Глава 7. Неделя как маленькая жизнь. Часть 1

Понедельник

      Дом, милый дом

      — Сириус, да чтоб тебя сам Мерлин прихватил! — воскликнула я, едва не полетев кубарем через проклятый чемодан брата, нагло раскинувшийся посреди гостиной. — Немедленно отправь этот хлам в свою комнату!       В ответ из кухни раздался взрыв хохота, будто залп заклинания — Сириус, мой брат-близнец, Регулус и Барти с Рабастаном дружно потешались над моим акробатическим этюдом.       — Астина, ты цела? Нигде не приложилась? — с тревогой в голосе спросил Римус, просунув голову в дверной проём. В его медовых глазах, обычно полных мягкой заботы, сейчас плескалось искреннее беспокойство.       — Всё в порядке, Римус, не волнуйся, — улыбнулась я, стараясь скрыть раздражение, клубившееся внутри. — Сириус Орион Блэк, повторять дважды я не намерена! Убери, кому говорю!       Сириус, слегка подтолкнув Римуса обратно в кухню, наконец-то соизволил явиться в дверях. На его лице красовалась та самая фирменная ухмылка, от которой у меня начинал непроизвольно дёргаться левый глаз.       — Да ладно тебе, Астина, мы только с поезда! Чего сразу, как профессор МакГонагалл? — протянул он сквозь смех.       — Именно поэтому, Сириус! Мы все только с поезда, но свои вещи уже успели распихать по углам, — отрезала я, стараясь придать голосу максимум строгости. — А ты бросил чемодан посреди гостиной, словно бомбу, и рванул на кухню, где, кстати, шаром покати. Надо бы наведаться в лавку, пополнить запасы.       — Зато кофе есть, — миролюбиво вставил Регулус. — Будешь, Астина? Он ароматный, крепкий...       — Наливай, Рег, — вздохнула я, оттесняя Сириуса от дверного проёма и направляясь на кухню. Римус, точно перехватив эстафету заботы, тут же заключил меня в тёплые объятия.       — Точно ничего не болит, Астина? — прошептал он мне на ухо, отчего по коже пробежали мурашки.       — Точно, Римус, — прошептала я в ответ, чувствуя, как тепло его прикосновений разливается по венам, словно глоток огневиски.       — Если хочешь, Астина, я могу сгонять в лавку, — предложил Барти, стараясь искупить вину за общее веселье. — Только список набросай.       — Прекрасно, я не против, Барти, — улыбнулась я, отстраняясь от Римуса. — Да и в доме не помешает прибраться, всё-таки год в Хогвартсе провели, пыль, наверное, клубами летает.       — Я помогу с уборкой, сестрёнка, — заявил Сириус, явно воодушевлённый возможностью загладить свою вину. — Искуплю грехи, сотворённые своим чемоданом.       — А я составлю компанию Барти в лавке, — оживлённо подхватил Рабастан.       — Отлично, — произнесла я, усаживаясь за кухонный стол. — Регулус, тогда на тебе сад. Римус, ты наш почётный гость, можешь пока отдыхать.       Регулус протянул мне кружку с обжигающим кофе. Я благодарно улыбнулась.       — Спасибо, братишка.       — Всегда пожалуйста, сестрёнка, — тепло улыбнулся он в ответ.       — Я могу помочь Регулусу в саду, — тут же предложил Римус, не привыкший сидеть сложа руки.       — Я только за, — кивнул Регулус. — Работы там непочатый край, одному точно не осилить.       — Превосходно, обязанности распределены. Можете приступать, как только допьёте кофе, — улыбнулась я, делая первый глоток. — А я пока займусь составлением списка.       Ребята тихо переговаривались, а я погрузилась в мир пергамента, выводя аккуратным почерком всё необходимое на неделю. Закончив, я оторвала взгляд от списка и оглядела своих друзей и братьев. Они о чём-то оживлённо беседовали, смеясь над какой-то шуткой. В этот момент меня окатило волной тепла и уюта, словно мягким пледом.       — Барти, список готов, можете выдвигаться в лавку, — улыбнулась я, протягивая пергамент.       Барти пробежался глазами по списку.       — Ты про сладости забыла, Астина, — заметил он с укоризной.       — Сладости — это само собой разумеющееся, — усмехнулась я. — Деньги возьмёшь на полке в гостиной, у камина.       Барти кивнул и вместе с Рабастаном направился к выходу. Вскоре за ними закрылась дверь, и в доме воцарилась тишина. Я отпила ещё глоток кофе, наслаждаясь его терпким вкусом и теплом, разливающимся по телу.       — Милая, ты, как всегда, всё взвалила на свои хрупкие плечи, — заметил Римус, с теплотой глядя на меня. — Не слишком ли много для одной девушки?       — Нет, любимый, я привыкла. Всё-таки два года живу с этими оболтусами под одной крышей, и они, в принципе, уже приучены к организованности и порядку, — улыбнулась я, с нежностью глядя на Римуса. — Тем более, осенью Регулус, Рабастан и Барти уедут в Хогвартс доучиваться седьмой курс, и мне станет немного проще.       Римус тепло улыбнулся в ответ и взял мою руку в свою, нежно поглаживая костяшки пальцев. От его прикосновения по телу разлилось приятное тепло. Я благодарно сжала его ладонь в ответ. Рядом послышалось нарочитое покашливание.       — Эм, простите, что прерываю вашу любовную идиллию, голубки, — ухмыльнулся Сириус. — Но тут как бы генеральная уборка намечается. И я, между прочим, жду чётких указаний от главной по тарелочкам.       Я рассмеялась, отпуская руку Римуса.       — Сириус, начни с уборки на втором этаже. Я быстренько наведу порядок на первом и приду помогать, — сквозь смех произнесла я. — Так, Регулус и Римус, сад вас ждёт.       Сириус кивнул и отправился на второй этаж, Римус чмокнул меня в щёчку и ушёл вместе с Регулусом в сад.       Я же принялась за уборку кухни: собрала грязные чашки со стола и вымыла их до скрипа. Вооружившись тряпкой, ведром с водой и верной волшебной палочкой, я быстренько стёрла пыль, протёрла все поверхности влажной тряпочкой во всех комнатах на первом этаже, включая кухню. Открыла настежь окна, впуская свежий летний воздух, напоенный ароматом скошенной травы и цветущих роз.       — Сириус! — громко крикнула я. — Не забудь открыть окна на втором этаже во всех комнатах!       — Уже открыл! — послышался голос Сириуса со второго этажа.       Я продолжила уборку, поправляя покрывала на диване и креслах, выметая пыль волшебной палочкой из самых труднодоступных мест. Спустя полчаса я поднялась наверх на помощь Сириусу. На втором этаже располагались пять наших спален, три гостевые комнаты и библиотека, забитая до потолка книгами. Я прошла в неё и окинула взглядом. Взмахнув волшебной палочкой, убирая пыль с полок и корешков книг, я быстро привела её в порядок.       — Сириус, ты где? — позвала я брата.       — В гостевой комнате, — отозвался он.       Я прошла по коридору и заглянула в комнату, откуда донёсся его голос. Сириус вовсю орудовал волшебной палочкой, сметая пыль в кучи.       — Как успехи? — улыбнулась я. — Какие комнаты ещё не охвачены?       — Да везде уже прибрался, — ответил Сириус. — Осталось только помыть полы во всех комнатах и коридоре, ну и библиотека.       — Библиотека уже сияет чистотой, я зашла и всё сделала, — произнесла я. — Тогда я за ведром и шваброй, начну наводить лоск.       — Хорошо, я сейчас здесь закончу и присоединюсь к тебе, — сказал Сириус.       Я быстренько спустилась вниз, прошла в кладовую и взяла ведро и швабру. Налила воды, поднялась на второй этаж и принялась за мытьё пола, переходя из одной комнаты в другую, словно Золушка на волшебном балу. Затем помыла коридор, лестницу и спустилась на первый этаж. И вот, спустя ещё полчаса, весь дом блестел чистотой, в воздухе витал лёгкий аромат лаванды, смешанный с летней свежестью, словно в рекламе освежителя воздуха. — Ну вот, генеральная уборка закончена. Спасибо, братишка, за помощь, — произнесла я с улыбкой, чувствуя себя немного уставшей, но довольной. — Осталось только приготовить ужин.       — Всегда пожалуйста, сестрёнка, — ответил Сириус.       — Кстати, что-то Барти и Рабастан задерживаются с продуктами, — заметила я, нахмурив брови.       — Скоро вернутся, — заверил Сириус.       Не успел он договорить, как входная дверь распахнулась, и в дом вошли Рабастан и Барти, еле волоча ноги под тяжестью сумок, набитых до отказа продуктами.       Мы с Сириусом рассмеялись.       — Мои ж вы хозяюшки! — сквозь смех произнесла я, глядя на их измученные лица.       — Мы старались, — отшутился Барти, тяжело опуская сумки на пол. — Чуть руки не отвалились. Но зато, Астина, там есть всё, что ты просила, и даже больше. Сладостей мы взяли с запасом!       Рабастан кивнул, поддерживая друга.       — Да, Астина, не волнуйся, голодными не останетесь. И кофе купили, твой любимый сорт кстати.       — Умнички, горжусь вами! А теперь несите сумки на кухню, будем разбирать, — тепло улыбнулась я. — А потом примусь за ужин.       