•• Ромео и Джульетта••

Эйприл, углубившись в свои мысли, невольно отвела взгляд на стоящей перед ней Шейлой. Роботическая фигура напомнила ей нечто человеческое — те же эмоции, те же страдания. Это было неожиданно и странно. "Она страдает," — подумала Эйприл. В груди засела неприятная тяжесть, которую она не могла объяснить. Казалось, что история Шейлы каким-то образом отозвалась в её душе. Эйприл вспомнила своё прошлое — ту ночь, когда она поссорилась с семьёй, когда ей казалось, что никто не понимает её стремлений, её мечты. И вот теперь, перед ней, не человек, но робот — с той же болью, теми же страхами. Она чувствовала связь, которую не могла игнорировать. "Влюблённый робот… Кто бы мог подумать, что я когда-нибудь услышу такое," — мелькнуло у неё в голове. Однако, чем больше она размышляла, тем меньше ей это казалось странным. Люди тоже часто были ограничены чужими ожиданиями и запретами. Почему роботы должны быть другими? Она вздохнула и подняла голову, встретив взгляд Тома. Он выглядел расслабленным, даже слегка насмешливым, но это раздражение её не задевало. — Нам нужно подумать, хорошо? — произнесла она, повернувшись к Шейле. Робот едва заметно наклонила голову в сторону, её механические суставы издали еле слышное шуршание. — Сколько времени? — Хотя бы день. Мы скажем, какое решение приняли, — ответила Эйприл твёрдо, стараясь скрыть лёгкую растерянность. Шейла, на мгновение зависнув, кивнула. Её световые индикаторы мигнули мягким голубым светом. — Хорошо. Удачи, — сказала она, и, развернувшись, медленно ушла, оставляя Тома и Эйприл в компании их мыслей. Том, сложив руки на груди, проводил робота взглядом, а затем, когда та исчезла за ближайшим металлическим зданием, хмыкнул. — Да уж, принцесса, мало проблем у нас было. Теперь стали частью любовной драмы. Эйприл обернулась к нему с явным раздражением на лице. — Странно, — начала она, уперев руки в бока. — Я думала, ты явный романтик и будешь на стороне влюблённых. — А я-то думал, что ты будешь на стороне здравого смысла, — парировал Том, пожав плечами. — И да, — продолжила Эйприл, не дав ему вставить очередную колкость, — не называй меня "принцессой". Том развёл руками, словно сдаваясь. — Ладно, ладно, как скажешь. Но ты не можешь отрицать, что вся эта ситуация смахивает на сюжет какой-то плохой мыльной оперы. Эйприл закатила глаза и отвернулась. — Лучше бы ты направил свою энергию на то, чтобы придумать, как помочь этой бедной Шейле. — Бедной? — Том усмехнулся, поднимая бровь. — Не уверен, что "бедная" — подходящее слово для робота, который попал в любовный треугольник. Эйприл вздохнула и устало опустила плечи. — Просто попробуй быть полезным, Том. Хотя бы раз. Том притворно приложил руку к сердцу. — Ах, как больно слышать это от тебя, прин… Эйприл, — поправился он, заметив её смертоносный взгляд. Эйприл стояла, скрестив руки на груди, и задумчиво смотрела в сторону металлического горизонта деревни роботов. — Знаешь что, — начала она, повернувшись к Тому. — У нас как раз закончились ресурсы, а мне же нужно из чего-то делать скотч. Том усмехнулся, покачав головой. — Всегда восхищался твоим умением делать из обычной груды мусора что-то полезное. — Кто бы говорил, — парировала Эйприл с прищуром, повернувшись к нему. — Ты умудрился приготовить суп из непонятно чего. А самое главное, вышло достаточно вкусно. Том театрально приложил руку к сердцу, словно принимая награду. — Это дар, — сказал он с притворной скромностью. — Суп по-Томски не каждому дано сделать. Эйприл фыркнула, не удержавшись от лёгкой улыбки. — Ну да, особенно когда ингредиенты — чистое безумие. — Главное, чтобы результат был съедобным. А ещё лучше — вкусным, — ответил он, блеснув своей фирменной самоуверенной ухмылкой. — Ладно, мастер кулинарии, пока ты гордишься своим супом, я займусь тем, что сделаю нам хоть какие-то инструменты. Том наклонил голову в сторону, слегка раздумывая. — Ты же знаешь, что я всегда готов помочь. Ну, если это не требует слишком больших усилий, конечно. — Ещё бы ты отказался! — поддразнила его Эйприл, шагнув вперёд. — Давай, хватай коробки с "мусором", будем изобретать что-то полезное. — Только если ты обещаешь ещё раз похвалить мой суп, — добавил Том, поднимая коробку и подмигивая своим единственным глазом. — Похвалю, если ты не испортишь ещё что-нибудь на корабле, — ответила Эйприл с усмешкой. В их тесной шлюпке, где каждое движение отзывалось скрипом металла или тихим жужжанием механизмов, внезапно начали мигать лампы освещения. За этим последовал низкий гул, а затем — предупреждение от ИИ: — Капитан, система подачи кислорода начинает работать с перебоями. Рекомендую немедленно устранить проблему, если вы не хотите задохнуться. — Отлично, — проворчала Эйприл, закатывая глаза и вставая с кресла. — Как будто мало было поломок за эту неделю. Том с тревогой посмотрел на неё: — Ты справишься? — Если ты мне поможешь, то справлюсь быстрее, — ответила она, уже вытаскивая инструменты из ящика. Они направились к задней части шлюпки, где находился источник неисправности. Том смотрел, как Эйприл ловко раскручивала болты и проверяла провода, будто это был её второй язык. — Вот, смотри, разрыв в шланге подачи кислорода, — сказала она, кивая на повреждённый участок. — И что теперь? — спросил Том, чувствуя, как пот холодным ручейком стекает по его спине. Эйприл хмыкнула