•• Свадьба ••

Том устроился в уголке шаттла с блокнотом в руках, яростно перечитывая и перечёркивая написанное. Его брови были нахмурены, губы шевелились, словно он повторял речь в голове. — …И пусть их союз будет, — начал он в очередной раз вслух, но тут Эйприл устало подняла руку, останавливая его. — Том, у меня уже голова кругом от твоих речей, — проворчала она, лёжа на своём месте и изучая потолок. — Разве я плохо говорю? — искренне удивился он, отрываясь от своего шедевра. — Вовсе нет. Просто хватит читать одно и то же. Ты меняешь одно слово и снова прогоняешь текст заново. Том пожал плечами, с видом человека, которому только что нанесли несправедливый удар. — Я просто пытаюсь вдохновиться, капитан. Это ведь важная речь, их свадьба должна запомниться! Эйприл слегка приподнялась на локте, глядя на него. — Видимо, пока не очень получается, — поддразнила она с едва заметной улыбкой. Том отложил блокнот и повернулся к ней, его глаз лукаво блеснул. — А может, ты могла бы мне помочь? — начал он, пододвигаясь ближе. — Помочь? Чем? — недоверчиво прищурилась она. Он наклонился чуть ближе, его голос стал мягче, но в нём всё ещё звучала та самая дерзкая интонация. — Ты знаешь… вдохновить меня. Я читал, что настоящие ораторы черпают вдохновение в страсти, — он сделал драматическую паузу и добавил: — Может, нам стоит провести... скажем, эксперимент? Эйприл подняла бровь, её взгляд был одновременно удивлённым и подозрительным. — Томсон, ты серьёзно сейчас? — Абсолютно. Всё ради искусства, капитан. Ради великой речи, — он приложил руку к сердцу, словно давал священную клятву. Она рассмеялась и покачала головой, отмахнувшись от него. — Том, лучше продолжай писать свою речь, но знай: если ты снова будешь читать её вслух, я запущу в тебя твоим блокнотом. Он подмигнул и, откинувшись назад, снова взялся за записи. — Ладно-ладно. Но предложение остаётся в силе. Мало ли, вдруг тебе тоже захочется вдохновиться, принцесса. Эйприл лишь закатила глаза и вернулась к своим мыслям, прекрасно понимая, что Том и на этот раз выйдет сухим из воды со своим нескончаемым флиртом. Томсон действительно не выдержал. Всего несколько минут прошло с момента их последнего разговора, как он вновь принялся за своё. — И пусть их союз станет примером для всех будущих поколений… — начал он, не поднимая глаз от своего блокнота. Эйприл, которая успела устроиться поудобнее и почти задремала, резко выдохнула. — Ты специально, да? — её голос был смесью раздражения и недоумения. Том оторвал взгляд от записей, сделав вид, что совершенно не понимает, о чём она говорит. — Что ты имеешь в виду, капитан? Я просто совершенствую своё творчество. Она поднялась, облокотившись на локти, и смерила его суровым взглядом. — Том, ты буквально дважды подряд читал одно и то же. Если ты ещё раз скажешь слово «союз», я клянусь, выброшу этот блокнот в ближайший воздушный шлюз. Он ухмыльнулся, откладывая записи в сторону. — Ну, если ты так против моих речей, может, мне стоит переключиться на что-то другое? — Его тон стал более мягким, а глаз загорелся той самой искрой, которую она уже научилась распознавать. — Например? — её голос звучал подозрительно. Он подался вперёд, ловя её взгляд. — Ну… на нас, капитан. На тебя. На вдохновение, которое только ты можешь мне дать. — Том, я серьёзно, — она прищурилась, но улыбка всё же мелькнула на её лице. — А я серьёзнее некуда. Только представь: ты помогаешь мне настроиться, а я, вдохновлённый, пишу лучшую речь, которую эта галактика когда-либо слышала. — Настроиться? — Эйприл опустила брови, явно не веря своим ушам. — Да, — он наклонился чуть ближе, его голос