Акт I: Глава 6: "Как будто в SAO вернулся"

POV: Владислав Иваненко (Райдер)

      Я находился в маленькой, полутёмной комнате ожидания за восточным входом на Арену Олимп. За толстой мраморной стеной шумело море игроков. Их гул, их эмоции, их ожидание — всё это я воспринимал как фоновый шум, который без труда игнорировал.       Моё тело было неподвижно, но разум работал с частотой процессора перед перегрузкой. Я не чувствовал ни страха, ни возбуждения. Только чистая концентрация, сродни холодному, смазанному механизму. Это было моё естественное состояние перед дракой. Мой агрессивный стиль требовал не эмоций, а идеальной, циничной готовности. В этом бою не было места бессмысленному риску.       На моих тёмных доспехах Сприггана лежали два меча — «Лазурный Клинок» и «Зелёный Страж». Я не касался их, но чувствовал их вес на спине, и эта тяжесть давала мне чувство уязвимости, которую я научился использовать как преимущество. Чем больше риск, тем лучше работает мой мозг.       Пришло системное уведомление:

      [Дуэль начнётся через 2 минуты. Приготовьтесь к выходу.]

      Время.       Я встал не спеша, сбрасывая с себя остатки бездействия. Комната ожидания была спроектирована так, чтобы держать тебя в изоляции до последней секунды, но я не нуждался в такой защите. Я был готов.       Я вышел из комнаты в слабо освещенный коридор. Мои шаги по каменному полу были размеренными и тихими. Я пошел в сторону выхода на арену.       Недалеко от выхода, прислонившись к стене, стоял Саламандр. Его кожа имела красноватый оттенок, а доспехи были позолочены и ярко кричали о гордости.       Я пошёл мимо него.       — Ты правда думаешь, что сможешь победить главу нашего Клана? — бросил Саламандр, его голос был полон высокомерного презрения.       Я остановился и посмотрел на него.       — А есть сомнения? — спросил я ровным голосом, без единой эмоциональной ноты.       — Какой самоуверенный. Наш клан «Пламенный Щит» ни разу не проигрывал на дуэлях, — парировал Саламандр, скрестив руки на груди.       Я усмехнулся. Мой цинизм всегда был готов к работе.       — Странно. Мне показалось, что пару дней назад кого-то из ваших я одолел, — ответил я, вспомнив недавнюю стычку, которая была для меня не более чем разминкой.       — Простое везение, — отмахнулся Саламандр, но в его глазах мелькнуло раздражение.       — Да-да, слышал, — кивнул я.       Стандартный пафос.       — У меня есть тебе предложение, — сказал Саламандр, резко преграждая мне путь.       — Предложение? — переспросил я.       — Сдайся, как только выйдешь на арену, — сказал Саламандр.       Я опешил. Я был готов к оскорблениям, к угрозам, но не к такому бреду.       — Чего? — удивился я.       — Ты не стоишь нашего времени. Наш лидер готов сражаться только с сильными игроками. А не какими-то... Спригганами-новичками, — сказал Саламандр.       В моей голове моментально сошлись логические цепи.       — Тогда у меня вопрос, — сказал я, склонив голову, — зачем он тогда вызвал меня на дуэль? И кто ты вообще такой?       — Я его заместитель, Игнис, — сказал Саламандр, ударяя себя по груди, где была гравировка щита с пламенем. — И ты опозорил нашу гильдию своими выходками.       — Ааа. Понятно, — сказал я, пожав плечами. — Ну, бывай.       — Стой! — рявкнул Игнис, и его голос стал ниже и опаснее. — Ты, Спригган, ты действительно думаешь, что тебе достаточно просто уйти?       Я остановился, но не обернулся. Я ждал.       — Послушай меня внимательно, — прошипел Игнис, делая шаг ко мне. — Мы не просто клан, мы — сила в ALO. У нас есть влияние и контакты. Я не угрожаю тебе, но подумай о своих друзьях. О тех, кто сидит на трибуне. Ты думаешь, они смогут спокойно играть, когда наш «Пламенный Щит» решит, что им это не положено? Мы можем сделать их жизнь в ALO сущим кошмаром.       Он сделал шаг ближе, и его голос стал почти шипением:       — Мы можем сделать их жизнь в этом мире невыносимой. Полная изоляция. Никаких квестов. Никаких гильдий. Никакой торговли. Они не смогут спокойно играть, они не смогут спокойно жить. Они будут страдать от постоянных потерь и атак, пока сами не уйдут. Феникс хочет, чтобы ты склонил голову перед толпой. А я хочу, чтобы ты понял: либо ты сдаёшься, и всё заканчивается быстро, либо ты проигрываешь, и за это расплатятся все твои маленькие друзья.       Несколько секунд я стоял, переваривая информацию. Мой мозг, настроенный на анализ, мгновенно отсёк угрозы в мой адрес. Но угрозы Кирито, Асуне и Синон... да, это меняло правила. Это было грязное давление. И это работало.       — Это всё? — сказал я. Мой голос был ровным, без тени страха, но в нём прозвучала сталь.       Игнис улыбнулся, самодовольно расправив плечи.       — Да. Если ты сдашься, мы их не тронем, — сказал Игнис. Он снял перчатку с правой руки и протянул мне ладонь. — Соглашайся.       Я посмотрел на его протянутую руку. Сделка.       Я снял беспалую перчатку с левой руки.       — Я знал, что ты умный... — начал Игнис, уже готовый пожимать мою руку, предвкушая свою лёгкую победу.       Моя левая рука не пошла к его ладони. Вместо этого я сделал резкое, агрессивное движение, используя свою скорость, натренированную в SAO. Это было не боевое действие, а инстинктивный, унижающий удар.       Я ударил его в нос кулаком, защищённым только тонкой кожей. В ALO это не причинило бы боли, но удар был нацелен на чувство собственного достоинства. С хрустом, который услышал только я, Игнис шатнулся назад, хватаясь за лицо, и осел на каменный пол коридора.       — Да как ты смеешь?! — выкрикнул Игнис. Его агрессия была направлена на меня, но он был в шоке.       Я навис над ним. Мой голос был тихим, лишённым всякого пафоса, но каждое слово было чётким, словно приговор.       — Слушай сюда, Игнис. Вы можете не давать мне спокойно наслаждаться ALO. Можете делать со мной, что угодно. Мне всё равно. Но... только попробуйте их тронуть. — Я склонился ниже. — И тогда я уничтожу вашу гильдию. Поверь, я умею сжигать дотла.       Я выпрямился. Тот самый опыт, с которым я разрушил «Освободителей» в SAO, был при мне.       Я поправил перчатку на левой руке, как будто только что стряхнул с неё пыль, и снова двинулся к выходу. Я не удостоил Игниса больше взглядом. Угроза была сделана, реакция была получена. Сейчас меня интересовала только одна вещь — дуэль.       Пора заканчивать этот цирк       Я сделал шаг из коридора. Громкий, системный голос, усиленный до предела магией арены, разорвал гул толпы, объявляя о начале действа:

      «ПРИВЕТСТВУЕМ УЧАСТНИКОВ ГЛАВНОЙ ДУЭЛИ ВЕЧЕРА!»

      «С ВОСТОЧНОЙ СТОРОНЫ НОВИЧОК СПРИГГАН — РАЙДЕР!»

      Я ступил на арену. Я не смотрел на трибуны, не смотрел на врага. Я смотрел только на белизну мрамора под ногами.       С другой стороны, с западного входа, немедленно последовал ответ системы:

      «И ЕГО ПРОТИВНИК — ЧЛЕН ВЕЛИКОГО КЛАНА “ПЛАМЕННЫЙ ЩИТ”, МАСТЕР ОГНЕННОЙ МАГИИ, САЛАМАНДР — ФЕНИКС!»

      С правой стороны, облаченный в алые доспехи, сияющие золотом в свете закатного солнца, величественно выплывал Феникс. Он был высоким, статным, с огненно-красными крыльями, оставляющими лёгкий, мерцающий след. Он стоял, как воплощение стихии и власти, его длинный посох, увенчанный пылающим кристаллом, был опущен, но весь его вид кричал о превосходстве.       Феникс немедленно использовал толпу и дистанцию как оружие. Его театральный голос, усиленный магией, громогласно разнёсся над мраморными трибунами.       — Смотрите, Саламандры! — прокричал он, поднимая посох, и его голос был полон высокомерного презрения. — Этот Спригган — грязный червь, который посмел посягнуть на нашу гордость! Он новичок, который считает, что стальной клинок может сравниться с силой Пламени! Ты пришёл сюда, чтобы умереть, и я гарантирую, что твоя жалкая смерть будет медленной! Ты — ошибка этой игры, Райдер!       Я замедлил шаг. Я пропускал его слова сквозь себя, как помехи. Чем больше пафоса, тем больше ошибок. Игнис пытался запугать меня вне арены, а Феникс пытался запугать меня на арене.       Я приблизился к центру арены. Огонь Феникса и его пламенные слова обрушились на меня, но я, казалось, пропускал их сквозь себя. Осталось только одно: действовать.       Я остановился.       Глубокий, медленный выдох. Мой мозг работал: агрессия требует ответа, который разрушит его самообладание.       Я поднял левую руку, которую только что поправлял. Я поднял ее, медленно согнул четыре пальца, оставив средний палец вертикально. Я направил этот жест в сторону алого, сияющего Феникса.       По Арене пронёсся вздох, который был скорее смешком, чем удивлением.       — Видал? Клал я на твои слова, — сказал я, и мой голос, хотя и не усиленный магией, прозвучал громче, чем можно было ожидать, словно сухой щелчок затвора.       Феникс зарычал, как раненый зверь. Моё циничное пренебрежение сработало, как идеально точный выстрел в центр его пафоса.       — Да как... да как ты смеешь! — крикнул Феникс, и вокруг него завихрилось алое пламя, невольно усиливая его эмоции. Магия, которую он собирался использовать как оружие, теперь управляла им. Он потерял контроль, и я это видел.       — Как? Как, молча — сказал я, и мой тон был спокойным, будничным.       Я отвёл взгляд от Феникса — что было для него дополнительным оскорблением — и, чтобы окончательно закрепить его ярость, медленно почесал голову. Я демонстрировал ему, что он мне невероятно скучен.       — И, похоже, я забыл дома огнетушитель, — сказал я, возвращая взгляд к нему. — Надо же как-то потушить твою пламенную гордость.       Мой голос был полон ленивого сарказма. Я не собирался тратить на него настоящую агрессию. Пока что хватало цинизма.       На трибунах повисла тишина, а затем она взорвалась. То, что началось как презрительный смешок, превратилось в гул, а затем — в смешанный рёв толпы, которая поняла, что получила настоящее шоу. Я их не слышал, но чувствовал: они были на моей стороне.       Феникс не мог этого вынести. Его лицо исказилось. Он перестал пытаться говорить. Он поднял свой посох, кристалл на его вершине вспыхнул ослепительным пламенем.       Начинается.       Я немедленно перешёл от цинизма к агрессии.       Я наклонился вперёд, и моя правая рука метнулась за спину, словно молния, обхватывая рукоять «Зелёного Стража». Левая рука, мгновение спустя, повторила движение, вырывая «Лазурный Клинок».       Резкий, металлический лязг прорезал шум. Я выхватил оба меча одновременно.       Не теряя ни секунды, я перехватил оба клинка обратным хватом. Рукояти мгновенно стали продолжением моих предплечий, лезвия смотрели вверх, острые, как моя решимость. Это была моя смертоносная, агрессивная стойка.       Я принял её не как защиту, а как готовность к быстрому рывку.       Над ареной раздался громкий, системный голос, начавший отсчёт, знаменуя последние секунды перед началом дуэли.

