Глава 9.1 Его новое амплуа.

Я проснулась ни свет ни заря, полная сил и решимости покинуть стены магпункта и как можно дольше сюда не возвращаться. Я правда очень люблю и уважаю нашу Ягге, но предпочитаю делать это на почтительном расстоянии – минимум метров в 100-150. Одевшись и причесавшись, на цыпочках прокралась к двери, ведущей на свободу, и выскользнула в коридор. Вокруг стояла предрассветная тишина. Всё живое еще только готовилось к пробуждению. В детстве я любила в это время выбираться из избушки и прогуливаться по таежным окрестностям. Этот временной промежуток – тонкая линия между ночью и днем, между светом и тьмой – в сочетании с дикой природой навевал на меня спокойствие и какую-то всепроникающую радость. Я тряхнула головой, отгоняя приятные воспоминания, потому что уже дошагала до пункта назначения. Сердце забилось чаще от предвкушения. Вот уже и Жилой Этаж, вот и дверь в нашу с Лексой комнату. Как же я скучала! Я уже хотела резко рвануть ручку двери на себя и закричать что-то вроде «Пожар! Лекса, мы все умрем!», чтобы подруга подскочила на кровати от испуга. Вот будет умора! Думала я, однако вдруг за дверью зазвучали голоса. Прислушалась. - Милый, тебе пора, вдруг Софья раньше вернётся, - узнала я голос подруги. - Детка, не переживай. Не в четыре же утра она сюда заявится? А вот заявилась, и еще как! Что они там делают так рано? Боже мой, только не говорите мне, что они… - Я вообще не понимаю, почему Поклеп нам отдельную комнату не выделит. Мы же помолвлены! – возмущался Склепов. - Думаю в уставе школы такое не предусмотрено, - грустно протянула Лекса. - Эх, шикарный был месяц. Ладно, я так уж и быть уношу ноги, но только после… Тут голоса стихли, а затем раздался радостный то ли смех, то ли взвизг Лексы и какая-то возня. Я в ужасе отпрянула от двери. Ощущала себя мерзко и липко. Хотелось принять душ, удариться головой о стену и залить в уши серную кислоту. Какого черта, эти двое превратили нашу комнату в… в рассадник разврата! Ну я им задам жару - будут, как миленькие, каждый уголок с хлоркой отдраивать! Нет, ну это просто немыслимо! Ноги сами понесли меня прочь по коридорам. Срочно хотелось на что-нибудь переключиться, но теперь я не знала, куда себя деть. До завтрака еще далеко. В библиотеку? В общую гостиную? Погулять по острову? Не успела я ничего решить, как дверь одной из комнат, едва не пришибив меня, быстро открылась и также резко захлопнулась. Посреди коридора возникла мужская фигура в черной футболке и таких же черных джинсах. Я не без удивления узнала Бейбарсова. Его глаза озадаченно бегали туда сюда, он будто пытался что-то быстро сообразить, потом Владик начал растерянно оглядываться по сторонам. Какой уморительный упыренок! Что у него еще случилось? И вот, он, наконец, заметил меня: - Помоги! – одними губами произнес Бейбарсов. Я забеспокоилась. Может что-то серьезное? Дар начал бунтовать? - Что случилось? – почему-то шепотом спросила я. - Там женщина, - тоже шепотом сказал он. Под ребрами неприятно кольнуло. - И ты туда же, Бейбарсов! Когда только успел? – я поморщилась и отвернулась. Уже собиралась уйти, но он схватил меня за локоть и развернул обратно к себе. - Да нет же! Ты не так поняла, - и он указал головой на дверь. – Посмотри. Я с настороженностью подошла к двери и медленно открыла ее. Настроение сразу же поднялось на пару пунктов, потому что передо мной открылась уморительная картина. На кровати упыренка в полуобмороке раскинулась Недолеченная Дама. ПОЛУ обмороком это было потому, что попутно она не затыкалась о мигренях, которые отдавались от висков до почему-то колен. - Знаешь, мальчик,- воскликнула она, поняв, что зрители снова на месте,-  иногда я думаю, что до этого меня довел неудачный брак. Этот мужлан Ржевский ничего не понимает в моей тонкой душевной организации. Я ему про боли в зубах – он мне анекдот, я ему про ноющую селезенку – он начинает кидаться в меня своими отвратительными ножечками. Достает прямо из спины, ты можешь себе представить? Влад отрицательно мотнул головой из стороны в сторону. Он умоляюще уставился на меня, явно не