Сквозь лед

— Я всё равно пойду, — упрямо сказал Иккинг, бросив быстрый взгляд на отца. Стоик еще что-то кричал, но слова потерялись в рокоте взмаха крыльев. Беззубик взмыл в небо, выстреливая изогнутым силуэтом в голубизну. — Иккинг! — закричал Стоик, шагнув вперёд, но было поздно. — Ох, Один милостивый… — прорычал вождь. — Мэйри, останови его! Но девушка уже забралась на спину Нокты, её платье развевалось, как знамя. — Простите, милорд, но вы вырастили вождя, а не раба приказываться. Я с ним, — твёрдо ответила она и тоже взлетела. — СТОЙ! МЭЙРИ! С земли послышался голос Забияки, которая всё ещё пыталась поймать внимание Эрета, пока тот прикидывался, что не слышит. — Позови меня на свадьбу! — крикнула Мэйри, разгоняя Нокту рядом с Беззубиком. Забияка, игриво облокотившись на мачту, улыбнулась: — Только если поймаю топор на твоей! Стоик замахал руками: — Это бунт! Но сейчас не важно, Верните всех обратно! Астрид — ты за старшую! Астрид вздохнула, качая головой. — Да уж. Всегда я… Иккинг и Мэйри летели сквозь серое небо. Мороз обжигал лица, дыхание вырывалось белыми облачками. Лёгкий снег начал сыпаться с небес, словно сама природа знала, что надвигается что-то недоброе. — Мэйри… — тихо сказал Иккинг, оборачиваясь к ней. Она кивнула: — Я слушаю. — Я… тогда. Прости. За то, что сказал тебе уйти. Я должен был держать тебя рядом. Это был плохой поступок. Она удивилась. Иккинг редко говорил такие слова вслух — слишком гордый, слишком загруженный ожиданиями. — Ты просто… хотел поговорить с ней. Вы друзья. Я понимаю. — Нет. — Он покачал головой. — Ты — моя невеста. Ты — моя семья. А значит, мы должны всё решать вместе. Без тайн, без одиночества. Мы оба — на этом пути. Он протянул руку. Она взяла её. Их пальцы сплелись, как судьбы. Мэйри улыбнулась сквозь мороз, тёпло, по-настоящему. Но не успел Иккинг выдохнуть то, что было у него на сердце, как небо перед ними затуманилось, будто сама реальность растеклась дымом. Из белой мглы вынырнул силуэт… высокий, в маске из кости, держащий в руке посох, окружённый тенью, сидящий на драконе с четырьмя крыльями. Тот, кто будто вышел из древней сказки — тёмной и страшной. — Иккинг… — прошептала Мэйри, напрягшись. Беззубик и Нокта начали рычать, кружась в воздухе. Существо не нападало, просто наблюдало, делая круг за кругом. Но вдруг… из облаков, словно волчья стая из теней, вырвались другие драконы — мельче, стремительней. — Ложись! — крикнул Иккинг, но было поздно. Стая налетела, вихрем. Один дракон резко врезался в Беззубика, оттолкнув его на Мэйри и Нокту. Девушка вскрикнула, когда вся троица полетела вниз, в снежную бездну. Под ними раскинулось замёрзшее озеро. Лёд треснул с глухим, зловещим звуком. КРРААССХХ! Их поглотила вода. --- Мэйри задыхалась. Холод резал грудь, будто тысяча иголок. Волосы плавали в толще воды, платье тянуло вниз. Она тянула Беззубика и Нокту к поверхности, изо всех сил. Бабочка на шее — амулет её клана — жгла кожу от холода. Беззубик дёрнулся, зашевелился — он тоже звал Иккинга, жалобно, сдавленно. Нокта трепыхалась, глаза её метались в панике. — Вытащу! Я вытащу вас! — бормотала Мэйри сквозь воду, не обращая внимания на собственную дрожь. Когда им наконец удалось выбраться из полыньи, ледяной ветер ударил по лицу сильнее, чем любая пощёчина. Мэйри рухнула в снег вместе с двумя драконами, трясясь от холода, от страха… и злости. — Иккинг… — прошептала она, глядя на серое небо. — Где ты?.. Но ответ пришёл другим путём. Стая драконов вновь обрушилась сверху. Мэйри попыталась встать, заслонить Беззубика, но те быстро обхватили её лапами — крепко, но не причиняя вреда. Она закричала: — Нет! Оставьте! Но крик затих, когда она подняла голову. Впереди, за белым холмом, открывался проход в нечто похожее на убежище. Странной формы здание, покрытое инеем, словно выросшее из самого льда. Драконы несли её к нему, как к центру загадки. А