и, достав из кармана несколько кусочков плёнки и тонких металлических полос, принялась соединять их. — Смотри и учись, Том. Сейчас ты увидишь рождение самого лучшего скотча, — сказала она с улыбкой. — Ты серьёзно? — неуверенно спросил он, наблюдая за её быстрыми и уверенными движениями. — Ещё как серьёзно. Если не хочешь лишиться воздуха, лучше не задавай лишних вопросов, — бросила она, прищурившись. Через несколько минут Эйприл продемонстрировала свой шедевр — плотный, липкий скотч, который выглядел надёжнее большинства покупных. — Это что, правда сработает? — спросил Том, глядя на неё с сомнением. — Сработает, как миленький, — уверенно сказала она, отрывая кусок и наклеивая его на повреждённый участок. Она разгладила скотч ладонью, а затем, с лукавой усмешкой, посмотрела на Тома: — Хочешь, проверю его липкость на тебе? Например, на волосах. — Эй! — воскликнул Том, отшатываясь назад. — Я доверяю твоим навыкам! Не надо экспериментов на моей шевелюре. Эйприл засмеялась, закручивая обратно болты. — Ну ладно, трусишка. Но учти: если этот скотч спасёт нам жизнь, я потребую ещё один комплимент моим золотым рукам. — Договорились, — сказал Том, улыбаясь. — Хотя они уже доказали свою ценность. — О, не сомневайся, я тебе это ещё напомню, — ответила Эйприл, пряча инструменты обратно. Через пару минут система подачи кислорода снова начала работать, и на шлюпке воцарилась спокойная тишина. — Ну что, капитан? — спросила Эйприл, смахивая со лба каплю пота. — Выдохнули? — Выдохнул, — ответил Том, облегчённо улыбаясь. — Ты просто волшебница, Эйприл. — А ты просто паникуешь, Том. Всё по-прежнему, — подколола она, и оба рассмеялись. К вечеру, после долгого и выматывающего дня, их маленькая шлюпка наполнилась звуками скрипящих кресел и мягкого шороха инструментов. Оба пытались привести себя в порядок после всех переделок и починок. Том, стоя у тускло мерцающего зеркала на внутренней стенке шлюпки, держал в руке кусачки, которые пришлось приспособить для подстригания его внушительной, уже изрядно отросшей бороды. — Чёрт возьми, ну почему в этой шлюпке нет бритвы? — пробормотал он, хмурясь. Кусачки жалобно скрипнули, едва справляясь с густотой его волос. — Приходится состригать бороду этими штуками, словно я какой-то робот-техник. Эйприл, сидя на полу с отвёрткой в руках и пытаясь вычистить застрявший между ногтями машинное масло, лишь фыркнула. — Эх, скучаю по гладкой коже на лице и своей невероятной прическе, — продолжал Том, поправляя чёлку, которая давно потеряла форму и теперь торчала в разные стороны. Эйприл не смогла удержаться и громко рассмеялась: — Да ну тебя, с ней ты выглядел как актёр дешевого фильма. Том повернулся к ней с видом обиженного героя мелодрамы, но в его глазах искрилось веселье. — А отросшая борода мне к лицу, что ли? — спросил он, указывая на своё лицо кусачками. Эйприл задумчиво оглядела его с ног до головы, притворяясь, что оценивает. — Ну, скажем так, теперь ты выглядишь как настоящий выживший. Такой... суровый космический майор, — подколола она, вставая с пола. — Суровый? — Том прищурил единственный видимый глаз, делая серьёзное выражение лица. — О, это уже комплимент! Может, мне оставить бороду? Эйприл усмехнулась, скрестив руки на груди: — Если ты не боишься, что я начну звать тебя Дровосеком Космоса, то оставляй. Тишина, которая воцарилась после их смеха, длилась недолго. Том, сосредоточенный на очередной попытке укоротить бороду, вдруг замер. Он бросил взгляд на Эйприл, которая уже закончила с очисткой ногтей, с деловитым видом копалась в ящике с инструментами. — Кстати, — произнёс он, словно между прочим, — мы так и не приняли решение насчёт Шейлы. Эйприл подняла голову, нахмурившись. — Точно, — протянула она, бросая отвёртку обратно в ящик. — Я как-то об этом совсем забыла. Том усмехнулся. — Знаешь, это странно. Обычно ты так сосредоточена на любом деле, что не упускаешь ни единой детали. Эйприл закатила глаза: — Спасибо за напоминание, мистер Майор. А если серьёзно, что мы скажем? Том сложил кусачки и задумчиво потер подбородок, где уцелели остатки бороды. — Ну, с одной стороны, вмешиваться в дела роботов вроде как нарушает их законы. А с другой... — А с другой, — перебила Эйприл, подперев подбородок рукой, — это их личное дело. Если мы сможем хоть как-то помочь Шейле, разве это плохо? — Хм, — протянул Том, слегка прищурившись. — Значит, ты на стороне любви, а? Эйприл хмыкнула, но не ответила, вместо этого отвернулась к окну шлюпки, за которым бескрайний космос расстилался как чёрный бархат. — Не знаю. Может, всё-таки стоит поговорить с этим... Дамбо? Или с его "семьёй"? Узнать, что там за невеста такая. Том фыркнул: — "Дамбо" звучит как имя циркового слона, а не робота. — Ну а ты звучишь как комик из дешёвой передачи, — отрезала Эйприл, но в её голосе слышалась улыбка. Том развёл руками: — Ладно, шутки в сторону. Думаю, завтра нам стоит решить, что делать. Если это их единственный шанс быть счастливыми, может, мы и вправду должны помочь. Эйприл кивнула, вновь глядя на звёзды: — Да, может. Но давай не будем торопиться. У нас ещё есть немного времени. Они снова замолчали, каждый погружённый в свои мысли. Тишину их размышлений прервал голос ИИ, который раздался с едва заметной ноткой сарказма: — Простите, что вмешиваюсь в вашу столь милую беседу, капитан, но, похоже, к нашему шаттлу направляются