I. Виват, Армия Евсана!

Выровняться в строю!

Равняйс!

Смир-р-рно!

Равнение на... Середину!

Знамённая группа, вынести флаг Евсанской нации!

      И вот я стою на заснеженном плацу, наблюдая за тем, как сержанты и офицеры знаменосцы проходят перед нашим строем. Ряженые в парадные формы, несущие блестящие шпаги, они просто не сравнивались с толпой лиц, одетых в гражданские лохмотья. Я был одним из таких граждан. Здесь, в распределительном центре мы должны были принять присягу на верность нашей страны.       Это странно, ведь как я замечал, все военные принимали присягу непосредственно в своих частях. Но это сейчас не имело сути. У трибуны стоял оркестр, который играл торжественный гимн. Взвод солдат с трубами, барабанами, флейтами, все они приводили боевую мелодию в жизнь.       Вслед за знаменем вышел и парадный расчёт. Солдаты ННА гордо шагали, крепко прижимая свои автоматы к груди.

"Выше ногу, держать строй! Счёт на полный шаг!"

"Раз, два, три! ПРЯМО!"

"Счёт!"

"Счёт! И-и-и раз!"

      Строи этих "оловянных солдатиков" в моменте обратили свои лица на трибуну, куда только что поднялась она. Фальке. Высокая реплика, которая всем своим видом и действиями демонстрирует ту силу, что содержится в её руках. Оркестр стал лишь громче играть гимн, пока флаг не донесли до конца плаца.

"На месте-е-е, СТОЙ!"

      Все застыли на своих местах, повернувшись к трибуне.

"Караул, для встречи с фронту! Оружие на кара-УЛ!"

      Солдаты, подобно отточенным роботам вскинули оружие перед собой и встали по стойке, ожидая дальнейшего хода событий.       Тут я впервые и почувствовал что-то неладное. Фальке смотрела в мою сторону, как будто я был нужен ей. В голове раздались болевые ощущения, которые усиливались с каждой секундой.

"Я чувствую, что ты можешь слышать меня."

             Заметив мои колебания, её лицо изменилось и она уже хотела отдать сигнал одной из реплик Штар, что стояла рядом с ней, но её рука остановилась. Ничего не произошло.

***

— Здравия желаю, герр Фельдфебель! — Здравствуй, боец. Давай сюда свой паспорт. Рука парня тянется в карман потрёпанных и мятых брюк, вытягивая оттуда документ и передавая его в руки солдата. — Йенс Раух, значит. Ротфронт, Халкет. Что же привело тебя на Винету с таких дальних мест? – мужчина передал документ рядом сидящей Ойле, которая принялась взглядом бегать по спискам. — Добровольческие настрои. Я сам для себя решил, что пойду защищать свою Нацию. — Ну, пусть Революционерка тебя хранит, если правду говоришь. Большинство сюда припёрлись из-за желания заработать рацион-марок, чтоб их задницы до старости лет бед не знали. Раух устремил взгляд в сторону, так как не ожидал, что старшина вот так начнёт разговор с истинных причин парня. — Нашла! 6-я Винетанская. — Повезло тебе, сынок. Отправляешься в Тихоокеанию. Будете охранять Токио-2. – солдат вернул документ Йенсу. — В кабинете напротив назовёшь реплике Штар номер своей пехотной дивизии, она тебе выдаст форму и снаряжение. — Вас понял, герр Фельдфебель. Служу Нации!       Мне выдали снаряжение, китель, штаны и сапоги. Не знаю, что было у меня в голове, но при виде этой формы, создаётся ощущение, что её сняли с мертвеца. Никаких бирок и опознавательных знаков не было, только лычки рядового и потрёпанная опознавательная повязка на левом рукаве. Тут и пришло осознание того, что начинается новый виток в моей жизни.

"Новый виток, полный боли и потерь. Новый виток, который приведёт к тому же самому. Я ведь прав, 楊?"