Армия на крыльях

На вопрос Задираки, сказанный с обычной для неё наглой прямотой: — А на чём мы вообще полетим, а? Все драконы-то у Драго! — Иккинг прищурился, и в глазах его мелькнула искорка упрямой надежды: — Не все. Они вернулись в ледяную пещеру, куда когда-то привела Иккинга и Мэйри Валка. Воздух был наполнен лёгким паром дыхания сотен драконьих малышей. Маленькие, но всё равно мощные, с широкими крыльями и крепкими хвостами — почти как юные скакуны викингов, только с чешуёй, когтями и крыльями. Малыши с азартом смотрели на людей, виляя хвостами и щёлкая зубами. Их глаза горели предвкушением игры. — Садимся! — скомандовал Иккинг, и герои один за другим забрались на дракончиков, пытаясь удержать равновесие. Мэйри села на широкоспиного синего драконёнка, который тотчас же вильнул хвостом и заревел от радости, словно понял, что сейчас начнётся веселье. И веселье началось. Дракончик рванулся вперёд, едва не скинув Мэйри, закружил по пещере, при этом резко поднимался вверх, а потом зигзагом падал вниз, как будто пытался нарочно проверить, крепко ли держится всадница. Принцесса вскрикнула, волосы её разметались, а смех и ужас перемешались в голосе. Оглянувшись, она увидела, что не только она страдает: Астрид сжимала шею своего дракона так, что костяшки побелели; Забияка, едва не свалившись с хвоста, визжала от восторга; Рыбьеног выглядел так, будто готов упасть в обморок; Сморкала и Задирака, наоборот, гоготали и махали руками, будто подзадоривали своих драконят. — Это худший… и лучший… способ самоубийства! — прокричал Плевака, которого качало так, что казалось, он вот-вот вывалится. Драконёнок Мэйри, видимо, решил, что участвует в гонках: он делал крутые виражи, пикировал, разворачивался в воздухе так резко, что у Мэйри сердце подскакивало к горлу. — Спокойно, милый, спокойно… — бормотала она, пытаясь удержаться и одновременно улыбаясь сквозь крик. Астрид, наконец, прокричала, перекрывая гул крыльев и визг друзей: — А если Смутьян и этих малышей под гипноз возьмёт?! — Они же дети! — крикнул в ответ Иккинг, перекрывая рев драконят. — Дети никого не слушают! Сзади послышался громкий смех: — Мы нашли своих соулмейтов! — ржали близнецы, едва не сталкиваясь лбами, так как их драконята тоже неслись куда хотели. --- Мэйри, удержавшись на спине своего драконёнка, наконец-то подлетела ближе к Иккингу и, хватая ртом воздух, выдохнула: — Напомни… план… пока я ещё дышу! Иккинг выровнял полёт своего драконёнка и повернулся к ней, голос его был твёрдым и спокойным, хоть волосы растрёпаны ветром: — Первый план: летим на Берк. Драго успел захватить остров. Нужно отбить его и вернуть наших драконов. Мэйри вытаращила глаза: — Что? Как он успел? И тут вмешался Плевака, смеясь и хватаясь за шлем, чтобы тот не слетел: — Пока ты была в отключке, девочка, многое произошло! Она лишь выругалась себе под нос, а драконёнок под ней, словно почувствовав настроение всадницы, сделал ещё один резкий вираж. Иккинг посмотрел на неё с улыбкой: — Держись! Мы сделаем это вместе. Мэйри стиснула зубы и кивнула. Её сердце билось, волосы развевались на ледяном ветру, а впереди маячил путь домой — на родной Берк, который им теперь предстояло отвоевать. И пусть под ними были не грозные боевые драконы, а непослушные, упрямые малыши — всё равно это была их армия. Армия надежды. Их последняя надежда. --- Они подлетели к Берку — и сердце Мэйри сжалось. Их родной остров, погребён под сверкающей, холодной, чужой белизной. Великий