Акт I: Глава 7: Больше не Одиночка

POV: Владислав Иваненко (Райдер)

      Я нанёс финальный удар. Феникс рассыпался красной пылью, и над ареной прозвучало объявление:

[Победитель спригган Райдер]

      Я остался стоять в одиночестве, среди оружейного лома и пульсирующего красного огонька на месте падения моего врага. Этот огонёк был символом: смерть в ALO была всего лишь телепортом, но для меня это была смерть моей попытки быть нормальным.       А затем наступил шум.       Аплодисменты и рёвы игроков пронзили тишину. Они были оглушительными, восторженными, полными восхищения. Они увидели героя, одолевшего восьмерых в одиночку. Они не видели монстра, которого мне пришлось выпустить.       Я убрал мечи за спину. «Лазурный Клинок» и «Зелёный Страж» вернулись в ножны, но я чувствовал их вес, их холод, их связь с Райдером, Бессмертным одиночкой.       — Я победил, но какой ценой, — прошептал я.       Мой взгляд был прикован к мрамору, к обломкам брони и к красному огоньку. Я снова стал тем, кем надеялся никогда больше не стать. Бессмертным Одиночкой, который действует вне правил, вне морали, только ради выживания. Я использовал человеческий страх против игроков, я использовал грязь и подлость, чтобы остаться в живых.       Я не смотрел на трибуну. Я боялся.       Я боялся, что увижу их лица, полные ужаса. Синон. Я боялся, что моя агрессия, которая спасла нас обоих в разных мирах, наконец, станет тем, что оттолкнёт её. Я боялся увидеть в её глазах не принятие, а испуг перед монстром, который вышел на арену.       Я медленно активировал меню, чтобы выйти. Мне нужно было уйти до того, как этот крик толпы достигнет моего сознания и до того, как я увижу их глаза.       Только я собирался нажать на выход, я почувствовал опасность. Это был не системный сигнал, а старый, животный инстинкт SAO, который срабатывал перед атакой ПК-шеров.

[Уведомление: Дебаф на крылья снят]

      Я не стал проверять, что именно угрожает мне. Я знал, что это не имеет отношения к зрителям.       Я резко активировал крылья Сприггана и рывканул в сторону. Мой рывок был скорее инстинктом, чем обдуманным движением.       На том месте, где я стоял мгновение назад, ударил массивный, ослепительно-красный магический снаряд. Он был гораздо мощнее, чем те, что кастовали маги-наёмники.       Ударная волна сбила меня, и я упал на землю, но успел сгруппироваться, используя руки как амортизаторы. Я прокатился по мрамору, снова потеряв драгоценные ХП.       Место, где упал снаряд, было покрыто едкой пылью и дымом.       Но когда пыль рассеялась, я увидел... двадцать Саламандров. Они стояли, выстроившись полукругом, их мечи были наголо. Это был полноценный, хорошо организованный клановый отряд.       И прямо перед ними, медленно поднимаясь, окружённый красным свечением призыва, стоял Феникс.       Один из магов в толпе Саламандров, должно быть, использовал артефакт воскрешения на Фениксе немедленно после его смерти, пока его красный огонёк ещё горел.       Я не закончил бой. Я просто перезагрузил его Ад.       — Двадцать против одного, Райдер! — прорычал Феникс. В его голосе не было ни страха, ни цинизма. Только чистая, звериная ненависть. — Тебе конец!       Я лежал на земле, сбитый магической волной. Пыль и дым от мощного заклинания медленно оседали, открывая картину: Феникс, воскрешённый магом, и двадцать Саламандров — полноценный боевой отряд, не какие-то наёмники.       Моё ХП оставалось критически низким.       Я медленно встал.       Это не было движением Влада, который ищет выхода. Это было движение Райдера, который оценивает угрозу и принимает её. Мой разум моментально перешёл в режим боевого анализа.       Двадцать игроков. Я в Красной Зоне. Я знал, что это не дуэль. Это была казнь, за которую Феникс был готов заплатить ценой своего аккаунта.       Я сделал резкое движение и достал свои мечи из-за спины.       «Лазурный Клинок» и «Зелёный Страж» мгновенно легли в мои ладони. Я взял их обратным хватом, как и всегда, остриями, направленными вверх.       Это была моя агрессивная стойка. Это был мой ответ.       — Ты думаешь, это поможет? — спросил я Феникса.       Я не спрашивал, поможет ли ему его армия. Я спрашивал, поможет ли это ему умереть быстро.       Я стоял, согнувшись в агрессивной стойке, мечи обратным хватом направлены вверх. Двадцать Саламандров выстроились полукругом, их мечи наготове. Феникс был воскрешён, и теперь его ярость была чистой.       Я ничего не ответил. Слова были бессмысленны. Мне нужно было только решить, кого я заберу с собой первыми.       Шаг.       Мой первый шаг был медленным. Я заставил их ждать, заставил почувствовать, что я оцениваю каждую их броню, каждый шов. Мой взгляд скользнул по их строю, ища слабое звено — того, кто первым запаникует.       Шаг.       Второй шаг был уже увереннее. Напряжение в воздухе нарастало. Мой Красный ХП мерцал, но я чувствовал, как энергия возвращается в мои конечности. Мне нужны были скорость и агрессия, чтобы разорвать эту стену.       Шаг.       Каждый шаг постепенно нарастал. Я не давал им времени на размышления, я навязывал свой темп боя. Я переходил от ходьбы к быстрому шагу, и моё тело становилось машиной.       А потом, без предупреждения, моё тело взорвалось движением. Шаги перешли в бег. Я рванул, чтобы создать в строю Саламандров хаос.       Пробежав половину пути, я услышал свист. Возле моих ног воткнулась стрела. Это был не магический снаряд, а обычная, физическая стрела, бросившая вызов моему движению.       Я резко остановился.       Я не успел среагировать, как вся арена мгновенно окуталась густой, непроглядной завесой, напоминающей дымовую шашку. Это был не магический дым, а что-то системное и мгновенное.       — Что за... — прорычал Феникс, его голос утонул в дыму. Саламандры тоже замерли.       Когда дым начал рассеиваться, мои глаза расширились от удивления.       Я увидел, что произошло.       Впереди меня, как стена, стояли Кляйн и Эгиль, их тяжёлое оружие — длинный меч и боевой топор — были наготове, полностью заблокировав прямой путь к Саламандрам. Кирито стоял в центре фронта, держа в руках два меча. Они образовали нерушимый фронт.       Возле меня, едва касаясь земли, приземлилась Силика со своим дракончиком Пиной. Лифа была рядом с ней. Они немедленно начали кастовать магию исцеления на мне, используя все свои навыки. Моя Красная Зона ХП медленно начала подниматься, уступая место Жёлтой.       Асуна и Лизбет приземлились с левого и правого фланга от меня, полностью прикрывая мои спину и бока. Они были готовы к защите.       И Синон приземлилась рядом со мной, твёрдо стоя на ногах, держа в руках свой лук.       Мой взгляд метнулся к ней. Я искал его. Тот самый испуг, который я так боялся увидеть. Я был готов к отвращению, к тому, что она отшатнется от монстра, которым я только что стал. Я был готов ко всему, кроме того, что она сделала дальше.       Её глаза были спокойными и сосредоточенными, без тени ужаса. Она не смотрела на меня. Она смотрела на Феникса и двадцать Саламандров.       Ее губы не дрогнули. Она сделала короткий, едва заметный шаг, вставая со мной в одну линию, плечом к плечу. Затем, с плавным, отточенным движением, она подняла свой лук и натянула тетиву, целясь в голову Феникса.       Это не были слова. Это был безмолвный ответ: "Ты мой якорь. Я принимаю тебя. А теперь, работаем."       Мой якорь был на месте.       Я смотрел на них, на этот живой щит и живой тыл. Моя агрессия внезапно отступила, уступая место чистому, подавляющему облегчению. Я не должен был снова быть Бессмертным Одиночкой.       Именно в этот момент Кирито посмотрел на меня, и в его глазах была нежность, смешанная с лёгким укором.       — Я же говорил тебе, Влад. Ты уже отработал своё одиночество, — сказал Кирито.       — Ты не один в этом дерьме, Райдер! — громко заявил Кляйн, его длинный меч сверкнул. — Мы тебя прикроем!       — Ты сделал достаточно, Влад, — сказала Асуна с теплой улыбкой. — Теперь позволь нам заняться командной работой.       — Кто бы ни был этот Феникс, он забыл, против кого он на самом деле пошёл, — добавила Лизбет, её молот был наготове. — Он пошёл против Наследников Айнкрада!       