10...

      Феникс закричал, его глаза горели от ярости, нацеленной прямо на меня. Он начал кастовать.

9...

             Я медленно присел, мой центр тяжести опустился. Я был готов превратить свою скорость в оружие.

8...

      Мне было наплевать на его магию. Мне была нужна его ошибка.

7...

      Он ускорил каст, потому что я его разозлил. И это идеальный сценарий.

6...

      Я не думал о пафосе или угрозах. Я думал только о лезвиях и мишени.

5...

      Я не моргал, наблюдая, как энергия сгущается в центре его посоха.

4...

      Я сделал микроскопический, почти незаметный шаг вперёд, набирая стартовое напряжение в мышцах.

3...

      Феникс закончил каст и выпустил первый, огромный, сгущающийся огненный шар.

2...

      Я поджал ноги, готовясь к прыжку.

1...

FIGHT!

      Огненный шар был уже в метре. Мой мозг работал с холодной, циничной точностью.       Я резко отпрыгнул влево. Это был не просто прыжок; это был мгновенный взрыв тела, движение вбок, которое я отточил ещё в SAO, чтобы увернуться от атак боссов.       На том месте, где я стоял секунду назад, с шипящим звуком вспыхнуло пламя. Земля покрылась алой коркой, мгновенно выжигая мрамор.       Я приземлялся, выполнив перекат, чтобы сохранить весь импульс. Это позволило мне не потерять равновесие, а мгновенно перейти в движение. Я был уже не просто на ногах, а на пути к врагу.       Пока Феникс приходил в себя от ярости и видел, как его первый удар ушёл в молоко, я резко встал.       В ту же секунду я активировал крылья Сприггана.       Мои тёмные крылья вспыхнули черным светом, а затем я ворвался в воздух, целясь в Феникса. Это был не полёт и не маневр. Я летел по прямой, как брошенное копьё, чтобы максимально быстро сократить расстояние, пока он не выпустил второе, более умное заклинание.       Я был всего в метре от него, готовый нанести удар «Лазурным Клинком» с левой руки, но Феникс резко взмыл вверх, используя свои огромные алые крылья.       Мой удар прошёл мимо, рассекая только воздух.       Умный. Он использует высоту, — мгновенно оценил я. Феникс понял, что ближний бой для него — смерть.       — Ты не сможешь меня достать! — крикнул Феникс сверху, и его голос вернул себе часть пафоса.       Он активировал заклинание, и вокруг него сформировался рой самонаводящихся огненных снарядов.       Снаряды начали двигаться. По одному, как выстрелом из винтовки, они устремились ко мне.       Я не стал разворачиваться. Я рванул вперёд к ближайшей стене арены, уворачиваясь от снарядов. Я использовал свою скорость и нестабильность полёта, чтобы сбить их прицел, делая короткие, резкие рывки в стороны.       Снаряды преследовали меня. Я несся прямо к стене, на долю секунды выжидая. Когда огненные шары были всего в метре, я резко взлетел вверх по вертикали.       Снаряды врезались в стену, оставляя за собой чёрные, шипящие кратеры. Те снаряды, которые летели в зрителей, отражались невидимой стеной, предназначенной для защиты трибун.       Некоторые снаряды продолжали преследовать меня, пытаясь обойти препятствие.       Я убрал крылья. Мой полёт тут же оборвался, но моё тело уже коснулось вертикальной стены. В этот момент я активировал навык Сприггана, который позволял совершить короткий рывок вдоль поверхности.       Смешно. Я сначала думал, что этот навык бесполезен. Забираю слова назад, — пронеслось в голове, чувствуя, как сила тяги на мгновение приклеивает меня к мрамору.       Снаряд нёсся прямо в мою спину. Я использовал силу толчка от бега по стене и оттолкнулся от неё, выполнив резкое сальто в воздухе. Это был чистый сброс инерции и изменение траектории, нелогичное для мага, но идеальное для мечника.       На том месте, где я должен был быть, взорвался огненный снаряд.       Оторвавшись от стены, я немедленно активировал крылья и снова устремился на Феникса, который, наконец, понял, что его самонаводящиеся ракеты не работают против моей непредсказуемой скорости.

***

      Взгляд со стороны: Трибуна

      — Он использовал стены! — выдохнула Лизбет, её глаза были прикованы к арене. Она была на грани восторга и ужаса.       Кирито лишь покачал головой, в его черных глазах читалось восхищение.       — Он не просто использовал их, — сказал он. — Он превратил стену в трамплин для атаки. Это чистая агрессия: он не ищет защиты, он ищет траекторию, чтобы сократить расстояние.       Асуна сжала руку Кирито.       — Он двигается... как будто это SAO, — прошептала она. — Никаких лишних маневров. Только абсолютная необходимость.       Синон не говорила. Её губы были сжаты в тонкую линию. Её глаза, настроенные, как снайперский прицел, следили за каждым резким микродвижением Райдера.       Сальто... нелогичный сброс... переход от бега к полёту. Идеально.       — Он использовал навык Сприггана, чтобы сбить прицел, — тихо сказала она. — Он не тратит энергию на маневрирование. Вся его энергия идёт на скорость и рывок. Феникс не может оторваться.       Лифа была потрясена.       — Но он дважды чуть не попал под взрыв! Это было самоубийственно!       — Он был уверен, что не попадёт, — отрезала Синон. — Он не рискует, он просчитывает. Его стиль — это не сумасшествие, это чистая математика.       

***

POV: Владислав Иваненко (Райдер)

      Я снова рванул на Феникса.       Он, наконец, понял, что его самонаводящиеся ракеты не работают против моей непредсказуемой скорости, поэтому он решил повторить трюк, но с защитой.       Феникс активировал новое заклинание: вокруг него появилось три снаряда, и, как предыдущие, они полетели на меня, но уже с меньшей, более контролируемой скоростью.       Он хотел замедлить меня, чтобы выиграть время для более мощного каста.       Нет времени.       Я увернулся от них, сделав короткий, силовой рывок вниз и вправо, не теряя основной траектории. Снаряды прошли в сантиметрах от моего плеча. Моё тело было напряжено, как тетива, готовая лопнуть.       Я снова оказался в метре от него и был готов нанести удар. «Лазурный Клинок», зажатый в левой руке обратным хватом, должен был распороть его бок, пока правый, «Зелёный Страж», прикрывал бы меня.       Но Феникс совершил резкий уклон вправо, используя инерцию своих крыльев с удивительной для мага скоростью.       Чёрт.       Импульс от моей скорости не позволял мне резко затормозить. Я пролетал мимо. Моя цель ускользала, и я знал, что потеряю ещё несколько секунд на разворот, что даст Фениксу время для заклинания, от которого я уже не увернусь.       У меня оставалась только одна возможность: сократить дистанцию до его магии.       Не раздумывая ни секунды, я отпустил рукоять «Зелёного Стража». Я использовал остаточный импульс руки и плеча, чтобы метнуть меч в Феникса. Это был не меч, а метательный снаряд.       Меч, летящий с невероятной скоростью, попал точно в его цель: главный кристалл на посохе.       В этот момент, который казался вечностью, я увидел в глазах Феникса не ярость, а чистое, животное удивление. Он не ожидал, что меч будет использован как копьё.       Кристалл взорвался, выбросив большой сгусток маны и ослепительный, белый свет, который на мгновение оглушил и поглотил и меня, и его.       Это был чистый хаос, именно то, что мне было нужно: Феникс лишился главного инструмента магии, а я использовал взрыв как дымовую завесу.       Как только свет рассеялся, я огляделся. Мой меч, «Зелёный Страж», который я бросил, воткнулся в землю неподалёку, рукоятью вверх, и выглядел на удивление неповреждённым.       Феникс находился всего в паре метров, висел в воздухе. Он был в шоке от такого маневра, как бросок меча. Он смотрел то на разбитый посох, который держал в руках, то на меня.       Шок — это пауза.       Я не мог тратить время на то, чтобы забрать «Зелёного Стража».       Не тратя ни секунды, я рванул на него. Единственный оставшийся у меня меч, «Лазурный Клинок», был зажат в левой руке обратным хватом.       Я занёс свой меч для удара, целясь в его незащищенное плечо, чтобы немедленно вывести его из равновесия. Это был быстрый, агрессивный удар сверху.       И тут Феникс сделал нечто совершенно неожиданное. Он не испугался, не пытался увернуться.       Он улыбнулся.       Это была не пафосная, а циничная, хищная улыбка, которая мгновенно стёрла все следы прежней ярости и глупости.       Он заблокировал мой удар своим посохом, который, несмотря на потерю кристалла, оставался цел. Удар «Лазурного Клинка» пришёлся по дереву, издав громкий, хлёсткий звук.       — Просчёт, — прошипел я. Мой цинизм рухнул: я просчитался в его уровне.       — Ты думаешь, я только файерболами умею сражаться? — сказал Феникс. Его голос был спокоен. Он вернул себе контроль.       И тут его посох быстро издал небольшой свет и трансформировался в оружие ближнего боя. Длинное, с тонким, блестящим, огненно-красным наконечником, оно мгновенно выросло в его руках, превратив его из мага в рыцаря-копейщика. Он использовал свою скорость, чтобы резко оттолкнуть мой клинок, выставив копьё вперёд и восстановив дистанцию.       Тактика сменилась. Это уже не был маг, которым управляет пафос. Это был воин, который умеет адаптироваться.       

