Часть 7

Кейт сидела всё так же — на краю дивана, но теперь её плечи были не прижаты к стене. Просто прямые. Как будто она выровняла дыхание. Она перевела взгляд на его руку, на стакан виски, на тихий янтарный свет в нём. И только после — на него. — …Что вы собираетесь со мной делать? — спросила она. Не дерзко. Не вызывающе. Просто — нужно знать. Чтобы понять, как жить следующие десять минут. Чтобы понять, в какую сторону держать себя. Рик слегка закрывает глаза — вдох, выдох — будто это простой вопрос, но на самом деле он чувствует, как внутри что-то хрустнуло. Он не отвечает сразу. Стакан в руке чуть наклоняется. Капля виски медленно стекает по стеклу. — А что ты… — он говорит тихо, не глядя на неё, глядя куда-то в стол, — что ты думаешь, что я собираюсь? Кейт медлит. Она привыкла угадывать намерения. По малым движениям. По дыханию. По тому, как человек держит плечи. Но с ним — сложно. Он не несёт обычного хищного интереса мужчин в этом месте. И не равнодушен. И не жалостлив. Это что-то третье. Ненадёжное, непонятное. Она смотрит на него — долго, как будто пытается разобрать по слоям. — Здесь… — говорит она тихо, — никто не делает ничего просто так. Он усмехается уголком губ. Без радости. Без злости. Скорее — с горечью. — Вот уж правда. Она смотрит на его профиль, на линию скул, на усталость в глазах, которую он давно не скрывает. — Вы могли позвать другую. — она произносит осторожно. — Позвал. — он отзывается так же спокойно. Пауза. — Но ты пришла. Она опускает взгляд. Её пальцы снова сжимаются в замок. Сильнее. — Это ничего не значит. Он смотрит на неё. По-настоящему. Не как на деталь комнаты. Не как на проблему. Не как на товар. — Может быть. — говорит он. Мягко. Но не уступчиво. Он ставит стакан на столик рядом — медленно, будто специально даёт ей время думать, а не только реагировать. И уже тише: — Так скажи. Чего ты ждёшь от меня? Не что она хочет — этому здесь не учат. А что она ждёт — это другое. Кейт не отвечает сразу. Губы чуть приоткрыты, взгляд — не в него, а куда-то в темноту напротив. И это молчание — самое честное из того, что было между ними за весь вечер. Она не знает. Она не знает, чего ждать от него. И от себя — тоже. И в тишине слышно только, как у обоих чуть сбивается дыхание. Дверь в VIP открылась слишком резко. Гул музыки ворвался внутрь, словно холод. Тот самый мужчина — с тяжёлым шагом, сладковато-ухмыляющимся лицом — заглянул внутрь. — Всё в порядке? — спросил он, но в голосе не было вопроса. Только проверка. Кейт вздрогнула. Накатила волна — знакомая, серая, липкая. Она не двинулась — просто замерла. И Рик это увидел. Его взгляд за мгновение стал другим — холодным, уверенным, тяжёлым, как сталь, легшая на поверхность. Он не дал себе времени думать. Он перехватил её за руку — не больно, но крепко, уверенно, так, что она не успела отпрянуть. Кейт вдохнула резко, застрявшим в горле воздухом. А он уже потянул её к себе, притягивая на колени — жест не нежный, а точный, отрепетированный десятками сцен, где нужно сыграть роль. Она оказалась у него на коленях спиной к нему. Его руки на ее талии удерживая в положении. Её дыхание сбилось. Он даже не смотрел на неё — смотрел на мужчину, оценивая расстояние, позиции, реакцию. И сказал голосом таким ленивым, уверенным, обладающим: — Ты пришёл помешать? Мужчина замер. Улыбка стала шире, но в ней теперь была осторожность. — Нет… просто проверяю. — Проверил. — Рик слегка наклонил голову к Кейт, будто они были очень заняты до вторжения. И добавил туда толику наглости, которой не было секунду назад. — Смысл стучать, если всё равно входишь? Мужчина хмыкнул. Но отступил. Дверь закрылась. Тишина вернулась. Но теперь она была другой — тяжёлой, выжидающей. Кейт сидела неподвижно, почти не дыша. Она не смотрела на него — боялась. Того, что увидит подтверждение. Он точно такой же. Конечно. Я знала. Глупо было думать иначе. И Рик увидел это. Прямо в том мгновенном, дрожащем взгляде, который она всё же бросила. И это резануло. Да ее положение на нём отозвалось реакцией его тела,он ведь не робот а она привлекательная не смотря на весь ужас происходящего. Он медленно отпустил её запястье. Не дёрнул. Не отстранил. Просто — отпустил. Как будто ставил точку в неправильной фразе. Внутри него что-то тихо сжалось. Поверишь потом. Поймёшь потом. Если смогу доказать. Если успею. Он выдохнул — коротко, почти незаметно. И очень тихо сказал: — Прости. Не за жест. Не за роль. За то, что она подумала о нём именно это.