Эгиль смерил взглядом толпу Саламандров.       — Это наш выход. И никто не будет тут умирать.       — Мы тебя прикроем! — воскликнула Лифа, и её магия исцеления засияла ярче.       Силика просто кивнула мне, её лицо было серьёзным.       Синон не говорила. Она просто стояла рядом, её лунный лук был натянут, направленный в сторону Феникса. Её присутствие было самым сильным заявлением из всех.       Я сглотнул комок в горле, все еще не в силах отвести взгляд от натянутой тетивы Синон.       — Спасибо, — прошептал я. Это было всё, что я мог сказать.       Феникс не оценил наш момент. Он был в ярости. Он был окружён своими Саламандрами, но против него теперь стоял фронт.       — Ты! — прорычал Феникс. Его палец трясся, указывая на меня. — Чёртов Райдер! Ты опозорил нашу гильдию своими выходками! Ты посмел проигнорировать наше предложение. И теперь ты и твои друзья будете страдать!       Кирито сделал шаг вперёд.       — Предложение? — спросил Кирито. Его голос был стальным.       — О чем он? — спросила Асуна.       Я сглотнул. Я не хотел, чтобы они знали об этом. Я хотел справиться с этим грязным делом сам, чтобы не втягивать их в новую драму. Но теперь, когда они стояли рядом, выбора не оставалось.       — Игнис, его Зам, — начал я, глядя Фениксу прямо в глаза. — Он сказал, что если я не сдамся, то он вам спокойной жизни в ALO не даст.       Слова зависли в воздухе.       — Угроза? Они посмели угрожать нам?! — Лизбет сжала рукоять своего молота.       — Они пытались заставить Влада сдаться, угрожая нам? — Силика посмотрела на меня, её глаза наполнились ужасом.       — И ты... — Кляйн посмотрел на меня, его лицо было тёмным от ярости. Он не спрашивал, как я отреагировал, он спрашивал о моих мыслях.       — Я ему отказал, — сказал я. Мой голос был ровным.       Наступила секунда тишины. Мои друзья смотрели на меня, ожидая продолжения. В этой тишине я увидел полное принятие: они знали, что я сделал правильный выбор.       — Ударом в нос, — договорил я.       Среди друзей прокатился вздох, который был смесью шока и сдержанного смеха.       — Вот это Влад! — воскликнул Эгиль.       — Ударом в нос... — Кирито моргнул, а затем на его лице появилась широкая, хищная улыбка, отражающая мою собственную агрессию. — Правильно сделал. Это единственное, что понимают такие типы.       — Райдер снова решил все сам, — вздохнула Асуна, но в её тоне не было осуждения, только облегчение. — Ладно. Теперь мы здесь.       Синон стояла рядом со мной. Она слегка наклонила голову, и я увидел в её глазах не ужас, а мрачное, полное принятие.       — Что ж, Феникс, — сказал Кляйн, делая шаг вперёд. — Теперь ты не просто против одного игрока. Ты против всех нас.       Я посмотрел на Феникса. Мои друзья стояли рядом со мной, стеной против двадцати Саламандров.       Феникс был ошеломлён, но быстро пришёл в себя.       — Вы думаете, что сможете победить нас?! — прошипел он. Его взгляд скользил по нашей команде: танки Кляйн и Эгиль, лекари Лифа и Силика, быстрые DPS Кирито, Асуна и Лизбет, и снайпер Синон.       — Более чем, — сказал я, холодно, без тени сомнения.       В этот момент я почувствовал, как Силика и Лифа закончили лечение. Моё ХП стабилизировалось. Я был готов.       Я сделал шаг в сторону Кирито, передавая ему право первого удара и право командования.       — Если я смог одолеть твоих замаскированных клоунов, то они точно справятся, — сказал я, показывая кивком на нашу команду. Мой голос был низким, но наполненным абсолютной уверенностью.       Я встал рядом с Кирито, плечом к плечу.       — А тебя я лично прикончу... ещё раз, — сказал я, указывая рукоятью меча на Феникса. Указание рукоятью — жест презрения, намёк на то, что он не стоит даже острия моего клинка.       Феникс побледнел, но прежде чем он успел ответить, мои друзья взяли слово.       Кирито сделал короткий, отрывистый вдох.       — Ты это слышал, Феникс? — его голос был холодным, как лёд. — Наш товарищ только что закончил разминку. Теперь начинается настоящий бой. Ты угрожал нам. Ты нарвался на тех, кого не следовало трогать.       