у входа… стоял Он. Тот самый. В маске. Высокий и неподвижный, как статуя. И рядом… — Иккинг. Он был там. Жив. Мэйри сжала кулаки, сердце застучало с новой силой. Её сжимали лапы чужих драконов, ледяной воздух жал кожу, но она знала точно: она прорвётся сквозь лёд, дым, страх. Если нужно — за него. За них. За всех. --- Снежные вихри уже утихли. Воздух застыл — плотный, как ткань, натянутая до предела. Их положили аккуратно, но властно. Мэйри, Беззубик и Нокта с шумом приземлились у входа в ледяное святилище, у самой кромки света. — Мэйри! — Иккинг ринулся к ней, не замечая, как спотыкается. Его пальцы схватили её плечи, он обнял её, прижал к груди. — Ты в порядке? Она успела только кивнуть, прежде чем он поцеловал её в лоб — быстро, сильно, будто отгонял ужас недавнего падения. Затем склонился к Беззубику, обнял его за шею, тёпло, по-братски, и, наконец, провёл рукой по шее Нокты: — Спасибо, что её спасла. Затем развернулся. Лёд внутри убежища сверкал светом факелов, которые зажигались сами, будто чувствовали чьё-то присутствие. Перед ними стоял тот самый незнакомец. Маска, будто вырезанная из черепа древнего дракона, скрывала лицо. Он был высок, почти бесшумен. Длинный плащ — из драконьей чешуи — шелестел о камень. Свист. Резкий, нечеловеческий. Вся стая окружила их кольцом. Драконы расправили крылья, из глоток заструился огонь, но не вышел — пламя дрожало на кончике пастей, как предостережение. Напряжение витало в воздухе. Незнакомец приблизился. Его движения были мягкими, почти кошачьими. И вот — рука. Он коснулся Беззубика… тот, сначала настороженный, вдруг расслабился, издал низкий, довольный звук. Ноздри его дрожали, будто он чувствовал что-то родное. Потом — прикосновение к Нокте. Та тоже замерла, её зрачки расширились, и она опустила голову, будто признала силу. Иккинг шагнул перед Мэйри, заслонив её грудью, держа её руку. — Не трогайте её, — твёрдо сказал он. Незнакомец поднял руки ладонями вверх, не выказывая агрессии. И всё же… коснулся. Одна ладонь легла на щёку Мэйри. Тепло, неожиданно мягко. Мэйри застывает, расширив глаза. Рука была… женской. Пальцы тонкие, под ногтями — следы трав, смолы, пыли и льда. Сердце девушки гулко забилось. Женщина? Вторая ладонь коснулась Иккинга, и вдруг — резкий вдох. Незнакомка отпрянула. Посох звякнул об лёд. — Ты… это ты? — голос. Нежный, дрожащий, почти неверящий. Женский. Иккинг растерян. Он смотрит на неё с настороженным изумлением. — Вы… вы меня знаете? И вот — маска падает. Прямо в снег, как перо. Перед ними — женщина. Красивая. Карие, насыщенные волосы волнами спадают на плечи. Лицо чёткое, с сильными скулами, высокими бровями. И глаза… зелёные, глубокие… как у Иккинга. Мэйри с трудом глотает воздух. Вся дрожь в ней превращается в неуверенность. — Нет… — выдыхает она. Женщина улыбается, едва заметно. Кожа её тронута морозом, но взгляд — живой, полный искр. — Ты вырос… — тихо говорит она. — Ты жив. А я… я была рядом всё это время. Мать не забудет своего ребёнка. Слова падают, как удар сердца. Мэйри смотрит то на неё, то на Иккинга. Он будто окаменел. — Мать? — шепчет он. — Моей матери… говорили, что её сожрал дракон. Ещё до моего первого дня рождения. — Так и думали, — отвечает она. — Потому что так было безопаснее. Она повернулась, жестом пригласила их следовать. Её голос звучит, как ветер, проносящийся сквозь ледяные скалы. — Я расскажу. Всё. Если у тебя будет желание слушать. Иккинг смотрит на Мэйри. Она молча берёт его за руку, сжимает — знак: я рядом, и мы пройдём это вместе. Он кивает. — Хорошо. Только… не молчи. Ни о чём. Женщина — ушла вглубь пещеры. Свет факелов вел их вперёд. С каждым шагом холод отступал, сменяясь странным тёплым светом и шепотом… шепотом тайн, что годами хранились под льдом. А позади, у входа в святилище, Беззубик и Нокта садясь рядом — как два стража, как два друга, как семья. И история продолжается. ---