стал ниже. — Может, мы могли бы… отвлечься от забот на время? Расслабиться. Вместе. Она покачала головой, делая вид, что думает. — Ты предлагаешь отвлечься от твоих безумных речей ради ещё большего безумства? — Именно, — он улыбнулся, наклоняясь так близко, что она почувствовала его дыхание. Эйприл вздохнула, глядя ему прямо в глаза. — Том, если я скажу «да», ты обещаешь хотя бы один вечер не думать о своих глупых речах? Он не скрывал своей радости, его улыбка стала ещё шире. — Обещаю. Даже клянусь, капитан. Она покачала головой, закрывая глаза, но уголки её губ тронула улыбка. — Ладно, Том. Но только один вечер. И если ты опять начнёшь говорить о вдохновении, я передумаю. — Слово не воробей, — отозвался он, уже вставая, чтобы сдержать своё обещание. — Ты сделала лучший выбор, капитан. Том отложил свой блокнот в сторону, словно оставляя за пределами этой комнаты все свои обыденные заботы и привычные шутки. Он сел рядом с Эйприл, развернувшись к ней так, чтобы их взгляды встретились. В его глазу читалась мягкость, которая казалась почти нехарактерной для него, а улыбка на лице была тихой, не такой дерзкой, как обычно. — Знаешь, капитан, — начал он чуть хриплым голосом, — иногда мне кажется, что вся эта галактика меркнет перед тобой. Эйприл фыркнула, покачав головой. — Ты снова начинаешь свои речи? — Нет, — ответил он спокойно. — Это не речь. Это правда. Он потянулся, осторожно взяв её руку в свою. Его ладонь была грубой, мозолистой, в отличие от её — маленькой, но сильной, привыкшей к инструментам. Том провёл пальцами по её руке, будто запоминая каждую линию, каждую деталь. — Ты правда не перестаёшь удивлять меня, Эйприл Энджел, — сказал он, его голос стал тише. — В тебе столько силы, столько огня. Эйприл, почувствовав, как его слова проникают глубже, чем она ожидала, опустила взгляд. Она не привыкла к подобным моментам, не привыкла чувствовать себя настолько уязвимой перед кем-то. — Ты только не привыкай к этому, Том, — ответила она, слегка улыбнувшись. Он не удержался и аккуратно поднял её подбородок, заставляя её снова посмотреть на него. — Я бы хотел привыкнуть. На какое-то время они просто сидели в тишине, глаза в глаза. Это было больше, чем слова, больше, чем прикосновения. Это было понимание — мгновение, когда они оба осознали, что несмотря на их различия, несмотря на колкости и споры, между ними есть что-то настоящее. Том осторожно подался вперёд, позволяя своим губам встретиться с её. Это был не дерзкий, не торопливый поцелуй, а медленный и бережный. Он не требовал, а предлагал. Эйприл на мгновение застыла, её разум подсказывал ей оттолкнуть его, пошутить или найти отговорку, но сердце предало её. Она закрыла глаза и ответила на поцелуй, чувствуя, как его руки мягко скользнули к её плечам, а затем обвили её в тёплом объятии. — Том, — прошептала она, отстраняясь совсем чуть-чуть. — Я всё ещё думаю, что ты идиот. — А я всё ещё думаю, что ты лучшая из тех, кого я встречал, капитан, — ответил он, не разжимая объятий. Том и Эйприл долго сидели рядом, наслаждаясь редкой тишиной, которая, казалось, обволакивала их, будто мягкий плед. Их взгляды снова встретились, и в этот момент всё остальное стало казаться неважным — ни бесконечные звёзды за иллюминатором, ни опасности, поджидающие их на каждом шагу. Был только он и она. Том протянул руку, осторожно касаясь её лица. Его пальцы, тёплые и чуть шероховатые, пробежались по её щеке, словно спрашивая разрешения. Эйприл не отстранилась, лишь слегка улыбнулась — эта улыбка была иной, чем обычно, не саркастичной и не язвительной, а мягкой, чуть застенчивой. — Ты уверена, капитан? — спросил