Рабастан, Барти и Сириус подхватили сумки и отнесли их на кухню. Я принялась разбирать покупки и раскладывать всё по своим местам. Сириус, Рабастан и Барти устроились в гостиной. Закончив с разбором, я принялась за ужин: почистила картошку и поставила её варить. Затем принялась за мясо, нарезав его на кусочки и отправила тушиться.       — Сириус, иди сюда и помоги мне, нарежь, пожалуйста, овощи для салата! — крикнула я. — Барти и Рабастан, тоже идите сюда: один накрывает на стол, второй будет следить за мясом.       Ребята с готовностью принялись за дело. Вскоре на кухне царила приятная суета: Сириус старательно шинковал огурцы и помидоры, Барти расставлял тарелки и приборы, а Рабастан помешивал мясо, следя, чтобы оно не подгорело. Я, тем временем, принялась за заправку для салата.       Закончив с заправкой, я оглядела свою команду. Улыбка невольно тронула мои губы. Совместная готовка, разделение обязанностей — всё это наполняло сердце теплом и ощущением дома.       — Все умнички, хорошо поработали! — улыбнулась я. — Идите позовите Римуса и Регулуса, ужин скоро будет готов.       — Я схожу, — произнёс Сириус, вытирая руки о кухонное полотенце. — Заодно подышу свежим воздухом.       Я кивнула, открывая крышку кастрюли с картошкой. Она уже сварилась. Я слила воду и переложила её в большую тарелку, принялась мелко нарезать зелень для картошки.       — Рабастан, что с мясом? — поинтересовалась я.       — Готово уже, — ответил Рабастан.       Я кивнула и приступила к приготовлению соуса. Смешала сметану, чеснок и зелень, добавив немного специй. Рабастан тем временем переложил мясо в глубокую миску. Вскоре на столе красовались: картошка с укропом, тушёное мясо, салат из свежих овощей и ароматный соус.       — Астина, ты у нас настоящая хозяюшка! — восхитился Барти, глядя на накрытый стол. — Всё так аппетитно выглядит, что слюнки текут!       В этот момент в кухню вошли Сириус, Римус и Регулус. На лицах у них играли улыбки, а волосы были немного растрёпаны от ветра.       — Ну что, всё готово? — поинтересовался Римус, оглядывая стол. — Запах просто восхитительный!       — Да, всё готово, садитесь, — ответила я, указывая на стулья.       Мы уселись за стол и принялись за ужин. Тихо, за приятными разговорами, мы поужинали. Под дружные шутки и смех, прибрались, вымыли посуду и переместились в гостиную.       Сириус, подобно угрюмому чёрному коту, лениво растянулся на пушистом ковре у дивана. Барти и Рабастан, развалившись с нарочитой небрежностью, оккупировали кресла, а Регулус и Римус уютно свили гнёздышко на диване. Я опустилась рядом с братом, ощущая, как мягкая обивка ласково обнимает спину.       — Астина, когда у тебя стажировка в Министерстве магии? — поинтересовался Барти, в его голосе сквозила ирония. — Или тебя сразу, минуя все эти формальности, в Главы Отдела мракоборцев определят?       — На следующей неделе, — улыбнулась я, стараясь скрыть волнение. — Если бы всё было так просто...       — У кого будешь стажироваться? — встрял Рабастан, с любопытством сверля меня взглядом.       — У Аластора Грюма, — гордо ответила я, ощущая, как в груди разливается тепло от предвкушения. — Считаю, мне несказанно повезло. Это бесценная возможность перенять его опыт.       — Астина, ты уже виделась с Грюмом? — спросил Сириус, в его глазах мелькнуло беспокойство.       — Да, Главы Отделов приезжали в Хогвартс после выпускных экзаменов, — пояснила я. — Каждый выбирал себе перспективных новобранцев.       — Странно, а почему я ни с одним из них не встречался? — удивился Сириус, нахмурив брови.       — Потому что тебя, как и Джеймса, Римуса, Питера, Марлин и Алису, уже приняли к Аластору, — с улыбкой объяснила я брату, наслаждаясь его растерянностью.       — Как так получилось? — спросил Римус, задумчиво перебирая пряди моих волос.       — Вы же знаете, что у нас были пробные тренировки в Хогвартсе для тех, кто собирается занять посты Глав Отделов. Аластор заметил меня во время этих тренировок. Ему понравилось, как чётко и хладнокровно я ставила задачи. Он определил меня в команду с такими же новичками, и у нас разгорелся нешуточный спор с одной выскочкой с Когтеврана, кто будет командовать операцией, — произнесла я, сдерживая усмешку. — В итоге, я уступила ей, и мы с оглушительным треском провалили операцию из-за её вопиющей некомпетентности.       — И после этого Грюм взял тебя к себе? Не верится, он таких размазней на дух не переносит, — перебил Регулус, недоверчиво приподняв бровь.       — Так я ещё не закончила. Её действия были хаотичными, как полёт пьяной бабочки, задачи — размытыми и невразумительными, — объяснила я. — Но Аластор видел меня в деле, подошёл и сказал, что берёт меня, потому что ему нужны такие, как я — собранные и решительные. Потом спросил, есть ли ещё подходящие новички.       — И что ты ответила, Астина? — поинтересовался Регулус, подавшись вперёд.       — Естественно, сказала, что есть, чтобы кто-нибудь другой их не перехватил, — ответила я, пожав плечами.       В комнате повисла тишина, нарушаемая лишь трелями невидимых птиц за окном. На лицах ребят застыло изумление, словно они только что увидели единорога. Сириус и Регулус смотрели на меня с неприкрытым восхищением. Тишину прорезал голос Сириуса:       — Стоп, я не ослышался, сестрёнка?       — Нет, никто из вас не ослышался, — улыбнулась я, чувствуя, как кровь приливает к щекам. — Я целый месяц буду постигать у Аластора Грюма все тонкости работы Главы Отдела мракоборцев.       — Сколько же всего Глав Отдела? — спросил Римус, нахмурив лоб.       — Сейчас их шесть, каждый отвечает за свой сектор. Но в связи с войной с Тёмным Лордом идёт усиление, — ответила я. — Поэтому Министерство решило принять ещё четырёх Глав.       — Значит, одна из этих четырёх — ты, Астина, раз тебя утвердили на стажировку к Грюму? — произнёс Регулус, в его голосе звучала гордость. — А остальные трое? Кто они?       — Этого я не знаю, особо не интересовалась, — ответила я, пожав плечами. — Знаю только, что многие просто набрали себе перспективных новичков в подчинение.       — А мы, когда закончим Хогвартс в следующем году, тоже сможем работать мракоборцами, под крылом одного из Глав? — спросил Рабастан, с надеждой глядя на меня.       — Да, после стажировки, если меня утвердят Главой, — улыбнулась я. — В следующем году я вместе с другими Главами приеду в Хогвартс после экзаменов, чтобы отбирать новобранцев. Так что я вас, Рабастан, Барти и Регулуса, заберу к себе.       — Ты же не провалишь стажировку, Астина? — уверенно произнёс Барти, скрестив руки на груди. — И станешь Главой.       — Я сдала четыре дополнительных экзамена лучше всех, на тренировках была вне конкуренции, — ответила я, стараясь звучать непринуждённо. — Но Министерство магии всегда полно сюрпризов, способных перевернуть всё с ног на голову.       — Ладно-ладно, понял, — сказал Барти с улыбкой и поднял руки в знак капитуляции.       Мы дружно рассмеялись, и этот смех, словно солнечный луч, рассеял сгустившееся напряжение. Под общий гомон Сириус встал с пола и направился к мини-бару в углу гостиной.       — Огневиски всем? — спросил он, лукаво подмигнув.       — Наливай! — в один голос воскликнули Регулус, Рабастан и Барти, предвкушая веселье.       — Я не буду, — тихо сказал Римус.       — Римус, не будь занудой, всего лишь стаканчик, — с улыбкой уговаривал Сириус, словно соблазняя ребёнка конфетой.       Римус лишь махнул рукой, давая понять, что его решение окончательно. Сириус закатил глаза, изображая вселенскую скорбь.       — Астина, а ты? — спросил Сириус, повернувшись ко мне.       — Честно говоря, не хочу, — ответила я, чувствуя, как подступает зевота. — Хочу спать, наверное, пойду.       — Сестрёнка, ты серьезно? Вечер только начался, — протянул Сириус, разочарованно нахмурившись.       — Серьёзно. Отдыхайте, а я спать, — с улыбкой произнесла я. — Только, пожалуйста, не превратите гостиную в руины и не увлекайтесь слишком сильно.       — Хорошо! — хором ответили ребята, словно школьники, дающие обещание учителю.       — Всем спокойной ночи, — сказала я, поднимаясь с пола. Повернулась к Римусу, наклонилась и нежно поцеловала его в щёку.       — Спокойной ночи, милая, — улыбнулся Римус, приобнимая меня за талию и целуя в ответ. — Я поднимусь к тебе позже.       — Хорошо, — улыбнулась я. — И помните, никаких руин!       Мальчики дружно рассмеялись, и я, утопая в этом теплом, дружеском смехе, поднялась по лестнице на второй этаж.       В комнате я приняла тёплый душ, смывая с себя остатки прошедшего дня, переоделась в мягкую пижаму, улеглась в постель и мгновенно провалилась в объятия Морфея.

