3. Дождь

Ричард Окделл не был таким, как ожидал Сильвестр. Кардинал был уверен, что юноша даже не подозревает о своей привычке скалить зубы. Сама Мирабелла распространила слухи, что её детей похитили слуги Леворукого после восстания и превратили в волков. Можно было подумать, что она отправила их в Агарис, а этим отводит подозрения, но с годами ей было только хуже. Даже те, кто хотел забрать Надор, испытывали к герцогине жалость. Она стремительно состарилась и занималась только молитвами, которыми, видимо, и жила. Его шпионы быстро находили молодого герцога, когда он выходил из леса с парой ровесников, не по местному чернявых. Их часто видели при Эгмонте и с детьми ещё в мирное время. Мальчик и девочка. Они спасли герцогских детей от похитителей, и за это король может дать им какой-нибудь мелкий титул. Таким образом благодарный и друзьям детства, и королю за помощь, Ричард будет у них в кармане, вне зависимости от реальной истории. Вепрёнок, как его прозвали при дворе, скалил зубы, боялся людей и хвостиком шёл за монсеньором. Сам Рокэ упоминал, что мальчишка ест с рук, но всё равно "посматривает в лес", как положено дикому зверю. Ни к кому не ходит, кроме пары проверенных детей, глупостей не делает, и то ладно. Проверенные дети, неразлучники Жоан и Девид. Первый официально считается сыном Рокэ, но он мог быть и сыном Алваро — бывший герцог и сам не мог решить. Юноша очарователен в той же мере, что и красивы его возможные предки. Из-за склонности к проделкам его следовало держать подальше от дворца, но раз Рокэ решил, что теперь ему таскаться вокруг и мешать людям работать, то изменить этого нельзя. Со вторым было сложнее. Он с одинаковой вероятностью был незаконным сыном кого-либо из Эпине или их воспитанника, не претендующего ни на что. С его правом первородства согласились только из-за помощи Дитриха против восставших и шанса упростить борьбу за территорию. Этот названный старший брат заранее прислал письмо, что берёт герцога в оруженосцы, хотя не появлялся уже четвертый год в Олларии, в том же конверте, что и шпионское послание. Значит, мальчик остаётся с Алвой, Слава Создателю. Несмотря на свою полезность, бродяга оставался сложным и жутким человеком. Жоан крепок духом, поэтому Сильвестр думал, что именно его с помощью письма возьмёт Дитрих, а Девид останется во дворце. Вернее, тайно и очень горячо желал этого. Только что он провёл воспитательную беседу, более чем наполовину состоявшую из сплетен. Несколько недель юный Алва регулярно переодевался в служанку и прислуживал ничего не подозревающим фрейлинам и королеве — исключительно ради смеха и желания увидеть реакцию, когда маски спадут, пока на его месте стояли другие наивные юнцы. К большому сожалению шутника, сеньор раскрыл его раньше и выдворил молча. На "Девицу Джун" частенько жаловались за глупость и неумелость, что и следовало ожидать от юноши, и её исчезновение было ожидаемо. Его, конечно, стоило отругать, но что-то пошло не так и с Сильвестром он распрощался как с новым другом, трясясь при этом после лишнего шадди. Следующий посетитель не заставил себя ждать. Кардинал слышал, как молодая девица недолго говорила с маркизом за дверью, прежде чем зайти. Оранжевое с золотом платье каким-то образом казалось холодным. Роза благоразумно не злила жену покровителя и выбирала совершенно не связанные с ним цвета, и ей это странным образом шло, несмотря на глаза родового цвета Придд, которые стали для супрема знаком свыше. Её мать заботилась обо всех его детях и заслужила место при дворе, став одной из гувернанток принцесс. Обе были умны, независимы и насмешливы, но младшая отличалась ещё и значительной хитростью. Ей как никому другому подходил титул новой герцогини, несмотря на покрытое туманом происхождение. — Что принесёт нам грядущий Великий Излом? — Сильвестр широким жестом пригласил даму сесть. — Ты же не просто так ко мне заявилась? Роза таинственно улыбнулась. Ко всем её достоинствам прилагался таинственный дар предвидения. Сначала Сильвестру казалось, что девочка просто умна и наблюдательна, но с каждым годом её "видения" становилось всё труднее объяснить, а точность только росла. — До ежечетырехсотлетнего пугающего события ещё слишком далеко, но механизм смены эпох уже начал своё