он тихо, его голос звучал непривычно серьёзно. Эйприл медленно кивнула, её глаза блестели, отражая ту глубину, которую она редко позволяла кому-либо увидеть. — Уверена, Том. Он наклонился ближе, его губы снова встретились с её, но теперь поцелуй был другим — более глубоким, наполненным нежностью и неосознанным страхом потерять этот момент. Его руки скользнули по её спине, мягко притягивая её ближе. Эйприл, почувствовав тепло его тела рядом с собой, позволила себе расслабиться. Она впервые за долгое время почувствовала себя по-настоящему защищённой, словно все тяготы, которые она привыкла носить на своих плечах, могли раствориться в этом объятии. Их движения были медленными, почти осторожными, словно они исследовали друг друга заново. Том провёл пальцами по её рукам, запоминая каждую линию, каждый изгиб. Эйприл в ответ легко коснулась его шеи, её прикосновения были лёгкими, но от этого ещё более значимыми. Это было больше, чем просто физическое соединение. Это был диалог без слов, рассказ о доверии и принятии, о том, что можно быть уязвимым перед кем-то, не боясь быть осмеянным или отвергнутым. Когда они, наконец, слились в единое целое, это не было стремительным или страстным действием. Это было больше похоже на танец, где каждый шаг был выверен, каждое движение — наполнено смыслом. Их дыхания смешивались, а сердца, казалось, бились в унисон. После всё ещё была тишина. Том лежал, поддерживая её голову на своей руке, и наблюдал за тем, как её дыхание становится всё более ровным. Он слегка улыбнулся, пробормотав: — Ты знаешь, Эйприл, я никогда раньше не чувствовал себя настолько… правильным. Она приоткрыла глаза, устало улыбаясь в ответ. — А я никогда раньше не думала, что скажу это, Том, но ты удивляешь. Они лежали, просто наслаждаясь присутствием друг друга. Их разговоры, шутки и споры отступили, оставив лишь это хрупкое, но настоящее ощущение единства. Свадьба Шейлы и Дамбо проходила в духе того, что могло быть организовано на далёкой, странной планете Роботофу. Небольшая поляна рядом с деревней была украшена гирляндами из старых проводов, которые роботы собрали в окрестностях. Солнечные батареи, аккуратно выстроенные в ряд, сверкали, отражая праздничное настроение. На импровизированной сцене, сделанной из переработанных металлических плит, стояли молодожёны. Шейла сияла в «платье» из тонкой серебристой фольги, а Дамбо был слегка покрыт блестящей краской, которая местами уже начала отслаиваться, но он всё равно выглядел гордо. Том, Эйприл и Дмитрий стояли в стороне, наблюдая за происходящим. Дмитрий, казалось, был в хорошем настроении, его руки сложены на груди, а взгляд — сдержанно одобрительный. — Замечательное событие, — наконец сказал он. — Символ единства и сплочённости даже среди машин. Том покачал головой, выглядя скорее недоумевающим, чем впечатлённым. — Свадьба прекрасна, конечно, но я немного разочарован, что вместо закусок, ну или выпивки у нас машинное масло и томатный суп, — сказал он, скривив лицо при виде подноса, который один из роботов неуклюже катил мимо. Эйприл усмехнулась, глядя на разочарованного Тома. — А чего ты хотел? Ты же знал, что свадьба роботизированная. Может, возьмёшь суп вместо масла? — Очень смешно, принцесса, — пробормотал Том, скрестив руки на груди. — Свадьбы ради еды всегда были одной из причин, по которым я их посещал. Тем временем церемония продолжалась. Импровизированный священник, робот с причудливым цилиндром на голове, торжественно вещал: — Сегодня мы соединяем два сердца… или, точнее, два центральных процессора, в одно. Эти слова вызвали одобрительный гул среди собравшихся. Том взглянул