      Пробуждение обрушилось внезапно, словно ледяной водопад шума захлестнул меня. Дом гудел растревоженным ульем, какофония звуков резала слух, контрастируя с той умиротворяющей тишиной, в которой я утонула, засыпая. Поднявшись с кровати, будто сомнамбула, я побрела к двери и распахнула её, как врата в безумие. Гостиная бурлила галдящей толпой, взрываясь пёстрыми обрывками фраз и смеха. Сириус, Рабастан, Римус, Регулус, Барти и... Джеймс? Нет, этого не может быть, должно быть, сонный морок играет со мной злые шутки.       Выскользнув из комнаты, я проскользнула по коридору, словно тень, и, перемахнув через четыре ступеньки, спустилась вниз. Ребята, казалось, были поглощены собой и не замечали ничего вокруг. И вот, передо мной развернулась полная картина этого нежданного вторжения: в гостиной, помимо Сириуса, Рабастана, Регулуса, Барти и Римуса, вольготно расположились Джеймс, Алиса, Марлин, Питер, Лили и Северус!       — Каким же ветром вас всех сюда занесло? Мы же только сегодня утром из Хогвартса приехали, — рассмеялась я, стараясь скрыть изумление. — Ладно, Джеймс и Алиса живут через дорогу, но Лили, Северус, Марлин и Питер — вы-то как тут оказались, полуночные гости?       Северус резко обернулся ко мне, и его губы растянулись в широкой, весёлой улыбке. Вслед за ним, словно по невидимой команде, разразились смехом и остальные, будто я только что рассказала уморительную шутку.       — Пижама — отвал башки, Астина, — сквозь приступы хохота выдавил Северус, с трудом переводя дыхание. — А если серьёзно, то мы просто решили нагрянуть в гости, не обессудь.       — Благодарю за комплимент, Северус, особенно насчёт пижамы, — ответила я, невольно улыбаясь. На мне действительно красовалась розовая пижама с игривыми единорогами — подарок Алисы.       — Будущая Глава Отдела мракоборцев в розовой пижаме с единорогами! — провозгласил Джеймс, театрально воздев руки к потолку, и новая волна смеха затопила гостиную, грозя смыть все остатки здравого смысла. Я, махнув на всё рукой, просто спустилась вниз по лестнице, решив принять этот хаос как неизбежность.       — Между прочим, Поттер, эту пижаму мне подарила Алиса, твоя любимая сестрёнка, — парировала я, не переставая смеяться над абсурдностью ситуации. — И она мне нравится, такая мягкая и уютная, как облачко.       — У меня такая же, только с голубыми единорогами, — поддержала меня Лили, заливаясь звонким смехом. — И да, Астина абсолютно права, она невероятно удобная и мягкая, словно создана для сладких сновидений.       — Ладно, смех смехом, но всё-таки, когда вы все успели тут объявиться? — спросила я, присаживаясь рядом с Римусом и устраиваясь поудобнее.       — Мы с Лили и Джеймсом пришли часа два назад, — ответила Алиса, пытаясь отдышаться от неудержимого смеха. — Увидели, что у вас свет горит, и решили, что было бы преступлением не заглянуть.       — С вами всё понятно, а вы? — произнесла я, оглядывая Северуса, Марлин и Питера, вопросительно вскинув бровь.       — Сириус прислал патронуса с приглашением на ночную пирушку, и я тут же трансгрессировала, — сообщила Марлин, нежно обнимая моего брата-близнеца Сириуса.       — Я живу недалеко от вас, Астина, решил прогуляться, потому что дома стало невыносимо скучно, — ответил Питер, робко улыбаясь.       — Северус, а ты как тут появился? — спросила я с искренней улыбкой, глядя в глаза другу.       — Просто трансгрессировал, зная, что мне тут всегда рады, — ответил он, тоже улыбаясь в ответ.       И Северус был абсолютно прав. В этом доме двери всегда были открыты для друзей, независимо от времени суток и обстоятельств.       — Астина, прости, что разбудили, — произнёс Джеймс с виноватым видом. — Мы не хотели, просто увлеклись и потеряли счёт времени.       — Да ладно, что уж теперь, — улыбнулась я другу.       — Любимая, я пытался сделать всё возможное, чтобы они вели себя потише, — прошептал Римус, нежно обнимая меня и притягивая ближе к себе. — А пижама и правда красивая, тебе очень идёт.       — Любимый, я знаю, что ты пытался, но это же стадо гиппогрифов, а не гости, – сказала я, обнимая Римуса в ответ.       Римус тепло улыбнулся и нежно поцеловал меня в висок. Я прикрыла глаза, наслаждаясь теплом и близостью, и начала снова погружаться в дрёму. Споры, шутки и смех друзей звучали как нежная колыбельная, убаюкивая меня.       — Астина, — тихо позвала Лили, вырвав меня из полусонного забытья. Я вздрогнула и, открыв глаза, посмотрела на Лили, вопросительно вскинув бровь.       — Что случилось, Лили? — спросила я, стараясь прогнать остатки сна.       — Можно мне и Джеймсу остаться у вас ночевать? — шёпотом спросила Лили, оглядываясь на беснующегося Джеймса.       — Конечно, оставайтесь, что за вопросы, Лили, — улыбнулась я, прекрасно понимая, что Лили не просто так попросила об этом. Это могло значить только одно: Джеймс перебрал огневиски, и Лили просто не хочет вести его в таком состоянии к его родителям.       — Спасибо, Астина, — улыбнулась Лили с облегчением. — И прости, что разбудила.       — Ничего страшного, — ответила я, махнув рукой.       Лили облегчённо выдохнула и снова повернулась к Джеймсу, который что-то громко и сбивчиво доказывал Сириусу, размахивая руками. Я усмехнулась. Эти двое никогда не унывали и всегда находили повод для споров, даже в таком состоянии.       — Римус, а где Барти, Баста и Рег? — спросила я, поворачивая голову к Римусу, понимая, что не вижу основных обитателей дома.       — Ушли спать, — сонно произнёс Римус. — Рег почти трезвый, а про Барти и Басту такого, к сожалению, сказать не могу.       — Всё как обычно, — улыбнулась я, качая головой.       Римус ответил мягкой улыбкой, нежно гладя меня по волосам, а я окинула гостиную быстрым взглядом. Северус мирно засыпал в кресле, уронив голову на грудь. Лили и Марлин тихо переговаривались о чём-то своём, словно заговорщицы. Питер безмятежно спал на полу, свернувшись калачиком. Алисы нигде не было, значит, она ушла с Регулусом спать, решив не участвовать в этом бедламе. Я чуть отстранилась от Римуса, собираясь с мыслями.       — Ты куда, Астина? — тихо спросил Римус, вопросительно глядя на меня.       — Надо отправить Северуса и Питера по комнатам, а то совсем не по-человечески получается, — тихо ответила я, поднимаясь с дивана и подходя к Северусу. — Северус, просыпайся, пора идти ложиться в нормальную кровать, — тихо произнесла я, дотрагиваясь до его плеча. Северус встрепенулся и сонно посмотрел на меня.       — Какая из гостевых комнат свободна? — спросил Северус, потягиваясь и разминая затёкшую шею.       — Северус, первая гостевая занята вещами Римуса, но он сегодня переночует у меня в комнате, так что можешь смело занять её, — улыбнулась я другу.       — Спасибо, Астина, — улыбнулся Северус в ответ, поднимаясь с кресла, слегка пошатываясь. — И спокойной ночи.       — Спокойной ночи, — сказала я и присела на пол рядом с Питером, решив разбудить его по-хорошему. — Питер, проснись, пора идти в гостевую комнату, там гораздо удобнее, чем на полу.       Питер в ответ лишь отмахнулся рукой и перевернулся на другой бок. Я вздохнула.       — Питер, ну проснись и иди, пожалуйста, в спальню, а то у тебя все кости заболят, — произнесла я, дотрагиваясь до его плеча и слегка тряся его.       Питер промычал что-то неразборчивое, но так и не проснулся. Я огляделась в поисках помощи. Джеймс и Сириус о чём-то яростно спорили, им точно сейчас не до помощи мне, а Лили и Марлин безуспешно пытаются их утихомирить. Римус, заметив мои мучения, молча поднялся с дивана, захватывая с собой плед и подушку. Я благодарно улыбнулась ему, он понимал меня без слов, и подошёл ко мне.       — Оставим Питера здесь, укроем его и дадим подушку, чтобы ему было удобно, — тихо улыбнулся Римус, глядя на спящего Питера.       — Отличная идея, главное, чтобы Питеру было уютно, — подмигнула я Римусу и, взяв подушку, бережно подложила её под голову Питера, а Римус нежно накрыл его пледом.       — Нужно ещё вот этих двух разбойников спать уложить, а то они тут всю мебель разнесут, — произнёс Римус с тихой усмешкой, кивая в сторону Сириуса и Джеймса.       — Сириус Орион Блэк! — рявкнула я на брата, стараясь придать своему голосу как можно больше властности. — Прекрати этот пьяный балаган и иди спать, уже давно пора. Бери Марлин и отправляйтесь в спальню, время позднее.       Сириус удивлённо посмотрел на меня, потом на Марлин и, пожав плечами, послушно взял её за руку и повёл в спальню, покорно следуя моему приказу. Марлин лишь послала мне благодарную улыбку через плечо. Джеймс, оставшись один, заметно сник, словно из него выпустили весь воздух. Я посмотрела на Лили, вопросительно вскинув бровь.       — Лили, тебе помочь отвести Джеймса? — участливо спросила я у подруги, зная, как ей тяжело с пьяным Поттером.       — Если только прибить его, Астина, ты мне поможешь? — пошутила Лили, устало улыбаясь.       Римус и я рассмеялись над её отчаянным тоном.       — Римус, помоги Лили довести Джеймса наверх, — сквозь смех произнесла я. — А я пока тут немного приберусь, а то тут словно Мамай прошёл.       Римус с готовностью подхватил Джеймса под руку, и они вместе с Лили медленно поплелись наверх, волоча ноги. Я же принялась за уборку, стараясь навести хоть какой-то порядок. Собрала пустые бутылки, разбросанные подушки и пледы, протёрла стол от пролитого пива. В доме постепенно становилось тихо, лишь изредка доносились приглушённые голоса с верхнего этажа. Закончив уборку, я выключила свет в гостиной и направилась на кухню, решив вымыть посуду, прежде чем лечь спать. Зайдя на кухню, я быстренько убрала грязную посуду со стола, вымыла её и отправилась наверх в спальню, где меня уже ждал Римус.