движение, поскрипывая новенькими деталями. Я вижу пару потрясений в будущем, но выжить возможно, если держать нос по ветру и заниматься своими делами. Злые силы пытаются поднять свои уродливые головы, поэтому также неплохо было бы держать метафорический меч рядом. — И Оллары останутся на троне? — Этого я сказать не могу, — она стала звучать чуть веселее. — Реальная власть может смениться, но кто сказал, что завоеватель не оставит на троне законного в глазах народа подставного короля? Она видела проблемы, но их можно было пережить, поэтому кардинал расслабился. Он предложил Розе шадди, но она вежливо отказалась. — Раз так, то не буду пытать тебя с далёким будущим. Давай просто поговорим о последних новостях, — он украдкой взглянул на её браслет. — Слышал, тебя обвенчали с Валентином? Кардинал невольно вспомнил скандал с Джастином. Насколько он знал, мальчик жив, отрекся от титула и сбежал, возможно, с помощью тех же Дитриха и матери Розы из-за последовавшего покушения. Теперь наследником считался второй сын. Про возможную свадьбу, на самом деле, никто не знал, но чары белокурых ведьм не оставляли других вариантов. Роза поджала губы, сжав браслет, но быстро скрыла недовольство за улыбкой. — Мы долгое время считали друг друга братом и сестрой, так что поймите наше умеренное недовольство. Я не испытываю страсти к мужчинам, и даже господин первый маршал меня не влечет. Мой друг это понимает, — Роза грустно усмехнулась и хитро прищурилась. — Мы так похожи, что любая возможная связь как супругов будет считаться не кровосмешением, а рукоблудием. Она как будто специально подобрала момент, когда кардинал делал глоток. К счастью, он удержал шадди в себе и даже не подавился. — Юная леди, прошу, — он строго посмотрел в фиолетовые, сияющие весельем глаза. — Не говорите о таких вещах при людях веры. Вашу мать и так считают не лучше Марианны. — Но вы меня же знаете, — она значительно повеселела. — И разве не об этих вещах люди каються? Я же просто сравниваю. Это ничуть не хуже гравюр Тимея. — Ничего с ними не сравнится, — согласился Сильвестр. Он был почти уверен, что она лично видела эти самые анонимные гравюры. Роза оставалась умной и хладнокровной девочкой, но он боялся того дня, когда она придет на исповедь и выльет на него всё, что скрыто в её прелестной головушке.

***

Пошёл дождь. Это было как нельзя кстати, поскольку, привязывая вёдра, Дик и Дейв забыли набрать в них воду. Жоан очень сильно, словно на смертном одре, просил их держать отца в тонусе. Это включало в себя акты полного неуважения. Они с Дейвом по-разному уважали Рокэ, и от этого получалось через раз и не впечатляюще. Дейв вообще зачарованно заглядывал ему в глаза и иногда терял дар речи, что поначалу казалось Ричарду невозможным, хотя и он сам лучше не был. Монсеньор быстро показал своё главенство в доме, но согласился их не трогать, словно вожак стаи. Они спрятались от начавшегося теплого ливня в гостиной, вернувшись к своим книгам. Это было их время, к которому они на расстояние выстрела не подпускали Жоана — он обладал самым дурным вкусом из возможных, с садистским упоением читая стихи про пни. Дейв рассказывал о книгах, которые упоминал, но Ричард не читал — что в Лаик, что в Надоре была не самая разнообразная библиотека. — И про такое пишут? — дикий герцог не мог не возмутиться. — Во всех подробностях, со смаком, и, как сказал мой брат, игнорируя реальные ограничения тела. Откуда бы он сам этого ни узнал. — Фе! — Ричард поморщился, но не смог спрятать улыбку. Дейв продолжал перескакивать с темы на тему, а Ричард как-то поймал его мысли и плыл по течению. Он уважал Дитриха (драматурга, а не Дирка), но то, как поэтично его ненавидел Дейв, было просто прекрасно в его глазах — читая вслух и с серьезным лицом, но вставляя собственные строки в рифму, а иногда и схожие по смыслу. "И лучшим нам не скрыть неврозы, коль рядом пернул старый дед", например. Сам Дейв больше любил чеканные, но тараторящие длинные строки, не требующие от него игры голосом. Снаружи послышался плеск и гневный, но высокий голос Жоана. Они переглянулись. Дейв виновато прикрыл рот ладонями. — Прости, Джон! — хором выпалили они, когда слишком мокрый маркиз подошёл к ним. Надорское прозвище как-то прижилось. Жоан сбросил накидку и шляпу, открывая