на Эйприл. — Я бы хотел, чтобы кто-то так же красиво говорил про меня. Эйприл лишь подняла бровь, пытаясь не рассмеяться. — Ты не робот, Том. И давай не будем забывать, что ты сам едва ли можешь придумать что-то романтичное, — заметила она. — Это не так, я тоже могу быть романтичным. — Конечно, — усмехнулась Эйприл, глядя, как он явно пытается скрыть смущение. Когда церемония подошла к концу, Шейла и Дамбо, объединив свои металлические «руки», обменялись короткими, но искренними словами, которые, хоть и звучали немного механистично, всё же вызвали у присутствующих некоторое волнение. — Ты знаешь, — тихо сказал Том, обращаясь к Эйприл, — несмотря на все мои подколы, эта свадьба… ну, она как-то трогает. Эйприл взглянула на него и улыбнулась. — Значит, не всё потеряно. Дмитрий, стоявший рядом, только одобрительно кивнул, явно довольный тем, что даже Том смог найти в этом празднике что-то большее, чем просто разочарование в закусках. Том, который только что с видимым удовольствием проглотил ложку томатного супа, чуть не поперхнулся, услышав слова Эйприл. Он быстро обернулся к ней, нахмурив брови. — Ах да, Том, тебе скоро говорить речь, — с невинной улыбкой напомнила она. — Надеюсь, не забыл? — Речь? — переспросил он, напрягаясь, словно услышал, что его вызвали на фронт. — Ты хочешь сказать… ту самую речь? Эйприл лишь приподняла бровь, скрывая за спокойным выражением лица искру лёгкого сарказма. — Ну да, ту самую, которую ты репетировал, доводя меня до истерики. Разве ты не готов? Том несколько секунд сидел молча, морщась, будто пытаясь вспомнить, о какой именно речи идёт речь. Затем его лицо просветлело, словно он только что собрал сложный пазл. — О, конечно, я готов, — уверенно заявил он, отставив пустую тарелку в сторону. — Да, даже более чем готов. — Прекрасно, — сдержанно заметила Эйприл, перекладывая вес на одну ногу. — Тогда пойди и вдохнови эту толпу роботов своими словами. Дмитрий, стоявший неподалёку и явно наслаждавшийся происходящим, добавил с мягкой улыбкой: — Я надеюсь, товарищ Томсон, ваша речь будет достойной. Возможно, что-то в духе единства и прогресса? Том обернулся к Дмитрию, указывая на него пальцем. — О, не переживай, друг мой. Моя речь будет настолько хороша, что все здесь стоящие — будь то люди или роботы — захотят пожать мне руку. — Или отдать тебе одну из своих, — вполголоса добавила Эйприл, скрестив руки на груди. Том с вызовом поднялся, поправив рубашку и пригладив волосы. Его взгляд был исполнен драматической серьёзности. — Смотри, принцесса, и учись, — бросил он, подмигнув Эйприл. Та лишь вздохнула, но уголки её губ всё-таки дрогнули в слабой усмешке. Когда Том направился к сцене, его походка излучала уверенность, которую он наверняка подогревал мыслью о том, что после всего произнесённого ему точно удастся произвести впечатление — пусть даже на пару роботов. Когда вышел на импровизированную сцену, которая представляла собой несколько скреплённых между собой металлических панелей, издающих звонкий гул при каждом его шаге. Толпа роботов, собравшихся на церемонию, выглядела необычайно разнообразной: одни были миниатюрными, другие — величественно громоздкими. Среди них мелькали фигурки Дамбо и Шейлы, чьи «лица» светились от счастья. Том глубоко вдохнул, окинув взглядом присутствующих. Он не был тем, кто привык к вдохновляющим речам, но что-то внутри него заставило собраться. — Знаете, — начал он, с лёгкой неуверенностью, которая быстро растворилась в теплоте его голоса, — честно говоря, я никогда не думал, что буду стоять вот так, перед аудиторией… из роботов, на свадьбе. Негромкий смех прошёлся по толпе, а