Вторник

Дождливый день

      Я проснулась раньше обычного, словно невидимая рука подталкивала меня в спину. За окном неистово бушевал дождь, выводя на стекле меланхоличную симфонию. Римус, мой сонный ангел, ещё покоился рядом, обвив мою талию рукой. Осторожно высвободив его ладонь из плена, стараясь не потревожить его безмятежный сон, я тихонько выскользнула из постели. Лёгкой тенью проскользнув в ванную, я освежила лицо прохладной водой, облачилась в мягкую домашнюю одежду и, ступая бесшумно, словно кошка, покинула комнату.       Спустившись вниз, я застала Питера, свернувшегося калачиком на диване под клетчатым пледом — трогательное зрелище. Улыбнувшись этому созерцанию, я направилась в кухню — святая святых нашего дома, где сегодня мне предстояло сотворить завтрак для целой оравы. Поставив чайник на плиту, я распахнула дверцу холодильника, извлекая оттуда сокровища для моего кулинарного волшебства: яйца цвета слоновой кости, румяный бекон, душистый сыр и парное молоко. В голове уже появился план — омлет, пышный и сытный, и ароматная каша, от которой проснётся даже самый ленивый соня.       Закипевший чайник возвестил о своей готовности пронзительным свистом. Я заварила душистый чай в большом фарфоровом чайнике с цветочным узором и принялась колдовать над кофейным напитком, вдыхая его бодрящий аромат.       Вскоре на кухне появились Регулус, Алиса, Лили и Марлин, словно первые весенние цветы, распустившиеся под лучами утреннего солнца.       — Доброе утро, Астина, — прозвучал их приветственный хор, будто нежная мелодия.       — Доброе утро, сони, — ответила я, одаривая их тёплой улыбкой. — Регулус, будь добр, накрой на стол.       Регулус, всегда готовый прийти на помощь, кивнул и принялся расставлять белоснежные тарелки.       — Чем ещё могу помочь? — поинтересовалась Лили, её глаза сияли энтузиазмом.       — Нарежь хлеб и сделай тосты, пожалуйста, — попросила я, зная её любовь к порядку.       Лили, изящным движением взяв тёплый хлеб, приступила к нарезке ровных ломтиков.       — А я займусь тостами, — заявила Марлин с лучезарной улыбкой, словно солнце взошло в её лице. — Нужно же когда-то начинать привыкать готовить такие роскошные завтраки.       — Да ладно тебе, Марлин, — поддразнила её Алиса, лукаво прищурившись. — Вряд ли Астина часто балует наших парней такими кулинарными изысками.       — Ох, ещё как балует, — пробормотал Регулус, усердно расставляя серебряные приборы.       На кухне раздался звонкий смех, который эхом прокатился по всему дому, наполняя его теплом и радостью. Под этот весёлый перезвон на кухню, словно потревоженные медведи из берлоги, явились Сириус, Джеймс, Питер, Северус, Барти, Рабастан и Римус.       — Что за шум с самого утра? — простонал Сириус, прикладывая руку к виску.       — Можно и потише, — проворчал Джеймс, страдая от утренней головной боли.       — Нечего было вчера так много пить огненного виски, — упрекнула я их с улыбкой, в которой читалась ласка и забота. — Сириус, ты прошёл мимо зелья от похмелья. Оно в буфете.       — Точно, — воскликнул Рабастан и, недолго думая, выхватил из шкафа флакон с мерцающим зельем и залпом его выпил. Сириус и Джеймс, словно очнувшись от морока, развернулись и поспешили на поиски чудодейственного напитка.       — Живёшь здесь, а всё равно забываешь, где зелье стоит, — крикнул Барти им вслед, улыбаясь во весь рот, как довольный кот. — А Астина его всегда пополняет, будто знает, что кому-то пригодится.       — Судя по всему, ты, Барти, уже принял свою дозу, раз такой бодрый, — подметила я, качая головой и пряча улыбку.       — Я ещё вчера позаботился об этом, — признался Барти, потирая руки от предвкушения. — А каша есть?       — Овсянка, — ответила я, зная его пристрастие к здоровой пище.       — Прекрасно, — обрадовался Барти, словно ему пообещали золотые горы.       — У вас каждое утро так шумно? — с удивлением спросила Лили, широко распахнув глаза.       — Почти всегда, — рассмеялся Регулус, пожимая плечами. — Это наша норма.       Сириус и Джеймс, вернувшись, выглядели уже не такими измученными, будто и вправду помогло. Римус, подойдя ко мне, нежно обнял за плечи и поцеловал в щёку, оставив на ней лёгкий след своей любви.       — Доброе утро, любимая, — прошептал он, его голос звучал словно тихая музыка.       — Доброе утро, соня, — улыбнулась я, прижавшись к нему щекой. — Садись за стол, завтрак готов.       — Астина, может, тебе нужна помощь? — спросил Северус, его взгляд был полон искренней заботы.       — Спасибо, Северус, — ответила я, тронутая его вниманием. — Просто садись и выбирай, что будешь — кашу или омлет.       — Омлет, пожалуйста, — попросил Северус, устраиваясь за столом.       Разложив завтрак по тарелкам, я расставила их на столе. Лили внесла свою лепту, поставив тарелку с душистым, нарезанным хлебом, а Марлин дополнила стол поджаристыми тостами с клубничным джемом. Алиса принесла чайник с ароматным чаем, и вся компания расселась за стол, готовая к трапезе. Я, наконец, налила себе чашечку крепкого кофе, вдыхая его бодрящий аромат.       — Астина, а ты почему не завтракаешь? — поинтересовался Питер, с любопытством глядя на меня.       — Питер, мы дружим столько лет, — засмеялась я, и в смехе звенела нежность. — Ты хоть раз видел, чтобы я завтракала в Хогвартсе по утрам?       Остальные подхватили мой смех, и он разлился по кухне, словно солнечный свет.       — Вообще-то видел, — возразил Питер, отправляя в рот аппетитный кусочек омлета.       — Это бывает крайне редко, — пояснил мой брат-близнец Сириус, подмигивая. — Обычно после бессонных ночей, проведённых за книгами или шалостями.       Я кивнула в знак согласия и сделала глоток обжигающего кофе. Завтрак продолжался в непринуждённой атмосфере, наполненной шутками, смехом и теплом. После трапезы Сириус, к всеобщему удивлению, принялся мыть посуду, поэтому вызвал ещё больше удивлённых возгласов и подколок от друзей.

Астина и Римус

       К обеду дом опустел. Рабастан и Барти, полные энтузиазма, вызвались колдовать над обедом, щедро освободив меня от кухонных забот. Сириус, подхватив Марлин, умчался навестить её родителей, а Регулус и Алиса растворились в дождливой дымке улиц. В доме воцарилась тишина, и я, упиваясь её покоем, поднялась в комнату Римуса.       Он сидел у окна, с головой погруженный в книгу, словно не замечая угрюмого пейзажа за стеклом.       — Чем займёмся, Римус? — спросила я, нарушив хрупкое безмолвие.       — Можем посмотреть фильм, — предложил он, оторвавшись от чтения и взглянув на меня своими медовыми глазами. — Или вернуться к страницам...       — Нет, хватит с меня книг, — улыбнулась я. — Давай фильм.       — Или... просто насладимся тишиной? Поговорим? — с лукавой искрой в глазах спросил Римус, беря мою руку и нежно притягивая к себе.       — Давай, — прошептала я, обвивая его шею руками.       Он прижал меня к себе, невесомо коснулся щеки и наклонился. Его губы коснулись моих, сначала робко, неуверенно, словно спрашивая разрешения, затем всё смелее и настойчивее. Я ответила на поцелуй, и он углубился — стал жарче, требовательнее. Рука Римуса скользнула с моей щеки на затылок, нежно перебирая волосы, заставляя меня запрокинуть голову. По телу разлилась волна тепла, жаркая и всепоглощающая, мысли растворились, оставив лишь пьянящее ощущение его губ на моих. Время замерло, и в этом тихом, опустевшем доме существовали только мы вдвоём, связанные одним дыханием и желанием.       Когда мы наконец оторвались друг от друга, в комнате повисла звенящая тишина, нарушаемая лишь нашим сбившимся дыханием. Я заглянула в его глаза, полные нежности и любви, и он улыбнулся мне в ответ.       — Какой приятный разговор, Римус, — прошептала я, пытаясь унять бешеное биение сердца.       — И главное, не требующий слов, Астина, — с улыбкой отозвался Римус.       Я рассмеялась, но внутри бушевал настоящий ураган. Мы встречались всего месяц, но это казалось волшебством, не иначе. Римус был невероятно чуток и внимателен, ни к чему не принуждал, слушал и слышал меня. И я отвечала ему тем же. Мы с ним дружили с первого курса Хогвартса. Я первой разгадала его тайну, первой догадалась о его ликантропии и осторожно подтолкнула к этой мысли Сириуса. Позже я помогала ребятам стать анимагами, но сама на это так и не решилась. Не раз принимала участие в отчаянных поисках Римуса в Запретном лесу, когда успокаивающее зелье оказывалось бессильным, и он убегал, терзаемый своей звериной сущностью. Я рисковала, но всегда знала, что Римус никогда не причинит мне вреда, даже в обличье оборотня. Незаметно для себя я влюбилась в него, долго отрицала свои чувства, пряча их за маской дружеской привязанности. Я убеждала Римуса в том, что он не монстр, даже когда он сам в это не верил. Я верила в него. И вот, на последнем курсе Хогвартса, прямо перед изнурительными экзаменами, Римус признался мне в любви, и я ответила ему взаимностью.       — Как думаешь, Рабастан и Барти уже успели поджарить кухню? — тихо спросила я, слегка отстраняясь от Римуса.       — Надеюсь, что нет, — рассмеялся он. — Может, сходим и проверим их кулинарные таланты?       — Пусть учатся самостоятельности, — улыбнулась я. — А я хочу провести этот день только с тобой, Римус.       — Тогда предлагаю спуститься на кухню, разграбить холодильник, — улыбнулся Римус. — А потом вернёмся сюда и выберем фильм.       — Я согласна, — рассмеялась я, предвкушая остаток дня, проведённого в его объятиях.