незваные гости. Том, всё ещё держа в руках кусачки, выпрямился, а затем закатил глаза. — Ну конечно! — протянул он с раздражением, которое трудно было не заметить. — Скучно же нам жилось без этого, не так ли? Эйприл быстро вскочила на ноги, её глаза уже бегали по приборной панели в поисках подтверждения слов ИИ. — И кто же? — спросила она, не скрывая настороженности. — Сейчас включу изображение, мэм, — ответил ИИ, словно предвкушая их реакцию. На экране появилась фигура. Высокий человек в выцветшем, но всё ещё ярком красном скафандре. На груди красовалась большая жёлтая звезда, обрамлённая молотом и серпом. Его лицо, скрытое за прозрачным куполом шлема, излучало серьёзность и... что-то ещё. Горящий энтузиазм, быть может? — Вы издеваетесь? — сдавленно прошептал Том, затем повысил голос: — Это что, коммунист? ИИ, словно не замечая его возмущения, продолжал: — Действительно, капитан. Согласно анализу эмблемы на его скафандре, это представитель Советской Федерации Космических Исследований. Эйприл прищурилась, пытаясь разглядеть незваного гостя получше. — Почему он направляется к нам? — спросила она с подозрением. — Возможно, просто хочет поделиться своим восточным гостеприимством, — произнёс Том с явной издёвкой. — Или пригласить нас на вечеринку с борщом и балалайками. ИИ невозмутимо продолжил: — Его действия пока что не агрессивны. Однако он стучит по корпусу шаттла и размахивает руками. Возможно, это знак приветствия. Эйприл вздохнула: — Или это сигнал о помощи. Может, он что-то хочет нам сказать? — Или захватить нас в плен и переправить в свою летающую Москву! — возмущённо парировал Том, всё ещё не сводя взгляда с экрана. ИИ, как всегда, остался равнодушен: — Ваше решение, капитан. Вы хотите открыть шлюз и узнать, что ему нужно, или будем игнорировать его до тех пор, пока он не уйдёт? Томсон с неожиданной резвостью рванул к ближайшему углу, где стояла старенькая, но ещё крепкая лопата — то ли орудие труда, то ли оружие на случай крайних ситуаций. Он схватил её, как будто это была сама судьба, вложенная ему в руки. — Отлично, — заявил он, размахивая лопатой, словно это был лазерный меч. — Если он сунется сюда с красными лозунгами, я покажу ему капиталистическую мощь! Эйприл схватилась за голову. — Ты что, серьёзно? Лопата? Это твой план? Том кивнул с таким энтузиазмом, что его повязка чуть не сползла. — Именно! Лопата — универсальное средство для всего. И защиты, и нападения! Эйприл закатила глаза и подняла руки в знак капитуляции. — Ладно, герой. Но если этот парень действительно коммунист, я сомневаюсь, что он испугается садового инструмента. — А ты что предлагаешь? — Том склонил голову на бок, внимательно посмотрев на неё. — Для начала не махать лопатой, как сумасшедший. Возможно, он пришёл с миром. Томсон усмехнулся. — С миром? Ты так думаешь? Они даже в космосе не знают, что это такое! ИИ, казалось, решил вмешаться в их спор. — Мэм, сэр, напоминаю, что наш посетитель всё ещё стучит по корпусу и, вероятно, ожидает вашего ответа. Эйприл вздохнула. — Ладно, майор с лопатой, пойдём разберёмся. Но если всё пойдёт наперекосяк, ты первый в очереди на дипломатические переговоры. — Договорились, принцесса, — ухмыльнулся Том, слегка поправляя хватку на лопате. — Но ты будешь впечатлена, когда я спасу нас от красной угрозы. Они направились к шлюзу, где, судя по всему, их судьба готовилась к новой главе. Шлюз медленно открывался, издавая низкий, протяжный скрип, словно предупреждая об опасности. Том с лопатой наготове стоял рядом, как преданный телохранитель, в то время как Эйприл, капитан их шаттла, напряжённо наблюдала за дверью. Её сердце стучало быстрее обычного, но она старалась сохранять невозмутимый вид. Когда дверь наконец полностью распахнулась, в проёме появилась фигура в массивном скафандре, украшенном красной звездой на шлеме. На груди сверкала лента с надписью на кириллице: "Космонавт СССР". Шлем слегка покачивался, пока незнакомец осторожно делал шаг вперёд, а гравитация шаттла выдавала звонкий металлический стук его ботинок. В руках фигура держала металлический цилиндр, который больше всего напоминал термос. Подняв его в знак приветствия, незнакомец заговорил: — Привет, товарищи, — его голос прозвучал глухо через динамики шлема, — я пришёл с предложением мира и борщом. Эйприл едва удержалась, чтобы не закатить глаза. Том же, напротив, сжал лопату сильнее, и его лицо перекосило от возмущения. — Борщ?! — возопил он. — Эти хитрые коммунисты пытаются нас отравить своим национальным супом! — Том, борщ — это просто суп, — пробормотала Эйприл, глядя на него с неодобрением. — Расслабься. Фигура в скафандре наклонила голову, словно изучая их реакцию. — Не бойтесь, товарищи, — продолжил он, — у меня есть запасы еды и топлива. Может, обсудим это за трапезой? Эйприл перевела взгляд с фигуры на Тома, который, казалось, готов был вот-вот броситься в бой. Она глубоко вздохнула и взяла ситуацию под контроль. — Что ж, спасибо за предложение, мистер... космонавт? — Лейтенант Дмитрий, к вашим услугам, — представился он, ставя термос на пол шлюза. — А вы? — Капитан Эйприл, — ответила она твёрдо, но сдержанно, а затем указала на своего спутника. — А это Том. — Приятно познакомиться, капитан Эйприл и товарищ Том. Давайте сотрудничать, ведь вместе мы сможем выжить в этой космической пустыне. Том подозрительно прищурился. Он