***

POV: Асада Шино (Синон)

      — Он... он бросил меч! — выдохнула Лизбет, закрыв глаза рукой от яркой вспышки. — Это же нечестно! Это же... безумие!       — Это необходимо, — холодно поправила я, не сводя глаз с места взрыва. — Он не мог остановиться, а дать Фениксу время было равносильно смерти. Меч стал копьем, чтобы аннулировать его магию.       Свет рассеялся. Райдер был в порядке, его фигура была чёткой и агрессивной. Он рванул вперёд, чтобы завершить начатое. Но тут его удар заблокировал... посох.       — Что? — выдохнула Асуна, её глаза расширились.       Кирито наклонился вперёд, его чёрные глаза сузились.       — Он не просто маг, — прошептал он. — Он боевой маг. Он ожидал блокировать удар. Влад думал, что лишил его оружия, но посох...       И тут же все увидели, как посох вспыхнул и трансформировался.       — Копьё! — воскликнул Кляйн, его лицо исказилось от тревоги. — Он не дал Владу сократить дистанцию! Теперь у него есть и дальность, и сила!       Лизбет сжала кулаки.       — Проклятье! Влад остался с одним клинком! Агрессивная стойка с одним мечом не так эффективна! — пробормотала она.       Я почувствовала, как весь мой расчёт рушится. Феникс не был тупым пафосным магом. Он был опасен, и, что хуже, он учился на ходу. Он не был шокирован; он использовал дезориентацию, вызванную взрывом, чтобы сбросить ярость и принять новую тактику.       Феникс использовал ману взрыва и дистанцию копья для мгновенной перезагрузки тактики.       «Лазурный Клинок» против копья. Это не просто дуэль. Это битва, где агрессивный стиль Райдера теперь вынужден сражаться с превосходством в радиусе и защите.       — Влад... — тихо сказала я. Мой взгляд был прикован к арене. Мой якорь был в опасности. — Теперь это будет настоящий бой.

***

POV: Владислав Иваненко (Райдер)

      Он превратил посох в копьё. Мой просчёт был мгновенно наказан: я лишился одного клинка и оказался на неудобной дистанции. Мой агрессивный стиль требует близости, но теперь между нами был метр острой стали.       Феникс не стал ждать. Он улыбался, и эта улыбка была рабочей, а не пафосной. Он атаковал.       Феникс резко сократил расстояние, используя рывок копьём. Это была прямая атака, нацеленная мне в плечо. Он хотел пробить защиту и вынудить меня отступить, чтобы снова набрать высоту.       Мне оставалось только отбиваться.       Я моментально сменил стойку. Держа «Лазурный Клинок» обратным хватом, я не стал пытаться парировать всей силой, поскольку копьё имело преимущество в длине и импульсе. Вместо этого я использовал лезвие как отводящий инструмент, направляя удар в сторону.       Я заблокировал удар.       Металл взвыл. Копьё прошло мимо плеча, но удар был слишком сильным. Я почувствовал, как оно слегка царапнуло моё плечо. Система мгновенно воспроизвела лёгкий, но неприятный урон.       Маг-копейщик. Гибрид, — пронеслось в моей голове с холодной злостью.       Я не мог отступать. Отступление означало бы возвращение Феникса в воздух и огненный шквал. Единственный путь — вперёд.       Я должен был заставить его играть по моим правилам: близко и быстро.       Я мелькнул на него.       Это был не просто рывок, а взрывной импульс в воздухе. Феникс пытался использовать копьё как стену, чтобы держать меня на расстоянии, но я намеренно игнорировал эту дистанцию.       Мой единственный шанс — не дать ему времени на проведение прицельных атак. Я знал, что копьё эффективно, когда его держат на вытянутой руке, но становится обузой в ближнем бою.       Я не давал ему времени на замах или прицеливание. Я кружил вокруг острия копья, как рой тёмных насекомых вокруг факела. Я делал резкие, нелогичные микрорывки вверх, вниз и вбок, используя всю манёвренность Сприггана, которую он, как Саламандр, не мог повторить.       Его копьё было слишком длинным. Каждый раз, когда он пытался ткнуть меня, я был уже слишком близко, и копьё уходило мимо или требовало неудобного, длинного разворота. Я заставлял его тратить драгоценные доли секунды, которые он мог бы использовать для магии.       Но Феникс понял свою ошибку. Он не отступил, а адаптировался.       Феникс сдвинул руки, взяв копьё двуручным хватом.       Этот жест мгновенно изменил расклад. Две руки дали ему не только контроль, но и устойчивость. Теперь копьё было не просто оружием, а маневренной стеной, которую он мог точно и быстро перемещать, чтобы нейтрализовать мою скорость.       Я атаковал. Я подлетел на расстояние меча и обрушил на него шквал ударов с такой скоростью, на которую я был способен. «Лазурный Клинок», зажатый в моём обратном хвате, был чистой, агрессивной силой, пытавшейся пробить его защиту.       Копье превратилось в размытое пятно огненно-красного дерева и стали.       Я бил по его рукам, по древку, по наконечнику. Я пытался найти просвет, чтобы добраться до его тела. Я бил горизонтально и вертикально, используя всю непредсказуемость своего стиля.       Но Феникс продолжал отражать атаки. Он не пытался контратаковать, он просто держал линию, используя длину и двуручный хват, чтобы направлять и отводить мои удары, но не принимать их.       Моя агрессия наткнулась на железную стену. Он не тратил ману, он не паниковал. Он просто ждал, пока я устану или совершу ошибку.       

***

POV: Асада Шино (Синон)

      Тишина на трибунах была осязаемой. Она была такой же резкой, как и тот металлический звук, когда посох Феникса превратился в копьё. Моё внимание было приковано к центру арены.       Я видела, как Влад обрушил свой шквал ударов. Это была чистая, агрессивная ярость, его единственный способ пробить оборону, пока Феникс не улетел. Но я видела, как Феникс взял копьё двумя руками.       Просчёт.       Моя мысль была холодной. Феникс, больше не поддаваясь пафосу, превратился в стратега. Две руки давали ему абсолютный контроль. Копьё стало не просто оружием, а непроницаемой преградой. Влад бил, но его «Лазурный Клинок» был слишком лёгким и одиноким.       — Он не может его пробить! — услышала я сбоку отчаянный шепот Лизбет. — Его защита слишком плотная! Влад не может использовать свою скорость, если не доберётся до тела!       — Он держит оборону, — тихо сказал Кирито. — Феникс просто ждет, пока Влад истощится в атаке. Это дуэль на выносливость.       Я кивнула, не отрываясь от арены. Они правы, но это неполный анализ. Феникс не просто ждёт. Он знает: Райдер не может отступить, чтобы подобрать брошенный «Зелёный Страж». Его агрессия — его тюрьма. Если он сделает шаг назад, Феникс резко нанесёт урон и мгновенно использует свою манёвренность Саламандра, чтобы улететь и начать бомбардировку магией.       — Он не отступит, — заявила я, мой голос был ровным. — Его агрессия не позволят ему отдать инициативу. Он будет бить, пока не найдет трещину.       Я следила за Фениксом. Его спокойствие теперь было не надменностью, а циничной выдержкой. Он заставляет его тратить силу и ждать ошибки.       — Теперь он знает, что в ближнем бою с одним клинком Райдер — уязвим, — пробормотала я скорее для себя, чем для кого-то ещё. Он загнал Влада в ловушку, созданную его же стилем.       Кляйн ударил кулаком по перилам.       — Надо что-то делать! Он сейчас на него насядет!       — Никто не может вмешаться, — отрезала я. — Это дуэль. Влад сам загнал себя в эту ловушку. Теперь только его математика должна найти выход.       

***

POV: Владислав Иваненко (Райдер)

             Я продолжал атаковать. Мой единственный клинок, «Лазурный Клинок», был зажат в обратном хвате и работал на предельной скорости. Но Феникс продолжал блокировать мои удары. Он не отступал, не паниковал, он просто держал своё копьё как неприступную стальную стену.       Я нанёс удар сверху. Это была не самая умная атака — слишком предсказуемо — но она была самой силовой. Я вложил в неё весь свой вес и импульс полёта. Феникс заблокировал его. Остриё копья направилось вертикально, и мой клинок ударил по древку.       Я продолжал давить на его копьё своим мечом, пытаясь сдвинуть его с места. Наши крылья бились рядом, создавая в воздухе турбулентность. Мы были зафиксированы в этой точке, как два борца, схватившиеся мёртвой хваткой.       И тут Феникс заговорил. Он говорил спокойно, почти скучающе, не тратя силы на крик.       — Значит, ты не принял наше предложение, — сказал Феникс, слегка улыбаясь. Он не давил на своё копьё, он просто держал его, заставляя меня тратить силы.       — Вы ублюдки. Не можете победить, решили угрожать? — прорычал я, и моя холодная агрессия впервые за этот бой пробилась наружу в виде эмоции.       — Я тебе давал шанс. Теперь они будут страдать, — сказал Феникс. В его глазах не было ни ярости, ни сожаления, только холодный расчёт.       В следующую секунду он оттолкнул меня. Он не просто убрал копьё, а совершил резкий, взрывной толчок обеими руками. Это был не атакующий, а идеально рассчитанный позиционный удар.       Он выполнил сильный удар, целясь мне в грудь. Я заблокировал удар, поставив клинок поперёк древку, но он был слишком сильным, усиленным, вероятно, скрытой магией земли или ветра. От удара я потерял контроль над полётом и равновесием.       Моё тело, неуправляемо вращаясь в воздухе, полетел в сторону трибун.

