Часть 6

На следующий день Клэрион пожалела, что так поздно легла спать. К тому времени, когда на осенний лес опустился вечер, она была измотана целым днем работы рядом с министром Осени и дрожала даже в своей шали—паутинке. Роуэн,который несколько минут назад извинился и ушел, вернулся с кружкой чая из корня одуванчика. Он протянул ей чашку с понимающим видом. - Со временем ты привыкнешь к долгим дням. -Надеюсь, я не слишком затянула, - сказала она, в равной степени смущенная и благодарная за то, что он это заметил, "спасибо”. Он просиял, глядя на нее. “ Вовсе нет. Клэрион отпила глоток чая. Хотя ей никогда не нравилась горечь одуванчика, она почувствовала, что в какой-то степени принадлежит к миру живых. По крайней мере, одуванчик согревал ее руки. Температура здесь всегда была идеальной, а листва сияла вечным красно-оранжевым великолепием. Это заставило ее затосковать по вещам, которыми она уже давно не наслаждалась: долгим вечерам у костра или нырянию в океан опавших листьев. Роуэн недавно начал готовиться к приходу осени, и, несмотря на свою рассеянность,Клэрион была полна решимости запомнить каждую деталь. Это был первый сезонный переход, за которым она наблюдала в качестве королевы, и после того, как прошлой ночью она разочаровала Эльвину, ничто не могло пойти наперекосяк. Это была ее единственная возможность проявить свою храбрость теперь, когда она отговорила себя от дальнейших встреч с Лордом Зимнего леса. Не важно, что она пролежала без сна гораздо дольше, чем хотела признать, передавая каждое его слово. Теперь Клэрион направила всю свою огромную силу воли на то, чтобы выбросить его из головы. Надо признать, было нелегко, когда Артемида притаилась в нескольких ярдах от нее, уставившись на Клэрион так, словно та могла исчезнуть, если Артемида отвернется хотя бы на мгновение. Клэрион полагала, что заслужила ее повышенное внимание — и чувство вины, которое сопровождало это. Она навлекла на Артемиду неприятности своим маленьким исчезновением. Она не была на Осеннем празднестве с прошлого года, когда весь мир сиял в свете полной луны во время сбора урожая. Она до сих пор помнила блеск осеннего скипетра, в котором лунный свет превращался в голубую пыльцу фей, — как она осыпала их дождем, собиралась на деревьях и оседала на ее ресницах, словно снегопад. Она редко видела Долину фей такой радостной. Больше всего она помнила,как стояла рядом с Эльвиной, с безмятежным и страдающим лицом, наблюдая, как все танцуют и сверкают далеко внизу. Она парила в воздухе, как и сейчас, вечно недосягаемая. Кларион наблюдала, как осенние феи трудятся на поляне внизу. После того, как Эльвина приказала вернуться к своим обычным делам, Клэрион казалось невозможным представить, что вообще существовала какая-либо опасность. И все же, по мере того как тени под деревьями сгущались, она не могла избавиться от дурных предчувствий. Лучи заходящего солнца проникали сквозь кроны деревьев, окрашивая землю в нежно-розовый цвет. Несколько фей собрались вокруг мастера, который наносил краску на дубовый лист, привезенный с лета, одобрительно кивая и перешептываясь о его технике. Мимо Клэрион пронеслась фея быстрого полета. Она повлекла за собой сильный порыв ветра, от которого волосы Клэрион затрепетали, и стайка бабочек—монархов, кружась, сбилась с курса. Животнфе, завыли в знак протеста. -Извините! - крикнула фея, не останавливаясь. -Три тысячи миль! - крикнула ей вслед фея животных, потрясая посохом. - Им придется преодолеть три тысячи миль! Клэрион не смогла сдержать улыбки. Как чудесно видеть, как ее подопечные ссорятся, смеются и демонстрируют свои таланты. Роуэн, тем временем, казался совершенно невозмутимым, как будто такого рода переполох был настолько обычным делом, что