крепко держал лопату в руке, явно не готовый сразу довериться новому гостю. — Ладно, Дмитрий, — процедил он, — но если ты предашь нас, знай, эта лопата станет твоим последним воспоминанием. Дмитрий слегка усмехнулся, видимо, оценив его прямолинейность. — Уважаю вашу бдительность, товарищ Том. А теперь, готовы попробовать борщ? Эйприл бросила взгляд на термос, пытаясь скрыть улыбку. Она не знала, чего ожидать от незваного гостя, но понимала, что у них нет выбора, кроме как попытаться установить хотя бы временное перемирие. — Слушай, тебе не кажется немножечко странным, что он сходу предлагает нам борщ? — тихо, но настойчиво сказал Том, понизив голос, чтобы Дмитрий не услышал. — Мы враги! Не забывай, у нас с красными холодная война! Эйприл, устало выдохнув, сложила руки на груди. — Том, а ты не думал, что в космосе холодная война может быть неактуальна? Мы на грани выживания. Если он пришёл с добрыми намерениями, зачем сразу считать его врагом? Том скривился, словно она только что предложила ему предать свою страну. — Ты не понимаешь. Это же классическая уловка! Сначала борщ, потом... потом что? Может, в этом термосе яд, а он хочет нас убрать, чтобы завладеть шлюпкой? Или хуже того — он шпион, собирающий информацию для своих коммунистических друзей! Эйприл закатила глаза, пытаясь не рассмеяться. — Том, он один. У нас даже нет секретов, которые можно украсть. Ты серьёзно думаешь, что он пришёл сюда ради того, чтобы изучить нашу банку супа и скотч? Том упрямо продолжал стоять на своём. — Я просто говорю, что доверять ему нельзя. Этот "борщ" — символ всего, что не так с коммунистами. Они всегда улыбаются, пока не ударят тебя в спину. Эйприл посмотрела на Дмитрия, который спокойно ждал их решения, стоя у шлюза с термосом в руках. Его осанка была расслабленной, и он явно не спешил нападать. — Хорошо, параноик, — сказала она, усмехнувшись. — Как только он попробует нас "ударить", твоя лопата всегда наготове. Но пока давай не будем портить себе день и посмотрим, что он предложит. Может, борщ не так уж плох? Том тихо проворчал что-то о "опасностях красной кулинарии," но всё-таки слегка опустил лопату, не выпуская её из рук. Дмитрий, всё так же спокойно стоя у шлюза с термосом в руках, наклонил голову, разглядывая Тома и Эйприл, как будто они сами были чем-то удивительным. Он, казалось, даже не замечал напряжённости, которую излучал Том. — Ну что, товарищи, будете пробовать борщ? Свежий, на свёкле и капусте, — сказал Дмитрий с лёгкой улыбкой. — Сам готовил. В космосе домашний вкус особенно важен, правда? Том фыркнул, явно не разделяя дружелюбного настроя. — Да уж, особенно если этот "домашний вкус" подкреплён тайными планами СССР, — пробормотал он. — Может, ты ещё пирожки с сюрпризом принесёшь? Эйприл, чувствуя, что разговор может быстро перерасти в абсурд, подняла руку, жестом призывая обоих к спокойствию. — Ладно, давайте проясним. Дмитрий, если ты пришёл с добрыми намерениями, то зачем? Мы ведь даже не знаем, как ты оказался здесь. Дмитрий коротко кивнул, признавая её правоту. — Вы правы, капитан, — сказал он, обращаясь к Эйприл. — Моё судно потерпело аварию. Системы отказали, а ресурсы на исходе. Увидел ваш шаттл — единственная надежда. А борщ… Ну, знаете, традиция. Угощать — это всегда знак мира. Не надо смотреть на меня, как на шпиона. Том, сложив руки на груди, подозрительно прищурился. — Очень удобно, правда? Ты случайно оказался рядом, у тебя проблемы с кораблём, и угощение сразу с собой. Как насчёт того, чтобы показать свой "аварийный корабль"? Или он вообще существует? Дмитрий развёл руками, словно пытался объяснить ребёнку очевидное. — Слушай, американец, я понимаю твои подозрения. Ваша пропаганда умеет рисовать образы злых коммунистов. Но ты ведь уже в космосе. Тут нет границ, тут нет политики. Тут есть только выживание. Мы все равны, пока не найдём способ вернуться домой. Эйприл обдумывала его слова. Её внутренний механик, всегда искушённый вопросами логики и решения проблем, соглашался с этим. — Хорошо, а как ты нашёл нас? И что случилось с твоим кораблём? Дмитрий вздохнул, опустив термос на ближайшую поверхность. — Автоматика отказала, кислород стал уходить. Запасы еды почти на нуле. Ваш сигнал был слабым, но я понял, что тут кто-то есть. Решил рискнуть. А корабль? Вон, за астероидом. Если хотите, могу показать. Том качнул головой, всё ещё держа лопату. — Тебе верить сложно. Но у нас выбора не так много, да? Хотя борщ я пробовать не собираюсь. Дмитрий усмехнулся, но не стал спорить. — Твоё право. Но если мы собираемся вместе выжить, лучше начать с доверия. Ну или хотя бы с терпимости. Эйприл бросила взгляд на Тома, затем снова повернулась к Дмитрию. — Хорошо. Но только под нашим наблюдением. И попробуй что-нибудь выкинуть — Томсон тебе быстро напомнит, что у нас тут есть лопата. Дмитрий улыбнулся. — Справедливо, капитан. Лопата — сильный аргумент. Дмитрий открутил крышку термоса, и из него тут же поднялся тонкий столб ароматного пара. Запах был неожиданно приятным — густой, пряный, с оттенками чеснока, укропа и слегка сладковатой свёклы. Он налил борщ в маленькую металлическую миску, которая, судя по виду, пережила не один обед в космосе. Том, стоявший в стороне, вытянул шею, чтобы лучше разглядеть, что именно советский космонавт пытается выдать за "еду". Он сощурил глаз, словно пытаясь прочитать какие-то