От лица Алисы Поттер

      — Регулус, ну же, догоняй! — заливисто смеясь, крикнула я, убегая от него.       — Мерлин, Алиса! — воскликнул Регулус, задыхаясь от смеха и тщетно пытаясь меня поймать. — Астина меня прикончит, если я заболею!       — Не заболеешь, глупышка. А если и так, я сама тебя вылечу, — пропела я, чувствуя, как прохладные капли дождя стекают по лицу.       Неожиданно, Регулус, с трудом переводя дыхание, умудрился схватить меня за руку и резко притянул к себе. И вот мы уже кружимся под проливным дождём, как сумасшедшие, волосы намокли и прилипли ко лбу, а смех эхом разнёсся по парку. Я почувствовала, как его ледяные пальцы коснулись моей щеки, и не смогла сдержать улыбку.       — Ты безумная, Алиса, — прошептал он, его дыхание обжигало мою кожу. — Ты ведь знаешь, как Астина за меня волнуется.       — Знаю, — ответила я, прижимаясь к нему ближе. — Но иногда нужно позволить себе немного безрассудства. Разве нет?       Дождь усиливался, превращаясь в настоящий ливень, но нам было всё равно. Мы стояли, обнявшись, посреди парка, ощущая себя самыми счастливыми людьми на свете. Мир вокруг словно перестал существовать, остались только мы и этот безумный, пропитанный романтикой, ливень.       В конце концов, пронизывающая дрожь заставила нас опомниться. Мы, хохоча и спотыкаясь на скользкой траве, побежали к дому, оставляя за собой шлейф из брызг и радостных криков. Этот день, несмотря на дождь и риск подхватить простуду, навсегда запечатлелся в моей памяти.

Среда

Пропажа Астины Блэк

От лица автора

      Мир, доселе уютно дремлющий в стенах дома, разлетелся вдребезги под грохот радио-известия: Пожиратели Смерти напали на Косой Переулок. Сириус, словно выброшенный взрывом, пулей вылетел из комнаты, вихрем пронёсся по коридору, преодолел лестницу и ворвался на кухню. Там, в блаженном неведении, будто в коконе беспечности, обитали Рабастан, Барти, Регулус и Римус. Они намеренно отгородились от мира, словно задёрнули плотные шторы от жестокой реальности. Рабастан и Барти колдовали над ужином, Регулус, невозмутимый, потягивал кофе, Римус — чай, и все четверо вели непринуждённую беседу, пока в их идиллию грубо не вторгся Сириус.       — Где Астина?! — в голосе Сириуса звучала неприкрытая, обжигающая тревогой паника.       — Ушла в Косой Переулок, — спокойно ответил Римус, отпивая глоток чая, словно ничего не случилось. — Что стряслось, Бродяга?       Сириус рухнул на стул, закрывая лицо руками. Беспокойство за сестру-близняшку, будто ядовитый плющ, обвивало его сердце, сжимая его в болезненных тисках. Он отчаянно пытался отогнать зловещие предчувствие, но они, как стая голодных воронов, кружили в голове, клевали разум, предвещая беду.       — Сириус, что произошло? — обеспокоенно спросил Регулус, внимательно глядя на старшего брата.       — Как давно Астина ушла в Косой Переулок? — Сириус с трудом подавил дрожь в голосе, убирая руки от лица и оглядывая друзей и младшего брата, словно ища в них опору.       — Утром. Приготовила завтрак, собралась и ушла, — ответил Рабастан, отрываясь от готовки, и в его взгляде мелькнула тень беспокойства.       — Сириус, говори по-человечески, что стряслось? — потребовал Барти, нахмурившись, чувствуя, как в воздухе сгущается предчувствие беды.       — На Косой Переулок напали Пожиратели Смерти, — прошептал Сириус, закрывая глаза, словно пытаясь заслониться от ужасной реальности. Он изо всех сил старался сдержать слёзы, вызванные леденящим страхом за сестру.       Тишина, словно ледяная волна, захлестнула кухню, сковывая движения, замораживая дыхание. Регулус выронил чашку, которая с оглушительным звоном разлетелась на мелкие осколки, словно предвещая трагедию. Рабастан уронил нож, и, казалось, забыл, как дышать, его лицо посерело от ужаса. Барти медленно сполз на пол, прижимаясь спиной к столу и закрывая лицо руками, пытаясь спрятаться от нахлынувшего кошмара. Римус замер с чашкой чая в руке, тщетно пытаясь сохранить спокойствие, но предательская дрожь выдавала его волнение за любимую девушку. Первым нарушил тягостное молчание Регулус:       — С Астиной всё в порядке, ведь так? — тихо прошептал он, и голос его дрожал, словно осенний лист на ветру. — Сириус, скажи, что с ней всё хорошо.       — Я надеюсь на это, Регулус, — ответил Сириус, глядя в полные отчаяния глаза младшего брата, чувствуя, как его собственная надежда тает с каждой секундой.       — Этого не может быть... Астина жива, и с ней всё в порядке! — взвыл Барти, для которого Астина была как старшая сестра, лучшая подруга, ставшая ему роднее отца, вечно поглощённого работой.       — Может, Астина заглянула к Марлин в гости и поэтому задержалась? — робко предположил Римус, отгоняя мрачные мысли, терзавшие его сознание, цепляясь за соломинку надежды.       — Астина сразу же сообщила бы нам, что с ней всё в порядке, как только узнала бы о нападении, — развеял его надежды Рабастан, в голосе которого звучала горечь осознания.       Регулус закрыл лицо руками, пытаясь скрыть подступившие к глазам слёзы, боясь показать свою слабость. Астина — его любимая старшая сестра, его ангел-хранитель, и если с ней что-то случится, это будет невосполнимая потеря — зияющая рана в его сердце. Сириус, заметив состояние младшего брата, вскочил со своего места и подошёл к Регулусу, заключая его в крепкие объятия, пытаясь разделить его боль.       — С Астиной всё будет в порядке, — прошептал Сириус, и голос его дрожал, выдавая собственный страх. — Мы не потеряем нашу сестру, Регулус.       — Нужно что-то делать! — решительно произнёс Римус, поднимаясь со стула, словно отбрасывая оцепенение. — Я не могу спокойно сидеть здесь и лить слёзы, зная, что Астина жива и, возможно, в опасности.       — Что ты предлагаешь, Римус? — спросил Барти, поднимаясь с пола и вытирая слёзы, готовый действовать.       — Отправиться в Косой Переулок и искать Астину, — твёрдо заявил Римус, в его глазах горел решительный огонь. — Рабастан, что говорила Астина, когда уходила? Куда именно она направилась в Косом Переулке?       — Сперва в банк. Она хотела снять деньги. Потом она сказала, что ей нужны ингредиенты для зелья, — ответил Рабастан, с мукой осознавая, что он был последним, кто видел Астину этим утром, и это знание давило на него тяжким грузом.       — Римус прав, — отстраняясь от Регулуса, заявил Сириус, собрав волю в кулак. — Нужно найти Астину. Она наша семья.       — Я готов! — в унисон воскликнули Регулус, Барти и Рабастан, готовые броситься в самое пекло ради близкого человека.       И ребята, не теряя ни секунды, отправились в Косой Переулок, в самое сердце хаоса, на поиски сестры, девушки и подруги, надеясь на чудо, молясь о её спасении.