Асуна выдвинула свой рапиру вперёд.       — Мы не дадим тебе сбежать. Мы покажем тебе, что такое настоящий бой. Не грязный трюк с артефактами, а командный дух, — заявила она.       Кляйн ударил своим тяжёлым мечом о мрамор.       — Влад был одинок в SAO, — прорычал он. — Но это АЛО, парень. И ты не посмеешь тронуть никого из нашей семьи!       Лизбет улыбнулась, и эта улыбка была самой страшной из всех.       — А я, Феникс, лично прослежу, чтобы ты запомнил, каково это — быть воскрешённым только для того, чтобы снова упасть. У Райдера есть личный счёт, а у нас — забота о друге.       Эгиль поднял свой топор.       — Готовы к бою!       Силика и Лифа отошли назад, прикрывая тыл. Синон оставалась на месте. Её лук был натянут, её глаза, через прорезь прицела, смотрели прямо на Феникса.       — Ты проиграл в тот момент, когда решил, что Влад остался один, — прошептала Синон.       Я стоял плечом к плечу с Кирито, чувствуя силу нашей линии. ХП было восстановлено, наша ярость — общей.       — Убейте их! — крикнул Феникс. Его команда, двадцать Саламандров, пришла в движение. Они были похожи на красную, тяжело вооруженную лавину.       — Вперёд! — выкрикнул Кирито, и мы идеально синхронно рванули вперёд.       Вся наша команда — Кирито, Кляйн, Эгиль и я — столкнулась бы с ударным строем Саламандров, а Асуна и Лизбет готовили бы фланговую атаку.       И тут между нами возник ослепительный белый, системный луч.       Он был ярче, чем любое заклинание, и возник мгновенно, как системная команда. Луч ударил в мрамор арены, создав идеальный, вибрирующий барьер между нашим фронтом и наступающими Саламандрами.       Все остановились. Мы, и Саламандры.       — Сейчас-то что? — сказал я, сбрасывая с себя напряжение и оглядывая преграду. Это было не заклинание. Это было вмешательство системы.       Из луча медленно вышли три человека.       Они были похожи на фей, как в сеттинге ALO, но их крылья были безупречно белыми, а броня — чистой, серебристо-белой, лишённой каких-либо эмблем гильдий или расовых знаков. Их внешний вид кричал о нейтральности и власти.       — Администраторы... — прошептал Кирито.       — Администраторы? — спросил я.       Трое в белой броне стояли неподвижно. От них исходила аура системной невозмутимости.       Один из них, с длинными белыми волосами, медленно посмотрел на Саламандров. Его взгляд не был гневным, он был холодным и безэмоциональным, как код.       — Феникс, — произнёс администратор. Его голос был лишён высоты или громкости, но он идеально прозвучал по всей арене, преодолевая шум толпы. — Использование артефактов призыва в Дуэли и организация ПК-атаки с привлечением игроков, замаскированных под НПС, является грубейшим нарушением правил ALO. Это неприемлемо.       Феникс попытался возразить, но его голос был прерван.       — Гильдия "Пламеный щит" будет подвергнута временной блокировке на 72 часа, с удалением всех несанкционированных артефактов призыва и частичной потерей опыта всех участников данного боя, — продолжил администратор.       — Но! — начал Феникс.       — Ваша учётная запись, Феникс, будет заблокирована на три месяца за организацию межгильдийной войны с использованием обмана и угрозами в адрес других игроков, — произнёс третий администратор, и его слова были окончательным приговором.       Двадцать Саламандров и сам Феникс вспыхнули белым, не красным светом. Их тела не рассыпались. Они просто исчезли, как будто их данные были мгновенно удалены с сервера.       Белый луч, разделявший нас, погас. Мы остались стоять посреди арены, окружённые горой оружия, которое теперь принадлежало нам, как трофей.       Я глубоко выдохнул и опустил мечи. Мои мышцы, напряжённые до предела, мгновенно расслабились. Энергия, которую я тратил на поддержание Райдера, схлынула.       Я посмотрел на администраторов. Они стояли неподвижно, их лица были идеальны и безэмоциональны.       — Где же вы были раньше? — сказал я. Мой голос был низким, почти усталым.       — Вмешательство на ранних этапах привело бы лишь к блокировке Феникса, но не его сообщников, — произнёс он ровным, безэмоциональным голосом. — Ваше участие, Райдер, вынудило его показать полный масштаб своего заговора: использование двадцати игроков и артефакта воскрешения. Нам требовались неопровержимые доказательства массового ПК-сговора. Чтобы собрать их, ваш бой был необходим. Мы ждали до момента, когда сбор данных был завершен.       Я стиснул зубы. Значит, я был инструментом. Я был вынужден выпустить Бессмертного одиночку, рисковать жизнью, в то время как Администрация хладнокровно наблюдала, собирая свои "данные".       — Понятно, — только и смог выдавить я. Горечь была сильнее усталости.       Мои друзья, стоявшие рядом, среагировали мгновенно.       — Необходим?! — Асуна резко подалась вперёд, и её глаза метали молнии. — Вы хладнокровно наблюдали, как он сражается с игроками, только чтобы собрать "данные"?!       — Это был риск, который вы, как администрация, не имели права на него возлагать! — прорычал Кляйн.       Кирито сделал шаг к администратору, его лицо было мрачным. Он не кричал, но его голос был низким и устрашающим.       — Мы пережили SAO. Мы знаем, что такое реальная смерть в игре. Но даже зная, что это ALO и что в реале ему ничего не угрожало, вы не имеете права использовать игроков в качестве наживки! Это злоупотребление властью!       — Блокировка врага на три месяца не стоит того, чтобы Влад снова переживал этот стресс! — добавила Лизбет, её молот едва не слетел с её плеча.       Синон подошла ближе ко мне. Она не смотрела на администраторов, она смотрела на меня, её глаза были полны понимания.       — Влад, — тихо сказала она, положив руку на мою руку, сжимающую рукоять меча. — Это ALO. Ты помнишь. Это не SAO.       Я посмотрел на неё. Она напоминала мне о Контракте. О том, что физической угрозы нет.       — Райдер был необходим для боя, но Влад не должен платить за это эмоционально, — продолжила Синон, её голос был твёрдым. — Ты выжил, и это главное. Ты сделал это для нас, потому что этот Феникс угрожал нам. Твой Райдер выполнил свою функцию и спас нашу спокойную жизнь.       Лифа подошла, её лицо было бледным.       — Мы рядом, Влад. И они не смогут это повторить.       Я медленно кивнул, позволяя их словам, их реальной, человеческой реакции, заменить холодный, системный ответ администратора.       — Вы можете быть свободны, — сказал третий администратор, игнорируя наш протест. — Инцидент урегулирован.       Мы стояли, не двигаясь, пока три белых силуэта не исчезли обратно в системном луче.       Нас оставили в центре арены, окружённых трофеями, под рёв и аплодисменты толпы, которая, не зная деталей, праздновала нашу победу.       Я сжал и разжал руки, отпуская напряжение. Мои друзья всё ещё стояли вокруг меня, охраняя тыл, хотя угроза исчезла.       Я посмотрел на Кирито, на Синон, на всех.       — Я, конечно, понимал, что бой с Фениксом будет сложным, но не настолько, — сказал я.       Слова прозвучали глухо. Я имел в виду не только силу его команды, но и ту грязь, в которую мне пришлось окунуться, чтобы выиграть, и цинизм администрации, которая использовала меня как инструмент. Я не рассчитывал на то, что придётся вызывать Райдера и его агрессию в полном объёме.       — Он играл нечестно, — сказала Асуна, положив руку мне на плечо. — Но и наша команда не подвела.       Кирито кивнул, его взгляд скользнул по трибунам, где толпа продолжала безумствовать.       — Пора валить отсюда. Нам нужно обсудить это в спокойной обстановке. И никто из нас не станет тебя осуждать.       — Согласен. Хватит с меня этого, — сказал я, убирая мечи. «Лазурный Клинок» и «Зелёный Страж» замерли за моей спиной.       Кирито достал камень телепортации. Он был настроен на его дом.       — Идем домой, в Новый Айнкрад, — сказал Кирито.       Камень засиял. Сильный, яркий свет окутал нас.       Нас всех телепортировало.       Мы оставили позади себя грохот трибун, запах дыма и системный цинизм администрации. Мы уходили вместе, как команда, как семья.