***

POV: Асада Шино (Синон)

      Влад продолжал атаковать. Его единственный клинок, «Лазурный Клинок», работал на предельной скорости, но Феникс держал оборону. Копьё, зажатое в двух руках, было неподвижным опорным пунктом.       Мой взгляд, натренированный в GGO, отслеживал каждый сбой. Влад тратил энергию рывками. Феникс тратил её, только чтобы сохранять позицию. Это была игра на истощение, и Влад, из-за своей агрессивной необходимости сокращать дистанцию, проигрывал.       Он нанёс удар сверху. Это было нефункционально, но я поняла, что это его последний, силовой тест. Он вложил в него весь импульс. Копьё Феникса приняло удар вертикально, и они замерли, Лазурный Клинок давил на древко.       — Он сейчас его продавит! — с надеждой выдохнула Лизбет рядом со мной.       — Нет, — отрезала я. — Он просто проверяет.       Я видела, как губы Феникса шевельнулись. Мы не слышали звук — шум трибун был слишком велик, а их позиции были слишком далеки от нас, — но я видела его улыбку. Это была та же циничная улыбка, которую я видела на лице Влада. Он получил то, что хотел.       В следующую секунду Феникс совершил толчок.       Это было мгновенное, взрывное движение, не атака, а выброс силы. Влад заблокировал его «Лазурным Клинком», но удар был слишком сильным.       Его крылья потеряли синхронность. Тело Влада вырвало из мёртвой хватки, словно выброшенный камень. Он не упал, он полетел — с огромной, неконтролируемой скоростью, прямо в нашу сторону.       — ВЛАД! — крикнул Кирито, уже инстинктивно вскакивая со своего места.       Мой мозг отключил эмоции, оставив только функцию. Я видела траекторию, видела скорость. Он ударится о защитное поле трибун, и это могло стоить ему победы или, что хуже, нанести серьёзный урон.       В этот момент, когда его неуправляемое тело мчалось к нам, я увидела на его лице выражение. Не страх, не боль. Только холодную злость и горькое осознание проигранного расчёта.       Когда он был готов удариться об барьер, разделяющий нас... его агрессия снова сработала.       Влад не ударился. Он приземлился на ноги на барьер.       Это было невозможное, нефункциональное движение в любой другой игре, кроме ALO.       Он превратил барьер в точку опоры, как спортсмен, игнорирующий гравитацию.       Правая рука Райдера уперлась в поверхность, фиксируя его положение. Правая нога была согнута, обеспечивая основной контакт. А левая нога была резко вытянута перпендикулярно телу, как будто он только что оттолкнулся от земли, чтобы сменить траекторию. Он превратил неконтролируемый полёт в контролируемую стойку.       Он оттолкнулся от барьера и завис возле него.       — Ого! — выдохнула Лифа.       — Он использовал импульс удара Феникса, чтобы зафиксироваться на барьере, — прошептал Кирито. — Это не защита, это позиционирование.       Феникс не давал ни секунды на передышку. Несмотря на потерю посоха, он оставался магом. Его рука, освобождённая от копья, резко метнулась вперёд.       Он скастовал шесть огненных стрел. Это была не примитивная магия, а точечная, быстрая атака. Снаряды были небольшими и концентрированными, и они полетели на Влада по отдельности.       Они летели не хаотичным роем, а последовательно, как прицельный выстрел из моей Гекаты. Феникс бил, как снайпер, целясь в разные точки, чтобы вынудить его сдвинуться с позиции.       Я мысленно кричала Владу: Уворачивайся! Уклонение единственный способом избежать магического урона.       Но вместо этого он был готов отбивать удары.       Влад не сдвинулся с места. Он использовал «Лазурный Клинок», зажатый в обратном хвате, для серии молниеносных, точных парирований.       Он не просто отбивал магию. Он встречал каждый снаряд лезвием, точно просчитывая точку столкновения. В воздухе раздался шестикратный хлопок, когда магическая энергия гасла, отражаясь от клинка. Он отбил стрелы как пули, которые летели в него. Его опыт в GGO сделал клинок «Лазурный Клинок» его личным фотонным мечом.       — Он отразил магию! — Асуна закрыла рот рукой, не веря своим глазам.       — Он использует «Лазурный Клинок» как Фотонный Меч... — пробормотал Кирито, его глаза были как две точки. — Навык GGO, перенесённый в ALO! Клинок должен был просто сгореть!       — Это не отражение, а гашение ударом, — поправила я, сама шокированная функциональностью этого приема. — Он использует скорость и остроту, чтобы рассечь ману на энергетическом уровне.       Я почувствовала облегчение, когда увидела, что его полоса HP не уменьшилась, но резко это переросло в тревогу.       Я чувствовала, что что-то идёт не так. Тот короткий разговор между Владом и Фениксом, который я не слышала, не давал мне покоя. Феникс не выглядел ни победителем, ни проигравшим. Он выглядел удовлетворенным.       Я знала: он получил то, что хотел, и это не было победой в дуэли.       Я чувствовала, что Феникс нанёс удар в ту единственную точку, которую ни один клинок, ни одна агрессия не могла защитить: психологическую. Он поставил под угрозу что-то за пределами ALO.       Я посмотрела на Влада. Он стоял, прижавшись к невидимому барьеру, его карие глаза горели холодной, но теперь неуправляемой злостью. В этом взгляде больше не было расчёта.       — Что он тебе сказал? — произнесла я тихо. Мой вопрос был не к нему, а в пустоту, но я чувствовала, что Кирито и Асуна тоже его слышали.       И в этот момент Влад сорвался.       Он рванул на него. Это был чисто эмоциональный рывок. Никаких уклонений, никаких финтов. Только чистая, взрывная, отчаянная агрессия, которая шла вразрез со всей его функциональной логикой.       Он потерял контроль.       Чёрт, что сказал ему этот ублюдок?!       Когда Влад подлетал к Фениксу, тот, сохраняя идеальное спокойствие и дистанцию, достал с подсумка на поясе фиолетовый камень.       Моя тревога стала физической. Я чувствовала, как сжалась моя грудная клетка.       — Это же... — начала Лифа рядом со мной, её голос сорвался на шёпот.       Я резко повернулась к Лифе, моё сердце бешено стучало.       — Что это за камень?! — сказала я, мой голос звучал резко и требовательно.       — Этот камень... он называется «Гибель Сприггана». Он... — Лифа замерла, осознав, что произошло.       В этот момент камень засиял фиолетовым цветом. Непонятные символы, похожие на липкие, вязкие нити, мгновенно сковали Влада.       И в тот момент крылья Влада перестали работать.       Магия «Гибели Сприггана» — артефакт, разрешенный на арене — мгновенно выключила его расовый навык полёта.       Он был на пике скорости, и без поддержки его тело резко полетело по дуге к земле.       — ВЛАД! — этот крик вырвался одновременно из лёгких Кирито и Асуны.       Кирито сделал шаг вперёд, его глаза горели яростью. Он был готов броситься на арену, игнорируя правила дуэли, чтобы спасти своего друга.       Асуна схватила его за руку, её лицо было бледным.       — Нельзя! Защитное поле! — прошептала она, но её взгляд был прикован к падающей фигуре.       Лизбет, которая знала механику игры лучше, чем кто-либо, была в ужасе.       — Он отключил крылья! Это артефакт! Это ловушка!       Я почувствовала, как моё тело заледенело. Это был чистый удар по его единственному преимуществу. Феникс ждал, пока его агрессия заставит его снова взлететь. И он получил, что хотел.       Я видела, как Влад падает. Он был всего в паре метров от удара. Я знала, что у него нет времени на сальто или перекат.       — Гаси импульс! — вырвалось у меня.       Влад смог погасить удар, выставив ноги и «Лазурный Клинок» в последний момент для сопротивления воздуху, но приземление было тяжелым. Он перекатился несколько раз по земле, поднимая облако пыли и песка, прежде чем его тело, наконец, замерло на твёрдом мраморе.       Он был недвижимым. Феникс завис над ним, держа копьё наготове.       Моя рука непроизвольно потянулась к воображаемой рукояти винтовки. Я чувствовала, что это не конец, а лишь начало его плана. Он хотел, чтобы Влад был унижен, сломлен, и чтобы мы это видели.       Вдруг Влад пошевелился.       Он медленно встал, опираясь на «Лазурный Клинок», который он воткнул в землю. Мой взгляд метнулся к его полосе здоровья: она опустилась до жёлтой зоны. Он получил значительный урон от падения.       — Вставай, Райдер, — раздался громкий, спокойный голос Феникса с высоты. — На земле ты всего лишь Спригган без крыльев.       Феникс начал кастовать новые снаряды. Он собирался методично добить его издалека.       И тут Влад сделал то, что не должен был делать мечник.       Он воткнул свой меч в землю. «Лазурный Клинок», его единственная защита, остался торчать в мраморе арены. Он полностью отказался от ближнего боя.       — Что он делает?! — в ужасе воскликнула Асуна. — Он беззащитен! Кирито не говорил, но его лицо напряглось.       Я поняла. Если он не может сражаться мечом, он будет сражаться как может. Он достал из своего подсумка четыре метательных ножа, которые Лизбет дала ему перед дуэлью.       «Ножи Тьмы». Они были для диверсии, а не для убийства, — пронеслось в моей голове.       Влад метнул их в Феникса.       Это был невероятный бросок. Ножи полетели не по прямой, а на упреждение — он просчитал, куда Феникс должен был увернуться, основываясь на его воздушной манёвренности. Это был расчёт GGO.       Феникс увернулся от трёх ножей, совершив изящный, высокомерный пируэт в воздухе.       Но он не учёл четвёртый.       Четвёртый нож попал ему в крыло.       Не в тело, а именно в крыло. Раздался резкий, шипящий звук. Крыло Феникса мгновенно начало таять, словно бумага в огне. Его полёт был аннулирован.       — Да! — Кляйн вскочил, ударив ладонью по перилам. — Вот так!       Феникс потерял равновесие. Его крик ярости заглушился шумом трибун.       — У него отказали крылья! — выдохнула Лифа.       — Идеально, — прошептала я, ощущая волну облегчения. — Он лишил его преимущества в полёте. Теперь они равны. Он заставил его играть на земле.       Я смотрела на Феникса, который, крутясь, начал падать на землю. А затем на Влада, который, едва стоя на ногах, молча ждал его падения, готовый к бою на равных условиях.

