Часть 26 «Восставший из мертвых»

Я застыла. Слова Нираги прокручивались в голове снова и снова, но что-то не сходилось. — Подожди… — прошептала я. — Разве Мицуо ещё жив?.. Ты же… ты же подстрелил его. Я сама видела. Ты вломился в комнату и… Нираги усмехнулся, качая головой. Он откинулся на спинку кровати, взглянув на меня снизу вверх, с какой-то странной смесью насмешки и усталости. — Ты видела… но не то, что было на самом деле. — Он прищурился. — Он был в бронежилете. Ты даже не поняла. А тебя, между прочим, так приложили об косяк, что ты в отключке валялась минут десять. Думаешь, я просто так тебя тащил без сознания? Я замерла. — Ты врёшь, — прошептала я, но голос дрожал. — Хочешь — верь, хочешь — нет. Но я тогда вошёл и увидел, что он стоит над тобой, — Нираги сжал кулаки. — И поверь, я стреляю метко. Хотел в грудь — но не убить, а сбить. Он упал, сделал вид, что вырубился… А ты? Ты была как тряпичная кукла. Даже глаз не открыла. Мурашки прошли по моей спине. — Я… не помню. — Конечно, не помнишь. — Он чуть сдвинулся, больно скривившись. — Ты тогда набралась так, что два слова связать не могла. А теперь представь, сколько всего мог он сделать, пока ты валялась без чувств. Я села обратно, глядя в пол. Пазл складывался. Ужасающе точно. Молчание Мицуо после той ночи. Его внимательные взгляды. Подкинутые фото. Его будто бы забота. И моя наивная вера в то, что он — единственный, кто не лжёт. А Нираги… Он мог не говорить мне всего, быть жестким, язвительным, но он не врал. Никогда. Не в этом. — Значит… он всё ещё рядом, — прошептала я. — Ждёт, когда я снова отвернусь. Нираги не ответил. Только смотрел на меня долго, внимательно. — Именно. А я не собираюсь больше позволять ему играть с тобой. Он сказал это тихо, но в голосе было что-то твёрдое. Такое, что невозможно не почувствовать — граница пройдена. Нираги даже не моргнул. — Я сказал, ты будешь жить со мной. Тут небезопасно. Он знает, где твоя комната. Он знает, как ты живёшь, когда ты спишь, с кем разговариваешь. А со мной он не рискнёт сунуться. — ЧТО?! — я вскочила с места, злость кипела в груди. — НЕТ! Ты с ума сошёл? Я не твоя вещь! Не твоя девочка, не твой питомец, чтобы сидеть в клетке и ждать, пока ты разрешишь выйти! — Это не просьба, Мегуме, — медленно сказал он, вставая. Его лицо оставалось холодным, спокойным. Но в голосе… в голосе была сталь. — Это — решение. — Ты не имеешь права! — я сжала кулаки. — Мне не нужна твоя защита, ясно? Я сама справлюсь! Он подошёл ближе. Настолько, что я почувствовала его дыхание на щеке. — Правда? Сама? — прошептал он. — Как ты справилась той ночью в баре? Или когда чуть не умерла от рук того ублюдка? Или когда верила, что я — враг, а он — спасение? Я стиснула зубы. Горло сжалось от злости и стыда. — Ты не понимаешь… — Я всё понимаю. Именно поэтому — ты идёшь со мной. Он схватил куртку, кивнул на дверь. — Собирай вещи. У тебя пять минут. Я осталась стоять посреди комнаты. Всё внутри бунтовало — против него, против этой дикости. Но где-то глубоко, в самой середине груди… что-то холодное напомнило мне: он прав. Мицуо всё ещё рядом. И я — следующая.