Косой Переулок

      Я уже собиралась трангриссировать домой с Косого Переулка, но вдруг налетели Пожиратели Смерти. Ни секунды не медля, бросилась в самое сердце тьмы, выхватывая палочку и обращая шквал проклятий обратно в нападающих. Своевременное подкрепление мракоборцев влилось в битву, и в оглушительном хаосе я столкнулась с самим Аластором Грюмом, мгновенно присоединившись к его отряду.       — Аластор, какие будут указания? — прокричала я сквозь грохот битвы, отправляя оглушающее заклинание в ближайшего Пожирателя.       — Астина, какого дьявола ты здесь делаешь?! — прогремел голос Грюма, словно раскат грома.       — Вообще-то, за ингредиентами для зелья заскочила, а тут такое... — проорала я в ответ, уклоняясь от жуткого зелёного луча Круциатуса. — Указания, Аластор!       — Займи северную позицию, там пытаются прорваться! — взревел Аластор. — И будь осторожна, Астина!       — Постараюсь! — отозвалась я, отражая очередное заклинание и пробиваясь на север, где разгорался самый ожесточённый бой.       Там царил настоящий ад. Пожиратели наседали, словно полчища одержимых, их лица искажены ненавистью. Я поддерживала отступающих мракоборцев, которые отчаянно удерживали позицию, отбивая летящие проклятия. Внезапно мой взгляд упал на молодого парня в форме мракоборца, безжизненно лежащего на земле. Не раздумывая, я кинулась к нему, прикрывая его своим телом.       — Жив? — спросила я, уклоняясь от пролетевшего в дюйме заклинания.       — Да, — прохрипел он в ответ.       — Тогда хватит разлёживаться! Поднимайся и в бой! — крикнула я, подталкивая его в плечо. — Сейчас не время для отдыха!       — Да ты хоть знаешь, кто я такой? — просипел парень, пытаясь подняться.       — Понятия не имею, да и плевать! Но сейчас не время валяться в грязи! — огрызнулась я, оттаскивая его в укрытие.       Оставив его приходить в себя, я бросилась на помощь Кингсли, прикрывая его спину от наседающих Пожирателей. Атаки становились всё яростнее, заклинания летели градом. Я нырнула за угол полуразрушенного здания, чтобы перевести дух, чувствуя, как силы покидают меня.       — Что ты тут делаешь? — раздался голос Кингсли рядом со мной.       — Прихожу в себя, — ответила я, с трудом переводя дыхание. — Пожиратели всегда такие... неугомонные?       — Я не об этом. Каким ветром тебя занесло на поле боя? — поинтересовался Кингсли, его лицо было покрыто копотью и ссадинами. — И да, они всегда такие. Привыкай, Блэк.       — Случайно тут оказалась. Неважно, — отмахнулась я, выпрямляясь. — Постараюсь. А теперь пора снова в бой.       Я выскользнула из-за угла и снова ринулась в гущу сражения. В какой-то момент донёсся отчаянный крик, заставивший меня на мгновение потерять бдительность. Повернув голову на звук, я почувствовала, как в меня попадает оглушающее заклинание. Последнее, что я увидела, уже погружаясь в темноту, был силуэт Пожирателя, подхватывающего меня на руки и трансгрессирующего вместе со мной в неизвестность.

От лица автора

      Когда они прибыли в Косой Переулок, перед ними развернулась апокалиптическая картина: улицы зияли руинами, словно развороченные внутренности раненого зверя; обломки зданий; перевёрнутые прилавки; рассыпанные товары — всё говорило о бушевавшей здесь ярости. В воздухе, пропитанном гарью и смрадом заклинаний, клубилась зловещая тишина, изредка взрываемая стонами раненых, будто предсмертными хрипами. Мракоборцы, подобно теням, метались между обломками, выдёргивая из-под завалов тех, кто ещё дышал.       — Грюм! Там Грюм! Нужно узнать у него! — прорезал тишину отчаянный крик Сириуса, заметившего мракоборца.       Не дожидаясь остальных, Сириус сорвался с места, словно выпущенная из тетивы стрела. Нагнав Грюма, он грубо схватил его за плечо, заставляя обернуться.       — Грюм, где Астина? Вы видели её? С ней всё в порядке?! — слова вырывались из него сбивчиво, в голосе клокотала паника.       Грюм обвёл прибывших своим единственным, буравящим взглядом.       — Блэк? Она была здесь. Помогала мракоборцам. Не боялась лезть в самое пекло, дурная девка. Я же говорил, из неё выйдет толк. Но... — Грюм запнулся, его глаз сузился до щели. — В какой-то момент она исчезла. Кто-то крикнул, она обернулась... и её оглушили. Я видел, как её утащил один из Пожирателей. Трансгрессировал с ней.       Слова Грюма обрушились на Сириуса, лишая почвы под ногами. Регулус, словно поражённый смертельным заклятием, побледнел и рухнул на колени, закрыв лицо руками. Барти издал утробный, звериный рык, его руки судорожно сжались в кулаки, побелевшие костяшки проступили сквозь кожу. Рабастан, словно окаменев, молча смотрел в пустоту, в его глазах плескалось отчаяние. Римус прикрыл глаза, борясь с подступающими слезами.       Астину похитили. Их Астину. И теперь они не знали, где она, жива ли, и какие ужасы ей предстоит пережить.