не вызывал удивления. Он стоял, засунув одну руку в карман плаща. В другой он держал блокнот, до отказа заполненный его беспорядочными каракулями. Он сказал ей, что это контрольный список, но Клэрион с чистой совестью не могла назвать такой беспорядок контрольным списком. Пункты были вычеркнуты и прикреплены с безрассудной небрежностью. Его мозг работал скачками, за которыми она не могла уследить. “На данном этапе цикла, - сказал он, как будто говорил уже довольно давно, - мы в основном тестируем новые идеи и проверяем, есть ли у нас все необходимые материалы. Эльвина обычно доверяет мне улаживать все мелкие детали. Но за несколько дней до нашего отъезда на материк она наносит нам визит, чтобы окончательно оценить наши приготовления. “И откуда она знает, что то, что ты сделал, приемлемо?” Он подмигнул ей. “Интуиция”. Именно такой однозначный ответ и мучил ее. Нет, она не могла полагаться на что-то столь ненадежное и непостоянное, как ее собственная интуиция. За последние несколько дней это не принесло ей ничего, кроме неприятностей. Несомненно, он дразнил ее. У Эльвины наверняка была тщательно разработанная система критериев для оценки его работы. Клэрион сделала мысленную пометку побеспокоить ее за это, когда вернется во дворец. Роуэн рассмеялся, явно почувствовав ее огорчение. - И, конечно, немного веры в своего министра. Я делал это сотни раз раньше, Клэрион. Ты в надежных руках — или,по крайней мере, в опытных”. Напоминание о его возрасте ничуть не успокоило ее. Это было лишь горькое напоминание о том,как далеко ей пришлось зайти, и как она не могла позволить себе роскошь стать компетентной за столетия. “Тебя это когда-нибудь беспокоило?” Удивление смягчило выражение его лица, «что?» - Я не знаю, - тихо сказала она. Она поняла, что не может сказать, что на самом деле имела в виду. Вы когда-нибудь сомневались в себе? Вместо этого она указала рукой вниз, на поляну под ними, где группа мастериц складывала сухие листья в сложные узоры, пытаясь добиться оптимальной текстуры, которая хрустела бы, когда на нее наступали. Роуэн как-то заверил ее, что это очень сложный процесс. “Все это. Все зависит от тебя. Все надеются на тебя”. Его распущенные кудри развевались на ветру, а тени от длинных ресниц падали на скулы. Пока он, нахмурившись, рассматривал ее, Клэрион не могла отделаться от ощущения тишины древнего леса, который таился в глубине его глаз. “Я уверен,что когда-то так и было. Но это не в моем характере. Осень - это время размышлений и замедления темпов. Став старше, я научился не беспокоиться о вещах до того, как они произойдут”. “я понимаю”. Значит, в этом и был весь фокус? Вы просто решили не беспокоиться? Для нее это было действительно чуждой концепцией, учитывая, что ее самой близкой подругой была Петра, которая предпочитала беспокоиться о любой возможности - У тебя талант руководителя, - сказала Роуэн. - Я знаю, абстрактно это может показаться ошеломляющим, но как только ты вникнешь в суть, ты поймешь, что делать. Клэрион плотнее закуталась в шаль, "конечно". Его улыбка угасла, когда он увидел выражение ее лица. “Что привело ко всему этому? Ее величество доставляет вам неприятности?” “В последнее время у нас были разногласия”, - сказала она так дипломатично, как только могла. “это так?” Он оценивающе оперся подбородком на согнутые указательный и большой пальцы. - С тех пор, как ты только что приехала, ты старалась быть похожей на нее. Та же поза. Тот же голос, вы его знаете. Не могу представить, что ее это обескураживает. Клэрион хотела воспринять это как комплимент, но что-то в его тоне подсказывало, что он не это имел в виду. Она была меньше похожа на человеческую мать и дитя,которые, как она слышала, были похожи друг на друга, и больше