Эйприл, скрестив руки, лишь скептически приподняла бровь, но в её взгляде уже читалось любопытство. — Но я хочу признаться: я никогда не верил в любовь. Да-да, я, Том Томсон, считал, что любовь — это просто выдумка, удобный сюжетный ход из романов. Что-то красивое, но нереальное, как полёт в невесомости или вечный двигатель. Он замолчал, оглядывая зал. — И вот, что забавно… Я ошибался. Толпа притихла. Даже Эйприл, ожидавшая чего угодно — от шутки до самовосхваления, — слегка выпрямилась, не отводя взгляда от Тома. — Ошибался потому, что не встречал человека, который бы изменил мой взгляд на это. Но теперь я знаю, что любовь существует. Я знаю это, потому что каждый раз, когда смотрю на неё… — он сделал паузу, указав в сторону Эйприл, — я чувствую что-то, что раньше казалось невозможным. Эйприл замерла, её щёки залились лёгким румянцем, хотя она попыталась скрыть это за скептической усмешкой. — Любовь — это не просто слова. Это действия. Это забота, даже когда хочется послать всё к чёрту. Это попытки понять, даже если другая сторона кажется полной противоположностью. Это доверие… даже если ты не уверен, что заслуживаешь его. Том выдохнул, обведя зал взглядом. — И сегодня я вижу перед собой двух удивительных роботов, которые доказали, что любовь не знает границ. Дамбо, Шейла, я искренне желаю вам, чтобы ваша любовь была такой же крепкой, как… как то, что я чувствую к Эйприл. Потому что если это чувство может изменить такого упрямца, как я, то оно способно на всё. Он закончил, отступив назад. Толпа разразилась звуками, которые могли бы сойти за аплодисменты в исполнении роботов: звяканьем металлических частей, мягким гудением, одобрительными вспышками огоньков. Эйприл осталась на своём месте, скрестив руки. Но её взгляд… он был мягче, чем обычно, и в уголках губ всё ещё теплилась тёплая улыбка. Когда Том спустился, она подошла к нему. — Ну, Томсон, — сказала она тихо, чтобы слышал только он, — я не ожидала, что ты способен на такие слова. Он склонился к ней, с хитрым блеском в глазах. — Удивлять — это мой талант, принцесса. Эйприл закатила глаза, но её взгляд оставался тёплым. — В любом случае… Это было красиво. — Она коснулась его руки. — Спасибо. Том улыбнулся, чувствуя, как в груди разливается тепло, и впервые за долгое время понял, что он действительно сделал что-то правильно. Парочка решила постоять где-нибудь в стороне, чтобы отдохнуть от свадебной шумихи. Томсон небрежно уселся на импровизированную лавочку. Эйприл стояла, скрестив руки на груди, с выражением смеси усталости и лёгкого раздражения. — Что ж, будем жить среди этих роботов счастливо, — протянул Том, стряхнув с рукава какую-то металлическую стружку. Эйприл только фыркнула, качнув головой: — Думаешь, мы тут не будем лишними? Том вскинул бровь, словно удивляясь её словам, а потом наклонился вперёд, сложив ладони так, будто собирался выдать самый глубокий жизненный урок. — Лишними? Не говори глупостей, красотка. Ты вообще тут на вес золота! Где они ещё найдут столь талантливого механика? — Он сделал паузу, явно наслаждаясь собственными словами. — Ты будешь для них своего рода... врача. Да! Эйприл закатила глаза, разжав руки, но в уголках её губ всё же мелькнула улыбка. — Боже, Том. Тот, в свою очередь, широко улыбнулся, довольный, что поймал её на долю секунды более расслабленной, чем обычно. — Я абсолютно серьёзен! — продолжил он, откинувшись на лавочку, словно был королём собственной импровизированной сцены. — Да и этот коммуняка вряд ли сам справится. Томсон выжидательно смотрел на Эйприл, улыбаясь так широко, будто только что открыл перед ней сокровища вселенной. Его