скрытые намерения в этом, казалось бы, обычном блюде. — Ну, что ж, Дмитрий, признаю, пахнет не хуже, чем суп из консервов, которые мы тут едим. Но кто знает, что ты туда положил, — с явным подозрением протянул Том. — Может, там есть что-то, что превратит нас в… не знаю, советских шпионов? Дмитрий сдержанно усмехнулся, ставя миску перед ними. — Ты слишком подозрителен, американец. Это всего лишь борщ. Свёкла, капуста, картошка, морковка, лук, немного специй. Даже мясо нашлось — сушёная свинина. В космосе, конечно, не тот вкус, как дома, но всё же… Попробуй, сам поймёшь. Том медленно нагнулся, чтобы лучше рассмотреть красно-бордовую жидкость, переливающуюся в тусклом свете их шаттла. Его единственный глаз сузился, выражая всю степень недоверия. — Слишком красный, — пробормотал он, слегка наклоняя миску, чтобы рассмотреть дно. — А это что там плавает? Картошка? Морковка? Хм… Выглядит, конечно, нормально, но… кто знает, может, ты прятал там какие-нибудь миниатюрные советские жучки? Эйприл, наблюдавшая за всем этим, не выдержала и прыснула со смеху. — Ох, Том, хватит уже, — сказала она, качая головой. — Ты сейчас похож на профессора, который ищет следы преступления в обеденной тарелке. Если тебе так страшно, можешь оставить этот борщ мне. Дмитрий усмехнулся, отодвигая миску чуть ближе к Эйприл. — Что ж, капитан, ваша отвага заслуживает уважения. Думаю, борщ лучше всего оценить тому, кто не боится. Том, поняв, что сейчас ему нечего возразить, выпрямился, убрал руки за спину и принял важный вид. — Ладно, но если с тобой что-то случится, я тебя предупреждал. Эйприл лишь пожала плечами и взяла миску в руки, поднося её ближе к лицу, чтобы вдохнуть аромат. Том продолжал наблюдать за ней, словно надеялся, что борщ вот-вот даст ответ на все его подозрения. Эйприл аккуратно поднесла ложку к губам, на мгновение задержалась, словно взвешивая все за и против, и наконец попробовала борщ. Том, затаив дыхание, следил за её реакцией, ожидая чего-то… драматичного. — Ну что? — спросил он, скрестив руки на груди. — Чувствуешь, как начинаешь петь гимн СССР? Эйприл задумчиво пожевала, прищурилась, и на её лице заиграла лёгкая улыбка. — Честно говоря, это вкусно. Даже слишком вкусно для советского борща. Дмитрий не смог сдержать довольного выражения лица. — Спасибо, капитан. Это старый семейный рецепт. Моя бабушка его ещё готовила, когда я был мальчиком. Конечно, в космосе я не могу приготовить его так же, но рад, что вам понравилось. Том, всё ещё сомневающийся, наклонился ближе, пытаясь понять, что именно в этом борще могло так понравиться Эйприл. — Да ну, ерунда какая-то. Наверняка у тебя просто притупился вкус от наших консервов, — пробурчал он, беря ложку из её рук. — Дай-ка сюда, я сам проверю. Он зачерпнул небольшую порцию, глядя на неё так, будто собирался разоблачить какой-то заговор. Когда борщ коснулся его языка, на лице Тома отразилась вся гамма эмоций: от настороженности до неожиданного удивления. — Ладно… признаю… это действительно чертовски вкусно, — наконец произнёс он, отодвигая миску. — Но это не значит, что я начинаю доверять этому коммунисту. Дмитрий хмыкнул и усмехнулся. — Я рад, что моя еда смогла пересечь границы холодной войны. В конце концов, еда объединяет. Эйприл фыркнула и вернула себе миску, продолжив есть. — Ну, Том, может, ты и остаёшься параноиком, но я скажу честно: этот борщ — лучшее, что случалось с нами за последнее время. Том пожал плечами, ухмыляясь. — Ладно, капитан, но если я начну видеть красные звёзды во сне, это будет на твоей совести. Дмитрий лишь покачал головой, и на какое-то мгновение шаттл наполнился не враждебностью, а странным, но тёплым чувством единства, словно в этом небольшом металлическом пространстве на время прекратилась холодная война. — И, погоди, ты хочешь сказать, что это лучше моего супа? Супа по-Томски? — его голос был наполнен нарочитой обидой. — А ты ведь говорила, что это лучшее, что ты пробовала! Том, сложив руки на груди, прищурился, будто ожидая от Эйприл немедленных объяснений. Его взгляд был полон упрёка, словно она только что совершила величайшее предательство. — Ты серьёзно? — протянула она, опустив ложку в миску. — Это борщ, Том. Настоящий, насыщенный, с кусочками овощей. Он хоть выглядит как еда, а не как случайный набор консервов, которые ты сварил вместе и назвал супом. Том сделал вид, что её слова глубоко ранили его, приложив руку к груди и скорчив страдальческое выражение лица. — Вот так значит, да? Значит, суп по-Томски больше не в моде? Как же я переживу это предательство! — Переживёшь, — бросила Эйприл, закатывая глаза. — Да и вообще, ты сам признал, что борщ вкусный. Так что оставь свои театральные страдания при себе. Дмитрий, всё это время молча наблюдавший за их перепалкой, позволил себе тихо усмехнуться. — Вы удивительная команда, капитан. У вас даже еда вызывает горячие дискуссии. Эйприл покачала головой и, не удержавшись, рассмеялась. — Не обращайте внимания, Дмитрий. Том просто не привык, когда кто-то может сделать что-то лучше, чем он. Даже суп. Том на мгновение задумался, а затем указал на миску. — Ладно, ладно, борщ вкусный. Но мой суп — это классика! Как ты вообще можешь сравнивать? Эйприл пожала плечами, сдерживая улыбку, и вновь взялась за ложку. — Классика — не всегда лучшее, Том. Иногда новаторство побеждает. — Новаторство! — воскликнул