Как я провел лето (начало)

Планы на лето Единственное и при этом очень большое «но» в отношениях с Юлей представлял ее отъезд на край города и переход в другую школу. Летом, во второй половине июня и в июле, когда ее родители переезжали на новую квартиру, мы продолжали встречаться, я помогал ей упаковывать и перевозить ее вещи, хотя она сразу отвергла мое участие в упаковке ее нижнего белья. Ее родители вполне благоволили ко мне, да и мои родители, даже моя мама, столь суровая к Лере, встречали милую и вежливую Юлю весьма благожелательно. Гораздо сложнее было с планами на лето внутри нашей семьи. Папа после некоторых колебаний категорически отказался куда-либо ехать: — У меня столько дел, что не знаю, хватит ли на них лета. Они съездили с мамой на пять дней в Рим и Неаполь, и на этом их совместный летний отдых закончился. Оставался мой с мамой отдых, у меня было предложение поехать в Турцию в Анталью, где планировали отдыхать Юлины родители, папа его одобрил, но мама не хотела ехать ни за границу (она очень плохо знала английский, везде за них обоих объяснялся папа), ни в столь жаркое место на целый месяц: — Мне врач не рекомендовал лежать на пляже при такой жаре, при такой жаре я не смогу читать, я очень плохо говорю по-английски, а родители Юли – это совсем чужие люди, мне неудобно будет обращаться к ним за помощью, если возникнут какие-то проблемы. Я пытался ее уговорить, многократно повторял, что зато я уже хорошо выучил язык, но она никак не соглашалась — как мне казалось, дело было не в английском, а в том, что ей менее всего хотелось навязываться чужим незнакомым ей людям. У меня мелькнул план разделиться с мамой и поехать с родителями Юли, но его отверг даже папа: — Ты не друг их семьи, не жених Юли, они не должны нести за тебя ответственность и заботиться о тебе. Конечно, деньги я тебе дам, ты не будешь жить за их счет, но вы с Юлей познакомились меньше трех месяцев назад, и непонятно, сохранятся ли ваши отношения, когда она перейдет в другую школу. В заключение папа сказал, что он против этого еще и потому, что, поехав вслед за Юлей, я бросаю маму: — Если я не могу с ней поехать из-за служебных дел, то ты, эгоист, хочешь оставить ее одну из-за отношений с девушкой, которые, весьма возможно, не переживут конца этого лета. На мою беду объявилась тетя Галя, мамина подруга, которая собралась ехать в Крым. Отец был недоволен поездкой в Крым: «Вы отдыхали там множество раз, и знаете его вдоль и поперек, а в России и за рубежом есть столько интересных мест, где вы не бывали и никогда не побываете при таком пристрастии к лежанию на одном любимом пляже», хотя он сам же зимой повез нас в Петрозаводск, где мы уже были с ним пять лет назад. Мама сказала, что Крым хорош тем, что там не слишком жарко, не слишком много народу и, главное, там говорят по-русски, да и нет проблем с визами и таможней. Меня же мама соблазняла тем, что я много лет ездил с бабушкой в Крым, и мне тогда это нравилось. Ее подруга Галя выбрала Коктебель, сказав, что там много достопримечательностей, много диких пляжей с малым количеством отдыхающих, и она знает пути, с помощью которых можно обойти нудистские пляжи и попасть на дикие пляжи, где совсем мало народу, и при этом никто не загорает и не купается без купальника. Мне отсутствие людей на пляже, наоборот, не нравилось. Отсутствие людей – это отсутствие соков, минеральной воды, мороженного и любых других развлечений, даже игры в пляжный волейбол, а также отсутствие туалета и кабинок для переодевания. Но мамина подруга говорила, что там скалы имеют весьма извилистый профиль, и можно найти укромные места в скалах, где не на глазах публики можно сделать свои дела и переодеться. Я очень не хотел туда ехать с ними из самых разных соображений, от отсутствия развлечений до нежелания проводить время со слишком решительной и малоинтересной мне тетей Галей. Идеи загорать на совсем пустынном пляже непременно означали бы общение с тетей Галей и отсутствие девушек. Хотя Юля меня устраивала почти всем, но мысли о том, чтобы научиться знакомиться с девушками, и о совсем коротеньком курортном романчике меня не оставляли. Если уж Крым так необходим, то я предпочел бы Ялту с ее парадной набережной, Ласточкином гнездом и более столичной обстановкой. Но решал не я, а мама, а она явно шла на поводу у подруги, и мы выбрали месяц в Коктебеле, как она рекомендовала. В Крыму В Коктебеле в гостинице-пансионате