***

POV: Владислав Иваненко (Райдер)

      Я не смотрел, как летит нож, я смотрел, как он попадает.       Феникс не ожидал, что метательный нож будет использован с такой снайперской точностью и упреждением.       Я услышал резкий, рвущий звук, и его крик ярости, полный уже не пафоса, а боли от проваленной тактики.       Феникс упал на землю. Его массивное тело тяжело приземлилось на мрамор, прокатившись по нему, как и я несколько мгновений назад. Красные доспехи поцарапались, оставляя за собой борозду на камне. Его крыло, пробитое моим «Ножом Тьмы», было разорвано и светилось системным значком [Damage: Flight Disabled].       Я стоял над своим мечом. Моё тело было разбито, полоса HP горела жёлтым — последствия удара Феникса и падения. Но в ALO боль не чувствуется, только холодная усталость, которую я игнорировал.       Наконец-то, на земле.       Феникс, несмотря на падение, был опытным бойцом. Он не стал терять копьё. Он сгруппировался, опираясь на оружие, и, используя его как костыль, встал.       — Ты... мерзкий... червь! — выдохнул он. Он был взбешён, но его циничная улыбка исчезла. Теперь им управляла чистая ярость.       Я достал свой меч, «Лазурный Клинок», из земли.       А меч, который я бросил в посох, «Зелёный Страж», так и торчал в земле, разделяя меня и Феникса.       Перед глазами висело уведомление о том, что я получил дебаф:

      [Крылья заблокированы на три минуты].

      Я сделал шаг в его сторону.       — Что ты там вякнул.... Будут страдать.... Не в этот раз, — сказал я. Мой голос был низким и ровным, без единой эмоции. Я не угрожал. Я ставил факт.       Я побежал на Феникса.       Вся моя скорость, которая была скована необходимостью экономить энергию в воздухе и уворачиваться от магии, вырвалась наружу. Я бежал к нему прямо, зная, что на земле его копьё будет медленнее, чем мой меч и мои ноги. Это была моя территория.       Пробежав половину пути, я сделал короткий, силовой наклон и выхватил «Зелёный Страж». Теперь я был снова двуручным мечником, вооружённым для разрушения его защиты.       Мой рывок был направлен не на избегание, а на уничтожение.       Подбегая к Фениксу, я увидел, как он спешно начал доставать что-то из своего подсумка. Его движения были лихорадочными, лишёнными прежней циничной уверенности.       Еще один артефакт, — с холодной усталостью подумал я. Он не умел сражаться честно. Он полагался на систему.       Я почти добежал до него.       Феникс достал камень, но в этот раз синего цвета, и он мгновенно засветился.       Осталось всего пару метров. Я уже был готов нанести удар. Моя цель — его голова, прежде чем он успеет использовать этот новый трюк.       Перед ним на земле появилось синее свечение, похожее на мгновенный круг телепортации, и в этот момент из него мгновенно появился НПС в красной броне. Это был тяжеловооружённый, массивный воин с топором.       Мой удар, который был предназначен для Феникса, ударил по щиту возникшего из синего свечения НПС.       Раздался оглушительный, звенящий металлический звон, который заглушил шум трибун. НПС не сдвинулся ни на дюйм. Его щит поглотил весь удар.       — Какого?! — воскликнул я. Это было не выражение страха, а выражение чистого разочарования от провала идеальной атаки. Он использовал артефакт призыва для блокировки!       НПС не ждал приказов. Он сделал мощный, рубящий удар топором.       Я заблокировал удар «Лазурным Клинком», подставив его под основную силу удара, а «Зелёным Стражем» прикрывая тело. Но удар был слишком тяжелым. Я почувствовал, как сила проходит сквозь мои руки, и, несмотря на всю свою стойкость, я отшатнулся на несколько метров, скользя ногами по мраморному полу.       Я восстановил равновесие. НПС-воин с топором стоял наготове, его щит закрывал Феникса.       — Не ожидал, — сказал Феникс, его голос звучал из-за спины призыва. В нём появилась доля прежнего, циничного высокомерия. — Ты слишком быстро подобрал второй меч.       — Падла, — прорычал я. Моя злость была холодной и сосредоточенной. Я не мог позволить себе панику.       Он снова поднял камень. Тот самый синий камень, который вызвал первого НПС. Он засветился синим цветом, но на этот раз свечение было более интенсивным, мощным.       И тут я понял, насколько всё плохо. На мраморном полу, вокруг первого НПС, появились ещё шесть кругов призыва.       Рядом появились ещё шесть НПС.       Моя агрессия замерла, уступая место чистому, функциональному расчёту.       Один НПС был в легкой броне, с двумя кинжалами. Другой — с копьем. Двое были тяжелые пехотинцы с мечом, а последние двое — в рясах с посохом. Сбалансированная армия, целый отряд.       — Да ты издеваешься?! — сказал я, и это был не вопрос, а констатация факта. Он не хотел дуэли. Он хотел уничтожения.       Передо мной стояла стена из семи призывов, каждый из которых мог дать мне фору. Мой ХП в жёлтой зоне, крылья заблокированы, и противник защищён.

***

POV: Асада Шино (Синон)

      Ярость Влада была осязаемой. Мы видели, как он, хромая, рванул за мечом, и как его агрессия, наконец, взяла верх над Фениксом, лишив его крыльев. Это был перелом.       Но тут Феникс достал синий камень.       Первый призыв, НПС-воин, возник мгновенно, как стена. Затем, после второго, более сильного свечения, на поле появилось ещё шесть фигур. Семь против одного.       На трибунах поднялся сплошной ропот, мгновенно перешедший в крик недоумения.       — Что это?! — Лизбет вскочила, её голос был пронзительным. — Это же... Это же читерство!       — Да ты издеваешься! — этот крик Влада мы услышали даже через гул толпы.       Кирито сделал шаг к барьеру, его рука сжалась в кулак. Он выглядел так, будто готов пробить защитное поле головой.       — Артефакты разрешены, но... камень призыва НПС-бойцов? — прошептал он. — Такого не существует в ALO!       Лифа покачала головой, её лицо было белым.       — Я никогда не слышала о таком. Это похоже на какой-то взломанный артефакт...       В этот момент в разговор вмешалась Силика. Она была бледной, но её знание игры говорило за неё.       — Н-нет... я... я — Кайт Ши. Наша раса может призывать, но только монстров или животных! — Силика сжала кулаки. — Призыв НПС-воинов... это навык очень высокого уровня или предмет, которого не должно быть в этой системе! Это даже не похоже на механику ALO!       Кляйн посмотрел на Эгиля, который сидел рядом, скрестив руки.       — Эй, Эгиль, ты же торговец. Ты видел такой камень?       — Я торгую всем, что можно продать, — хмуро ответил Эгиль. — Таких артефактов нет ни в одном каталоге. Если это не системный глюк, то это инъекция кода в игру.       Я смотрела на Влада, который стоял в кольце врагов. Моё прежнее облегчение от падения Феникса сменилось ледяным ужасом.       Феникс не просто хотел победить. Он хотел унизить его, используя ресурсы, которые не были предусмотрены правилами. Он создал смертельную ловушку.       — Он не оставил Владу шанса, — прошептала Асуна. — Семь бойцов... против одного.       Я посмотрела на Влада. Он был окружён. Его агрессия и скорость, которые он мог использовать против одного, теперь были бесполезны против стены и массы. Я видела, как он сжал рукояти обратным хватом.       Его психологический удар сработал, чтобы Влад бросился в атаку. А эта армия — чтобы добивать, — пронеслось в моей голове.       Мой мозг лихорадочно искал выход в этой безнадёжной ситуации.

***

POV: Владислав Иваненко (Райдер)

      Я был окружён. Семь наёмников, вызванных синим артефактом, стояли стеной, прикрывая Феникса. Мой план заставить его играть на земле сработал, но его нечестный ответ оказался в сто раз хуже.       Феникс не тратил времени. Он поднял копьё и, указывая на меня, скомандовал двум мечникам:       — Атаковать! Уничтожить Сприггана!       Два мечника, тяжело бронированные, побежали на меня. Их движения были быстрыми и агрессивными.       Я уворачивался и блокировал их удары, используя Лазурный Клинок и Зелёный Страж в своей обратной хватке. Мой стиль, основанный на скорости и непредсказуемости, был единственным, что давало мне шанс против их двойной атаки.       Один из них делает замах мечом и бьёт по мне. Я парирую удар «Зелёным Стражем», отводя его клинок в сторону, и тут же пинаю его в центр тяжести своей правой ногой. НПС отступил на пару метров, потеряв равновесие.       Пока первый приходил в себя, другой мечник бьёт с верху. Я заблокировал удар, скрестив свои мечи над головой, образуя «Х-блок».       Он начинает давить на меня своим весом. Это было странно. НПС высокого уровня обычно бьют быстро и точно, а не давят. Он вкладывал эмоцию в этот удар.       Я посмотрел НПС в глаза. Он был в шлеме, но сквозь прорезь его глаза двигались не как у НПС. В них была злость, концентрация и... презрение. Это был не бездушный код.       Это не НПС. Это игроки.       Моя злость мгновенно стала холодной функциональностью.       Я резко ударил ему коленом в незащищенное место под доспехами, и он упал на одно колено, задыхаясь от боли, которую передавала система. Я был готов нанести удар, чтобы аннулировать его.       Но другой мечник, которого я пнул, пришёл в себя и ударил по мне. Я успел заблокировать удар, но был вынужден отступить на несколько метров, чтобы не оказаться зажатым.       Я снова посмотрел на Феникса, который стоял в безопасности за своими призывами. Его циничная улыбка вернулась.       — Значит, так у вас дела в ALO решаются, — сказал я. — Не можешь победить сам — дружков решил позвать?       — Не понимаю, о чём ты, — сказал Феникс, и его голос был идеально ровным, без единого намёка на признание.       — Гнида, — прорычал я. Я знал, что он лжёт. Моя агрессия и расчёт слились воедино.       И в этот момент сзади ко мне подкрался игрок с двумя кинжалами.       Сзади. Наёмники не атакуют сзади в лоб. Это не НПС, а координированные игроки.       Я резко развернулся, чтобы нанести удар, но он был быстрее — или я был медленнее, из-за прежнего удара. Он нанёс мне два быстрых удара: по ноге и по груди. Я получил урон, но моя броня снизила эффект.       Я резко сделал шаг влево, чтобы использовать «Зелёного Стража» для зачистки тыла. Но в этот момент копейщик с фланга провёл удар. Это была идеально скоординированная атака. Он ударил прямо мне в грудь, в ту секунду, когда я открылся, реагируя на кинжальщика.       Я не успел полностью заблокировать. Я успел только подставить локоть, но копьё пробило защиту и ударило в центр брони.       Сила удара была чудовищной. Меня отбросило на несколько метров. Я скользил по мрамору, едва удерживая мечи.       — Сдавайся, тебе не победить, — сказал Феникс из-за своей живой стены. Его голос был победоносным.       Я медленно поднялся.       Моя броня, которая защитила меня от прямого пробития, покрылась ржавчиной — визуальный эффект какого-то дебафа.       Перед глазами появилось уведомление:

[Debuff: Rusted Armor. Скорость передвижения снижена на 50%.]