понимая, что делать со всей этой бессмыслицей. А я, не удержавшись, рассмеялась. - Мадам, вы в своем уме? Упыренок здесь первый день ночует, а вы про селезенки и ножечки из спины! Она приподнялась на полупрозрачных локтях и презрительно глянула на Бейбарсова. - Так он упырь? Нынче кого попало в волшебники набирают, - недовольно сказала Недолеченная Дама. А потом, видимо, решив, что с нас достаточно - проплыла сквозь стену и скрылась. - Слушай, Гроттер, - медленно проговорил Влад. – Тебе надо прекращать называть меня упырем. Здесь все воспринимают это слишком буквально. – и тут же переключился. - Что это было? Я проснулся от ее визгов и завываний. Вскочил с кровати, а она на нее улеглась и начала пересказывать медицинский справочник! Он не был напуган, скорее изумлен. - Не переживай, это местная достопримечательность – Недолеченная Дама. Она абсолютно безобидна, как и все призраки, которые тут слоняются.  От них заклинание есть. Тебя научат скоро, - пояснила я, внимательно рассматривая носки своих кедов. На пару секунд повисло неловкое молчание. Теперь между нами такое часто случалось. - А что ты здесь делаешь в такую рань? – решился нарушить тишину Влад. - Да вот, вырвалась из магпункта, гуляю, - не стала я посвящать Бейбарсова в дела Дэнни и Лексы - вряд ли он такому обрадуется. - Можно с тобой? – прозвучало неожиданно. Я не знала, что и ответить. Хотелось, конечно, провести с ним время. После вчерашнего фееричного похода к Сарданапалу я с горечью осознала, что мои чувства к упыренку, не то, что не прошли - теперь к нему тянуло кратно сильнее. Когда увидела его в дверях магпункта думала умру, то ли от счастья, что он жив, то ли от ужаса воспоминаний о том, как он чуть не откинулся на той кушетке. Масла в огонь подливало еще и то, что он стал каким-то мягким и уступчивым последнее время: то обниматься лезет, то извиняется по тысячу раз, ведьмочкой называет. В такие моменты я, честно сказать, едва не таяла. Совершенно не знаю, что со всем этим делать. Раньше был четкий и простой план: улететь и забыть. А теперь что? Отношения мне не нужны. Я решила это для себя давно и наверняка. Но и игнорировать этот бушующий ураган чувств совершенно не получалось. Вот же я влипла. Упырь испортил мне жизнь совершенно неожиданным способом. - Ладно, я понял, - выдернул меня из размышлений он, вздохнул. – Увидимся позже. - А, да нет, пошли! – вырвалось как-то само собой. – Я задумалась просто, куда тебя для начала лучше отвести. На его лице тут же засияла улыбка. Теперь он часто улыбался мне, по-доброму так. Без злобных и насмешливых ухмылочек, как это было раньше. Сразу хотелось также улыбаться ему в ответ. - И что решила? - Пойдем на улицу, - предложила я. – Побродим по острову. Хочу воздухом подышать. И мы пошли. Сначала долго молчали, но это не было таким же тягостным молчанием, как тогда после кино. А даже наоборот - как будто становилось легче. Появилось ощущение, что мы начинаем заново привыкать друг к другу. Я не продумывала для нас маршрут – ноги сами вынесли к пляжу. Свежий морской бриз ударил в лицо. Я с наслаждением вдохнула поглубже запах соленой воды. Было, конечно, немного прохладно – как никак начало октября, но меня это не особо смущало. - Здесь очень красиво, - произнес негромко Влад. - Я люблю это место. Люблю сидеть на тех камнях и смотреть на волны, - и я показала пальцем на выступающие из песка серые пологие булыжники. Валуны были довольно крупными, поэтому на них можно было удобно устроиться – даже лечь при желании. - Тогда пойдем посмотрим? – предложил он. - А ты не замерзнешь? – с сомнением проговорила я. Он был в тонкой футболке, под пронизывающим осенним ветром… А хотя о чем это я, некромаги же не чувствуют холода. Интересно, как долго еще буду привыкать к его новому амплуа. - Вообще-то ты одета не теплее. А я, кстати, вообще холода не ощущаю. Еще одна некромагическая причуда? – догадался он. - Вроде того. Ладно, пошли уж, упыренок, - и я зашагала вперед него. Ноги приятно утопали в песке, и сейчас совсем не хотелось думать о том, как долго придется чистить от него кеды. С этими вездесущими