рука неспешно потянулась к повязке на глазу. — Знаешь, раз уж мы стали так близки, может, раскрою тебе одну из своих тайн? — его голос был одновременно таинственным и лукавым. Эйприл настороженно прищурилась, отступив на шаг. — Не пугай меня, Том. — Это ничего страшного! — заверил он, театрально выставив ладони вперёд, словно успокаивая дикого зверя. — Гляди! В следующую секунду он медленно снял чёрную повязку, держа паузу, словно это был ключевой момент в космическом спектакле. Эйприл наклонилась ближе, ожидая увидеть шрам или отсутствие глаза, но вместо этого… под повязкой оказался абсолютно нормальный, здоровый глаз. — Ты серьёзно?! — воскликнула она, выпрямившись резко. Том кивнул, сияя, как новенький гвоздь. — Удивлена, да? Оба глаза в полном порядке! Эйприл молчала несколько секунд, ошарашенная увиденным. Потом её лицо помрачнело. Она нахмурилась, а в глазах засверкало что-то опасное. — Том, ах ты паразит! Томсон понял, что что-то пошло не так, когда Эйприл схватила первую попавшуюся под руку железную трубу и кинула мимо Тома. — Постой! Это было ради имиджа! Чтобы поддерживать образ героя! — завопил он, пятясь в сторону. — Имидж, говоришь?! — воскликнула она, хватая гаечный ключ . Том, как истинный герой, моментально превратился в беглеца. Он метнулся в сторону, уворачиваясь от полета гаечного ключа, который, благо, пролетел мимо. — Ты просто милая принцесса! Я знал, что ты оценишь! — выкрикнул он, увертываясь от метлы, брошенной с точностью кометы. — Принцесса?! Я тебе сейчас корону на голову надену! — крикнула Эйприл, подобрав гаечный ключ побольше. Дмитрий, проходящий мимо, остановился с недоуменным выражением. Он увидел Тома, несущегося по деревне роботов с криками: — Не надо! Это была шутка! Эйприл следовала за ним, вооружённая уже какой-то запчастью, которую она подобрала на бегу. — Американская комедия в действии, — вздохнул Дмитрий, качая головой и наблюдая, как Том прячется за старым металлическим баком, а Эйприл пытается дотянуться до него с помощью длинной трубы. — Сдаюсь! Сдаюсь! — наконец выкрикнул Том, подняв руки. Эйприл, тяжело дыша, остановилась, уставившись на него с таким видом, будто собиралась прибить его мысленно. — Завтра будешь мыть шлюпку. Имидж героя не поможет! — прошипела она, сжав трубу так, что металл тихо скрипнул. Том глотнул воздух и кивнул, как мальчишка, которому строго указали его место. Всё ещё отдышавшись после своего героического бегства, медленно поднялся из-за металлического бака. В его глазах читалась смесь страха и извинения, а на губах появилась робкая улыбка. — Может, я тебе сделаю массаж, и ты успокоишься? — предложил он слабо, отступая на шаг, готовый в любой момент снова пуститься наутёк. Эйприл прищурилась, тяжело дыша и всё ещё держа трубу в руках. Её взгляд был настолько пронзительным, что Том почувствовал себя мышью под прицелом кошки. — Массаж? — повторила она с едва заметным намёком на угрозу в голосе. — Да-да! — Том торопливо поднял руки в жесте примирения. — Расслабляющий массаж! Считай это моим способом загладить вину. Ты ведь заслуживаешь немного заботы, капитан. Эйприл задумчиво посмотрела на него, явно прикидывая, стоит ли принять это предложение или снова пустить в ход трубу. Тем временем за происходящим с неподдельным интересом наблюдали роботы. Дамбо и Шейла, стояли неподалёку, обменивались взглядами, которые могли бы быть понимающими, будь у них мимика. Дамбо слегка наклонил корпус в сторону Шейлы. — Если бы у нас были лица, я бы сейчас улыбнулся, — пробасил он своим механическим голосом. — Томсон явно умеет попадать в передряги, — ответила Шейла, слегка качнувшись