      Моя полоса ХП мигала, опустившись до красной зоны. Я был на грани.       — Черт. Хуже не придумаешь, — сказал я, стирая пот с лица тыльной стороной ладони.       Я был в красной зоне. Без крыльев. Скорость передвижения снижена вдвое. Окружён семью координированными игроками.       

***

POV: Асада Шино (Синон)

      Звон металла, затем мощный, глухой удар, который отбросил Влада назад. Мы видели, как он скользит по мрамору.       — Сдавайся, тебе не победить, — раздался громкий голос Феникса с арены.       Затем мы увидели, как Влад медленно поднимается. Его поза была упрямой, но его тело было сломлено. Полоса ХП мигала красным.       — Черт. Хуже не придумаешь, — услышала я его глухой голос.       Но не это привлекло моё внимание. Его броня — та самая, которую он надел перед дуэлью, — теперь была покрыта мерзкой, коричневой ржавчиной.       — Что за... что с его бронёй? — в ужасе прошептала Асуна.       — Дебаф! — воскликнула Лифа, её глаза быстро пробежали по экрану. — Это дебаф! Понижение скорости!       Кирито сжал перила, его лицо стало мрачным.       — Сначала лишил крыльев, потом замедлил. Это не просто дуэль... это заказное убийство!       Я смотрела на Влада. Его агрессия и скорость, его единственное оружие против семерых, были аннулированы этим подлым приёмом.       Силика дрожала рядом со мной.       — У НПС нет таких дебафов! — пробормотала она. — Только артефакты или уникальные заклинания!       — Феникс использует всё, что не запрещено напрямую, — холодно ответил Эгиль, его тон был полон презрения. — Артефакт призыва, артефакт дебафа... Это не воин, это трус с кошельком.       Мы смотрели на НПС, которые медленно окружали Влада. В их движениях не было ни эмоций, ни усталости. Это были идеальные, бездушные машины.       — И как он теперь? — Кляйн посмотрел на меня. — С минус пятьдесят процентов скорости он даже не успеет пробить их строй!       Семь против одного. ХП в красной зоне. Скорость срезана вдвое. Полёт аннулирован. Это был идеальный расчёт. Феникс не просто победил его, он демонтировал его. Сначала он использовал психологический удар, чтобы вызвать эмоциональный рывок. Затем он использовал «Гибель Сприггана», чтобы лишить его мобильности. И теперь, когда Влад был обездвижен и окружён, он нанёс последний удар — дебаф, который превратил его из мечника в неподвижную мишень.       Его агрессия была не просто боевым стилем. Это была его защита. Его готовность атаковать первой и сокращать дистанцию позволяла ему выживать. Теперь его агрессия мертва. Он не может сократить дистанцию. Он не может убежать.       Мой якорь.       Влад — это мой якорь, моя Функциональная Зависимость. Если он проиграет здесь, если он умрёт... Контракт будет нарушен. Он дал клятву жить, и его смерть в этом подлом, грязном бою означала бы не просто поражение в игре.       Это означало бы, что мой страх победил. Моё одиночество вернётся. Если Влад погибнет, моя жизнь, которую я так старалась привязать к его существованию, лишится своей функции.       Он не может проиграть.       Я стиснула зубы. Моё тело было напряжено до предела, готовое пробить защитный барьер, игнорировать правила, нарушить весь мир ALO, чтобы не дать своему якорю оборваться.       Влад стоял, сжимая рукояти обоих мечей.       И тут он сделал то, что окончательно выбило меня из колеи. Он медленно поднял голову в небо и слегка усмехнулся. Это была не циничная улыбка, а что-то более глубокое, мрачное и жуткое.       — Как будто в SAO вернулся, — сказал он.       Он сказал это на русском. Голос был низким, почти интимным, но эхо разнесло его по арене.       Я не знала русский, я не поняла, что он сказал, но сама интонация, этот мрачный, почти ностальгический тон, заставил меня заледенеть.       Он сказал что-то опасное.       Я резко повернулась к Юи, которая сидела на плече Кирито.       — Юи, ты можешь перевести, что он сказал? — спросила я, мой голос дрожал.       Юи, маленькая, светящаяся фея, опустила голову, её пиксельные глаза наполнились грустью. Она быстро обработала звук.       — Он сказал: «Как будто в SAO вернулся».       На трибунах повисла тишина, которая была громче любого крика. Для выживших в SAO, эти слова были ударом топора по всем воспоминаниям.       — SAO... — прошептала Асуна, её рука закрыла рот.       — Он... он воспринимает это как возвращение? — Кирито пошатнулся. Он сразу понял значение: Влад не видит разницы между смертельной игрой и этой грязной дуэлью. Для него красная зона ХП и невозможное окружение — это привычная, рабочая обстановка.       — Он... он думает, что он там? — Лизбет была на грани паники. — Он думает, что он Бессмертный Одиночка?       Кляйн в ужасе посмотрел на меня.       — Это же... это значит, что он сейчас не будет играть по правилам ALO! Он будет играть, как в SAO!       Я не была в SAO. Но я знала достаточно, чтобы понять: Влад воспринял это окружение, эту красную зону ХП и этот грязный бой как финальную битву. Он сбросил все правила ALO.       Я почувствовала, как моя внутренняя тревога достигла пика. Если Влад вернулся в своё SAO-состояние, его агрессия станет абсолютной и безумной. Он перестанет ценить свою жизнь.       И тут он сделал что-то, что было абсолютно нелогично для бойца, окружённого врагами. Он не ринулся в атаку.       Влад медленно активировал меню.       Его левая рука поднялась, и перед его лицом на секунду вспыхнуло синее окно системы. Он не стал пить зелье или использовать навык. Он выбрал пункт «Снаряжение».       — Что он делает? Он теряет время! — закричала Лифа.       В следующую секунду его тело вспыхнуло тусклым, зелёным светом, характерным для смены экипировки. Ржавая, дебафнутая броня, которую он носил, исчезла. На её месте появилась его старая, тёмная, лёгкая кожаная броня — та, в которой он впервые появился в ALO.       — Он сменил броню! — выдохнула Лизбет. — Он снял дебаф! Он пожертвовал защитой, чтобы обнулить замедление!       Кирито тихо, но тяжело рассмеялся, и в этом смехе была истерика.       — Это... это чистая тактика SAO! Он обнулил проблему, а не пытался её решить! Он пожертвовал всем, чтобы вернуть себе скорость!       Я смотрела на Влада. Его функциональность была безупречной. Он не мог снять дебаф магией, но мог убрать предмет, на который он был наложен.       Когда он опустил руку, его взгляд сфокусировался на семи призванных, горел холодный, смертельный огонь. Он вернул себе скорость.       — Он больше не играет в фей, — прошептала я, и это было самое ужасное. — Он вернулся на Айнкрад.       И в этот момент, как только Влад закончил смену брони, НПС с двумя кинжалами — тот самый, что наносил скоординированные удары — мгновенно сократил расстояние, подкравшись к Владу сзади. Это была чистая атака убийцы, не свойственная системным мобам.       — Сзади! Влад, берегись! — закричала Асуна, вскакивая на ноги.       — Он использует стелс! — выдохнула Лифа, которая знала механику скрытности. — Влад не успеет!       Я видела, как кинжалы метнулись к его спине. Мой мозг уже рисовал фатальную траекторию.       Но мой страх не оправдался.       Влад не стал разворачиваться. Он, словно обладая системным предупреждением, резко сделал шаг в сторону и назад, используя минимальное движение, чтобы уклониться от летящих кинжалов. Это была инстинктивная реакция SAO-игрока на удар в спину.       В тот же миг, используя инерцию уклонения, он нанес удар «Зелёным Стражем» (правый меч, который он держал обратным хватом) по ноге нападавшего. Это был не рубящий, а отводящий удар по точке опоры.       Нападавший НПС потерял равновесие. И пока он падал, Влад сделал короткий, молниеносный рывок, зашел со спины и поставил свой «Лазурный Клинок» у горла НПС.       Он не ударил, он зафиксировал его.       На трибунах повисла ошеломленная тишина.       — Он его... держит? — пробормотала Лизбет.       — Он обездвижил его, — тихо, с уважением сказал Кирито. — Агрессия как контроль. Он не тратит сил на убийство, он использует его как живой щит.       — Какая... скорость! — воскликнул Кляйн. — Его ХП мигает красным, а он двигается быстрее, чем в начале боя!       Я почувствовала невероятное облегчение, которое тут же сменилось мрачным удовлетворением. Влад не просто защищался. Он показал, что он самый опасный в этом месте. Он взял в заложники одного из нападавших.       НПС-бойцы замешкались. Их агрессивный строй мгновенно распался. Они остановились, их оружие опустилось, не желая рисковать своим товарищем, которого держал Влад.       Я увидела, как Влад слегка наклонил голову.       — Как-то вы слишком трусливы для обычных НПС, — сказал Влад.       Его слова долетели до нас. Силика и Лифа недоумённо переглянулись.       — Что он имеет в виду? — спросила Лифа. — НПС не бывают трусливыми, они просто следуют коду.       Кирито и Асуна хмуро смотрели на замешкавшихся "НПС". Но никто из нас не мог понять, почему Влад обратился к ним с такой эмоциональной критикой.