песчинками даже заклинания не всегда справиться могут. Мы сели недалеко друг от друга и молча уставились на океан. Было хорошо. - Влад? – все же решила заговорить я. - Что, ведьмочка? – мягко спросил он. По телу разлилось приятное тепло. - Так что с тобой случилось тогда? Из-за чего тебя в реанимацию доставили? – я внимательно глянула на него, желая удостовериться, что смертельных ран действительно больше нет. - Меня избили в подворотне, - пожал он плечами так, будто подобное случается едва ли не каждый день. – Я их не видел. Подкрались сзади, повалили и начали бить. Через какое-то время услышал полицейские сирены,а один из ублюдков сказал, что я нажил себе сильного врага. Потом потерял сознание. Вот собственно и все. Слушая все эти ужасы, я почувствовала, как к горлу подкатил ком. Захотелось обнять Влада и спрятать, закрыть его ото всех. Но я, конечно, сдержалась, лишь накренилась немного и коснулась своим плечом его. Мне показалось, что он прижался сильнее в ответ. - Что за враг? – спросила я. – Есть одна догадка. - Чистяков, - тут же подтвердил Влад ее. – Сто процентов это он. Нанял кого-то выследить меня. - И что теперь делать? – при упоминании хмыря начала чувствовать, как из глубин моей тёмной души поднимается гнев. - Ничего, – ошарашил меня Бейбарсов. Я в возмущении повернулась, чтобы глянуть на упыря, убедиться, что он еще не совсем сошел с ума. - Как это ничего? Он чуть не убил тебя! Такое нельзя оставлять! - Законно ты ничего не сделаешь, с его-то связями. А незаконно… марать руки об это ничтожество я не буду. К тому же он больше нам не угрожает. - Но… - Ведьмочка, - не дал мне договорить он. - Я понимаю твой гнев. Сам злюсь. Но так надо. Я заглянула ему в глаза. Спокоен. Спокоен, как чертов слон. Злится он, как же. По пустякам бесится, а здесь холоден как лед. - Дело твое упыренок, - пробурчала я и отвернулась. - Только не говори, что ты снова обиделась? – с ехидством сказал он и после паузы заговорщицким тоном добавил. – На этот случай кое-что я все-таки сделал. Помнишь снимки, которые я ему угрожал опубликовать? Сегодня утром они направились аккурат в одну крупную газетенку. - А что на них такого? – тут же воспрянула я. Хоть немного можно будет над хмырем позлорадствовать. - Такое зрелище не для хороших девочек вроде тебя, ведьмочка, - усмехнулся Влад. - Это еще что значит? – возмутилась я. – Я вообще-то самая темная на темном отделении, чтоб ты знал. О каких хороших девочках речь? - Ты просто кровожадная фантазерка, Гроттер. Но никак не плохая девочка. - Плохая! – захотелось поспорить мне. Конечно, я не считала себя исчадием Тартара, знала, что часто даю слабину. Говорила уже, что этим пошла в отца. Но записывать меня в хорошие девочки! Влад заливисто рассмеялся. И чего ржет, придурок? - Ты чего ржешь, придурок? – так и спросила я. - Ты такая милая! – внезапно выдал он и похоже сам этого не ожидал, потому что тут же перестал смеяться. Выдохнул. Я не знала, что сказать, как сгладить неловкость, а потому просто продолжила смотреть на океан. Мы сидели все также близко. Очень захотелось опустить голову Владу на плечо и устроиться поудобнее. - Ты замерзла, - не спрашивал, а утверждал он. И правда не заметила, как начала дрожать. - Может пойдем? - Хочу еще посидеть. - Ладно. Я краем глаза заметила, что он двинулся и через секунду почувствовала, как к моим рукам прикоснулись его руки, как моя спина прижалась к его груди. Он стиснул меня в объятиях. Я была в состоянии абсолютной оторопи – не могла двинуться, даже дышать удавалось с трудом. И как я вообще позволяю ему такую наглость? - Так будет теплее, - прошептал Влад на ухо и прижался щекой к моему затылку. Опять лезет обниматься, гаденыш. - Ну ты и беспардонный, упырь, – нашла в себе силы выдавить я. - Какой есть, - усмехнулся он. – Хочешь, чтобы я отодвинулся обратно? - Хочу, - соврала я. - Тогда почему жмешься ко мне только сильнее? - Тебе показалось, - на этот раз уж совсем очевидно соврала я. Потому что все же не удержалась и откинула голову ему на плечо. - Ведьмочка, почему ты просто не можешь получать удовольствие? - Удовольствие