на ребенка и его куклу. Увидев на его лице явное сочувствие — нет, подумала она, жалость, - она ощетинилась. “Она просто хочет подготовить меня к этой роли”. - Конечно,любит. Роуэн быстро пошел на попятную. - Я только хотел сказать, что ты делаешь ей честь. Ты всегда была... скажем так, непокорной? И все же, какие у вас могут быть разногласия? “Она говорит, что я перепутала приоритеты. Для меня более естественно обращаться к тому, что я вижу перед собой. Спор. Чьи-то чувства”. Возможность разобраться, -подумала она. Она теребила невидимую нитку на своей шали. “Это отвлекает меня от общей картины”. -А-а. В выражении его лица было что-то непонятное, как будто он пытался удержаться от того, чтобы не высказать то, что на самом деле было у него на уме. - Возможно, она хотела сказать, что ты не можешь винить себя каждый раз,когда что-то идет не так. Как бы ты ни старалась, ты не сможешь решить все проблемы в Долине фей в одиночку. -Полагаю, что нет. Он похлопал ее по плечу, и этот нежный жест едва не вывел ее из равновесия. - У тебя чутье лучше, чем ты думаешь. Но она этого не делает. Если бы он только знал. Если бы он только знал, насколько неадекватной она была под маской. Когда дело доходило до важных вещей —принятия решений, самообладания, грубой силы, - она никогда не могла сравниться с Эльвиной. Она неуверенно улыбнулась ему. - Я ценю это. Правда. Выражение его лица стало серьезным. - Клэрион. Ты же знаешь, тебе не нужно... Сам воздух задрожал, и весь мир погрузился в мертвенную, не естественно тихуютишину. По ее рукам побежали мурашки. Страх сжал ее позвоночник в тисках. Казалось, что за мгновение до удара молнии по коже пробежали мурашки, но небо,хотя и темное из-за надвигающейся ночи, было безоблачным. Роуэн нахмурился. “Ты это почувствовала?” “Я почувствовала”, - сказала она, слегка задыхаясь. Артемида мгновенно появилась рядом с ней, ее пальцы замерли над колчаном со стрелами, пристегнутым к бедру. Роуэн сунул блокнот в карман. Подол его плаща развевался на ветру. На поляне внизу все замерли. Ни одна тень ястреба не омрачала землю. Ни один лисий крик не разорвал тишину. Но там, у кромки деревьев… Что-то привлекло внимание Клэрион. Черный туман — был ли когда-нибудь туман таким густым? - окутал поляну, и на земле сгустились тени. Они начали бурлить и метаться, словно пытаясь обрести форму. С поляны внизу донесся встревоженный топот. “Что это?” Спросила Клэрион. “Я не знаю”, - с опаской ответила Артемида. Она вытащила стрелу и наложила ее на тетиву своего лука. Конечно, это грозное оружие против их естественных врагов,но что-то подсказывало Клэрион, что оно будет бесполезно против чего бы то, ни было. Нити тьмы взметнулись вверх, сплетаясь вместе. Клэрион уловила мерцание черной чешуи, вспышку ядовитых глаз. Через мгновение она поняла, что это змея, хотя и не была похожа ни на одну змею, которую она когда—либо видела. Он был твердым,реальным, и все же казалось, что его тело целиком состоит из дыма, скрепленного чем-то вроде нитей фиолетового света. Его тело обвивалось кольцами, со швов капало и сочилось; его точная форма менялась от мгновения к мгновению, как будто он с трудом мог вспомнить, каким именно он должен быть. У него выросла конечность, затем крыло, прежде чем снова поглотить их. Она с трудом удерживала это в памяти. Длинная тень, словно клинок, упала на осенних фей. Монстр. Оно зашипело. Этого было достаточно, чтобы Артемида начала действовать. Она выпустила стрелу. Она пролетела по воздуху и попала в открытую пасть чудовища. Хотя стрела пронзила его затылок, змей даже не вздрогнул. Все краски отхлынули от лица Артемиды. “Все,бегите!” Закричал Роуэн. И тут начались крики. Когда феи взлетели, змея выплюнула свой яд. Она была