вперёд, будто подавляя смех. Дамбо задумчиво «посмотрел» на Тома, который продолжал лепетать что-то о «снятии напряжения» и «золотых руках». — Знаешь, я начинаю подозревать, что у него талант создавать хаос вокруг себя, — заключил Дамбо. — Талант? — отозвалась Шейла. — Это его суперсила. Если бы у них были рты, они бы оба наверняка сейчас улыбались. Вместо этого Шейла включила вентилятор, издав звук, похожий на лёгкий смешок. Эйприл, заметив роботов, бросила в их сторону мрачный взгляд. — Вы двое там что, насмехаетесь? Дамбо торопливо выпрямился. — Мы? Никогда. Шейла изобразила вибрацию корпуса, что, по её мнению, выглядело вполне невинно. Том воспользовался этим моментом, чтобы снова вставить своё слово: — Ну, так как насчёт массажа? Я гарантирую, что ты забудешь про весь этот... эээ, инцидент. Эйприл, наконец, опустила трубу и вздохнула, тяжело тряхнув головой. — Ладно, Том. Один шанс. Но если ты облажаешься, я заставлю тебя почистить каждый болт на этом корабле вручную. Том мгновенно расплылся в своей фирменной улыбке. — Не пожалеешь, капитан! Моё среднее имя — профессионализм! Роботы, наблюдая, как Том начинает с воодушевлением разминать плечи Эйприл, снова обменялись взглядами. — Его ждёт трудная ночь, — пробормотал Дамбо. — Ну что ж, заслужил, — подытожила Шейла, и оба с интересом продолжили наблюдать за представлением. Эйприл недовольно фыркнула, отворачиваясь от Томсона и скрещивая руки на груди. Я даже знать не хочу, что ты ещё от меня скрываешь! — Только это, клянусь! — Том попытался выглядеть искренним, но его хитрая улыбка всё портила. — Да и вообще, я думал, ты обрадуешься, что оба моего глаза целы. Эйприл медленно повернула голову в его сторону, прищурившись так, что Том почувствовал, будто её взгляд пронзает его насквозь. — Это исправимо, — холодно бросила она. Том нервно сглотнул, отступая на шаг. Он попытался рассмеяться, но звук получился скорее жалким и натянутым. — Ну слушай, Эйприл, может, и у тебя есть тайны, о которых я не знаю? Эйприл подняла бровь, её недоверие лишь усилилось. — Ах вот как? Хочешь теперь всё на меня свалить? Том поднял руки в примирительном жесте. — Нет-нет, вовсе нет! — заторопился он. — Просто, ну... вдруг ты тоже что-то скрываешь? Например, может быть в тайне собираешь коллекцию странных шапок? Эйприл едва заметно улыбнулась, но быстро взяла себя в руки, чтобы не дать Тому повода для шуток. — Всё, что тебе нужно знать обо мне, ты уже знаешь, Томсон. Он покачал головой, задумчиво почесав подбородок. — Знаешь, капитан, чем больше я думаю, тем больше уверен, что ты мне что-то недоговариваешь. — Да что ты! — усмехнулась она. — Например? — Например, что ты тоже носишь что-то ради имиджа. Может, твоё механическое мастерство всего лишь... — Осторожно, Том, — прервала его Эйприл, медленно подходя ближе. — Ещё одно слово, и ты пожалеешь, что у тебя два глаза. — Понял, молчу! — быстро ответил Том, прижимая пальцы к губам. Несмотря на угрозы, его глаза блестели от веселья. Очевидно, он наслаждался каждым мгновением их словесной дуэли. Эйприл тяжело вздохнула, качая головой. — Знаешь, Том, порой я удивляюсь, как у тебя вообще хватает смелости жить с таким характером. — А я удивляюсь, как ты терпишь меня, — ответил он, снова улыбнувшись. — Значит, я всё-таки не так уж плох, да? Она закатила глаза, но уголки её губ всё же дрогнули в сдержанной улыбке. Томсон хитро прищурился, наблюдая за Эйприл. — Кстати, я тебе рассказывал, как работал массажистом? — небрежно бросил он, словно это было обыденным фактом. Эйприл застыла. Она медленно обернулась, глядя на Тома с нескрываемым сарказмом. — Это единственная