Вечер под голос судьбы

Зал был полон света, ароматов жареного мяса, сладкого вина и приподнятого веселья. Факелы отбрасывали золотистые блики на гобелены и доспехи, а длинные столы ломились от угощений. Музыканты едва касались струн, чтобы не заглушить разговоры знати. Мэйри сидела на своём месте, чувствуя, как дрожит в животе от волнения. Её пальцы нащупали кулон с медведем и драконом — символ её тайны и её пути. — Принцесса, — раздался знакомый голос. Это был Сигурд. Старик стоял рядом, опираясь на посох, и за его плечом — он. — Позволь представить тебе одного очень важного для меня человека. Это Иккинг, вождь Берка… и мой ученик, — с гордостью сказал старик. — Рад знакомству, принцесса, — сказал Иккинг и склонился слегка, как принято у викингов. Мэйри встала и сделала вежливый реверанс, а затем, по предложению Сигурда, пересела за стол ближе к нему. Их места оказались рядом. Сначала — молчание. Мэйри заметила, как Иккинг теребит рукав. Она слегка улыбнулась. — Ты не такой, каким я ожидала тебя увидеть, — прошептала она. — Надеюсь, не хуже? — подмигнул он. — Намного лучше, — честно призналась она, и оба засмеялись. Разговор начался неловко — о еде, о дороге, о видах с холмов. Но вскоре перешёл к драконам. Они делились историями — осторожно, словно проверяя друг друга. Мэйри говорила об интересе к легендам, Иккинг — о нравах Беззубика. — Знаешь… я слышал о тебе, — вдруг сказал Иккинг, посмотрев на неё серьёзно. — О твоей храбрости. И о том, что ты не горишь. Мэйри отвела взгляд, затем снова посмотрела на него, уже ровно: — Ты веришь в это? — Я видел многое, — мягко ответил он. — И знаю, что такие как ты — редкость. И в его взгляде не было страха. Только понимание. Они продолжали беседовать, будто забыв обо всём — королях, тостах, песнях. Словно были вдвоём посреди шумного праздника. И даже когда один из тройняшек кинул в Иккинга хлебом — и попал, к слову, точно в лоб — оба лишь засмеялись. В ту ночь родилось нечто хрупкое, но сильное. Не любовь — пока. Но её искра. Та самая, что горит, не обжигая. --- Смех и звон кубков заполняли пиршественный зал. Но для Мэйри и Иккинга всё вокруг стало фоном — как далёкое эхо, не важное в сравнении с тем, что происходило за их столом. — А правда, что на Берке почти у каждого викинга есть свой дракон? — спросила Мэйри, подперев щёку рукой. — Сейчас — да, — кивнул Иккинг, улыбаясь. — Но раньше всё было иначе. Мы сражались с ними. Берк был в осаде, в прямом смысле. Драконы уносили скот, жгли дома. Пока я не понял, что всё это — из-за страха. Не их, а нашего. Мэйри слушала с замиранием. Его голос был глубоким, но спокойным, как волны, бьющие о берег. — И ты изменил это? — Не один. Беззубик, мой Ночную Фурию, я приручил… случайно. Или судьба решила вмешаться. Он тоже когда-то стрелял в меня, между прочим, — усмехнулся он. Мэйри улыбнулась, но её пальцы крепче сжали под столом кулон. — А каков он? Беззубик? — Упрямый. Умный. Немного эгоист. Но верный. Как брат… или старший пёс, который считает, что он — хозяин. Они засмеялись вместе. — А ты, принцесса… ты ведь тоже приручила дракона, — сказал Иккинг тише. — Сигурд рассказал. Мэйри на мгновение замерла, а потом тихо кивнула. — Вопль Смерти, — произнесла она. — Белый, с глазами цвета крови. Я нашла его в лесу. Он... сжёг всё вокруг. Но я чувствовала, что он не просто чудовище. Он был одинок. Ранен душой. Иккинг не перебивал, только смотрел внимательно. — Я подходила к нему. Он пытался убить меня. Трижды. Но я возвращалась. Не потому что глупая… хотя, возможно, и это тоже, — усмехнулась она. — Потому что чувствовала, что должна. — Это не глупость, — серьёзно сказал Иккинг. — Это то, что делают всадники драконов. Он смотрел на неё с уважением — не как на принцессу, а как на равную. — У вас есть имя для него? — спросил он. Мэйри покачала головой. — Пока нет. Думаю, он скажет мне сам. Когда будет готов. Иккинг кивнул, словно понял её без слов. — Ты удивительная, Мэйри, — сказал он. Она не ответила, только улыбнулась в ответ. Но в сердце что-то дрогнуло. ---