От лица Астины

      Глаза распахнулись, утопая в густой, непроглядной тьме, словно в чернильном омуте. Голова пульсировала адской болью, а сознание терзали обрывки воспоминаний: Косой Переулок, предательское нападение Пожирателей смерти, отчаянная помощь мракоборцем, оглушающее заклинание... и зловещий силуэт Пожирателя, уносящего меня в неизвестность.       «Ну, конечно, только я могла так вляпаться» — с горькой усмешкой пронеслось в голове.       Приподнявшись на жёсткой кровати, я тщетно пыталась разглядеть хоть что-то в этой кромешной тьме, но она словно поглотила всё вокруг, без остатка. Инстинктивно потянулась за волшебной палочкой, но, как и следовало ожидать, её конфисковали.       — Хоть бы с комфортом оставил, — пробормотала я в пустоту. — Но вот за палочку... Ты просто конченый ублюдок.       Тишину ночи прорезали отчётливые шаги за дверью.       — Эй, кто там? — выкрикнула я, поднимаясь и, вытянув руки вперёд, осторожно двинулась на звук.       Дверь с грохотом распахнулась, ослепив ярким светом, от которого я инстинктивно зажмурилась. Постепенно приоткрывая веки, я пыталась привыкнуть к обжигающему сиянию. Наконец, зрение прояснилось, и в дверном проёме предстал Люциус Малфой, с презрительной ухмылкой на аристократичном лице.       — Я знала, что ты и правда конченый, — процедила я сквозь зубы, прожигая его взглядом.       — Астина Блэк, Тёмный Лорд ждёт тебя, — прошипел Люциус, его лицо исказилось в злобной гримасе, словно маска, скрывающая истинную сущность.       — Естественно, ждёт. Ты ведь для этого меня сюда и притащил, ублюдок, — огрызнулась я в ответ, вкладывая в каждое слово всю свою ненависть.       — Молчать! — взревел Люциус, отвесив мне звонкую пощёчину, от которой в глазах посыпались искры.       По щеке полоснула обжигающая боль, но я сдержалась, закусив губу до крови, чтобы не издать ни звука. Никакой слабости, никаких слез — он этого не дождётся.       — Говорю же, ты конченый, — прошипела я сквозь стиснутые зубы, сплёвывая кровь. — Как только моя кузина Нарцисса тебя терпит?       — Заткнись, Блэк, — прорычал Люциус, грубо хватая меня за руку. Он развернулся и, не церемонясь, потащил меня за собой, словно тряпичную куклу. Я едва поспевала за ним, спотыкаясь и падая на каждом шагу. Мы свернули к лестнице, и я отчаянно попыталась вырваться из его хватки, но он лишь крепче перехватил меня за волосы и поволок вниз по ступеням. Я стиснула зубы, сдерживая крик от невыносимой боли, которая пронзала всё тело.       В огромном зале Люциус с силой швырнул меня на пол. Не удержавшись, я рухнула, больно ударившись о холодные каменные плиты. Подняв взгляд, я увидела Лорда Волан-де-Морта, восседающего в кресле, словно на змеином троне. Его лицо не выражало абсолютно никаких эмоций, будто было высечено из камня. По обе стороны от него, словно верные стражи, стояли моя кузина Беллатриса Лестрейндж и её муж, Рудольфус Лестрейндж. Беллатриса смотрела на меня с нескрываемым изумлением в глазах.       — Астина Блэк, какая честь, — прошелестел Волан-де-Морт, его голос звучал как ледяной ветер, пробирающий до костей. — Рад тебя видеть.       — Пошёл ты в задницу, ублюдок, — огрызнулась я, не в силах сдержать ненависть, клокотавшую в груди.       Волан-де-Морт склонил голову набок, рассматривая меня с каким-то змеиным любопытством. В его багровых глазах плескалось нечто похожее на зловещее веселье, словно он играл со своей добычей.       — Смелая девочка, — прошипел он. — Но помни, Астина, дерзость быстро выходит боком. Ты ведь знаешь, как я поступаю с непокорными.       — Мне плевать, — дерзко бросила я в ответ. — Что тебе от меня нужно?       — Мне нужны верные соратники, а ты — ценный союзник, Астина, — прошелестел Волан-де-Морт, словно уговаривая и гипнотизируя. — Примкни к нам.       — Обойдёшься. Ты тиран и убийца, — прошипела я с презрением. — И я лучше сдохну, чем стану служить тебе, или тебе подобному.       Волан-де-Морт окинул меня взглядом, от которого по коже побежали мурашки, словно от прикосновения ледяных змей. Он медленно вытащил волшебную палочку и направил её прямо на меня.       — Посмотрим, как ты заговоришь потом, — прошептал Волан-де-Морт с угрожающей усмешкой, будто предвкушая мою боль. — Круцио!       Нестерпимая боль пронзила всё моё тело, словно тысячи раскалённых игл вонзились в каждую клетку. Но я изо всех сил закусила губу, стараясь не издать ни звука. Не дам ему этого удовольствия! Знал бы этот ублюдок, сколько раз моя собственная мать пытала меня этим заклятием! У меня уже почти выработался иммунитет. Я лежала на полу, скованная болью, но она не приносила мне вреда, лишь раздражала, словно назойливая муха.       — Почему она молчит? — растерянно произнёс Волан-де-Морт, прекращая пытку.       Я разразилась безумным, истерическим смехом, лежа на холодном каменном полу. Смех эхом отозвался в огромном зале, пугая Пожирателей смерти.       — Не всё так просто, ублюдок, — прохрипела я сквозь смех. — Тебе меня не сломить.       — Круцио! — злобно взревел Волан-де-Морт и снова обрушил на меня проклятие, словно одержимый яростью.       