черной, как смоль, и блестела маслянистым радужным блеском. Все феи, на которых она нападала, падали с неба и ударялись о землю с отвратительным звуком. Они не кричали; они просто лежали, обмякшие, как будто заснули во время полета. Роуэн в ужасе наблюдал запроисходящим. Клэрион схватила его за локоть. “Мы должны что-то сделать”. Этого,очевидно, было достаточно, чтобы вывести его из оцепенения. Он повернулся к ней, стиснув зубы и сжав губы в тонкую линию. “ О, нет. Я должен что-то сделать. Ты немедленно вернешься во дворец. Тебе слишком опасно здесь находиться. Сколько раз ее заставляли бы оставаться в стороне? Ее отстранили от участия в защите своего народа? “Какой толк от королевы, если ей запрещено что-либо делать?” “Это лучше, чем быть мертвой", - прорычала Артемида. Клэрион заколебалась. Учитывая, что каждые несколько сотен лет появляется только один правитель, они были ценным приобретением. Никто не знал, что произойдет, если королева умрет раньше срока. Будет ли послана другая королева,или Долина Фей будет предоставлена мудрости ее министров? Артемида достала из кармана стебелек мятлика. Она поднесла его к губам и дунула. Пронзительный звук разнесся по лесу. Сигнал тревоги скаутов. Через несколько мгновений Кларион услышала, как вдалеке другой скаут поднял тревогу. -Скауты будут здесь с минуты на минуту, - сказала Артемида. - Пойдем со мной. Это не стоит твоей жизни. - Ты знаешь, что она права, - сказал Роуэн, на этот раз более мягко. - Иди. -Хорошо, - выдохнула Клэрион. ” Просто помоги им. - Я позабочусь о ее безопасности, сэр. - Голос Артемида звучала, как всегда,исполненная долгом, но от Клэрион не ускользнули эмоции, сияющие в ее глазах. Сожаление, подумала она. И страстное желание. Он кивнул,затем обратил свое внимание на поляну внизу. Несколько отважных фей быстрого полета остались, пытаясь отогнать зверя подальше от своих друзей. Они увертывались и пробирались сквозь его призрачные кольца, бросая в него всем, что попадалось под руку. На этот раз Роуэн не колебался. Он спикировал с холма,широко раскрыв крылья. “Отвлеките его”, - крикнул он. ”Я перенесу раненых в безопасное место". Клэрион не могла оторвать глаз от горстки быстролетящих людей. Они рассекали воздух дикими полосами и облачками волшебной пыльцы. Когда зверь отвлекся, Роуэн приземлился и поднял одну из поверженных фей на руки. Как только он начал нести ее к лесу, чудовище набросилось на него. С его оскаленных клыков капал яд. Нет.Клэрион увидела момент, когда он повернулся, и поняла, что сейчас произойдет. Каждая секунда тянулась целую вечность. Инстинктивно она протянула руку. Как будто могла дотянуться до него с такого расстояния. Как будто могла что-то сделать. Но страх зажег в ней искру, которая пронзила ее, как лесной пожар. Ей было знакомо это чувство. Магия. Она ахнула, когда золотой свет ее силы вспыхнул в центре ладони и устремился к чудовищу. От неожиданности она не смогла прицелиться, но змей отпрянул, словно обжёгшийся. Какое-то мгновение Клэрион могла только смотреть на свою руку в немом изумлении. Магия все еще мерцала на ее ладони, как звездная пыль. Она окутывала ее золотым светом и заставляла широко открытые глаза Артемиды сиять. Как она могла...?Нет. Прямо сейчас не имело значения, как она это сделала, важно было только то, что она могла сделать это снова. Разведчики уже в пути, но они не успеют вовремя. Кроме того, стрелы ничего не смогли сделать против этого монстра. Но,возможно, магия поможет. Она обещала быть хорошей. Она обещала быть в безопасности. Но если это будет означать спасение жизней…“Пожалуйста, прости меня, Артемида”. Когда Клэрион взлетела, она услышала только слабый крик: "Ваше высочество!