак не можешь перейти на один язык. Саша влетела в участок, как обычно — без предупреждения и без повода. На улице моросил лондонский дождь, тот самый, что не льет, а как будто обволакивает тебя сыростью.       — Ты ел? — спросила она вместо приветствия, ставя на стол бумажный пакет с лейблом какого-то бургерного местечка из Сохо. Одно из тех, в котором подают картошку с трюфельным маслом и вишневый лимонад. — Или опять питаешься кофе из автомата и надеждой на выходной?       Грег Лестрейд поднял глаза от бумаг и улыбнулся. Ему нравилось, когда Саша шутила про кофе, потому что в последнее время эта категория шуток вышла из моды, но Грег продолжил ее нежно любить.       — Снова распутываешь какое-то дело? — пробормотал он. — Хотя, постой, почему ты не в комитете?       Саша уселась напротив, ловко вытянув из пакета два бургера, один себе, один отцу. Помахала рукой Салли, которая будто бы между прочим, а вовсе не для того, чтобы подслушать, подошла ближе к кабинету начальника.       — Я же официально безработная, — напомнила Саша. — Почти богема.       — Почти?       — Не дотягиваю по уровню снобизма.       Лестрейд усмехнулся. Потом посмотрел на дочь чуть внимательнее.       — Не хочу лезть не в свое дело, но ты ищешь новую работу?       — Пап, я твоя дочь, моя жизнь никогда не будет не твоим делом, — ласково улыбнулась она ему. — Вообще, думаю, что пошла по стопам матери...       — В каком смысле? — напрягся Грег, имевший не самое лучшее мнение о жизненом пути супруги.       — Ну, пока уселась на шею своему молодому человеку и пытаюсь развивать блог.       Проговорив все это Саша и сама оказалась не в восторге, с матерью она ни разу не говорила с тех пор, как сбежала из дома.       — Опять блог? — простонал Грег, предпочитая не акцентировать внимание на том, сколь сильно ему не нравятся ее отношения с Шерлоком. — Саша, ты помнишь к чему привел твой прошлый блогерский триумф?       Саша помнила, ее пытались убить.       — И Шерлок не возражает, взять всю ответственность за тебя?       Саша откусила бургер, жевала. Долго. Подозрительно долго. Потом проглотила и пожала плечами.       Грег никогда не понимал Шерлока до конца, но уважал. До тех пор, пока не увидел, как Саша начала гаснуть рядом с ним. Ему было трудно сформулировать это словами. Еще труднее — вмешиваться. Но вот то, что проклятый Холмс постоянно рисковал Сашиной жизнью. Рисковал и как будто бы совершенно из-за этого не комплексовал — бесило до дрожи.       Саша вдруг замолчала. Покрутила стаканчик с лимонадом в руках, будто бы пытаясь понять, что внутри, а потом неуверенно посмотрела на отца:       — Пап...       — М?       — А ты когда-нибудь слышал про... закрытые вечеринки? Ну такие. Где присутствуют «люди в мантиях», «люди с гербами» и девушки, у которых даже нет имен. Только цвет платья.       Грег чуть нахмурился.       — Опять читаешь крипипасту перед сном?       — Типа того... Просто... слышала. Вроде как городская легенда, но со слишком многими совпадениями. Знаешь, как бывает: один и тот же сюжет, но рассказан слишком разными голосами. И все — тревожными. А потом я знаю про что-то подобное в Дубае, хотя тоже не знаю наверняка...       — Я слышал о чем-то таком, но не уверен, что мы говорим об одном и том же, — подумав ответил Грег. Он любил отвечать на Сашины вопросы, потому что не очень-то часто она их задавала. — Но это все неофициально, — предупредил он. — Пару лет назад было дело — девушка исчезла после какой-то благотворительной вечеринки. Нашли ее через три месяца в Шотландии. Без документов. Сказала, что сбежала, потому что «не хотела быть белым». Мы не поняли, о чем она. Потом дело закрыли. Психиатрическая экспертиза, все дела. Но... — он замолчал.       Саша внимательно смотрела на Грега.       — Ты думаешь, это правда?       — Я думаю, мы живем в страшном мире, но если верить всему, о чем болтают сумасшедшие — сам им станешь.       — Знаешь, хорошая мысль.       — Какая? — удивился Грег, пытаясь проглотить откушенный кусок.       — Не принимать к сердцу все, о чем болтают интернет-фрики.       — Последуешь моему совету? — уточнил Грег.       — Очень сомневаюсь, — вздохнула Саша.