***

      Яркая вспышка света от камня телепортации закончилась. Мы материализовались в знакомой, уютной гостиной Кирито и Асуны на 22-м этаже Нового Айнкрада. Здесь не было мрамора арены, криков толпы или красного дыма. Только мягкое освещение и успокаивающий запах свежеиспечённого хлеба.       Тишина здесь была оглушительной после рёва стадиона.       Мы стояли в неловком полукруге. Тела друзей были напряжены, хотя физическая опасность миновала. Каждый из них переживал не сам бой, а его жестокость и необходимость моего "возвращения" к Райдеру.       Я первым нарушил молчание. Я снял оба меча с плеч, и их громкий, стальной лязг, когда они упали на ковёр, прозвучал очень громко. Это было как будто я сбрасывал тяжёлый щит.       — Спасибо, что пришли, — сказал я. Мой голос был низким.       Кляйн сразу же подошёл ко мне и по-дружески хлопнул по плечу, но его лицо было серьёзным.       — Мы всегда прикроем твою спину, Влад. Но... ты слишком легко вернулся к этому, — он кивнул на мои лежащие мечи.       Кирито отошёл к окну, глядя на пейзаж 22-го этажа. Он тоже сбросил свои клинки, и его поза говорила о том, что он переживает те же воспоминания, что и я.       Асуна и Лизбет молча принялись заваривать чай, их движения были быстрыми и заботливыми. Они пытались вернуть нас всех в мир подальше от SAO и Райдера.       Синон подошла к дивану и села, её лук остался висеть за спиной. Она смотрела на меня. В её глазах не было ни страха, ни осуждения — только принятие, которое я так боялся не увидеть.       — Ты с нами, Влад, — сказала она тихо. — Это главное.       Её слова, а не магия Лифы или Силики, восстановили меня быстрее всего. Но тут вмешалась Лизбет, которая не могла обойтись без прямолинейного упрёка.       — И больше не смей бежать один на армию врагов! — строго добавила Лизбет, неся поднос с чашками.       — Хорошо. Хорошо. Больше не буду, — сказал я, подняв руки в примирительном жесте.       — Ну вот и славно, — сказала Асуна с облегчённой улыбкой.       Я повернул голову в сторону, не в силах сразу принять их заботу. Я чувствовал, что заслуживаю упрёка, а не похвалы.       — Наверное, — сказал я по-русски. Это слово вырвалось само собой, отражая моё сомнение в том, что я действительно могу гарантировать, что больше не поступлю так же.       Юи, маленькая пикси, сидящая на плече Кирито, наклонила голову. Она, как искусственный интеллект, мгновенно перевела моё слово, не осознавая его двойного смысла.       — Мама, Папа, Райдер сказал: 'Наверное', — невинно произнесла Юи.       Мгновенно последовала реакция моих друзей, которые уже поняли, в чём дело.       — Влад! Райдер! — прозвучало хором.       — Е-мое! — сказал я, отскакивая на шаг. Я не ожидал, что моё русское слово, сказанное в пустоту, будет переведено и услышано всеми.       — Ты опять за свое? — сказала Лизбет, и её тон обещал долгий, воспитательный разговор.       Я подобрал мечи с пола, пятясь к выходу из дома. Я чувствовал, что меня сейчас будут отчитывать. Мне нужно было срочно бежать, пока Райдер-Агрессия не сменилась Влад-Виноватым.       — Я тут вспомнил... У меня в реале... это... кактус рожает, — сказал я, надев мечи на спину. Это была первая чушь, которая пришла мне в голову.       — До завтра! — сказал я, поворачиваясь к двери. Я потянул руку к ручке двери.       И тут в паре сантиметров от моей головы прилетела стрела.       Она вонзилась в стену рядом с дверным проёмом, вибрируя и заставляя меня инстинктивно замереть. Она была чёрной с красным оперением. Стрела Синон.       Я медленно повернул голову. Синон сидела на диване, её лук был опущен, но её глаза не выражали ни злости, ни прощения.       — Куда это ты собрался? — спросила она. В её тоне не было угрозы, только абсолютный, холодный контроль. — Теперь, когда ты снова вернул нам Бессмертного одиночку, ты должен будешь выслушать последствия.       Чёрная стрела Синон вибрировала в дверном проёме, пробившая иллюзию уютной гостиной. Она была в паре сантиметров от моей головы, и этот точный выстрел был самым весомым аргументом.       Мой цинизм, или сарказм, который я постоянно использовал как щит, пропал. Пропала и скорость Райдера, и его агрессивный напор. Я снова был просто Владом, пойманным в ловушку.       — Может, не надо? — сказал я. Мой голос звучал жалко, почти как у подростка, которого поймали за кражей печенья.       Кирито тихо усмехнулся, покачав головой.       — Боюсь, брат, после «Наверное» и «рожающего кактуса» это не обсуждается, — сказал он, облокачиваясь на спинку дивана.       — Садись, Влад, — мягко, но твёрдо сказала Асуна. — Чай готов. И нам нужно поговорить о том, что было с тобой во время дуэли.