от чего? От твоих липких рук? – продолжала вредничать я. - Они не липкие. - Липкие. - Ты специально споришь, чтобы потянуть время и подольше посидеть со мной и с моими липкими руками, - не видела, но была уверена, что он самодовольно ухмыльнулся. - Я спорю, потому что ты в конец обнаглел, Бейбарсов. - Тебе нравится, когда я наглею. Ведь тогда можно найти так много поводов для споров. - Ты что грибник, упырь? – как будто невпопад сказала я. - Чего? – не понял он. - Заладил со своими спорами. Мы на секунду замолчали, а потом оба в голос засмеялись от этой глупой и нелепой шутки. Напряжение куда-то улетучилось, а ситуация минуту назад, казавшаяся чем-то немыслимым стала восприниматься, как почти рядовая. Будто мы каждый день так по пять часов просиживали. Я уже даже смущения практически не чувствовала. К тому же стало и впрямь намного теплее. Да и решила сейчас не думать, о том, что же это все значит, а, как и посоветовал упыренок, просто получала удовольствие. Мы сидели молча, почти не шевелились, смотрели на бьющиеся о берег и друг о друга волны. Я и не знаю, сколько времени прошло. Спохватилась, только когда заметила, что солнце поднялось уже совсем высоко. - Нам пора! Завтрак пропустим! – я подскочила так резко, что Владик от неожиданности потерял равновесие и чуть не свалился. - Гроттер, я и не знал, что гастрономический интерес – такая большая часть твоей личности! Хотя уже и начинал догадываться после торта и стейков, – недовольно пробурчал упыренок, поднимаясь на ноги. - Я просто соскучилась по нормальной еде. Главное, чтобы нам не попалась редечная скатерть! – я скривилась. Пару лет назад Сарданапал как-то умудрился снять с ненавистной всеми скатерти столетний сглаз. Уж очень он был убежден в её невероятной пользе для здоровья студентов. И теперь все без исключения ученики молились о том, чтобы их организмы миновала участь быть насильно овитаминеными.  - Как скатерть может быть редечной? И какой еще она может быть? – тут же включился любопытный упыренок. - О еще блинной, пирожковой, салатной… - начала вдохновенно перечислять я. И мы, болтая о всякой ерунде, направились в сторону замка. Дорога назад прошла легко и непринужденно. Минут через десять перед нами уже открывались двери Зала Двух Стихий. Завтрак был в самом разгаре. Столы были заставлены тарелками, ученики активно переговаривались, и в Зале как всегда стоял громкий гул. Однако, когда мы двинулись к столу, где я уже заприметила знакомую синеволосую шевелюру, шум голосов поутих. Я заметила, как все оборачиваются и смотрят на нас, особенно активно глазели на Бейбарсова, перешептывались. Владик же как будто абсолютно этого не замечал. Он с интересом рассматривал жар-птиц, единорога и прочую живность то тут, то там, снующую по залу. Человек, обладающий силой одного из могущественнейших магов Смерти с детским восторгом рассматривал, как конек-горбунок скачет, пытаясь увернуться от надоедливых купидонов. Я даже немного засмотрелась на Владика, таким умилительным он сейчас был. Интересно, я также выглядела в его глазах, когда восторгалась байком? Я не тешу себя наивной мыслью, что упыренок не догадался о моих истинных чувствах к его мотоциклу. Наконец, мы добрались до стола. Лекса предусмотрительно заняла нам пару мест напротив них с Дэнни. Никто, кстати, уже и не удивлялся, что я самая темная на темном отделении, как заявила Бейбарсову недавно, обедаю за столом со светлыми. Ну а что делать, если все мои друзья здесь? Когда мы сели, я с восторгом поняла, что сегодня попалась шашлычная скатерть. Может в моей жизни наконец началась светлая полоса? - А вот и вы! Я так и знала, Владик, что если тебя нет в комнате, то значит вы с Софьей уже где-то ищите себе приключения, - сказала Лекса. - Никаких приключений, сестренка. Гроттер просто показала мне остров. Слушай, а чего все так пялятся? – наконец заметил он и осмотрелся вокруг. - Да ты у нас уже местная знаменитость, братишка, - фыркнула подруга. - Когда успел? – изумилась я, накладывая себе полную тарелку аппетитного мяса. - Он известен всем, как тот самый загадочный юноша