Подождите!” К тому времени, как она скользнула вниз, оказавшись между змеем и Роуэном, он успел сориентироваться. Там, где его обожгла ее магия, его плоть — если это вообще можно было назвать плотью — начала отслаиваться, превращаясь в сгустки черной жидкости. Вблизионо показалось ей еще более ужасающим, чем на расстоянии. От его близости у нее в голове зазвенело от страха. А затем оно обратило на нее весь свой пристальный взгляд. В голове у нее стало совершенно пусто. Каждый мускул ее тела был охвачен инстинктивным страхом. Она заставила себя поднять руки, но они дрожали.Никогда еще ее волшебство не казалось таким далеким. Но именно сейчас она должна была быть идеальной. "Контроль",- подумала она сквозь кроличий визг ужаса, в который превратились ее мысли. Сосредоточить. Ее магия слабо шипела в ладони. Змея приготовилась нанести удар, широко разинув пасть. В этот момент хватка, которой она сжимала свою магию, ослабла. Две мысли пришли ей в голову одновременно. Я сейчас умру. И, что еще сильнее, если ты хочешь причинить им боль, тебе придется пройти через меня. Это было второе заклинание, которое, как ни странно, наполнило ее спокойствием. От нее исходил золотой свет. Он вспыхнул ярче солнца, прорезав низко нависший над поляной туман. Затем что-то сбило Клэрион с ног. Она упала, подняв за собой облако пыли. На нее навалилась тяжесть. Когда перед глазами прояснилось, Клэрион увидела, что Артемида смотрит на нее снизу вверх,ее лицо было перепачкано грязью и выражало дикую панику. Она ничего не слышала из-за звона в ушах и звука их прерывистого дыхания. Когда ее зрение прояснилось, в воздухе все еще мерцали пылинки звездного света, плывущие, словно снежинки, по ту сторону границы. Но когда она осмелилась приподняться на локте, то увидела, что от змеи не осталось ничего, кроме сгустка тьмы, который отчаянно скользил обратно в тень леса. Яд брызнул на землю там, где Клэрион стояла всего мгновение назад. Артемида спасла ее. Однако ее облегчение длилось недолго. Ее взгляд зацепился за Роуэна, неподвижно лежащего среди разбросанных осенних листьев. Они слишком сильно напомнили ей о крови. “Министр!” Она вскочила на ноги и подлетела к нему. Он не пошевелился при ее приближении, но его грудь поднялась и опустилась. Живой. Клэрион чуть не заплакала от облегчения. Она опустилась на колени рядом с ним и встряхнула его. Выражениеего лица исказилось — не от боли, конечно, но... от страха? Его глаза блеснули под прикрытыми веками. Это выглядело так, словно ему снился кошмар. Она снова затрясла его, на этот раз более отчаянно. “Проснись”. Он ничего не ответил. Дыхание Клэрион участилось. Что происходит? Она медленно встала и осмотрела обломки вокруг себя. Все тщательные приготовления фей были перевернуты. На поляне лежали без сознания феи, несколько из них во сне сдавленно всхлипывали. Ее охватила паника. Она подлетела к следующей фее, стоявшей рядом с Роуэн, и потрясла ее. “ Проснись. Ничего. Она перелетела к следующему, и к следующему, и к следующему. Никто из них не пошевелился. Ничего, ничего, ничего. “Проснись”,- шептала она себе под нос. “Пожалуйста, пожалуйста. Проснись”. К тому времени, как она попыталась пробудить шестую ото сна, чья-то рука тяжело опустилась ей на плечо. -Ваше высочество, - мягко произнесла Артемида. - Остановитесь. Наконец,Клэрион опустилась на колени и закрыла лицо руками. Она дышала до тех пор, пока не перестала сдерживать слезы. Никогда в жизни она не чувствовала себя такой жалкой, такой беспокойной. Никогда еще она не испытывала такого отвращения к себе. Впервые Клэрион полностью осознала, почему Эльвина не доверяла ей. Она осознала истинную глубину своих неудач. Если она не овладеет своими способностями до коронации,однажды Долина фей превратится в руины. И это будет полностью ее вина.