с трехразовым питанием тетя Галя сняла одноместный номер, а мы с мамой заняли двухкомнатный люкс, причем мама договорилась, что мою кровать временно перенесут в гостиную, ибо я слишком большой мальчик, чтобы спать с ней в одной комнате. Юля, которой я рассказал свой план присоединиться к ним в Анталье, была очень разочарована, когда моя мама его отвергла, про реакцию ее родителей я ничего не знаю, но, судя по тому, что она о ней ничего не говорила, у ее родителей навязанное им общество незнакомой женщины, толком не знающей английского, не вызывало восторга. Мы договорились с Юлей не заводить курортных романов, и я отказался от мысли о коротком курортном романе, хотя идею поучиться в Крыму знакомиться с девушками я не оставил, решив, что сами по себе знакомство, совместное лежание на пляже, поедание мороженного, купание и игра в волейбол не являются изменой. Если сказать честно, то я сам не знал, буду ли после школы ездить к Юле на край Москвы, будет ли у меня на это время, если я продолжу занятия английским, кикбоксингом и программированием, ведь мне и школьные уроки надо будет когда-то делать. Сперва отдых в Крыму оказался лучше, чем я ожидал. Достопримечательностей вопреки заверениям тете Гали там оказалось немного – хорошо знакомые мне Дом Волошина, аквапарк, дельфинарий и разные природные красоты, а также музей Грина в Феодосии, но главное удовольствие заключалось в хорошей, не слишком жаркой, погоде при теплой воде в море. Мама с подругой, как правило, ходили на свои дикие пляжи, но я редко их сопровождал, в основном я проводил время на главном городском пляже. Знакомиться с девушками, когда мне от них вообще ничего не нужно, оказалось несложным делом, я просто говорил: «Я один на этом пляже, давайте вместе поплаваем или вместе поедим мороженное, если вы не против», либо что-то еще, столь же незамысловатое. Конечно, нередко оказывалось, что у девушек есть парни, куда-то отошедшие в данное время, или строгие родители, или у них просто нет настроения и желания со мной общаться, но я не расстраивался от таких неудач, просто отходил от них подальше и предлагал вместе поплавать какой-то другой девушке. Плаванье было моим сильным местом, правильным стилям меня учили в бассейне, куда я ходил в первых классах школы, потом я много плавал здесь же в Черном море, когда ездил с бабушкой, а быстрым рывкам, длительному нырянию и далеким заплывам с отдыхом на воде я научился сам, купаясь в одиночку в озере вблизи дедушкиного дома. В морской воде, которая держала лучше пресной озерной, водяные развлечения оказались еще более легким делом. Хотя я пропустил год купания в озере, но за несколько дней я восстановил свои навыки, а тренировки прошедшего года существенно увеличили скорость моего плавания и длительность быстрых рывков на воде и под водой. Чтобы не заводить никаких серьезных романов, я каждые несколько дней, а иногда ежедневно или даже два раза в день знакомился с новыми девушками, это привело к тому, что постепенно на пляже меня стали узнавать, девушки, вероятно, принимали меня за импотента или странного чудика, но плавать со мной и играть в пляжный волейбол обычно не отказывались. Впрочем, я порой нарушал поставленные для себя границы, одних девушек я в воде обнимал за попу и грудь, якобы для того, чтобы улучшить их стиль плавания, долго разговаривал с другими и даже целовался с одной из них. Но все это казалось мне простительными провинностями перед Юлей. Соблюдая наши с ней правила, я по вечерам читал, слушал музыку, смотрел фильмы или выполнял те упражнения, которые задал на лето мой тренер, не ходил на вечерние танцы и не приглашал девушек на вечерние прогулки. По нашим с Юлей правилам длительные вечерние прогулки были запрещены — в них самих, конечно, нет прямой измены, но именно с длительных прогулок с задушевными разговорами и начинаются курортные романы, которые мы договорились не заводить. Более всего в нашей крымской жизни меня раздражала тетя Галя: ее громкий и резкий голос, ее бестактные вопросы, ее желание командовать как мамой, так и мной. Но обстоятельства пошли мне навстречу, за двенадцать дней до нашего планируемого отъезда по каким-то своим срочным делам тетя Галя неожиданно сорвалась места и уехала. Сперва я воспринял ее отъезд как свою удачу, но уже на завтра начал понимать, что эта удача имеет много минусов, еще совсем не догадываясь о том, как это мелкое событие изменит всю мою жизнь.