Боль вспыхнула с новой силой, и по щекам потекли слёзы, но это были слёзы бессильной ярости, чем боли. Краем глаза я заметила, как напряглась Беллатриса и невольно дёрнулась вперёд. В её безумных глазах мелькнула тень страха за меня, но Рудольфус крепко схватил её за руку, останавливая. Боль от заклятия Круциатус становилась всё сильнее, и я закричала, но это был крик злости на себя — на свою слабость.       Волан-де-Морт, решив, что наконец-то сломил меня, прекратил пытку и опустился на корточки рядом со мной, его змеиные глаза горели триумфом.       — Ты будешь мне служить, Астина Блэк, — прошептал он, словно змея, нашёптывающая яд в ухо.       — Пошёл ты в задницу, ублюдок, — выплюнула я слова, будто отраву. — Я лучше сдохну.       — Увести её в подвал, — отпрянув от меня, прошипел Волан-де-Морт. — Не кормить, воды не давать. Она сломается.       Двое Пожирателей смерти подбежали ко мне, рывком подняли на ноги и, грубо схватив за руки, потащили прочь, выполняя приказ своего хозяина. Я потеряла сознание, как только меня выволокли из зала, словно кто-то выключил свет.       Очнулась я от пронизывающего холода, сковывающего всё тело, будто меня заморозили заживо. Нестерпимо хотелось пить, горло пересохло, как в пустыне. Собрав последние силы, я стала ощупывать пространство вокруг себя, пытаясь найти хоть что-нибудь. Рука наткнулась на холодную, сырую стену, по которой стекали капли воды. Подползла к ней и, обессилев, села, прислонившись спиной. Всё тело болело, сил не было совсем. Я разрыдалась от собственной беспомощности, слёзы градом катились по щекам, смешиваясь с грязью и кровью.       — И никто мне не поможет, — прошептала я хриплым от слёз голосом. – Меня не смогут найти, и никто меня не спасёт... Я обречена.

Регулус Блэк

От лица автора

      Мысли терзали разум Регулуса, точно стая стервятников, вцепившихся когтями в плоть — его старшую сестру похитил Пожиратель смерти. Оглушённый горем, он будто в тумане поднялся в свою комнату. Где Астина? Неизвестность терзала душу, оставляя кровоточащие раны.       — Какого дьявола Астину понесло в этот проклятый Косой Переулок именно сегодня? — прорычал он в пустоту комнаты. — Да ещё и одну...       Астина... Она была не просто старшей сестрой. Она заменила ему жестокую мать. Нежная и любящая, она отчаянно оберегала Регулуса от мрака, стараясь, чтобы он не повторил судьбу их родителей, и удачно приуспела в этом.       — Ну что за упрямица, — прошептал Регулус, и голос его дрогнул, как тонкий лёд под тяжестью горя. Взгляд зацепился за колдографию на столе. Астина в форме Слизерина, лучезарная, как солнце в зените. Слёзы хлынули потоком, и память, точно старый волшебный портключ, перенесла его в тот счастливый день.       — Ну уж нет, Астина, выполняй моё желание! — хохотал Барти, сияя от восторга.       — Барти, ты серьёзно? Целый день в форме Слизерина? — смеясь, переспросила Астина, в глазах плясали искорки веселья.       — Да! — торжествовал Барти, предвкушая забавное зрелище.       — Напомню тебе, мой дорогой друг, я ведь с Гриффиндора, — лукаво улыбнулась Астина, бросая взгляд на Регулуса. — Регулус, ну скажи ему!       — Ты проиграла желание, сестрёнка, — поддразнил Регулус, поддаваясь общему веселью. — Придётся исполнять.       — Регулус, ты предатель! — воскликнула Астина, шутливо взъерошивая волосы младшего брата.       — Не порть мне прическу, Астина, — весело запротестовал Регулус, стараясь сохранить укладку.       — Весь в Сириуса, — заметила Астина, сравнивая его с их братом.       — Меньше слов, Астина, — улыбнулся Регулус. — Желание Барти пора выполнять.       — Мерлин с вами, давайте мне вашу чёртову форму, — закатив глаза, проворчала Астина, но в голосе звучала лишь любовь и нежность.       Регулус открыл глаза, и видение развеялось, как дым. Он помнил, как Астина надела его форму Слизерина, как Барти неустанно подшучивал над ней, получая в ответ щелчки по носу, как они втроём вошли в Большой зал, привлекая всеобщее внимание. Регулус снова закрыл глаза, пытаясь удержать ускользающее тепло воспоминаний.       — Астина, почему ты в форме Слизерина? — изумлённо воскликнул Рабастан, увидев необычный наряд подруги.       — Решила проверить, идёт ли мне зелёный, — ответила Астина с озорной улыбкой, заражая всех вокруг своим весельем.       — Тебе к лицу будет даже старое одеяло, сестрёнка, — усмехнулся Сириус, не отрывая взгляда от сестры.       — Спасибо, Сириус, — рассмеялась она, её смех был подобен колокольчикам.       — Это знаменательный момент! Астина Блэк в форме Слизерина! — провозгласил Северус с торжественным видом. — Это надо запечатлеть.       — Северус, даже не думай об этом! — сквозь смех запротестовала Астина, предчувствуя неминуемую шалость.       — Гениальная идея! — торжественно произнёс Барти, подхватывая инициативу. — Астина, если сделаешь фото в форме, то сможешь её сразу снять.       Регулус открыл глаза, и улыбка тронула его губы, несмотря на слёзы, продолжавшие катиться по щекам, обжигая кожу. Его воспоминания об Астине всегда были такими тёплыми, светлыми, наполненными смехом, точно лучи солнца, пробивающиеся сквозь тучи.       — Я найду тебя, сестрёнка, обещаю, — прошептал Регулус, вытирая слёзы тыльной стороной ладони. — И ты снова будешь дома, Астина.