***

      В списке людей, который Саша не хотела видеть в своей квартире первое место занимала Ирэн, мать ее, Адлер.       — Добрый вечер, — сказала Саша автоматически, с тем самым интонационным подвывание, с которым обычно здороваются в супермаркете с бывшей одноклассницей, которую не особенно и помнишь.       Ирэн сидела, перекинув ногу на ногу. Чертово воплощение грации и изящества.       — Саша, отлично. Угостишь Ирэн чаем? — Шерлок даже не повернулся. Он стоял у окна, задумчиво крутя в пальцах свои проклятые часы. Сашу бесило все так сильно, будто бы теперь у нее был первый день цикла.       — Конечно, — сказала Саша. Конечно. Разумеется. Еще бы я тебя не угостила, Ирэн.       На кухне Саша злобно швырнула коробку с печеньем в сторону хлебницы. Мимо. Печенье ударилось о полотенце, не сообщив окружающим о том, что возле чайника случился нервный срыв. Саша поставила воду, достала красивый поднос, выбрала печенье посимпатичнее. Саша была не то чтобы зла. Просто… ну вот зачем приходить? С какой стати заявляться в дом Шерлока? У них тут что — приемная? С другой стороны, встреться они в другом месте, Саша бы и представить не могла, какими непотребствами эта парочка там занималась... Хотя, какими непотребствами вообще мог заниматься Шерлок?       Когда Саша вернулась, Шерлок уже рассказывал Ирэн все тоже, что говорил про эти убийства Саше. Он говорил вдохновленно. Он говорил так, как не говорил Саше. Стараясь в самом деле донести до Ирэн истину, а не унизить.       Саша молча поставила поднос. Ощущая себя Золушкой. Саша никогда не стыдилась труда, но сейчас... Захотелось выть. Или крикнуть. Не что-то конкретное, а просто. Орать в воздух.       — Спасибо, — кивнула Ирэн, не взглянув. Или взглянув. Саша не заметила. Она чувствовала себя как горничная, которую позвали, чтобы впечатлить высокую гостью.       — Так и что с моим запросом? — спросила Ирэн, повернувшись к Шерлоку и совершенно игнорируя факт присутствия хозяйки квартиры.       Шерлок начал говорить. Быстро, четко, с энтузиазмом, будто кто-то нажал кнопку. Он рассказывал о следах обуви, о расхождении в часах, о странных звонках на скрытые номера.       — То есть ничего? — с легким смешком уточнила Ирэн. Она была такой — колкой, хищной, изящной. Не красавица. Нет. Но шик. Черт бы его побрал. Шик, который кричал: я — последняя глава книги, которую вы не осилите.       Шерлок усмехнулся, будто бы понимая, что эту высоту не взять с первого захода. А потом заговорил еще быстрее. Он расписывал версии, бросал слова как кости, и сам же ловил их на лету. Он пытался быть гениальным. Он был гениальным. Именно для нее.       — Это не просто символизм, — говорил он. — Кто-то в этой игре играет на времени. Или… хочет, чтобы мы думали именно так.       — Люблю, когда мужчина не только умен, но и умеет сомневаться, — заметила Ирэн, чуть склонив голову. — Это делает его гораздо более интересным.       Саша чувствовала, как странно звенит воздух между Шерлоком и Ирэн. Сексуально? Просто… искрит. Они оба были слишком умные, слишком театральные. Словно два игрока в старой греческой трагедии.       И именно в тот момент, когда Саша начала мечтать о том, чтобы все происходящее оказалось сном, у Шерлока зазвонил телефон. Шерлок ответил быстро — как будто ждал звонка. Сказать по-правде, Шерлок всегда ждал звонка, который бы развеял его скуку сообщением о чьей-нибудь гибели. Холмс помолчал, внимательно выслушивая собеседника. Саша подумала, что подобную сцену дослушивания сообщения можно увидеть далеко не каждый день.       — Где? — коротко спросил он. — Мы будем через пятнадцать минут.       Он отключил связь и повернулся — не к Саше, конечно, к Ирэн:       — Новое убийство. Все слишком похоже. У жертвы связи, статус. Тело найдено буквально час назад.       — Мы едем? — томно уточнила Ирэн. Это «мы» было как удар под дых. Шерлок кивнул:       — Да. Саша, соберись, поедем втроем.       Втроем. Отлично. Просто прекрасно. Саша кивнула, не позволяя себе что-то сказать вслух. Через пять минут они уже были в машине. Ирэн сидела рядом с Шерлоком. И все же, тусуясь на переднем сидение, Саша не могла сказать, что совсем уж недовольна происходящим. Хотя бы потому, что Шерлок лично позвал ее. Такое случалось столь же редко, как и случаи, когда Шерлок дослушивал тех, кто ему звонит.       Когда они прибыли на место их уже ждали. Шерлок моментально включился в дело. Он прошел в гостиную, опустился на корточки рядом с телом, заглянул под руку, приподнял ворот рубашки. Ирэн ходила по периметру, как хозяйка выставки, оценивая обстановку. Саша осталась стоять у дверей. Никто ей не сказал, что делать.       Когда Саше казалось, что все вокруг ужасно, она старательно начинала искать плюсы в происходящем. Что ж, Шерлок сам ее позвал, он еще ни разу не сказал, что она тупая, а дело, связанное с расследованием смертей богачей привело ее уже в третий роскошный дом за неделю.       Очень светлые апартаменты, которые нравились Саше больше их квартирки на Бейкер-стрит. Саша внезапно поняла, что не хочет жить в этом жутком пыльнарнике. Саша усмехнулась тому каламбуру, который случился у нее в голове и все же достала телефон, чтобы делать пометки.       — Нет часов, — бросил Шерлок. — Ни на руке, ни в доме. Ни одних. Даже на микроволновке. Даже в ванной.       — И что это значит? — спросила Ирэн. В ее голосе был настоящий интерес. Как будто они обсуждали модную премьеру, которую только что закончили смотреть и теперь старательно формировали самое экспертное мнение на этот счет.       — Это значит, кто-то начал играть с нами всерьез, — воодушевленно заметил Шерлок. — И если раньше часы были избыточным акцентом, то теперь они исчезли. У жертвы не было времени. Вообще.       Он встал и скомандовал:       — Срочно найдите хоть какие-нибудь часы в этом доме!       Когда все ринулись на поиски часов, Саша тоже решила пройтись. Она поднялась на второй этаж, зашла в спальню — все идеально. Как в глянце. Но именно это и показалось ей подозрительным. На прикроватной тумбочке стояла фотография. Мужчина — тот самый. И рядом девочка. Девочка с часами на руке. Розовый ремешок, огромный циферблат. Детские.       Саша сделала снимок, чтобы показать позже. Шерлок сказал найти хоть какие-нибудь часы — Саша нашла.       — Саша, давно не виделись! — в дверях появилась Салли Донован.       — Несколько часов назад? — уточнила Саша, припоминая свой визит к отцу.       — Практически жизнь прошла, — подмигнула полицейская. — Хотела спросить, Шерлок теперь свидания возле трупов проводит?       — Что?       — Ну, та женщина, похожая на адвоката Адлер.       — Она и есть адвокат Адлер, — зачем-то пояснила Саша.       — В жизни она еще... Роскошнее, — Салли задумалась, она не казалась злорадствующей, скорее, скучающей. — Может быть ты мне ответишь, что вы все в нем находите? Почему столько привлекательных девушек буквально бегают за ним? Вот ты почему?       — Давай лучше ты мне расскажешь, что Ирэн та еще проститутка? — попросила Саша.       В людях, любящих сплетни и злословие это и прекрасно, они готовы поливать грязью людей, отношения к которым не имеют, о которых ничего не знают. Салли совершенно не хотелось выяснять, кто и почему убил мужика, лежавшего в гостиной, а потому кинулась рассказывать все сплетни, которые она знает про адвоката всех самых мерзких, но богатых людей Лондона.       Выходил интересный портрет: беспринципная, всего добившаяся сама, дорогая и недоступная. Создавалась ощущение, что Ирэн хотят абсолютно все, но никто не способен добиться ее расположения. Того самого расположения.       — Не такая уж она и красивая, — вздохнула Саша.       — Ну, у нее есть то, чего нет у нас.       — Чего?       — Как бы это назвать? Порода?       — Ты же сама сказала, что она из небогатых. Какая там порода? Такая же как и у нас! — почему-то Саше стало страшно обидно.       — Не скажи... Ты, Саша, главного в британской системе не понимаешь, у нас не деньги решают, а происхождение. Поэтому, у этой Ирэн...              — Понятно... — протянула Саша, хотя не сильно-то и поняла. Не деньги, а происхождение. А Ирэн — вроде бы и не аристократка, но с ней разговаривают как с королевой. С ней Шерлок разговаривает как с равной. А не как с девчонкой, которой можно бросить что-то вроде «дома подожди».       Салли что-то еще говорила — о клубах, о слухах, о том, как Ирэн однажды отказалась защищать какого-то крутого политика, не потому что она узнала, что он виновен в жутких преступлениях, а потому что он был недостаточно именит для нее, Саша не слушала. У нее в груди начало нарастать какое-то мерзкое тепло, как от слишком крепкого виски.       — Ладно, я пойду. — Саша оборвала поток сплетен, улыбнулась и направилась вниз. Ей нужно было просто выйти. Просто убедиться, что...       Саша убедилась.       Черный седан уже скользил по дороге, удаляясь. В салоне — два силуэта. Он и она. Конечно, они. И Саша не знала, что больнее: то, что Шерлок уехал без нее, или то, что сделал это так естественно.       Она просто стояла и смотрела, как он уезжает.       — Ну, тебе не в первой, — вдруг сказала Салли, появляясь рядом.       И Саша кивнула. Конечно. Не в первой. Шерлок часто забывал ее в кафе, в музеях, на расследованиях. Его острый ум вечно был занят чем-то важным. Саша знала, с кем живет.       Но сейчас все было иначе. Шерлок никогда не бросал ее ради кого-то другого. Никогда не уезжал, увозя другую женщину. Женщину, которой он восхищался. Женщину, с которой он спорил не ради того, чтобы победить, а ради удовольствия. Женщину, перед которой не сводил брови в раздражении, а... открывался.       — Не говори, пожалуйста, папе, — дрожащим голосом попросила Саша. Словно призналась в чем-то постыдном. В чем-то, что раскроет, насколько она — лишняя. Насколько ее не выбрали.       Салли бросила на нее короткий взгляд.       — Не скажу. Я вообще умею держать язык за зубами. Тем более, в вопросах мужчин.       Было в этом что-то сродни женской солидарности. Шерлок как-то небрежно кинул, что знает о ее интрижке с Андерсоном. Салли знала, как неприятно может быть, когда твоя личная жизнь выходит на всеобщее обозрение.       Саша немного помялась, пытаясь понять, куда ей теперь идти. Кто смог бы понять?