на подоконнике, - протянул Склепов голосом рассказчика из мультика. - Смотрит в окно и ни с кем не разговаривает. Владик недовольны зыркнул на Дэна. - На каком еще подоконнике? – не поняла я. - А ты не в курсе? – усмехнулся Дэнни. – Твой новоиспеченный некромаг три дня перед магпунктом просидел, с места не двинулся. Мы так и поняли, что ты очнулась. По всему Тибидохсу мигом разнеслось, что он покинул свой неизменный пост. - Какой-то ты сегодня чрезмерно разговорчивый, чучело, - с угрозой в голосе сказал Влад, тарелки за столом угрожающе затряслись. Упыренок цокнул и знакомо прикрыл глаза, поджав губы – успокоился. Посуда тут же перестала отплясывать чечетку. Я изумленно глянула на Бейбарсова. Так вот почему ему только вчера комнату дали, вот почему он так долго не виделся с академиком. Владик все это время… Снова захотелось кинуться его обнимать и зачем-то от всех загораживать. Неужели он так волновался за меня? - Вообще, - поспешила разбавить атмосферу Лекса. – уже прошел слушок о новеньком некромаге. Впрочем, в некоторых версиях ты даже не некромаг, а самый настоящий потомок скандинавских полубожков. Мол тебя нашли в растаявшем леднике в Северном Ледовитом океане, братишка. Я засмеялась. На скандинава наш чернявенький точно не тянет. Хотя его ледяные светло-серые глаза иногда очень даже отдают сервером и океаном. Только сейчас я, кстати, заметила, что у Лексы они немного другого оттенка – темнее, не такие яркие. Я с аппетитом уплетала свой сытный завтрак, как вдруг почувствовала, что между мной и Владом пытается протиснуться чье-то тело. Точнее чья-то невероятно наглая тушка. Я подняла взгляд и увидела, что какая-то девка оперлась одной рукой о столешницу и нависла над Владом, как голодная гарпия над куском гнилого мяса. В этот момент я поняла, что пусть и не претендую на этот кусок, но все же предпочту, чтобы его никто больше не трогал. Она стояла спиной, но я поняла, что это Нинка Зайцева – четверокурсница с темного отделения. Она никогда мне не нравилась: эта мымра упорно старалась косить под Гробыню, фанаткой которой была, однако мозгов ей для этого совершенно не хватало. В итоге эта девчушка была просто вульгарной шваброй с истерическими замашками. - Ну приветик, - сладко протянула она и положила свою загребущую когтистую лапу Владу на плечо. На то самое, где недавно так удобно устроилась моя голова. Я непроизвольно сжала вилку в руке с такой силой, что металл болезненно впился в кожу. - Ну приветик, – усмехнулся упырь. А это еще что такое? Какого черта он вообще с ней лясы точит и руку с плеча не скидывает? Я даже выглянула из-за спины швабры, чтобы получше рассмотреть бессовестную физиономию кретина. Все мои нежные чувства к нему тут же испарились, хотелось врезать по его смазливой мордашке, как в тот день нашего знакомства. - Я слышала, ты теперь здесь учишься, - продолжила мымра. Нет блин, дура, он здесь пылесосы продает. - Учусь. Вроде как, - и он кинул ей одну из своих мерзких ухмылочек. - Ты так не старайся, Зайцева. Упырю нравятся шлюховатые блондинки, а не вульгарные брюнетки, - вдруг услышала я. И только через секунду поняла, что сама это и сказала. Черт! Дэн прыснул со смеху. Ему Зайцева тоже никогда не нравилась. Да и кретина мое замечание явно задело, что Склепову, конечно же, тоже пришлось по вкусу. - Гроттер, ты там в изгнании совсем отупела? Что несешь? – повернулась Нинка и со злости даже толкнула мою тарелку. Ну все кукла! Они тут видимо за последний месяц совсем распоясались. Забыли кто такая Софья Гроттер – наследница Чумы-дель-Торт. Я уже собиралась запульнуть в неё обезьяний сглаз, чтоб походила дней пять заросшая, как снежный человек. Но не успела. - Тебе уже пора, брюнеточка, и не подходи ко мне больше, ясно? - услышала я холодный голос Влада. Опять его перепады настроения? - Но… - растерялась Зайцева, не поняв, что сделала не так. - Я что-то неясно сказал? Нинка окончательно стушевалась и пошла обратно за столы к темным. Пару минут мы ели в молчании, но я не выдержала: - «Учусь. Вроде как,» - гнусавым голосом передразнила я упыря. - И что же я, по-твоему, должен