***

POV: Владислав Иваненко (Райдер)

      Я держал игрока, который был замаскирован под НПС. Мой «Лазурный Клинок», острый и холодный, был прижат к горлу кинжальщика, а «Зелёный Страж» держал его вторую руку. Я использовал свою агрессию не для удара, а для контроля.       — Как-то вы слишком трусливы для обычных НПС, — сказал я, наблюдая за реакцией оставшихся бойцов.       Их строй рухнул. Они стояли на месте, их оружие было опущено. Они не боялись кода, они боялись потери товарища. Они были игроками.       Под моей сталью кинжальщик вздрогнул. Его дыхание было неровным, а глаза, видневшиеся в прорезях шлема, метали искры не системной ярости, а человеческой паники.       — Значит, ты решил туда вернуться, — прозвучал голос.       Голос был несистемным. Он был низким, знакомым, но не принадлежал никому из присутствующих. Я слышал его только в своей голове.       Я слегка повернул голову назад.       Я увидел себя, но молодого, пятнадцатилетнего пацана — до того, как я попал в SAO.       Он стоял не на арене, а словно в пустоте, созданной вокруг меня. Тот я был ниже, выглядел наивнее, а его карие глаза были полны не цинизма, а тоски.       Мир вокруг меня словно замедлился. Крик Феникса и шепот замешательства его наёмников утонули в тишине. Остались только я — нынешний и я — прошлый.       Я снова повернул голову на Феникса.       — Да, другого выбора нет. Я обещал, что выживу. И не важно, игра или реальная жизнь, — сказал я.       — И ты позволишь своему Райдеру, Бессмертному одиночке выйти наружу? — сказал прошлый. В его голосе была не критика, а горькая мольба.       — Бессмертный Одиночка выживал там, где Влад мог погибнуть. Моя агрессия — это мой долг перед теми, кто в меня верит, — ответил я, и эти слова были адресованы и пацану из прошлого, и Фениксу. — Если они хотят сыграть в SAO, то я принимаю правила.       — А ты не боишься, что те, кто в тебя верит, испугаются тебя? Испугаются того, кем ты был в SAO? — сказал прошлый я.       Мой «Лазурный Клинок» дрогнул. Не от слабости, а от внезапного сбоя в моей холодной концентрации.       — Они хотели, чтобы ты пришел в ALO, они хотели, чтобы перестал бежать от своей темной сущности, чтобы ты принял её. Но что, если они увидят это во всей красе? Они увидят того человека, который убивал ПК-шеров? — Голос юного Влада был полон боли, которую я давно заблокировал.       — Они... — я хотел сказать, что это не так, что Синон и Кирито уже знают, кто я, но не смог. Мой язык онемел.       А если он прав? Если Синон, которая привязала свою жизнь к моей, увидит этот абсолютный холод, эту готовность убивать с каменным лицом, испугается?       Мой страх был не за себя, а за их реакцию. Я мог цинично принять свою темную сущность, но готов ли я был, чтобы они увидели её без фильтров, без налёта «добропорядочного Влада»?       — Я... Я не знаю, — сказал я, и это было самым честным ответом.       — Тогда сдайся. Не нужно возвращаться к машине для убийств, даже если это просто игра, — сказал прошлый я.       Я посмотрел на Феникса, который, как статуя, ждал решения своих наёмников, застывших передо мной. Я посмотрел на свою красную полосу ХП.       — Возможно, ты прав. Они не примут меня таким. Но... Как я сказал, Райдер, Бессмертный одиночка, выживал там, где Влад должен был умереть. Поэтому я не буду отказываться от того, кем я стал, — сказал я.       Свет в глазах пятнадцатилетнего пацана погас. Прошлый я исчез. Время снова восстановила свою скорость. Крики с трибун, напряжённое дыхание кинжальщика и ожидание Феникса нахлынули на меня.       Я снова был Райдером. И я был готов закончить это в стиле SAO.       Я вернул концентрацию. Сомнения исчезли, осталась только необходимость выжить. Я должен был пробить их строй, и я знал, как это сделать.       Мой «Лазурный Клинок», прижатый к горлу кинжальщика, дрогнул. Но теперь это было движение не от сомнения, а от агрессивной решимости.       Я перерезал горло кинжальщику.       Сработал системный эффект: тело игрока замерло, но не взорвалось на осколки. Оно вспыхнуло ярким, чистым красным светом, а затем распалось на мириады красных светящихся частиц, которые поднялись вверх. Спустя секунду на мраморе остался лишь слабый, пульсирующий огонёк на том месте, где стоял игрок.       На мрамор арены со звоном упали два его кинжала.       Моё ХП оставалось в красной зоне, но теперь я был свободен от захвата и двигался со своей обычной скоростью.       — Ты убил его! — голос Феникса был полон неподдельной ярости. Он не ожидал, что я применю такую грязную тактику.       Я ему не ответил. Слова были лишними. Моё внимание было приковано к цели.       Вместо этого я начал вести счет оставшихся целей.       — Один есть. Осталось шесть, — сказал я. Мой голос был низким и ровным, без тени эмоций.       Феникс понял, что его наёмники замерли, парализованные моим хладнокровием и исчезновением товарища.       — Что встали?! Убейте его! — крикнул Феникс, и в его голосе, наконец, прорвалась паника, вытеснившая цинизм.       Два мечника, тяжело бронированные игроки, которые атаковали первыми, рванули на меня. Они двигались синхронно, стараясь перекрыть мне все пути отступления.       Я не стал сближаться. Мой «Зелёный Страж» был в моей руке, но я мгновенно отпустил его рукоять.       Я метнул меч в голову одному из них.       Это был чистый, инстинктивный бросок, отработанный до уровня рефлекса. Бросок в уязвимую точку. Меч прошёл прямо в разрез для глаз на шлеме.       Мечник замер. Его массивное тело вспыхнуло ярким красным светом и рассыпалось на светящиеся частицы, которые поднялись в небо. «Зелёный Страж» с грохотом упал на мрамор, звеня сталью о камень.       Второй мечник был в шоке. Его агрессия рухнула, и он замешкался, глядя на то место, где секунду назад стоял его товарищ.       Я рванул на второго мечника. Моя скорость была моим единственным преимуществом, и я использовал её, чтобы свести на нет его превосходство в броне.       Он, запаниковав, бьёт своим мечом по широкой, предсказуемой дуге.       Я ушёл от удара, сместившись вправо на полшага, и, мгновенно сблизившись, нанес удар «Лазурным Клинком» по незащищённой части ноги — сухожилию под наколенником.       Он не почувствовал боли, но механика игры сработала: его колено подогнулось, и мечник начал падать. И пока он падал, я не дал ему шанса сгруппироваться. Я нанес удар по его шее, отрубая ему голову. Это был чистый, быстрый, финальный удар.       Второй мечник вспыхнул красным светом и рассыпался. Его тяжёлый меч с грохотом упал на пол.       Я остановился. Вокруг меня дымилась рассеивающаяся красная пыль. Я был в центре арены, Красная Зона ХП мигала предупреждающим сигналом.       — Осталось четверо, — сказал я, поворачиваясь к Фениксу.       Я вытащил «Зелёный Страж» из мрамора, где он застрял после броска. Два клинка снова были в моих руках.       Маги, которые до сих пор бездействовали, наконец, получили приказ. Они были в тылу строя, защищённые копейщиком и мечником.       Два мага начали кастовать магические огненные стрелы, по три на каждого мага. Это была точечная, быстрая, комбинированная атака. Феникс хотел использовать дальний бой, чтобы замедлить меня, пока его наёмники перегруппируются.       Огненные снаряды полетели в меня по одному, с разных углов, чтобы вынудить меня совершить ошибку.       Я не сдвинулся с места. В красной зоне ХП я не имел права тратить энергию на бессмысленное уклонение.       Я использовал оба клинка в идеальном ритме: «Лазурный Клинок» для парирования первых трёх снарядов слева, а «Зелёный Страж» — для следующих трёх справа.       В воздухе раздался шестикратный лязг и шипение. Я не отражал магию, я рассекал её, гася энергию лезвием. Огненные стрелы исчезли, оставив после себя лишь запах гари.       В этот момент на меня напал копейщик. Он был единственным, кто двигался между мною и магами. Он целился мне в голову. Это была быстрая, точная атака, рассчитанная на то, что я отвлекусь на отражение магии.       Я резко дернул голову в сторону.       Копьё прошло мимо, но его острие зацепило мою щеку. Я почувствовал системный порез, который тут же затянулся, и моя полоса ХП мигнула, подтверждая, что я в Красной Зоне. Я получил урон, но не смертельный.       Я не стал отступать. Я пошёл на сближение, используя его собственное оружие против него. Копьё эффективно на расстоянии, но бесполезно в ближнем бою.       Я нырнул под древко, проскальзывая мимо его защиты. Мой «Лазурный Клинок» был зажат обратным хватом, и я нанёс рубящий удар с нижней, восходящей траектории, пробивая его лёгкую броню.       Я воткнул свой «Лазурный Клинок» ему в грудь. Это был прямой, бескомпромиссный удар. Копьё оказалось слишком длинным, чтобы он успел им защититься на таком расстоянии.       Копейщик замер. Его тело вспыхнуло ярким красным светом и растворилось в частицах, которые поднялись в воздух.       Я не стал вытаскивать свой меч. Я отпустил свой меч и, не теряя ни секунды, подхватил его копьё. Мой враг дал мне оружие.       Я мгновенно использовал копьё как метательный снаряд. Мой бросок был нацелен на ближайшего мага, который стоял, замерев от ужаса.       Копьё пролетело через арену. Маг даже не успел поднять руки. Копьё вонзилось в его грудь.       Маг вспыхнул красным светом и рассыпался.       Я повернулся, мой «Лазурный Клинок» лежал на земле, а «Зелёный Страж» был в моей левой руке.       — Двое, — сказал я, подбирая свой «Лазурный Клинок» с земли. Феникс стоял, как вкопанный, его копьё слегка дрожало. Он был в шоке. Его план — истощить меня, затем запереть и добить — рухнул под натиском Бессмертного Одиночки.       — Кто... Кто ты такой. Ты не просто новичок Спригган. Ты... ты чертов монстр! — крикнул Феникс. Его голос срывался, а глаза выражали чистый, животный страх. Он видел не Влада, а машину для убийств.       — Монстр? — повторил я.       Я усмехнулся. Это была горькая усмешка, продиктованная разговором с моим прошлым "я". Это не было отрицанием или обидой. Это было принятие факта.       — Без тебя знаю. Но мне плевать, — сказал я, и это было правдой. Моя цель — выжить и защитить тех, кто в меня верит, даже если ради этого мне нужно принять свою тёмную сущность.       Я снова поднял оба меча.       Второй маг, который стоял чуть в стороне, понял мой замысел. Он не стал атаковать магией. Он начал колдовать усиление для самого сильного оставшегося бойца — Воина с щитом и топором, который все это время стоял в стороне, прикрывая Феникса.       Синее свечение начало окутывать массивную фигуру Воина. Если этот танк получит усиление, пробить его будет невозможно.       Я должен был прервать его магию.       Не раздумывая, я метнул «Зелёный Страж». Я не тратил время на прицеливание, а использовал чистую скорость.       Меч со свистом пролетел через арену.       Меч поразил мага. Он ударил его в плечо и прошёл сквозь тело. Маг вспыхнул красным светом, но его губы успели сомкнуться на последнем слоге заклинания.       Он успел скастовать усиление для Воина.       Тело мага распалось на красную пыль, его посох упал, а Воин с щитом и топором засиял ярко-синим светом. Вокруг его щита и топора появилась аура, говорящая об огромном увеличении защиты и урона.       — Черт, не успел, — сказал я. Это было не разочарование, а мгновенный функциональный расчёт новой переменной.       Воин, следуя командам Феникса, рванул на меня. Его шаги, несмотря на тяжелую броню, были удивительно быстрыми из-за усиления. Он сокращал расстояние, готовясь к рубящему удару топором.       Я достал последний метательный нож из подсумка.       Я замахнулся, имитируя бросок в голову. Я знал, что теперь этот игрок, видя, как я хладнокровно устраняю его товарищей бросками, будет инстинктивно защищать свою голову.       Воин понял мой замысел и прикрыл голову щитом. Его стойка, закрывающая верх, мгновенно стала неуязвимой.       — Купился, — прошептал я.       Я бросил метательный нож не в голову. Я метнул его в ногу, в то самое место, куда я бил предыдущего мечника. Это была не атака, а тест.       Метательный нож с лязгом отразился от его брони, не причинив урона. Усиление сделало его неуязвимым для лёгкого оружия.       Но тест дал мне важную информацию: воин, следуя инстинктам, на секунду опустил топор и открыл шею в месте сочленения брони. Он защитил свою нижнюю часть тела, но его топор на мгновение отошёл от вертикальной защиты.       Я использовал эту долю секунды. Мой SAO-рефлекс сработал.       Я сделал рывок вперёд, мгновенно сокращая дистанцию. Я перехватил «Лазурный Клинок» с обратного на нормальный хват, чтобы получить максимальную скорость и силу пробития.       Я нанес удар по его незащищённой шее. Мой меч прошёл через незащищенный участок.       Воин рассыпался, его массивное тело, всё ещё сияющее синим усилением, застыло, а затем вспыхнуло ярким красным светом, хватаясь за горло — бесполезный, человеческий жест в мире, где боль не чувствовалась. Его тяжёлый топор и щит с грохотом упали на мрамор.       Я резко отступил, перехватывая оба клинка обратно в свою любимую стойку. Дыхание было ровным.       Я посмотрел на Феникса.       — Ноль, — сказал я.       Передо мной, на всей огромной арене, остался только один противник. Феникс. Он стоял один, окружённый оружейным ломом, рассеивающейся красной пылью своих наёмников. Все его артефакты, все его грязные приёмы были уничтожены моей функциональной агрессией.       Его циничная улыбка, его ярость, его паника — всё исчезло. Остался лишь страх.       Я был в Красной Зоне ХП. Он был невредим, но он был сломлен.