он, размахнув руками. — Это просто красный суп! Ничего новаторского! Их перепалка продолжалась ещё несколько минут, но теперь вместо напряжения в шаттле чувствовалась тёплая, домашняя атмосфера, которой им так не хватало. На удивление для обеих сторон, идея объединения казалась не такой уж невозможной, несмотря на первоначальную неприязнь. После долгого разговора с Дмитрием, Эйприл сумела убедить Тома, что сотрудничество может быть взаимовыгодным. Конечно, Том не упускал возможности подчеркнуть, что ему это не по душе. — Вот так капитализм и коммунизм объединяются, — бурчал он под нос. — И это при том, что я не могу терпеть коммунизм. Дмитрий, ты хоть понимаешь, какую жертву я ради тебя приношу? — Том, хватит драматизировать," — устало отозвалась Эйприл, скрестив руки на груди. — "Мы просто договорились помогать друг другу. Это называется дипломатия. — Дипломатия, говоришь? Я это называю вынужденной мерой! Тем не менее, общее решение было принято, и на следующий день шаттл вновь наполнился напряжённым ожиданием. Шейла появилась на горизонте утром, её металлическая фигура легко скользила по пыльной земле планеты Роботофу. Она подошла к шлюпу и, едва оказавшись внутри, сразу заговорила: — И как? Вы приняли решение? Эйприл открыла рот, чтобы ответить, но Том мгновенно перебил её, с явной самоуверенностью выступив вперёд. — Решено! — объявил он так, будто озвучивал важнейший исторический указ. — Мы поможем тебя исправить. Любовь любовью, но если делать выводы по Шекспиру, запретная любовь ни к чему хорошему не приводит. А потому нужно просто убрать в тебе механизм, что отвечает за влюблённость! Эйприл ошеломлённо замерла, уставившись на Тома. — Что?! Убрать механизм? Ты вообще слышишь себя?— она повернулась к Шейле, явно стремясь исправить ситуацию. — Игнорируй его, Шейла. Мы ещё не обсудили все детали. Робот, казалось, задумалась, её металлические пальцы легонько постукивали друг об друга, словно имитируя человеческую привычку. — Интересное предложение, — наконец произнесла она. — Но, пожалуй, я не готова к такому радикальному вмешательству. Убрать чувства — это всё равно, что перестать быть собой. — Вот-вот! — вставила Эйприл, бросив на Тома укоризненный взгляд. — Нельзя просто взять и удалить то, что делает её личностью. Том фыркнул и сложил руки на груди. — Ну, простите, что я предложил практичное решение. Всё же это лучше, чем вечно страдать из-за невозможной любви! Шейла повернула голову к Эйприл, проигнорировав очередной выпад Тома. — Значит, у вас есть другой план? — У нас всегда есть план, — ответила Эйприл с улыбкой, но внутренне она всё ещё судорожно размышляла, как именно им помочь. Том покачал головой и пробормотал: — Надеюсь, ваш план не включает в себя ещё одну драму в стиле Ромео и Джульетты. — Мы просто поговорим с Дамбо. Как тебе идея? — предложила Эйприл, стараясь звучать уверенно. Том мгновенно скривился, будто услышал что-то невероятно противное. — Идея отвратительна! — заявил он с драматическим взмахом руки. — Разве мы не можем просто оставить это? Зачем нам вмешиваться в дела роботов? У нас и так проблем хватает! Эйприл закатила глаза, совершенно игнорируя его протесты. — Я не тебя спрашиваю, — холодно отрезала она, не отводя взгляда от Шейлы. Робот слегка наклонила голову в сторону, как будто осмысливая сказанное. — Это... необычный подход, — наконец произнесла Шейла. — Но если вы считаете, что разговор поможет, я готова согласиться. Только... Дамбо очень упрям. Возможно, это будет непросто. — Не беспокойся, — ответила Эйприл, сдерживая смешок. — Мы справимся. Том, между прочим, мастер переговоров. Правда, Том? Тот ответил ей гневным взглядом, но сдержался, понимая, что спорить бессмысленно. — Конечно, — процедил он сквозь зубы. — Я уже вижу, как говорю этому Дамбо: "Привет, робот, мы тут, чтобы разрушить твою жизнь. Не возражаешь?" Эйприл только фыркнула и похлопала его по плечу. — Вот и отлично. Ты уже начинаешь входить в роль. — Только ради тебя, — с тяжёлым вздохом бросил Том, поправив повязку, словно она внезапно начала его раздражать. Он скрестил руки на груди, всем своим видом демонстрируя недовольство происходящим. Эйприл только усмехнулась, продолжая проверять инструменты, которые они взяли с собой для предстоящей миссии. — Как мило, однако, — пробормотала она, но в голосе не было и тени сарказма. Напротив, звучало что-то похожее на лёгкую насмешку с примесью теплоты. Том нахмурился, но ничего не ответил. Он лишь молча сел в угол шаттла, стараясь выглядеть суровым и задумчивым. — Ты всегда так делаешь? — вдруг спросила Эйприл, не отрывая глаз от инструментов. — Как именно? — Хочешь помочь, а потом ведёшь себя так, будто тебя заставили под дулом бластера. — Я помогаю, потому что это правильно, — пробурчал он, избегая её взгляда. — И вообще, с чего ты взяла, что мне приятно возиться с делами роботов? — Ты же сам сказал, только ради меня, — напомнила она с хитрой улыбкой. — Это был сарказм! — возразил Том, но его слегка покрасневшее лицо выдало другое. Эйприл сдержала смех, только искоса посмотрела на него и тихо добавила: — Конечно, конечно. Кто бы сомневался. — А как мы найдём Дамбо? — Том, прищурив единственный глаз, внимательно посмотрел на Шейлу. Робот помедлила, будто раздумывая над его вопросом, а затем, слегка наклонив металлическую голову, ответила: — Я его сама приведу. Эйприл, до