Смутьян, величественный, но теперь ставший орудием разрушения, поднял массивную голову и выдохнул новый поток инея, покрывая ещё не застывшие крыши. В небе, точно марионетки на нитях, кружили драконы, глаза их были затуманены гипнозом. А в самом сердце всего ужаса, на спине Беззубика, сидел человек с глазами, полными неутолимой ярости и старой боли, — Драго Блудвист. Иккинг, застыв на драконе-малыше, обернулся к своим друзьям: — Отвлеките Смутьяна и помогите тем, кто ранен! Я разберусь с Драго! Слова прозвучали как приказ, и сердце Мэйри ёкнуло от тревоги. Она подлетела ближе, ветер трепал её волосы, голос слегка дрожал: — Подожди, — выдохнула она. — Возьми. В руке её сверкнул кулон Элрика, старинный и потемневший от времени. Иккинг удивлённо посмотрел на неё: — А ты? Без него… Мэйри улыбнулась сквозь страх, глаза её вспыхнули решимостью: — Я не сгорю. А тебе он может спасти жизнь… На всякий случай. Она легко коснулась его губ уголком своих и шепнула: — Возвращайся ко мне. И прежде чем сердце её успело упасть, развернула драконёнка и улетела. Снизу вспыхнуло настоящее представление. Сморкала, Эрет и Задирака решили действовать в стиле… беркской импровизации. Они катапультировали живых, пугливо мычащих овец прямо в морду Смутьяна. Белошерстные комки отскакивали, верещали, падали вниз, а Эрет с ловкостью хватал их, возвращая обратно в катапульту. — Бей! Ещё раз! — вопил Сморкала, а овцы мычали в ответ. Плевака, Астрид и Забияка носились по земле, выталкивая из-подо льда раненых викингов и драконов. Забияка при этом успевала громко восхищаться каждым спасённым: — Какой красавец! А ты видел, как он дышит?! — кричала она, хватая за руку очередного раненого. Мэйри вместе с Рыбьеногом добрались до рога оповещения. Вдвоём, хрипя и отплёвываясь, они дунули с такой силой, что звук раскатился по всему острову, чуть не оглушив их самих. Смутьян вскинул голову, и гигантские куски льда обрушились рядом с ними, разбрызгивая осколки. — Ты цел? — выкрикнула Мэйри. — Да! — ответил Рыбьеног, обняв рог. — И ты цела? Они одновременно ткнули друг друга кулаками, рассмеялись, и тут же снова посерьёзнели. В небе, как тень надежды, появился Иккинг. Он подлетел к Драго, чьи глаза горели холодной злобой. — Беззубик… — тихо, почти молитвой, произнёс Иккинг. — Это я. Ты помнишь меня. Беззубик, казалось, замер на миг. Глаза его дрогнули, и гипноз начал рассеиваться, точно рваное облако. Драго сдавленно зарычал, дёргая за поводья. Но Беззубик медленно мотнул головой, и наконец — сбросил Драго, сбивая его с себя. И тогда Иккинг и Беззубик, наконец воссоединившиеся, взмыли в воздух, облетели остров, оставляя за собой спираль свободы и огня. Смутьян качнул головой, огромные крылья взметнули снег и ледяную пыль. Когда всё, казалось, повернулось к свету, Иккинг спрыгнул с Беззубика прямо перед Драго. Глаза его полыхали решимостью: — Всё кончено, Драго! Посмотри вокруг — у тебя ничего не выйдет! Но Драго лишь ухмыльнулся, зубы сверкнули, а голос зазвучал ледяным шёпотом: — Это только начало, мальчишка. И сзади, как ночное чудовище из кошмара, поднял голову Темный Смутьян. Веки у него дрогнули, и в следующий миг из пасти вырвался поток ледяного дыхания, коварного и безжалостного. Мэйри, глядевшая на это с высоты, закричала, а сердце сжалось. Лёд, сверкающий голубыми искрами, накрыл Иккинга и Беззубика, заключив их в хрустальную тюрьму. И время, казалось, остановилось. На миг Берком воцарилась звенящая, холодная, невыносимая тишина.