***

POV: Асада Шино (Синон)

      На трибунах воцарилась гробовая тишина, которая вскоре сменилась ошеломлённым шоком. Никто из нас, даже Кирито, который сам был известен своей невероятной скоростью, не мог поверить в то, что только что произошло.       — Семь... НПС... за... за минуту, — прошептала Лифа, её руки дрожали. Она была в ALO больше нас, но никогда не видела, чтобы так быстро уничтожали координированных мобов такого высокого уровня.       — И всё это в Красной Зоне ХП, — добавил Кляйн, его лицо было пепельным. — Он использовал их оружие, их же ошибки. Это... это было как холодный танец смерти.       Асуна и Лизбет смотрели на Влада с невыносимой болью. Они знали о его агрессии и тёмной сущности, но видеть её в действии, без капли сомнения, было ужасно. Он двигался как машина, для которой цель — выживание — оправдывает любое средство.       Силика сидела рядом со мной, её голос был полон недоумения.       — Но почему они не атаковали все вместе? НПС должны следовать коду. Почему они испугались, когда он держал первого?       Её слова, тихие и логичные, были как последний осколок пазла, который мой разум отказывался принимать. Трусость. Паника.       И тут меня осенило.       Мои глаза расширились. Я посмотрела на Кирито. Он смотрел на меня, и я увидела, что он уже пришёл к тому же выводу.       — Кирито... — мой голос был едва слышен. — Это были... не НПС.       Кирито медленно кивнул, его взгляд был прикован к Фениксу, который наконец-то начал отступать.       — НПС не боятся смерти. НПС не кричат от ярости, когда их убивают. НПС не хватаются за горло, когда рассыпаются, — прошептал Кирито. — Это были игроки, замаскированные под НПС с помощью чит-артефактов.       Тишина рухнула, и вся компания на трибунах поняла, ужасную правду.       — Игроки... — Лифа закрыла рот рукой. — Они привели наёмников, чтобы убить Влада!       — Феникс не просто хотел победить, — прорычал Эгиль, его кулаки сжались. — Он заплатил за ПК-атаку на арене!       Силика начала плакать, осознав, что Влад был окружён реальными людьми, готовыми его убить.       Я, наконец, поняла, почему он вернулся в своё SAO-состояние. Почему он сказал: «Как будто в SAO вернулся».       — Он... он понял это сразу, — сказала я, и мой голос был ледяным. — Он знал, что перед ним игроки. Не мобы. Он знал, что ему нужно использовать свой самый тёмный, самый эффективный опыт.       Асуна посмотрела на Влада, который стоял, тяжело дыша.       — Ему пришлось... ему пришлось снова стать тем, кто охотился на убийц в SAO, — сказала она, и в её глазах была смесь ужаса и гордости.       Влад не просто выиграл. Он одержал победу над грязной, ПК-тактикой. Но цена этой победы была ужасна. Чтобы спасти свою жизнь и остаться моим якорем, он был вынужден снова стать Бессмертным одиночкой.       Тишина на трибунах была давящей, прерываемой только тяжёлым дыханием Феникса, который, наконец, понял, с кем связался. Мы только что осознали, что Влад уничтожил не НПС, а семь игроков — наёмников, готовых на ПК-атаку на арене.       Моё сердце колотилось не от страха, а от осознания ужасной цены этой победы. Чтобы выжить, он был вынужден вернуться в Айнкрад.       Влад стоял посреди обломков и красной пыли, его ХП мигало, но его поза была абсолютно уверенной. Он медленно пошёл в сторону Феникса.       Этот шаг не был рывком, это было неумолимое, агрессивное движение хищника. Он не бежал. Он наступал.       Феникс понял угрозу. Он, невредимый, вооружённый копьём, начал отходить назад, шаркающими, неуверенными шагами, словно боясь повернуться спиной. Цинизм и ярость окончательно покинули его. Остался только страх перед тем, кто не боится умирать.       Влад опустил руку и подобрал «Лазурный Клинок».       — Ну что, остались еще миньоны в запасе? — спросил Влад. Его голос был низким, почти уставшим, но в нём звенела сталь. Он говорил с ним, как с последним мобом, а не с игроком.       Осознание пришло не как шок, а как тихая, мрачная правда. Я приняла его. Я приняла, что мой якорь — это не Влад-школьник, а Райдер-монстр. Я не могла позволить себе испугаться его агрессии, потому что это была его функция выживания. Я приняла человека, который убивал ПК-шеров, потому что только такой человек мог спасти меня от бегства и одиночества.       Он должен был победить. Я должна была это видеть.       Я сжала перила. Влад был в Красной Зоне. Я должна была сосредоточиться не на его методах, а на его победе.       Я была готова увидеть финал.       Феникс понял, что наёмники больше не придут. Его страх превратился в чистую, иррациональную ярость. Его лицо, обычно скрытое за маской цинизма, было искажено.       — Сдохни! — крикнул Феникс.       Он бежал на Райдера, забыв о защите и тактике. Он атаковал своим копьём, нацелившись на голову, как будто его жизнь зависела от этого единственного, яростного удара.       Влад не сдвинулся. Он не уклонялся, а холодно парировал удар копья своим «Лазурным Клинком». Сталь встретила сталь. Копьё прошло мимо, и по инерции Феникс пролетел мимо, раскрывшись.       Райдер использовал эту долю секунды. Он не дал противнику шанса развернуться. Он нанес удар «Зелёным Стражем» по спине Феникса. Это был агрессивный, но не смертельный удар.       Феникс отшатнулся, его броня, которая была выше классом, чем у наёмников, погасила половину урона. Он повернулся, чтобы атаковать, но Райдер уже был в движении.       Не давая ему времени на замах, Райдер нанес удар коленом по незащищённой голове Феникса.       Удар был неожиданным и грубым. Феникс рухнул на землю, ошеломлённый. Он попытался поднять копьё, но не успел.       Райдер подошел к нему. В его глазах не было триумфа, только холодное завершение функции.       — Requiescat in pace, сука, — сказал Райдер. Он сказал это тихо, на латыни, его голос был глухим.       Он нанес финальный удар «Лазурным Клинком» по груди Феникса. Это был чистый, пронзающий удар.       Феникс рассыпался. Его тело вспыхнуло красным светом, превращаясь в миллионы частиц, которые поднялись в воздух. Копьё упало рядом. На том месте, где он стоял, горел небольшой, пульсирующий красный огонек, не исчезая сразу.       Спустя мгновение над ареной раздался громкий, системный голос:

[Победитель спригган Райдер]

      Наступила глубокая, тяжелая тишина.       — Он... он использовал латынь... — прошептала Лизбет, её голос был потрясён.       — Requiescat in pace... — прошептал Кирито, переводя. — Покойся с миром.       Мы смотрели на Влада. Он стоял, опустив мечи. Его ХП было в самой нижней части красной зоны. Он победил, но цена была видна в его позе. Он был Райдером, Бессмертным одиночкой, и он справился с ПК-атакой.       Я почувствовала, как моё тело расслабилось, избавляясь от ужасного напряжения. Он выжил. Клятва была сдержана. Мой якорь остался на месте.       В этот момент тишина лопнула.       Сначала раздались одиночные хлопки, затем они слились в неистовый рёв. Зрители, которые только что наблюдали за одним из самых жестоких и нечестных боев в истории ALO, были поражены. Они не видели Райдера-убийцу, они видели одинокого Сприггана, который в Красной Зоне ХП уничтожил целую армию, включая усиленного танка, и самого Феникса.       Люди начали аплодировать и радоваться, крича его имя. Аплодисменты и крики неслись к нам, словно волны, но Райдер не смотрел на них. Он смотрел на Красный Огонёк, оставшийся на месте падения Феникса.       Он был один.