был ей ответить? – слегка раздраженно спросил он. - Да мне плевать что,- разозлилась я. – только имей в виду, кретин, что я не буду спасть тебя от толп оголтелых волшебниц-маразматичек, которые решат приворожить твое упырьское величество. - Во-первых, не надо меня ни от кого спасать - наспасалась уже. А, во-вторых, я не понимаю, чего ты так взъелась? Она мне даже не понравилась! - Мне вообще нет дела, кто тебе нравится, а кто нет! - Правда, что ли? А по-моему есть! Иначе чего ты на меня так кидаешься? Еще и блондинку ту припомнила! - Кидаюсь? Я что, по-твоему, собака цепная? - намеренно пропустила я первую часть реплики про моё неравнодушие к персоне упыря. - Ребят, ребят, ну чего вы в самом деле! – поспешила прервать наш поток ругани Лекса. - Да, - протянул со вздохом Склепов. – Чувствую, весело с вами двумя будет. - Ну уж прости, что прервали ваш шикарный месяц, - я все еще злилась и сорвалась - решила кольнуть Дэнни, намекнув на утренний инцидент в НАШЕЙ С ЛЕКСОЙ комнате. - Что? – тут же насторожился он. О, сразу не дошло. Попробую ещё разок. - Да так, Склепов. Скажи, а по школьному уставу можно ли до четырех утра… - я хотела сказать «находиться за пределами своей комнаты», но меня видимо не так поняли и Лекса, покрасневшая похоже от макушки до пяток воскликнула: - Хватит! Пожалуйста! - О чем ты говоришь? – обратился ко мне Влад, начавший подозревать что-то не то. - Да так, Владик, говорю, что Дэнни придется вооружиться тряпками и хлоркой. Иначе… - мне снова не дали договорить. - Все, хватит, Соф! - процедил сконфуженный герой-любовник. - Я понял! Не обязательно развивать эту тему. Влад медленно переводил взгляд с Лексы на Дэнни и обратно. С каждой секундой его лицо становилось все испуганнее - видимо, он все же понял что к чему. - Сестрёнка, - прошептал Владик и немигающим взглядом уставился на Лексу. Клянусь, Бейбарсов смотрел так, будто прямо на его глазах мучительно умирал ангел. - О, Древнир, - прохныкала Лекса и закрыла лицо руками. - Ты! Как ты посмел! - прорычал Бейбарсов и вскочил со своего места. Его глаза застилал гнев. Влад больше не контролировал себя, ну и дар Тантала соответственно. Из ниоткуда появился сильный ветер, полы затряслись, посуда какая свалилась на пол, какая отлетела и разбилась о стену. Студенты из-за стола разбежались в стороны. Остальные мигом собрались в полукруг на безопасном расстоянии, ожидая представления. Остались только мы вчетвером. Все происходило довольно быстро. Хорошо, что я привыкла быть собранной в экстренных ситуациях. Влад и сам не заметил, как от него оторвался сноп переплетающихся голубых искр и ринулся в сторону Дэна. Склепов также вскочил, завёл за себя Лексу и вскинул перстень. Не поможет, Дэнни! Это же Тантал! Я вспомнила самое сильное отводящее заклинание, которое знала, и выпустила поток красных искр куда-то посередине между Бейбарсовым и Склеповым. К счастью мой интуитивный расчёт оказался верным, и наши с Владом магические вспышки столкнулись и взвились к потолку. Неплохой такой вышел фейерверк - хорошо, что жар-птицы поулетали, а то получился бы внеплановый гриль. Бейбарсов тряхнул головой, будто отгоняя наваждение. Его взгляд прояснился. Он виновато глянул на меня. Эх, упыренок, только не очередной приступ вины! - Что ты творишь!? - закричала Лекса. Она уже вынырнула из-за спины Дэна и накинулась на брата. Я никогда не видела её такой злой. - Ты мог убить его! Убить! Боковым зрением я заметила, что к нам сквозь толпу уже пробирались обеспокоенные преподаватели. - Хватит быть таким! Таким... Не подходи к нам, пока не научишься говорить по-человечески, понял?! - крикнула она. Дэн хотел тронуть Лексу за плечо, но она не дала. Бейбарсов растерянно и виновато смотрел на сестру. Бедная Лекса, похоже, очень сильно перепугалась за жениха. Её, конечно, можно понять, но все же хорошо закончилось! И Владик не хотел никого убивать... Мне стало его жаль. - Влад! - услышала я голос профессора Аббатиковой. - Быстро за мной! Нам явно пора на первый урок! Подавленный упыренок развернулся и молча пошёл прочь, а я с досадой смотрела ему вслед.