твоя история, в которую я готова поверить, — сухо ответила она. Том, не теряя своего фирменного обаяния, расправил плечи, явно гордясь собой. — И правильно делаешь, капитан. Я был настоящим профессионалом. С золотыми руками! Клиенты уходили от меня не просто довольными, а почти летающими от счастья. Эйприл фыркнула, скрестив руки на груди. — Да ладно, Том. Хочешь сказать, что твои «золотые руки» были в центре внимания, а не очередные безумные истории? Он сделал обиженное лицо, прижимая руку к груди. — Ты меня недооцениваешь, капитан! Я, между прочим, спасал людей от стресса. Как-никак, дело благородное. — Так-так, — она прищурилась, чуть подавшись вперёд. — И как же ты стал массажистом? Полагаю, что-то пошло не так в твоей очередной «героической» карьере? Том махнул рукой, словно отгоняя скучные детали. — Ну, знаешь, это длинная история... Но если коротко: я проходил мимо одного спа-салона, и кто-то сказал, что им нужен новый специалист. Ну, я подумал, а почему бы и нет? Эйприл изо всех сил старалась сохранять серьёзное выражение лица, но её глаза выдали её развлечение. — И что же ты делал? — О, много чего! — Том с энтузиазмом подался вперёд. — Успокаивал напряжённые мышцы, исцелял уставшие души, дарил радость... — И, наверное, рассказывал свои сказки клиентам, пока те не убегали с криками? — вставила она, подняв бровь. — Никто не убегал! — притворно возмутился Том. — Но, признаюсь, пару раз мои истории о спасении мира немного отвлекали их от процесса. Эйприл рассмеялась, покачивая головой. — Том, ты неисправим. — За это ты меня и любишь, — подмигнул он. — Возможно, — усмехнулась она, снова возвращаясь к работе, но улыбка всё ещё играла на её губах. Томсон, как всегда, изображал из себя этакого философа. Его глаза светились от неутомимой уверенности, а в улыбке была заметна легкая доля самодовольства. Он посмотрел на Эйприл, которая, как обычно, сосредоточенно работала над очередным ремонтом. — Знаешь, капитан, — начал он с той интонацией, с какой обычно делают торжественные заявления, — я очень надеюсь, что буду слышать от тебя, как я неисправим, ещё много лет. Эйприл даже не подняла головы, но её губы тронула тень улыбки. — Ну, по крайней мере, пока нас не поглотит чёрная дыра, — добавил Том, как будто это был самый романтичный финал, который он мог себе представить. Она наконец обернулась, бросив на него взгляд из-под поднятой брови. — Или если тебя в конце концов не прибьют за твой длинный язык, — невозмутимо парировала она, с лёгкой усмешкой покачивая головой. Том сделал вид, что её слова ранили его прямо в сердце. — Ах, капитан, какая жестокость! Разве я не заслуживаю немного тепла и признания за свою непоколебимую верность и умение развлекать? Эйприл отложила инструмент и скрестила руки на груди, глядя на него со смесью насмешки и искреннего интереса. — Верность? Развлекать? Том, ты хоть понимаешь, что эти твои «умения» чаще всего доставляют больше проблем, чем пользы? Он развёл руками, словно соглашаясь, но только наполовину. — Ну да, возможно, иногда я перегибаю палку... Но разве не в этом весь смысл жизни? Приносить хаос и веселье туда, где скука уже поселилась? Она рассмеялась, хотя старалась скрыть это. — Том, если нас когда-нибудь и поглотит чёрная дыра, я уверена, ты умудришься устроить там вечеринку. Он с гордостью кивнул. — А ты, капитан, будешь моей звездой на этом празднике. — Возможно, — бросила она с лёгкой улыбкой, вернувшись к своей работе. — Если только до этого я тебя сама не отправлю в эту чёрную дыру. Том, по обыкновению, проигнорировал её угрозу, продолжая наслаждаться их привычным обменом колкостями.