чёрно-белые одежды, и сел рядом. К счастью, он не сильно промок и больше испугался. — Ничего, я понимаю, — он чуть сморщил нос, ещё больше напоминая зайчика. — Падре на это бы не попался, но хорошая попытка. — Бу-ху! Глубокий голос что-то проворковал. Помощница кухарки Кончиты подозрительно напоминала Жоана, несмотря на большее количество мяса на костях и чуть более нормальных, почти серых глаз. Она часто притворялась, что не говорит на талиг, но всё прекрасно понимала. Жоан ей ответил, за что получил по лбу ложкой. Ричард всё-таки не сдержался и прыснул. — Клянусь, — зашептал он, как только Хуана ушла. — Если пророчество, что Олларам уготован один Круг, то следующими будут не Тараканы, а кухарки. Дворцовые повара пытались его откормить хоть как-то, но Жоан был быстрее, а в особняке было меньше возможности спрятаться. Из-за этого отношения у него с этой профессией были к маркиза странные, односторонние любовь и ненависть. — Меня монсеньор временно выгнал из дворца, — уже радостно поделился он. — А у вас как с делами оруженосцев? — Просиживаю штаны в библиотеке, — сразу ответил Ричард. — Рокэ не против. Иногда он меня берёт во дворец. Кстати, та маскировка правда хороша. — Я знаю! — восторг можно было увидеть в воздухе. — Именно поэтому меня и отстранили. Кстати, Дейв, видел твою почти-сестру. — Всё ещё плетёт интриги, будто это её пряжа? — спокойно спросил Дейв. Джон пожал плечами. Ричард замер на мгновение, прежде чем поспешил задать вопрос, пока они не перескочили тему. — А почему почти-сестра? Маркиз и герцог Эпине замолчали. — Это тайна похлеще истории с дворцовыми интригами. Много причин, — Дейв опустил взгляд, хмурясь. — Она, хоть и не альбинос, очень похожа на меня внешне и, что особенно забавно, как будто женская версия моего брата. Я же похож на её мать тем, чем не похож на неё саму, и похож на брата, чем не на её мать. Это можно назвать совпадением, если мы с ней были бы один в один, но мы не одно и тоже, просто она есть то, что сделало бы меня моим братом. Несколько секунд все пытались понять, что он только что сказал. Ричард вспомнил своих сестер. — Кажется, я тебя понял. — Как по мне, иногда она хуже Дирка, — надулся Джон Дейв как-то удивлённо на него посмотрел. — Ты её сейчас оскорбил так? — Как ты мог сказать такое? — маркиз схватился за сердце. — Я признаю, что он тяжёлый человек, но он не лезет в голову при любом удобном случае. Ричард понял, что что-то не так, когда заметил, как дрожат краснеющие от любого касания руки. — То, что он молчит об этом, не значит, что он этого не делает! — Дейв взмахнул руками. Голос его оставался ровным. — Ты не имеешь права судить о нём, когда для тебя он просто клёвый дядя! Который даже раз в год не приезжает! К счастью, Жоан заметил очевидные странности друга и нахмурился. — Ладно, ладно, я понял. Признаю свои ошибки. Ты в порядке? Судя по движениям, Дейв остыл, но дрожь всё ещё была заметна, да и ответил он слишком быстро. — В порядке? Я настолько в порядке, насколько это возможно. В полном порядке. Даже папаша твой не может познать, насколько я в порядке... Ричард не мог на это смотреть: — Тогда дыши, Создателя и Четырех ради. Наконец, Дейв замолчал. Ричард и Жоан переглянулись. — Я подышать, — Дейв поднялся и стремительно вылетел из гостиной, оставляя их наедине. К счастью, Жоан понял немой вопрос. Маркиз сел на диван, опустив голову. — До восьми лет Дирк его где-то прятал. Я ничего не знаю об этом, но с папой он дружил. Настолько, что потом папа принял Дейва как гостя, ещё до того, как его сделали герцогом. Тогда Дейв был совсем как кукла. Идеальный наследник из ваших рыцарских романов: фехтовальщик, музыкант, поэт, добр к подданым и стоек перед равными и так далее. Никаких лишних эмоций. Дирк всегда говорит, что будет ужасен с детьми, но я ему не верил, пока... Ну, ты понял. Ричард вспомнил старый разговор с тем свином, чье имя он успел забыть. Он уже знал, что стоит остерегаться этого человека, если он будет рядом, но сейчас боялся его ещё больше. Жоан же быстро растратил запал на серьезное настроение и побежал в свою комнату. Его настроение могло меняться быстрее, чем ветер, что немного нервировало. Самую малость. С другой стороны, это было небольшим благословением, чтобы не сойти с ума.