этого молчавшая, с сомнением подняла бровь. — Ты уверена? Это не вызовет подозрений? — Уверена, — Шейла звучала спокойно, но в её голосе было что-то решительное. — Дамбо часто гуляет один. Никто не обратит внимания, если я предложу ему встретиться. Том усмехнулся, качая головой. — Отлично, ещё и свидание устраиваем. А у нас хоть какой-то план есть? Или мы просто собираемся импровизировать, как всегда? — Том, если ты боишься, что что-то пойдёт не так, можешь остаться здесь, — отрезала Эйприл, скрещивая руки на груди. — Ха! Оставить вас двоих? Нет уж, спасибо. Уж лучше я сам прослежу, чтобы это всё не превратилось в ещё одну галактическую драму. Шейла лишь спокойно кивнула. — Подождите здесь. Я вернусь с Дамбо через час. С этими словами она развернулась и направилась к выходу, оставляя Эйприл и Тома переглядываться в ожидании того, что принесёт её рискованная миссия. Том, задумчиво глядя на закрывшийся за Шейлой люк, тяжело вздохнул и пробормотал: — Как же я надеюсь, что всё не пойдёт на перекосяк. Эйприл, сидя на ящике с инструментами, скрестила ноги и хмыкнула: — Ты ведь понимаешь, что такие слова обычно становятся предвестниками беды? Том обернулся к ней, скрестив руки на груди. — Спасибо за поддержку, принцесса. Успокоила, как всегда. — Не называй меня принцессой, Том. И знаешь, если всё действительно пойдёт не так, тебе же придётся быть тем, кто будет размахивать своей лопатой. — А что, ты тоже можешь помочь, — буркнул он. — У тебя ведь есть отвёртка. Эйприл усмехнулась, прищурившись. — Конечно. Я просто прикручу проблемам пару болтов, и они исчезнут. — Это было бы слишком просто, — фыркнул Том, поднимая глаза к потолку. — Иногда я думаю, что наш космический путь — это сплошное испытание. — А ты как думал? Что нас ждут безмятежные путешествия и посиделки у звёзд? Он тяжело вздохнул, устраиваясь на полу. — Нет, конечно. Но я хотя бы надеялся, что однажды мы не встрянем в любовную драму двух роботов. Эйприл лишь покачала головой, не удержав лёгкую улыбку. — Том, это ещё цветочки. Вот если сюда вернутся те пираты, вот тогда начнётся настоящее веселье. — Пираты, роботы, коммунисты, — пробормотал Том, устремляя взгляд в иллюминатор. — Не хватает только злых пришельцев-паразитов, чтобы картина была полной. Эйприл фыркнула, затягивая ремень на своём инструментальном поясе. — Ну знаешь, в нашем положении ничего исключать нельзя. Может, они уже ждут нас на следующей планете. Том вскочил на ноги, притворно округлив глаз. — Ты издеваешься? Если это произойдёт, я клянусь, я официально напишу заявление об увольнении из этого космического кошмара. — О, да, конечно. Направишь его в космический департамент через ближайший метеорит, — поддразнила она, вернувшись к своим инструментам. — Очень смешно, Эйприл. Тебе стоит попробовать себя в стендап-комедии. Правда, зрителей может быть немного — только я да этот бортовой ИИ. — Не забывай Шейлу и её Дамбо, — добавила она, усмехнувшись. — Это уже целых четыре слушателя. Том закатил глаз, тяжело вздохнул и вновь сел на пол. — Ну, по крайней мере, если появятся злые паразиты, я хотя бы смогу использовать свою лопату как оружие. Эйприл бросила на него взгляд через плечо. — Том, ты вообще понимаешь, что лопата — не панацея от всего на свете? — Может, и не панацея, но по крайней мере это лучше, чем отвёртка. Она лишь покачала головой, не удержав лёгкую улыбку. — Знаешь, Том, иногда я думаю, что тебя надо номинировать на премию «Самого бесполезного, но чертовски уверенного в себе космического авантюриста». Он ухмыльнулся, наклонившись вперёд. — Спасибо за поддержку, принцесса. — Ладно, хватит болтовни, лучше сядем и подождём этих двоих, — сказала Эйприл, вытирая руки тряпкой после очередного осмотра инструментов. Том, лёжа на импровизированной койке, повернулся к ней, с намёком на надежду в голосе: — Может, поедим для начала? Она бросила на него недоверчивый взгляд. — Том, тебе не хватило борща Дмитрия? Он в ответ театрально закатил глаз и сел, скрестив ноги. — Ну, прости, что я не могу наесться одной порцией! Это всего лишь борщ, а не какое-то космическое суперблюдо, Эйприл. Она хмыкнула, откидываясь на спинку стула. — Я занята ремонтом нашего корыта, чтобы мы вообще могли пережить этот день. — Ладно, ладно, — сдался Том, подняв руки в знак капитуляции. — Значит, никакого перекуса. — Правильно, — подтвердила она, взглянув на иллюминатор. — Давай просто подождём, пока Шейла приведёт своего возлюбленного. Том вздохнул, снова откинувшись назад. — Да уж, весёлый у нас график. От голода к романтическим драмам среди роботов. Шейла появилась ровно через час, как и обещала. Её металлические шаги раздались у входа в шаттл, за ней шел Дамбо. Его синий корпус слегка поблескивал под светом ламп, а движение было слегка угловатым, как будто он испытывал явное недовольство. — Добрый день, — начал он механическим, но всё же выразительным голосом, оглядываясь. — Шейла, почему ты позвала меня сюда? У меня были важные дела. Шейла, немного помедлив, повернула голову к Томсону и Эйприл, словно ища поддержки, а затем шагнула ближе к Дамбо. — Дамбо, это важно. Я… я хотела поговорить с тобой о нас. Синий робот недовольно наклонил голову. — О нас? — переспросил он холодно. — Шейла, между нами ничего нет и быть не может. Ты прекрасно это знаешь. Шейла чуть отступила, её красные глаза потускнели, словно от обиды. — Но почему? Почему ты так ко мне относишься? Дамбо повернул голову в сторону, его голос стал ещё более жестким. — Потому что ты раздражаешь меня своим постоянным вниманием! Ты слишком навязчива. Ты думаешь только о себе и своём "несчастном механизме". Ты не понимаешь, что у меня своя жизнь, свои цели. Эти слова ошарашили всех, особенно Тома. Он резко выпрямился, положив лопату, которую держал в руках. — Эй, полегче! — вмешался он, нахмурив брови. — Может, я чего-то не понимаю, но разве так нужно говорить? Неужели ты не видишь, как ей тяжело? Дамбо медленно повернулся к Томсону, будто только сейчас заметил его присутствие. — А вы кто такой, чтобы учить меня? — процедил он. Том подался вперёд, указав на робота пальцем: — Я? Я — тот, кто знает, что надо быть человеком. Или, ну… ты понял. Нельзя так обращаться с теми, кто пытается выразить свои чувства! Ты должен хотя бы уважать её за смелость, а не топтать морально. Шейла, казалось, совсем сникла, и Эйприл положила руку ей на плечо. — Может, вы, ребята, поговорите наедине? — предложила она, обводя взглядом обоих роботов. — По-мужски, как любит говорить Том. Том усмехнулся, расправил плечи и указал на дверь шаттла. — Давай, Дамбо, выйдем. У меня есть пара слов для тебя. Дамбо недовольно замер, но всё же подчинился. Том последовал за ним, а Шейла и Эйприл остались внутри. Эйприл посмотрела на Шейлу. — Он справится. Хотя иногда болтает лишнего, но он умеет донести суть. Шейла молча кивнула, но по её взгляду было видно, что надежда ещё теплилась внутри. Дверь шлюза тихо заскрипела, и Томсон вернулся в шаттл. Его шаги были тяжёлыми, а на лице застыла смесь усталости и раздражения. Правая рука покраснела, а из-под рукава едва виднелась ссадина. Эйприл тут же подскочила к нему, с тревогой осматривая его состояние. — Том! — воскликнула она, хватая его за руку. — Что случилось? Ты же выглядишь как после драки! Том махнул рукой, пытаясь показать, что всё не так серьёзно, как кажется. — Всё в порядке, не переживай, — пробормотал он, садясь на ближайшее сиденье и потирая ушибленное плечо. — А где Дамбо? — спросила Эйприл, нахмурив брови. Том выдохнул, прикрыв глаза, словно собирался с мыслями. — Убежал, трус, — произнёс он, наконец. — Такой наглый, что пришлось пару раз его стукнуть, чтобы вразумить. Эйприл округлила глаза. — Ты что, правда его ударил? — Ну да, — Том пожал плечами. — Знаешь, он так хамил и пререкался, что я не выдержал. Забыл только, что он железный, и чуть руку не сломал. Он поднял руку, на которой уже начала образовываться небольшая припухлость, и усмехнулся: — Теперь у меня есть опыт общения с роботами. Как там говорят? Надо было действовать дипломатичнее? Эйприл закатила глаза, услышав его сарказм, и бросила на него укоризненный взгляд. — Ты хоть понимаешь, что сделал? Он мог вернуться, а теперь, наверное, просто спрячется где-нибудь, чтобы не встречаться с нами. — И правильно сделает! — отрезал Том, облокотившись на спинку кресла. — Зато Шейла теперь знает, что это за тип. Я, конечно, не фанат этих драма-комедий, но не позволю, чтобы её вот так обижали. Шейла, которая всё это время молча стояла у стены, сделала шаг вперёд. — Спасибо, Том, — тихо произнесла она. — Но мне всё же жаль, что он убежал. Я хотела просто поговорить... Том слабо улыбнулся, оборачиваясь к ней. — Ты заслуживаешь лучшего, Шейла. Поверь, тот, кто действительно тебя ценит, не станет так себя вести. Эйприл лишь покачала головой и достала аптечку, принявшись осматривать руку Тома. — Вот уж точно, день без приключений — не наш случай. Металлические руки Шейлы слегка дрожали, а голос звучал напряжённо, почти отчаянно. — Но я ничего не могу поделать! — воскликнула она, глядя на Эйприл и Тома с какой-то странной смесью надежды и безысходности. — В таком случае... Тогда пусть из меня исправят! Я больше не желаю страдать от этой боли! Безответной любви! Её слова прозвучали как гром среди ясного неба. Том и Эйприл переглянулись, каждый словно ожидая, что другой что-то скажет. Эйприл нахмурилась, обдумывая услышанное, а Том, почесав затылок, первым нарушил тишину. — Что ж, Эйприл, похоже, вариантов у нас нет, — произнёс он с легкой иронией, хотя на лице было заметно беспокойство. Эйприл прищурилась и резко повернулась к нему. — Ты серьёзно? Просто так возьмём и исправим? — А что ещё нам остаётся? — пожал плечами Том, глядя на Шейлу, которая, казалось, готова была расплакаться, если бы могла. — Она же сама просит. — Это звучит, будто мы просто решаем выключить её чувства, — возразила Эйприл. — Ты не думаешь, что это слишком жестоко? Шейла, словно услышав их сомнения, сделала ещё шаг вперёд. — Прошу вас, — её голос стал тише, но не менее настойчивым. — Я устала от этого. Эта боль... она разъедает меня изнутри. Если вы действительно хотите помочь, то сделайте это. Эйприл вздохнула, покачав головой. — Том, я не уверена, что это правильно. — Знаешь, принцесса, — ответил Том, глядя на Шейлу, — иногда людям нужно дать то, что они просят, даже если нам кажется, что это не лучший выбор. Эйприл закатила глаза от очередного «принцесса», но ничего не ответила. Она подошла к Шейле и мягко коснулась её металлической руки. — Ты уверена, что этого хочешь? Это будет необратимо. — Да, — твёрдо произнесла Шейла, её красные глаза светились решимостью. Том кивнул, посмотрев на Эйприл. — Ладно, за дело.